You 're my only one

— Наконец я смогу увидеть вас в живую и смогу осуществить то, о чём так долго, сказать, мечтал… Осталось всего несколько дней, интересно, как ты там живёшь…       Нормально ли разговаривать с фотографией, думает молодой скрипач, сидя за столом и с ручкой в руках. Наверное, для него — нейтрально. За пару лет он свыкся с этой привычкой. Но эта мысль мешает ему сейчас, сбивает с формулировки своей мысли. Ручка совершенно не слушается, получается какой-то бред, корявые иероглифы начинают резать глаза и юноша меняет лист бумаги.

*** СОДЕРЖАНИЕ ПИСЬМА ***

こんにちは！ 7回目に私はあなたに書きます。ユンギ。 残りの文字は私の受信箱に入っていますが、私がなぜ私を返送したのかわかりません… さて、私は最初から始めます、私はあなたの音楽が本当に好きです、あなたは素晴らしいです！ 時々私はあなたの中に私の友人を見つける… 私もそれを楽しむ、私はノートを書き、あなたのものを書き換えて、通りのヴァイオリンを演奏する。 ここにディスクがあります。聞くことができます。 私はあなたのコンサートを待っています、8日間で何が起こるのですか、私は会いたいと思います すべてがうまくいくように、さようなら。

Перевод: Привет! В седьмой раз пытаюсь написать тебе, Юнги. Остальные письма лежат у меня в ящике, я не понимаю, почему мне отправляют их обратно… Хорошо, начну с самого начала, мне очень нравится ваша музыка, вы изумительны! Иногда я нахожу в тебе своего друга… Я тоже увлекаюсь этим, я пишу ноты и переписываю ваши, чтобы играть на улице на скрипке. Здесь есть диск, вы можете послушать. Я жду вашего концерта, что будет через восемь дней, надеюсь на встречу! Пусть все будет хорошо, До встречи.

      Жирные ручки не нравились Паку, но другой у него не было. Не удобно, когда за рукой всё размазывает, что текст превращается в кляксу, в самую настоящую грязь. Чернила сохнут долго.       Юноша начинает рассекать воздух своим тельцем, мельтеша то из комнаты, то обратно, к столу. Бумажный конверт приземляется на столешницу, тонкие руки обшаривают ящики, нащупывая ножницы и жёлтую клейкую ленту в темноте: свет настольной лампы не падает на эту сторону.       Иногда торопливость и волнение, что руки дрожат, посещают парня. Острый предмет падает на пол, но скоро оказывается на столе. Благо аккуратностью юноша был обделён, хоть и делал всё быстро.       Ловкие пальцы находят метку и раскатывают ленту, ровно приклеивают на крышку. Парень до конца большим пальцем извлёк остатки воздуха наружу и выгладил приклеенную яркую полосу. Под рукой был перманентный маркер, кой он охватил подушечками пальцев и освободил от колпачка. Кончик коснулся ленты и аккуратно поехал, оставляя следы за собой, создавая иероглиф.       Чимин вздохнул и приземлился на кресло, пододвинувшись к столу ближе. В его руках оказался конверт. Парень недолго его крутил и изучал, положил обратной стороной на стол и выудил ручку из стакана, начал заполнять поля. Поглядывал на бумажку, прикрепленную к стене, списывал адрес компании, номера. И после, скрипач засунул в него диск и свернутую бумажку с письмом, стянул наклейку и запечатал конверт. Толкнувшись ногой, он прокатился по комнате до комода, на который положил его.       Юный слез со стула и оттолкнул его обратно к столу, снял мобильный с зарядного устройства и за секунду оказался на своей тахте. На автомате ввел пин-код и, подключившись к Интернет-роутеру, зашёл в приложение, желая приобрести билет.       Юноша открыл диалог с Тоцука и перешел по ссылке на сайт. Пролистывал страницу вниз, внимательно читая выданную информацию, заполнял поля с паспортом, данные, номер карты и пару раз нажимал на синюю кнопочку, после чего ему выдали его билет и код, который он заскриншотил. Пак снова вернулся на главную и начал искать адрес.       «Арена TOKYO DOME, станция Суйдобаси, на машине семнадцать минут, на общественном транспорте двадцать пять минут плюс-минус, пешком — час. Начало концерта «INTERNAL STATE»: девятнадцать часов ноль-ноль» — читает про себя Пак. На лице появляется удовлетворённая улыбка, расслабление растекается по телу и он, выключив мобильник, утыкается в свою подушку, вдыхая запах стирального порошка.       Он лежал так десять минут. Скоро из холла послышался громкий хлопок двери. А скоро и любимое мужчины: «А встретить своего отца не хочешь?» Конечно хочет, как же нет? Он быстро вылетает из своей комнаты и широкими шагами надвигается на папу, который снимает своё тёмное пальто и вешает на плечики. — Пап, добрый вечер! Как дела на работе? — он дарит опекуну смазанный поцелуй в щетинистую щеку и поднимает пакет с пола, унося на кухню. — Да так, потихоньку продвигаемся, — улыбается он, — а ты-то как? Как дела в учёбе?       Чимин выкладывал продукты на стол и думал. Освободившийся пакет и пару пачек с приправами и супом он передал отцу, — Все очень даже хорошо, я стараюсь! — парень открывает холодильник и составляет большую часть покупок туда. Опекун помогает освободить мебель.       Отец вообще лишь рад за своего сына. Трудолюбивый, послушный, опрятный, умный, талантливый. Мечта для многих, но редкость и удача для единиц.       Пак-старший присаживается за стол и открывает свой ноутбук. Как он обычно делает перед ужином: надо проверить почтовые ящики. Обычно у него бывает пятнадцать минут, пока все разогреется. Чимин же немного не любил эту привычку своего папы, ведь по его мнению, мозг должен отдыхать, глаза в том числе. Да и что зависать в этом гаджете, разговор с ребёнком был бы гораздо лучше. Но юноша свыкается. — Пап, а, пап? Знаешь… Скоро будет концерт одной группы, я же могу сходить на него? — задаёт робко вопрос, ведь стоит неаккуратно отнестись к этой теме, то произойдет нечто нехорошее. — Ты знаешь, что я не переношу такие мероприятия, а мне, как единственному опекуну, стоит оберегать тебя, поэтому я против, и тема закрыта, — строго произнес. — Кстати, я тебе журналы принёс, видел? — мужчина выглядывает из-за компьютера и смотрит на чадо. У младшего от этого взгляда по телу неприятная дрожь проходит.       Чимин был немного расстроен. Его радовало то, что в этот раз его родственник не стал рявкать на него и отчитывать за похожие мысли, как на первый его выпускной в старшей школе, где его класс хотели отправиться в бар. Что и логично, ведь дети уже выросли и им тоже хочется повеселиться. Вот только отец совсем не хочет и не может принять того, что его сын уже далеко не мальчик.       Конечно, услышав тон папы и его слова, Чимин огорчился, но уловив слова про покупку глянцев, Пак приободрился и поднял голову, дабы не выдать своё настроение. — Какие? Где? — бегает глазами тот. — На столе в гостиной, вот же полоротый… — Спасибо, пап!       Мужчина устремляет взор на экран и начинает щёлкать по клавиатуре, но краем уха слышит, как сын шлёпает сланцами по полу по пути в зал, как там шелестит страницами и краем глаза видит, как тот возвращается. Юноша садится напротив и тычется в страницы «ELLE». Отец скоро закрывает гаджет и отодвигает в сторону. — И на кого ты так выпучил глаза? — глава семьи приподнимает бровь. Чимин поднимает голову и видит, как отец жестикулирует, дабы «Покажи». Он передаёт глянец тому, что пару страниц случайно смахивает обратно.       Опекун осматривает с каким-то презрением вперемешку с хорошей оценкой и удивлением, — И вот эти смазливые мальчики тебе нравятся? — мужчина показывает тому то фото, которое разместилось аж на две страницы. — Да нет же, — мягко улыбается юноша и привстает со стула, через стол перелистнул на пару страниц вперёд, тыкая пальцем на одну из них, — вот. — отец то ли дело усмехается, качая головой. — И что же тебя привлекло?.. — со вздохом выдал он.       Чимин задумался, в его голове формировалась мысль, но также быстро исчезла. Он покрутил головой, высматривая что-то, и, посмотрев на отца, выпрямил указательный палец, — Суп.       Мужчина с усмешкой смотрит на то, как его сын со скоростью света бежит к плите. Всё же, он у него отличный малый, правда слишком добрый. Хоть бы кто этой добротой не воспользовался… — Знаешь, сын, иногда мне тебя так сложно понять. — говорит старший с теплой улыбкой.       Чимин разливает суп по тарелкам и, слегка склонив голову на бок, тихо отвечает, о чём-то задумавшись. — Я иногда и сам себя не понимаю.       Парень ставит перед лицом того тарелку и садится напротив со своей. Ему не хватает общения с отцом (ему вообще общения не хватает). Старший почти всегда пропадает на работе и даже когда он находится дома и разговаривает с сыном, у Пака складывается впечатление, что в это время отец думает о работе тоже. — А ты есть не собираешься? — интересуется мужчина, глядя на Чимина, который ковырялся ложкой в тарелке. — Я недавно кушал, но как-то по привычке положил себе, — отчеканивает парень и быстро переводит тему: — Как дела на работе?       Чимин знает, как отвлечь отца. Стоит лишь упомянуть любимую работу и всё. Это затянется минимум на минут семь. Младший всегда так делает, когда не хочет о чём-то говорить. ну или просто говорить о себе. Отец очень резко реагирует на его некоторые поступки.       Такая вот маленькая, но любимая и крепкая у Чимина семья.       По крайней мере, парень хочет так думать.