эй, эри.

— Так-к о чём я там говорил?.. Стопки красноречиво валялись на столу, и Вип успел неплохо так опьянеть, а если честнее: нажраться в зюзю. Они болтали о всяком постороннем, пока опрокидывали очередную порцию соджу, но вот в пьяной голове медленно вспоминались недавние размышления. — О лицемериии?.. — тихо спросил Эри, но Випу и этого почти-что-шёпота было достаточно. Странно, что он понял, что имел в виду Вип, однако пьяным удивляться было тяжелее. — Да! Точно. Ты знаешь, какая ты лицемерная сволочь? Ледяного озера девятого круга на тебя не хватает… У меня прямо челюсть сводит, когда ты такой милый и вежливый становишься, стоит тебе попасть в объектив камер. Со мной, главное, сам мистер холодность-равнодушие-мне-похер-на-тебя-Вип, а с какими-то сраными премиями… и так, и сяк… — Так важно же. — Что важно? — Улыбаться, наверное. Вип опрокинул еще одну стопку, пока Эри молча шелестил страницы рекламного буклета старого ресторанчика, где они сейчас и коротали ночь за пьяными, никому не нужными, и оттого важными беседами. На улице шелестел мягкий прохладный ветер, тихо стрекотали сверчки, то ли в ритм мерцания звёзд, то ли в такт движению Времени, то ли просто, от скуки. — Правда, низко, да?.. — через некоторое время выдал он. — Я не могу, как ты. Всё нахер послать и быть довольным, плевать, что скажут. Я не могу. Репутация — это всё для меня. Я даже на эти премии до сих пор хожу, чтобы не подумали, что я — выдохся. — А ты выдохся? — Немного. Откровение — как таз ледяной воды на голову. Вип боялся спугнуть его: не хотел нарушать редкого момента. Впервые в истории Эри признаётся в чём-то для него неприемлемом. — Было стыдно просить помощи у старших. Еще стыднее было её так и не получить, — не мог остановиться Эри, сжимая в руках бумагу и чувствуя, как усталость и алкоголь тянут его на дно очередной тоски. — Но самое главное… я ведь зла в прошлом натворил слишком много. Иногда мне кажется, что её карьера, она из-за меня… — Это не так, — поспешил разуверить Вип. — И без тебя бы она разрушилась. У неё не было шансов. Вообще никаких. — Я тоже себя так успокаиваю, это-то и противно. Вип не нашелся, что сказать, а потому лишь заново наполнил стопки. — Ты же — опора всей компании. Гордость, так сказать. Негоже гордости нации так киснуть. Вип и сам поморщился слащавости своих успокоений, но Эри, казалось, его не слушал. Взгляд его был направлен куда-то внутрь, в собственные мысли, собственный мир. Интересно, какой он, этот мир Эри? Что там… так важно и ценно, что он пытается защитить его так старательно и так безрассудно? — Компания… — Эри облизнул сухие губы, поднял рюмку и выпил её всю, не дожидаясь и не чокаясь. — Моё время тоже выйдет, и тогда эта компания просто выкинет обременяющего за борт. Да и к чёрту, смысл не в этом. А ты… — Эри, впервые за долгое время, поднял свое лицо, оторвавшись от куска бумаги. Вип даже напрягся, стоило их взглядам встретиться. — А ты не вмешивайся. Это единственное, о чём я тебя прошу. От холода тона, которым был произнесен то ли приказ, то ли требование, то ли просьба, по коже абсолютно непонятно для самого Випа побежали мурашки. Он, может, и хотел съязвить или выкинуть очередную дурацкую шутку, но… наверное, нет, не хотел. Лишь вглядывался в глаза напротив, в их нечитабельное выражение, и растянул губы в примирительной улыбке. — Понял, не дурак, — развел он руками и поднял заново наполненную рюмку. — За дружбу. И по домам. — С тобой-то? — усмехнулся Эри, но всё же чокнулся, тут же осушая её полностью.