La Ultima Leccion

      Спокойная сдержанность Гермионы растаяла, как только за ней закрылась дверь кабинета.       Шалость определенно удалась!       От переполняющей её радости она словно парила. Если бы Грейнджер сейчас вызывала патронуса, то от его света можно было бы ослепнуть.       — Эй, Гермиона! Тебе удалось найти Крукшанкса? — из коридора вышел Хагрид.       — Да, я нашла его... Нашла, — заверила Гермиона с широкой улыбкой, которую не могло стереть ничего в мире. Хагрид с удивлением посмотрел на всегда такую серьезную Грейнджер, но списал всё на радость девушки от того, что той удалось найти фамильяра.       — Так ты уже готова вернуться? Профессор МакГонагалл позволила нам воспользоваться каминной сетью в кабинете директора, — они шли бок о бок по коридору, время от времени Хагрид искоса поглядывал на Грейнджер, идущую рядом, но никак не реагирующую на его слова. — Все в замке будут скучать по тебе, Гермиона. Здесь будет так пусто без вас.       — Да... Я тоже буду скучать по тебе, Хагрид, — правда слова Гермионы никак не вязались с той мечтательной улыбкой, которая по-прежнему сияла у неё на лице.       — Что-то случилось? — полюбопытствовал Хагрид.       Грейнджер засмеялась, прикрывая рот рукой, затем откашлялась:       — Нет, я просто рада, что нашла глупого Крукшанкса.       И снова Хагрид не усомнился в правдивости её слов.

***

      "Нора", — произнесла Гермиона место назначения и, помахав Хагриду свободной рукой, шагнула в камин, исчезнув в зеленом пламени.       По прибытии она смахнула с одежды остатки дымолетного порошка, но счастливая улыбка никак не желала сходить с её губ.       В доме было тихо. Молли, скорее всего, отправилась на станцию встречать Джинни, а остальные все еще были на работе.       Но как бы Гермионе хотелось, чтобы Джинни приехала как можно быстрее! Ей не терпелось поделиться с подругой впечатлением от великолепного поцелуя, который подарил ей неприступный Северус Снейп.       Но что ей делать дальше? Гермиона раздумывала над возможным письмом Снейпу, раскладывая свои вещи в комнате Джинни (по-видимому, эльфы Хогвартса доставили их сюда по просьбе Минервы). Миссис Уизли пригласила Грейнджер пожить в Норе, пока той не удастся решить проблему с родителями. Гермиона сама стерла им память, стремясь защитить от преследования Пожирателей Смерти, и внушила покинуть Англию. Теперь сотрудники Министерства пытались определить их местонахождение, и согласно последним данным чета Грейнджеров была даже не на территории Европы. Но Гермиона знала, что поступила правильно: она защитила родителей, как и должна была, и скоро найдет их, вернет память и снова крепко обнимет.       Но как рассказать им, что она влюбилась в своего преподавателя? Профессора, намного старше неё... Бывшего Пожирателя Смерти... Вечно унижающего её на уроках...       Она поцеловала его, а он ей ответил... Они целовались... Северус нежно обнимал её. И он не сказал "нет", только назвал все происходящее безумием.       Каким будет следующий шаг? Вряд ли стоит надеяться, что они пойдут есть мороженое в центре Лондона... Гермиона нуждалась в хорошо разработанной стратегии, чтобы добиться успеха в завоевании неприступного профессора зельеварения.       Сейчас, оставшись один, Снейп скорее всего обдумает её повторное признание и снова сочтет её неподходящей для себя парой. Гермиона вздохнула: этот поступок казался самым логичным выводом из размышлений профессора. Но она хотела быть с ним. Снова почувствовать его тепло, и, если случится чудо, узнать, что он скрывает под своей маской ледяного пренебрежения.       Гермиону непреодолимо влекло к этому человеку, и это не было следствием внешней привлекательности, которой Снейп в общем-то и не обладал, или славы героя войны. Её чувство было глубоким и сильным. Именно Северус стал для неё тем мужчиной, которым она восхищалась и одновременно о котором ей хотелось заботиться, которого она уважала и с которым могла дискутировать до изнеможения... Он отличался ото всех. Гермиона любила его и испытывала это чувство уже довольно давно. Но что чувствовал сам Снейп? Нечто похожее или он поцеловал её просто потому, что она так налетела на него?       — Привет! Есть кто дома? Мама, мы приехали! — Джордж и Рон вошли в Нору, и Гермиона поспешила спуститься к ним, чтобы поздороваться. Похоже они только что вернулись из лавки приколов, в которой теперь вместе работали. Рон посмотрел на Грейнджер как-то нерешительно и словно смущенно, а Джордж наоборот радостно обнял её, засыпав вопросами:       — Очаровательно выглядишь, Гермиона. В честь чего такая радостная улыбка? А почему ты одна? Где Джинни?       — Я опоздала на поезд по вине Крукшанкса и вернулась по каминной сети. Джинни должна скоро приехать, — ответила Гермиона, глядя на часы на стене, которые показывали расположение всех членов семьи Уизли. И почувствовала грусть от того, что не видит там лица Фреда.       — Ты выглядишь счастливой... — пробормотал Рон, вымученно улыбаясь.       Гермиона кивнула, стараясь казаться спокойной:       — Я в восторге от программы моего вступительного экзамена в Министерство, вот и все...       — Ты только что закончила Хогвартс и снова думаешь об экзаменах! — но в голосе Джорджа не слышалось упрека, только добродушная насмешка. — Кстати, ты уже сказал ей? — он слегка подтолкнул брата.       Рон скромно улыбнулся, но с гордостью посмотрел на Гермиону.       — Я решил поступить на аврора. Правда, у меня нет высоких отметок, ведь когда мы учились в школе, я об этом не особо думал... Но все изменилось после сражения. Гарри уже прошел вступительные испытания и сказал, что у меня тоже должно получиться. Я очень хочу быть аврором, чтобы не допустить повторения произошедшего.       — Рон! — Гермиона бросилась к другу, крепко обнимая его. — Я так горжусь тобой! Ты станешь прекрасным аврором.       — Мальчики, мы дома... Ах, Гермиона! Мы волновались за тебя, — это пришли Молли и Джинни. Джинни вопросительно посмотрела на подругу. В ответ Гермиона улыбнулась и прикусила губу, на что Джинни удивленно округлила глаза. Молли внимательно посмотрела на обеих. — Думаю, вам есть что обсудить, девочки, не так ли? А я пока пойду приготовлю ужин. Скоро соберутся все.       Джинни схватила Гермиону за руку и потащила наверх, в свою комнату. Они бегом взлетели по лестнице, Джинни, плотно закрыв за ними дверь, обернулась к подруге.       — Что случилось?! Ты должна мне немедленно все рассказать! — умоляла она, опустившись на колени на матрас кровати, на которую села Гермиона. Грейнджер на мгновение замялась, но все-таки начала повествование, стараясь не пропустить ни малейшей детали.       — Когда я вернулась в замок за Крукшанксом, ко мне подлетела сова с запиской. В ней было указано местонахождение моего кота и стояла подпись Снейпа... — спокойно начала Гермиона и хотела продолжить, но Джинни прервала её:       — Снейп? Я думала, что ты все забыла, — пробормотала она, пытаясь понять, как такое возможно. Вероятно, чувство Грейнджер было настолько велико, что даже после принятия зелья забвения она испытывала что-то по отношению к профессору.       — Нет. Все это время я притворялась... Прости, что лгала тебе, но так мне было легче...       Джинни понимающе кивнула:       — Тогда есть нечто, что я недавно узнала и ты должна...       — Все это неважно. Слушай дальше. Я вошла к нему в кабинет. Мы немного поговорили, я бы даже сказала, слишком немного. Снейп тоже думал, что я все забыла, он казался таким отстраненным, далеким, но... Я не знаю... Как если бы... То, что я скажу, может прозвучать глупо, но в тот момент, когда мы разговаривали, мне казалось, что его никак не волнует мой уход из школы. Хотя, возможно, просто я очень хотела верить, что это не так и...       — И что произошло?       — Я снова сказала, что люблю его. Что я ничего не забыла.       Джинни с интересом посмотрела на подругу, ожидая продолжения истории:       — Великий Мерлин, Гермиона! Ты сошла с ума! Я восхищаюсь твоим мужеством... Но что он ответил?       Гермиона посмотрела на пол, слегка улыбаясь и краснея. Джинни с замиранием сердца ждала её ответа.       — Мы поцеловались.       — Ох! Ты шутишь, да? — Джинни крепко вцепилась в подушку, тревожно глядя на Грейнджер. — Мерлин! Мерлин!!! Мерлин!!!       Из-за стены послышался стук Рона и его приглушенный голос со словами "Нельзя ли потише". Джинни и Гермиона на мгновение замолчали, а потом дружно рассмеялись, отпуская накопившееся напряжение.       — Вы поцеловались? — снова повторила Джинни и, получив согласный кивок Гермионы, откинулась на кровать. Услышанное явно выходило за грань её понимания. — Великий Мерлин! Ты поцеловала Сне...       — Тише! — Гермиона закрыла рот подруги ладонью. Нора всегда была уютным домом, но стены здесь были слишком тонкими, а уши некоторых — любопытными. — Да, мы поцеловались, — тихо продолжила она, — и это было прекрасно. Ты даже не представляешь себе насколько.       — Да уж, я определенно не представляю. Это же Снейп.       — Ты удивишься, но он был таким... деликатным, — Гермиона коснулась кончиками пальцев губ, вспоминая ощущения от поцелуя. — А еще он обнял меня...       — Он не позволил себе лишнего, правда?       — Конечно, нет!       — Он сказал, что тоже любит тебя?       — Не совсем так. Он опять отверг меня... А потом снова поцеловал.       — Он тоже тебя любит, это точно, — Джинни внимательно посмотрела на подругу. — Я должна была тебе рассказать, но думала, что ты уже выпила зелье забвения и решила ничего тебе не говорить.       — Но как?..       — Его амортенция пахнет тобой. Значит, он отвечает тебе взаимностью, магию не обманешь, — Гермиона замерла, пораженная новостью. Возможно, ей стоило узнать об этом раньше, а не мучиться пару недель от показного равнодушия Снейпа. Это время в Хогвартсе оказалось худшим в её жизни: она пыталась скрыть свою печаль под маской наивной веселости. Её сердце разрывалось от горя, когда она пожимала ему руку на выпускном, прощаясь с ним навсегда. В ту последнюю ночь в Хогвартсе она не могла уснуть и рыдала, думая, что никогда больше его не увидит.       — Его амортенция пахнет мной?!

***

      — Ох, ты еще здесь, Северус. Кажется, мы с тобой остались одни в замке. Пойдем, я провожу тебя.       — Я вполне могу справиться сам, Минерва, — пробормотал Снейп, все еще глядя в окно кабинета.       — В любом случае Альбус хотел поговорить с тобой, — от этих слов Снейп вздрогнул, не сразу поняв, что МакГонагалл говорила про портрет. Северус смерил Минерву недовольным взглядом и направился к выходу из кабинета. Вместе они прошли по коридорам Хогвартса и вошли в директорский кабинет.       — Ну вот, я тебя привела. Надолго не задерживайся. Всего доброго, Северус, — Снейп непроизвольно проследил взглядом, как Минерва зачерпнула немного дымолетного порошка и шагнула в камин. Вот она исчезла в зеленом пламени.       — Кажется, тебе срочно необходимо выпить чего-нибудь покрепче, Северус, — прозвучал насмешливый голос бывшего директора. Снейп повернулся к портрету в богатой золотой раме. — Там на нижней полке, за книгами.       Порывшись немного, Снейп нашел странную бутыль с непонятным содержимым и несколько бокалов. Последовав совету, налил себе немного и принюхался: резкий запах спирта ударил в ноздри.       — Ты уже знаешь? — спросил Снейп, не глядя на портрет.       — Весь замок знает. Портреты в коридоре видели все. В следующий раз не забудь закрыть дверь, — Снейп побледнел и залпом осушил бокал. Дамблдор усмехнулся, наблюдая за беспокойством профессора. — Не переживай так. Я уже предупредил все портреты, чтобы они никому не рассказывали.       Северус нервно начал ходить по директорскому кабинету туда-сюда, потирая виски.       — Успокойся хотя бы немного. Никогда не видел тебя таким дерганным, — Дамблдор погладил бороду, погрузившись в воспоминания, — даже когда мы разрабатывали стратегию войны с Волдемортом.       — Здесь нет места никаким планам, Альбус, — Снейп резко оборвал бывшего директора. — Если она не выпила зелье, это сделаю я...       — Северус, не говори глупости. Настоящая любовь не повод пить зелье забвения.       — Это не любовь, а сумасшествие.       — У всего есть свои недостатки, — Альбус улыбался: его забавляло наблюдать за метаниями всегда такого сдержанного Снейпа.       — Если ты позвал меня для этого...       — Нет. Я хотел с тобой серьезно поговорить. Присаживайся, — Снейп раздраженно фыркнул, но выполнил просьбу Дамблдора, расположившись на кожаном диване рядом с письменным столом Минервы. — Я знаю тебя с детства, — проникновенно начал старый маг. — Ты вырос в этих стенах. Мальчик... Юноша... Мужчина... Профессор Хогвартса...       — Ближе к делу, пожалуйста.       — Хорошо. Я помню, как ты пришел ко мне в кабинет, умоляя защитить Лили, — Северус вздрогнул и опустил голову. — И все эти годы ты жил с грузом этой вины...       — Я пытался сделать все, что мог.       — Я знаю. Но все это время, ни разу за эти годы я не видел тебя спокойным, Северус. Счастливым, — черные глаза Снейпа вновь встретились с голубыми Дамблдора.       — Может, так и должно быть...       — Или нет, — на мгновение оба замолчали.       — Я разрушу её жизнь, — резко сказал Северус, на что Альбус мягко улыбнулся.       — Как тебе это удастся, Северус? Сделав её счастливой?       — Глупости, — Снейп, еле сдерживая гнев, снова посмотрел на портрет. — Я не могу сделать её счастливой. Она...       — Не торопись с выводами, — прервал его Альбус. — И не говори снова, что она не понимает своих чувств. Ты прекрасно знаешь, что только обманываешь сам себя.       — Хорошо, — Снейп язвительно усмехнулся, — не буду спорить с тобой. Такая невыносимая всезнайка должна все знать...       Дамблдор снова улыбнулся.       — Я просто хотел сказать тебе: смелей! — Альбус вскинул правую руку в жесте, которым, наверное, древние вожди направляли в бой свои войска. Снейп невольно улыбнулся:       — Да ты просто ненормальный директор! Поощряешь учителей встречаться со студентками.       — Я не делаю ничего подобного. Я просто советую тебе быть счастливым с женщиной, которую ты любишь и которая отвечает тебе взаимностью.       — Но я не люблю её... —Снейп упрямо продолжал стоять на своем. Повернувшись спиной к портрету, он зачерпнул горсть дымолетного порошка. Дамблдор недоверчиво следил за ним. — И если ты позволишь, я пойду... До следующего года.

***

      Джинни и Гермиона решили молчать о произошедшем, пока отношения Грейнджер со Снейпом не примут какую-то определенную форму (в лучшем случае, станут долгосрочными). Джинни даже удалось убедить Гермиону ничего не писать бывшему профессору в течение нескольких дней, давая тому время переварить полученную информацию и, возможно, соскучиться по ней.       Гермиона согласилась с идеей подруги, кроме того, она еще не придумала, что написать. А показаться чересчур навязчивой и глупой она не хотела.       Гарри тоже приехал в Нору и настолько восторженно рассказывал о своем обучении на Аврора, что Гермиона поняла, почему Рон так захотел тоже выбрать эту профессию.        Дни проходили спокойно, в Норе было тепло и уютно: влажный от ночной росы газон вокруг наполнял дом свежим дыханием лета, который временами прерывался изысканными ароматами блюд Молли. Джинни и Гермиона с удовольствием помогали ей на кухне, ведь готовка для такой многочисленной семьи требовала много времени и сил. К счастью, магия была неплохим подспорьем для ведения хозяйства.       А по вечерам Гермиона и Джинни обсуждали возлюбленных: Снейпа и Гарри. Молчание Северуса обескураживало: Грейнджер полагала, что после произошедшего Снейп вполне мог бы написать ей хотя бы пару строк. С каждым днем обида и непонимание копилось в ней...       Но потом перед её глазами снова вставала сцена поцелуя: его печальный взгляд, его рваное дыхание, соприкосновение её груди с его твердым торсом, его руки, осторожно обнимающие её за талию, и фраза "это сумасшествие", сказанная хриплым голосом.       И Гермиона поняла, что пора брать дело в свои руки — кто-то из них должен прервать молчание первым. Однажды утром, когда Молли и Джинни отправились по магазинам, а остальные разошлись на работу или учебу, она предпочла остаться дома, сославшись на головную боль.       Взяв пергамент, перо и чернильницу, Гермиона задумалась. Она не знала, как начать письмо. Профессор Снейп — слишком официально (особенно после поцелуя), а Северус — слишком самоуверенно. Гермиона вздохнула. Так же дело обстояло и с подписью. Написать: "мисс Грейнджер" — отрицать то, что между ними произошло, а "Гермиона"... Он так никогда её не называл.       Промучившись какое-то время и испортив не один пергамент, Гермиона, наконец, привязала к лапке совы свое послание и методично уничтожила все следы своих мучений. Среди них попадались обрывки, где она клялась Снейпу в искренности своих чувств или просила его ответить и рассказать о собственных эмоциях, а также прочий набор глупостей, извинений и доказательств, которые вряд ли пришлись бы по душе язвительному профессору.       Гермиона прождала ответа весь вечер, а на следующий день за завтраком не спускала глаз с прилетевших сов. Одна принесла "Пророк", другая — письмо для Гарри... Но её собственная сова просто влетела в окно и сразу направилась к кормушке. Никакого послания не было. Гермиона огорченно посмотрела на сову и с неохотой потыкала вилкой яичницу на тарелке. Есть расхотелось. Джинни внимательно наблюдала за подругой, понимая, что что-то произошло, но не торопилась расспрашивать. Также она не стала навязывать свою компанию, когда после обеда Гермиона собралась и, сказав всем, что хочет купить несколько книг в Косом переулке, исчезла в камине. Возможно, для Грейнджер поход в книжный магазин должен был стать своеобразной терапией...

***

      Ближайший камин располагался достаточно далеко от его дома. Поэтому Снейпу пришлось пройти несколько улиц, прежде чем он добрался до Тупика Прядильщиков. Рядом протекал грязный ручей, окруженный сорняками и мусором. Дома на другой стороне улицы казались заброшенными, и никто не попался ему на пути. Это было хорошо, так как Снейпу не очень хотелось привлекать внимание своим нарядом.       Он, правда, уже снял мантию: все-таки для лета этот атрибут одежды был явно лишним. Наконец, он добрался до дома. Снейпу пришлось наклониться, чтобы войти в низкую дверь.       Темная и холодная гостиная больше напоминала тюрьму, чем жилую комнату. Снейп достал палочку и открыл несколько окон, впуская в дом свежий воздух и солнце, лучи которого осветили корешки пыльных книг на полках. Северус махнул палочкой в сторону одного из шкафов: тот послушно отъехал в сторону, открывая узкую лестницу, ведущую наверх. Неторопливо Снейп поднялся по ступенькам и сразу направился в ванную комнату. Оттуда он вышел уже без привычного сюртука, в расстегнутой на груди рубашке и влажными спутанными волосами.       Еще одно движение палочки очистило от пыли покрывала и простыни в маленькой спальне. Но в луче света, проникающем сюда через окно, все равно были заметны частицы пыли. Снейп подошел к окну и раскрыл его полностью. Район выглядел таким же удручающим как и всегда. Закрыв окно, Северус скинул ботинки и упал на кровать, глядя в потолок. Прошлой ночью ему не удалось толком поспать, поэтому дневной сон ему точно не помешал бы.       Он проснулся голодным и с непривычным ощущением, что видел во сне нечто приятное. Сновидение не сохранилось в памяти, но оставило после себя приятное послевкусие радости. Снейп спустился вниз приготовить себе поздний обед. Подкрепившись, он решил посвятить свободное время чтению. Да уж, жизнь двойного шпиона никогда не была настолько скучна. Подойдя к шкафам, Северус выбрал книгу, с гордостью посмотрев на свою внушительную коллекцию.       "Грейнджер понравилось бы", — мелькнуло у него в голове. Снейп сел на старый потрепанный диван, на котором любила читать его мать. Но выбранная книга больше не привлекала его. Прикрыв глаза, Северус позволил себе представить Гермиону, сидящую на его коленях и читающую вместе с ним: вот она сильнее прижимается к нему, позволяя ему вдыхать свежий и сладкий аромат её волос. Снейп глубоко вздохнул, как если бы она и правда была рядом, почувствовав, как в груди возникает умиротворяющая теплота.       Покачав головой отгоняя видение, Северус открыл глаза и начал читать. Гермиона быстро бы поняла, что у них нет совместного будущего, они не могут быть вместе...       Черные глаза Снейпа задумчиво остановились на противоположной пустой стене темного зала. Снова забыв о чтении, он глубоко задумался. Сильный шум вырвал его из размышлений: это домашние эльфы доставили его багаж из Хогвартса. Обрадованный неожиданно появившейся работой, Северус отправился разбирать чемоданы.       Через несколько дней Снейп привык к одиночеству своего дома и повседневной рутине, где ему не нужно было держать ухо востро. Труднее всего оказалось привыкнуть к мысли, что все закончилось и теперь он может жить спокойно, не думая о смерти. Его собственная жизнь была теперь в его полном распоряжении.       В его полном распоряжении... Пустая жизнь, в которой он не знает, что делать...       И тут в его окно постучалась сова. Северус вскочил с дивана так быстро, как если бы за окном появился сам Волдеморт. Он не хотел в этом признаваться, но его сердце забилось почти в ритме нетерпеливых ударов совы о стекло. Снейп открыл окно и забрал письмо. Сова не торопилась улетать: хозяйка явно велела ей дождаться ответа... Но Северус не собирался отвечать, поэтому взмахом руки прогнал птицу.       В комнате он положил конверт на стол, не торопясь приступить к чтению. Северус прекрасно знал, от кого послание, для этого ему не было нужды вскрывать его. Он даже мог бы угадать его содержание. Но должен ли он был прочитать его или стоило поступить как взрослому рассудительному человеку и выбросить его, не читая, раз и навсегда вычеркнув из памяти этот последний год в Хогвартсе в обществе мисс Грейнджер?       Но снова любопытство взяло верх. Схватив письмо, Снейп развернул его, ожидая найти череду просьб и обещаний, способных нагнать тоску на любого, но лаконичность текста его удивила:       Буду ждать вас завтра в пятнадцать часов на набережной Виктории, напротив вокзала.       ГГ       PS. Наденьте маггловскую одежду.