Тайга

… Где-то вдали пронзительно крикнула сойка, и я открыла глаза. Несс крепко спала, лежа лицом ко мне, предрассветная влага оседала на ее черные кудри. Вокруг нас витал головокружительный запах усыпанной ельником земли, медленно выдыхающей пар от ночного дождя. Чего бы я только не отдала, чтобы не подниматься и не продолжать пути. Я не хочу больше бурно жить, не хочу надеяться, не хочу больше защищаться и не хочу искать. Я хочу лишь смотреть, как дрожат серебристые капли росы на ресницах Несс, слушать, как она тихо дышит - тише, чем лес, еле слышно за стонами скрипучих сосен над головой - и так до скончания времен, и плевать, живые ли или мертвые теперь просиживают отпущенную им вечность на неуклюжих престолах... Но придется подниматься. Дорога и так уже почти осыпается под ногами. Кровопийцы голодны, мы, живые - отчаянны. Чтобы добраться до ближайшей крупной базы смертных, нам с Несс следовало бы встать затемно, а ведь уже занимается заря. Если патруль застигнет нас в чаще ночью - будем умирать, умирать тяжело и долго. Пора поднимать подругу. Я протянула было руку, чтобы смахнуть с ресниц Несс серебристую россыпь - и внезапно от сдавленного крика с ветвей над головой шумно вспорхнула разбудившая меня сойка. Я не сразу осознала, что кричу от боли. Была слишком огорошена сокрушительным пинком по почкам. - Жива, шалава! - злорадно продекламировал кто-то наверху, кто-то тяжелый, одышливый и полный недвусмысленных намерений. Грубый возглас разбудил Несс. Она встрепенулась - и повалилась обратно на землю, встреченная мощным тумаком под ребра. На мгновение все поле моего зрения заполонило ее посеревшее лицо и тут же сменилось влажной чернотой. Чей-то безжалостный ботинок вдавил меня в землю. - Михайло! - Господи, сделай так, чтобы мне послышалось. - Не позорь меня. Не смей бить женщин! Так и есть. В голосе второго отчетливо лязгало железо. - Это не женщины, Фарид, это смертные собаки. - Голос удерживавшего меня Михайло был все еще звучным, живым. Должно быть, носитель на последней стадии заражения. Этих я ненавидела больше всего - кичливые неофиты, еще не наловчившиеся ползти вплотную по отвесной стенке и гипнозом лишать жертву гражданских прав, но уже вовсю презирающие смертных. - Это союзницы, - уточнил Фарид. - Обращаться так с женщиной бестактно. А с женщиной-союзником попросту глупо. Михайло презрительно хрюкнул, но ботинок убрал. Я взвилась, но тут же упала обратно на ослабевшие руки. Изо рта и носа с кашлем посыпался чернозем. Легкие разрывало от банальной радости свободно дышать. Несс сжалась в комок у подножия ели, где мы разбили лагерь: то ли у Михайло не хватило ботинок, то ли он счел ее менее опасной, чем меня. Утренняя роса стекла с ее смуглых щек, и их раскрасил густой пот. - И чем они, спрашивается, могут быть полезны? - Михайло в сердцах сплюнул, а я осторожно перекатилась набок, стараясь разглядеть лица патрульных. - Жратва как жратва. И узкоглазая чур моя. - Несс, не понимавшая русского, но разбиравшая интонации как Тюринг Энигму, всхлипнула, и Михайло жестоко расхохотался. - Коничи, блин, ва! - Тебе бы только пузо набить, - с презрением отозвался Фарид. - Обожди! Граф Д сейчас ищет смертного союзника. Подумай, как мы заживем, если приведем ему сразу двух! Он обещал, что даже просто нашедшему людей позволит кормиться в своих угодьях… - Верь ему, этому графу Д… Теперь я сумела как следует разглядеть выследивший нас патруль. Михайло, упитанный, с лоснящимися черными усами, которыми он явно пытался замаскировать толстые лиловые щеки, и нестриженой гривой, смотрелся бы комично, если бы в его руках не было мотка веревки. Фарид же, зеленоглазый, высокий, и стройный, был настоящим красавчиком. Впечатление портил кривой забойный нож в его костлявых пальцах. - Михайло, ты меня поражаешь, - Фарид не отводил от меня заинтересованного взгляда. - Сколько глупостей один вампир может сделать за две минуты? Сначала ты мне тут калечишь союзниц, а теперь поносишь того, чью кровь принял... Здравствуй, красавица! Это он мне. Фарид протянул бледную ладонь. После краткого сомнения я подала обаятельному кровопийце руку, и он легко, будто первоклашку, поднял меня на ноги. - По-русски говоришь? - Да. - А твоя подружка? - Нет. - Может, оно и к лучшему. - Фарид непринужденно улыбнулся Несс, как бы невзначай раззявив сверкающие белые клыки. - А она вообще кто, я никак не разберу? Китаянка? - Филиппинка. Фарид заинтересованно присвистнул. - Экзотичненько! Где ты ее взяла? - Она пришла сюда сама. Как - не знаю. Мы с ней познакомились давно и на другом континенте. - На другом континенте! Я, пока не обратился, и города-то своего толком не знал. Так ты, значит, странница? - Фарид виртуозно изображал дружеское участие. - Вроде того. - Тогда союзничество точно для тебя. Если повезет - будешь разъезжать со своим господином от клана к клану, много всего повидаешь… Не то что мы с Михайло. Нам только по ельнику шляться да пигалиц вроде вас отлавливать. - Ты что там сусоли рассусоливаешь? - гаркнул из-под дерева скучающий Михайло. - Понравилась - так бери! Я же говорил, что на нее не претендую, больно на мужика похожа … - Не обращай на Михайло внимания. Он вульгарный, - Фарид картинно вздохнул. - Так что? Будем договариваться? - О чем договариваться? - Как ни странно, я придерживалась точки зрения Михайло. Фариду незачем меня расспрашивать - если в округе и обретается Старейшина с неоригинальным прозвищем, он сможет прочесть мое сознание без внешних информаторов. Зачем тогда?.. - Ты хотя бы знаешь, кто такой Граф Д? - тихо спросил Фарид. - Нет, не знаю. И очень хочу познакомиться. - Я с трудом фокусировала взгляд на Фаридовой переносице. Глаза зудели от концентрации на одной точке - это единственный метод защититься от гипноза. - Послушай меня, красавица, - зеленые глаза голодно засверкали, молодой вампир явно не понимал, почему я не поддаюсь. - Я тебе зла не желаю. Плохого не посоветую. - Без презерватива не трахну, с дампиром не брошу. - Сальный Михайло весь заходил ходуном от хохота. - Михайло! - Фарид подцепил мня пальцем за подбородок, неумело пытаясь добиться единения взглядов. - Я правду говорю. У меня к тебе выгодное предложение. - Тогда хорош меня гипнотизировать. - Концентрация становилась невыносимой. Фарид отстранился. Лиловая краска прилила к шее, зеленый блеск потух. Быстро же у красавца вышел запал. - Если хочешь грубо, скажу грубо. Оставь нам свою филиппинку поразвлечься. Все равно она не выживет без тебя, не тащи балласт. Лучше чеши отсюда к базе, пока ноги несут. Ты не понимаешь, к кому прешься. Графу Д четыре года от обращения, а он уже старейшиной заделался… Я запрокинула голову назад, обнажая влажное горло. Над головой грозно набухал на востоке розовый прибой. Зеленого Михайло он может и не обжечь - но вот железноголосому Фариду придется думать быстро, если он только не хочет испортить себе лицо гроздьями из волдырей. По-любому я умру быстро, а у Несс будет время сбежать. - Кусай. Я готова. - Что ты выеживаешься, дура! Я тебе свободу предлагаю! - Мне не нужна свобода. Мне нужен старейшина и защита. Если ты хочешь пить от меня, пей. Главное, отведи меня потом к этому Графу Д. - Сойка, спугнутая пришельцем, снова опустилась на косматые голубые ветви, нагнула вбок яркую головку, пытаясь понять, откуда в ее лесу взялось столько шумных топочущих страшилищ. Розовый свет ласкал верхушки деревьев, и шумные ели приветствовали желанного гостя дружным гулом. Лес жил, искрился, волновался, не ведая, что в самой его сердцевине я готовилась навсегда уйти. - Кусай. Повисло молчание. Примерзшая к месту Несс тяжело дышала. Раздался неестественно громкий в лесной тиши щелчок зажигалки - кто-то, судя по всему, Михайло, закурил. Жмуря до боли глаза, я слышала, как оглушительно колотится о грудную клетку мое сердце. Умирать я не боялась - боялась, что уже не увижу, как именно покинет этот мир моя беспомощная, ничему не наученная жизнью Несс, что уже не успею ни утешить, ни помочь. На мое обнаженное горло с торжествующим звоном опустился комар и Фарид громко сплюнул. - Черт с тобой, дура. Дважды предлагать не буду, не в моих правилах. Фарид зашёл мне за спину и грубо нагнул мою голову к земле. Я открыла глаза. Краешек солнца лениво выползал из-за сосновых верхушек, а Фарид, больно выкручивая мне руки, связывал мои запястья. - Разберись с филиппинкой, Михайло. - Михайло крякнул, неуклюже затоптал окурок и вразвалочку направился к Несс. Та держалась молодцом, и лишь текущие по лбу ручьи пота подсказывали, что подруга готова завопить в голос. - Не дрейфь, Тамагочи, - Михайло осклабился. - Это не так страшно, как кажется. - Не вяжи ее, - сквозь зубы попросила я. - С ней проблем не будет. - С ней-то не будет, - Фарид сухо засмеялся. - Вот только я тебя насквозь вижу. Солнышко всходит, нам пора в патрульный фургончик и на боковую. А пока мы будем дрыхнуть, твоя подружка тебя развяжет и вы обе удерёте. И останемся мы с Михайло у разбитого корыта. Кому это надо, а, красавица? Мне ничего подобного в голову не приходило. Фаридовскую смекалку я оценила, но моя просьба была основана исключительно на нежелании видеть подругу испуганной и униженной ещё более, чем сейчас. - Забей.. - Я выпрямилась и посмотрела Фариду в глаза. - Вяжи, если так надо. Бежать мы не собираемся, но переубеждать тебя я не буду. Все равно не поверишь. - Не поверю. - Фарид туго обвязал другой конец веревки вокруг собственной поясницы и вдруг резко притянул меня к себе. Я ощутила его длинные пальцы на собственном горле, холодные, словно сосульки. - Никогда нельзя верить красавицам. Вторая рука спустилась ниже, сжала мою еле различимую под чужой ветровкой грудь, поиграла с пряжкой солдатского ремня. - Е мае, что сейчас здесь будет… - философски произнёс томящийся в сосновой тени Михайло. - Не смотри, Тамагочи! Я тяжело дышала. Рука Фарида блуждала по моему телу, словно шальная комета по космосу. Я сосредоточилась на Несс, на ее дыхании, на упорном желании жить и смотреть в ее чёрных глазах. Я знала, что вытерплю неумолимо приближающиеся боль и унижение, лишь бы только оставаться надежной и непоколебимой для Несс. Если она увидит меня разбитой - она лишится последнего знакомого и родного в этом незнакомом и огрубевшем мире. - Ты была бы со мной поласковей, красавица, - жарко прошептал мне в ухо Фарид. Он провёл языком по моей шее, оставляя мокрую полосу, и меня чуть не стошнило. - Здесь, в лесу, я господин, а не Граф Д. Может, я и не собираюсь вести тебя к нему. Возьму да и выпью тебя до конца. Он-то никогда не узнает, скольких людей мы отловили за ночь и всех ли привели. А тобой делиться жалко. Фарид зарылся лицом в мою шею, рыча от плохо подавляемой жажды. Я дрожала от омерзения, плотно сжимала губы, чтобы не заорать вслух проносящуюся в голове матерную тираду. Поцелуи Фарида словно проникали через кожу в клетки тела, в кровоток, разнося по телу едкую гниль, заражая костный мозг. Его зубы царапнули кожу на шее, и я закрыла глаза. - Ну хорош, Фарид! - Талант Михайло возникать ни к селу ни к городу внезапно пришёлся кстати. Рука замерла. Я шумно выдохнула. - Успокойся. Солнце всходит. Фарид замер надо мной, словно собака, оторванная от ломтя кровавого мяса. - Заткнись, падла, - прошипел он сквозь зубы. - Не кипятись. Все равно же знаешь, что не осмелишься. - Михайло поднял Несс на ноги и уверенно пошкандыбал в гущу леса, куда солнечные лучи не проникали даже в полдень. Подруга поплелась за ним. Мы с Фаридом остались стоять на медленно розовеющей в утренних сумерках поляне. Наконец Фарид убрал руку и с шумом выпустил воздух. Самообладание вернулось к нему удивительно быстро. - Пошли, красавица. Попробуем как-нибудь в другой раз. Фарид обогнул меня и пошёл впереди. Я шагала сзади на поводу из веревки. Вокруг заливались птицы, свежо пахло влажной листвой. Если бы не компания патруля - было бы красиво. - О чем это говорил твой друг? Почему это ты ничего не сможешь? - Дразнить патрульного было опасно, но я не сдержалась. Больно хотелось хотя бы чуть-чуть унизить Фарида в ответ. - А ты чего, малахольная, не знала? - гаркнул издалека Михайло. - Ни один вампир не может свободно пожрать в угодьях старейшины. - Граф Д выдаёт нам паёк, - спокойно пояснил Фарид. Чем туже натягивалась веревка, тем выше поднималась его самооценка. - Но, как Михайло выразился, свободно пожрать мы не можем. Так что тебе повезло, что ты союзница. И что Граф Д повелел сначала приводить к нему всех людей без исключения. - Ясно. - Я споткнулась о корень и ушибла коленку. - Ослабь веревку, пожалуйста. - Да мы уже пришли. - Фарид взвалил меня на плечи с такой лёгкостью, что я впервые в своей жизни глупо ойкнула. - Добро пожаловать, дорогие гостьи. Камуфляжный патрульный фургончик стоял, надёжно закрытый от солнца сосновыми лапами. На боках облупилась краска, металл над колёсами изъела ржавчина, но когда Фарид распахнул дверь, я была удивлена царящим внутри порядком. И не скажешь, что тут живут месяцами двое мужчин. За водительским сиденьем висела продолговатая кожаная скамья, напротив - такая же, за ней - ещё одна. Даже в первоначальном варианте в фургончике со сравнительным комфортом могло разместиться четверо человек, включая водителя, но патрульные усовершенствовали дизайн, настелив между двумя скамьями солому и бросив сверху пару стеганых одеял. Похоже, помимо патрульных, в фургончике были частые гости. Фарид и Михайло работали хорошо. Фарид помог мне встать на ноги и запер дверь фургона. Ключ он носил на шее, обвязав крепким шнурком. Михайло неинтеллигентно зевнул во всю пасть и, указав Несс на солому, плюхнулся на скамью за водительским сиденьем и почти сразу же уснул. Фургончик заполнил зычный, ещё пока человеческий, не звенящий металлом храп. Я отметила, что во сне Михайло выглядел куда благороднее - подложил под лиловую щеку пухлую ладонь и мерно дышал, отчего чёрные усы волновались, словно водоросли на дне морском. Ни дать ни взять какой-нибудь сказочный князь, случайно оказавшийся в ситуации незапланированной ночевки. Я вопросительно посмотрела на Фарида, а затем на солому, на которой беспомощно сидела притихшая Несс. - Будешь спать со мной. - Как и следовало ожидать. - Сними плащ. - Я повиновалась. Фарид лёг на скамью и поманил меня к себе. Ступая к нему по тусклому полу, я снова отметила, как безбожно он красив. Тело под водолазкой гибкое и поджарое, тело молодого волка. Зеленые глаза словно впитали в себя море далекой тёплой страны. Жалко, что, судя по всему, Фарид не был человеком даже до того, как принял проклятую кровь. Фарид развернул меня спиной к себе и развязал мне руки. Я скользнула рядом на скамью, достаточно широкую, чтобы на ней могли более или менее лечь два худых человека. Голова удобно уткнулась в сгиб локтя Фарида, но его выступающие бедренные кости беспощадно впились мне в спину. Я, правда, особо не страдала - мне и раньше приходилось спать в таком положении. Но никогда - с кровопийцей. Фарид накинул поверх нас плащ и обнял меня свободной рукой. За окном весело трещали птицы. Несс свернулась на соломе, исподтишка буравя меня чёрными глазами. Тебе что-нибудь снится? - негромко спросила я в наступившей тишине. - Тебе-то какое дело? - недовольно отозвался Фарид. - Интересно. - Ну солнце мне снится. - Фарид помолчал. И добавил, чуть мягче: - И Баку. Иногда. И мама, совсем редко. Этот ответ тебя устроил? - Да. Ты из Баку? - Да. - Фарид негромко зевнул и я почувствовала, как по его телу прошла краткая дрожь. Приближалось временное омертвение. Вампир засыпал. - А ты? - Из Петербурга. - Петербург… Только на картинках видел. Красивый город. - Фарид застонал. Хватка вокруг моего тела сделалась крепче. - Ай, черт… - Тебе больно? - Да… Возьми меня за руку. Я молча накрыла ладонь Фарида своей. Длинные пальцы конвульсивно дернулись и расслабились. Вампир выдохнул. - Легче… - еле различимо прошелестел Фарид и застыл. В фургончике воцарилась тишина, нарушаемая лишь храпом Михайло. Я поерзала, стараясь поудобнее устроиться в одеревеневших руках Фарида. Несс осторожно подвинулась ко мне, шурша соломой и указала пальцем на свою шею. - They won’t kill us, - прошептала я. - They’re taking us to a Master. Maybe he’ll kill us later, but for now we’ll live. Несс покачала головой и со связанными руками ухитрилась правдоподобно изобразить возню с ключом в замке. - Can’t. - Я зажмурилась от безнадежности ситуации. - He’s got rigor mortis. I can’t turn around. Несс закусила губу. В ее практичной голове явно рисовался на воображаемой коленке очередной план. - You try, - попросила я. Несс красноречиво посмотрела на меня и подняла в воздух связанные запястья. - Sorry. - Я еле сдерживалась, чтобы не всхлипнуть. - I’m sorry, Ness. Несс улыбнулась своей светлой, всепрощающей улыбкой, улыбкой, которую я любила в ней ещё с девятого класса. Она кротко улеглась на солому и укрылась до подбородка одеялом. Сердце щемило оттого, что, несмотря на то, что я не рассчитала времени и мы угодили в лапы патрульных, Несс доверяет мне, полагается на меня, верит, что в последний момент я найду выход из самой непредсказуемой ситуации. Выход-то я найду. Вопрос в том, удастся ли протащить ее за собой через узкую лазейку; и хватит ли у меня сил с ней расстаться, если того потребует шанс. И все-таки вера Несс была заразительна; благодаря ей и мне показалось, что все не так безнадёжно. Я протянула Несс руку. Лёжа на соломе, она крепко сжала мою ладонь в своих, крепко связанных. Когда мы уснули, в лесу вовсю разгорелся день, и мимо фургончика молча и величественно прошло стадо лосей.