Уродец

Большая королевская зала тонула во мраке, освещаемая лишь тусклым светом свечей. В центре возвышался трон, на котором сидела правительница дроу, верховная жрица культа Ллос — Алвейн. Подле ног ее лежали голые и закованные в цепи рабы, иногда они поднимались, чтобы трепетно припасть губами к темной коже ступней. Королева совсем не обращала внимания на недостойных мужчин, она внимательно выслушивала отчеты советников, что также присутствовали здесь. В какой-то момент в залу вошла молодая девушка и, прерывая поток монотонных скучных донесений, сообщила: — Второй сын пришел по вашему приказу, Жрица. — Впустите, — строго произнесла та. Через минуту перед женщиной предстал склонившийся в поклоне Иллиан. — Чем могу быть вам полезен, Верховная Жрица? — Сын мой, в отличие от своего брата ты не приносишь мне никакой пользы, поэтому держать тебя рядом с собой я не вижу смысла. Скоро грядет твое совершеннолетие, а ты так ничего и не добился. Злость закипела в Иллиане, но он ничем не показал своего раздражения, внешне сохраняя спокойствие. — Я хочу, чтобы ты отправился в академию магии. Твои глаза давно говорят мне о твоей одаренности. Надеюсь, ты не опозоришь свою мать в будущем. — Но я уже получил знания в военном и политическом деле, зачем… — Ты меня плохо слышишь, Иллиан? — грозно произнесла жрица. — Я хочу, чтобы ты изучил магию. Нынешних знаний тебе не хватит, чтобы защитить королевство, если что-то случится. На следующей неделе ты отправляешься на Тартарос. — Тартарос?! — Не перебивай меня! — Алвейн зло сверкнула глазами, и ее сын тут же упал на колени от резкой боли. — На общем материке академия Розенталь очень знаменита. Тем более у тебя появится прекрасная возможность узнать ближе другие расы и выискать их слабые места самому, а не по старым пыльным трактатам, которые уже бесполезны. — Я понял вас, Верховная Жрица, — со сбившимся дыханием, высказался юноша. — Можешь идти. Гээлрес, продолжай, что там дальше с укреплениями на северной границе? Иллиан вышел из залы, пылая от гнева. Он ненавидел свою мать, ненавидел порядки и традиции дроу, ненавидел всю эту расу в целом. Но большую ярость у него вызвало то, что почти в тридцать лет, на пороге совершеннолетия, его посылают учиться, а отказаться нет никакой возможности. На земле Аштар всем управляли жрицы верховной богини Ллос. Мужчины же считались низшими существами, годными только для продолжения рода и войны. Но были и исключения, например маги, несмотря на их пол, всегда пользовались уважением, а также члены королевской семьи. В этом плане Иллиану повезло — с ним обращались подобающе, но и у такого положения нашелся минус: с детства у него не было друзей. Ему запрещалось водиться с низшими, лишь в военной академии появились приятели — братья Калан и Беллар. Они тоже принадлежали к знатному роду, поэтому никто не противился их дружбе. Недовольство жизнью постепенно накапливалось у юноши, и ему требовалась хоть какая-то разрядка. Обычно во всей Эльтерии в таких ситуациях прибегали к услугам женщин определенной профессии, но только не дроу. Здесь же роль шлюх выполняли симпатичные миниатюрные мальчики, а девушки, даже самые простые и неродовитые, изначально стояли по положению на голову выше мужской части населения. Иллиана мужчины не привлекали, он считал такие связи чем-то противоестественным и грязным. Отношения с женщинами ему тоже были недоступны — те постоянно пытались заманить златоглазого в постель, но не из-за симпатии и плотского желания — они просто хотели выносить от него детей. Рождение девочки стало бы прямой заявкой на трон, а кто откажется от власти? Из-за большой продолжительности жизни дроу могли быть очень плодовиты, потеснив остальные расы. Поэтому боги ограничили их способность к размножению, позволяя вынашивать только одного младенца раз в сто лет. Верхней Жрице было больше трех столетий, и ей не повезло — оба ее чада оказались мальчиками. Они тоже считались наследниками, но фактически управлять королевством могли лишь их дочери. Алвейн не радовал такой расклад, она хотела передать власть своему собственному ребенку. Жрица запретила сыновьям даже смотреть в сторону женщин, не говоря уже о чем-то большем — неповиновение могло караться смертью. Иллиан уже был один раз на краю своей гибели, поэтому наученный горьким опытом, он решил найти другой способ для своей разрядки. Коллекционирование уродливых созданий, на удивление, здорово помогало снять ему накопившийся стресс, но узнал об этом он совершенно случайно, когда еще обучался в академии. В тот день им назначили нового приглашенного преподавателя вести занятия по военной тактике. Гилшаас был опытным воякой, пережив в своей жизни не одну войну — благодаря холодной голове и взвешенным решениям он у многих снискал уважение за свои заслуги. Но не всегда удача благоволила ему, однажды дроу вернулся домой без глаза — с тех пор он стал носить черную повязку, прикрывая свой военный трофей. Иллиана сразу же заинтересовало, как на самом деле сейчас выглядит преподаватель. На уроке он открыто попросил Гилшааса снять повязку, тот не мог отказать королевскому наследнику. Это было мерзкое и противное зрелище: вместо глаза на лице красовалась огромная кривая шишка. Многие тут же зашептались, кое-кто даже хихикал — все осуждали отвратительный вид преподавателя. Иллиан представил, как преподавателю сейчас может быть неудобно и неловко, как он стыдится своей внешности — от этих мыслей юноша так возбудился, что без спросу сорвался с места и убежал в туалет, где почти мгновенно достиг разрядки — самой яркой за всю его жизнь. После этого он стал специально подзадоривать своих одногруппников, чтобы те всячески издевались над Гилшаасом. Но счастье Иллиана вскоре закончилось — устав, учитель покинул академию. С этого момента юноша стал выискивать людей с какими-то уродствами, брал их себе в рабы и получал наслаждение от их мучений. Вот только когда собственная мать заставила его ехать на другой континент, ему запретили забрать с собой любимую коллекцию. Это опечалило златоглазого, и он попытался найти новые развлечения на Тартаросе. Здесь никто не знал, что он является наследником, его воспринимали как обычного дроу. Нормальный статус мужчин почти сразу же вскружил ему голову. Вместе с Каланом и Белларом, которых он взял в свою поездку, они поехали по городам, объезжая все местные бордели и кабаки. Шлюхам нужны были деньги и красивое сильное тело с членом — и то, и другое у дроу имелось в наличии. Но несмотря на эти сексуальные приключения, Иллиану все равно не хватало того отчаянного взгляда, каким одаривали его рабы. Кто бы мог знать, что заехав в неприметную таверну, чтобы набить желудок, друзья встретят столь отвратительное создание? Иллиан сразу понял этот знак свыше, решив забрать уродца с собой в Аспен. Братья знали о коллекции своего друга, хоть и без лишних подробностей — для них он просто любил издеваться над уродами, теша свое самолюбие. И сейчас, когда они все вчетвером ехали в карете, решили поглумиться над пленником. — Бабы у вас такие же уродины? — Как вы с ними трахаетесь? Не блюете? — Какой у вас член? Вы им хоть в дырку попадаете? — Жаб у вас среди родственников нет случайно? Иллиан внимательно наблюдал за реакцией Линдала, но тот даже и виду не подавал, что эти вопросы как-то могут его задеть. На самом деле асмиец давно привык к своей внешности — его с детства окружали отвратительные существа, но так же он знал, какими красивыми могли быть его родители. Конечно, юноша не хотел, чтобы его боялись, но к критике его вида относился с равнодушием. Пусть остальные думают, что хотят — такими пустячными оскорблениями его не сломать. Златоглазый быстро понял, что его друзья своими пошлыми вопросами унизить асмийца никак не смогут. Он вспомнил боль в глазах Линдала, когда сказал, что поступает в академию. С этим мелким уродцем обычные оскорбления не сработают, нужно подходить с другой стороны, но это после — когда они уже прибудут в Аспен. Сейчас стоило его просто немного подразнить. — Калан, Беллар можете остановиться. Он молчит, как рыба, и это совсем не интересно. Может, вы перейдете к более активным действиям? — братья непонимающе на него уставились. — Например? — Мне что вас учить? Вы же сами только что спорили, какого размера член у асмийцев, вот и проверьте, — Иллиан коварно улыбнулся, наблюдая за показавшимся на лице друзей отвращением. — Да ладно вам. Как будто вы у нас мужиков-шлюх не трахали. Не прикидывайтесь девственниками. Линдала от их разговора передернуло. Мужики-шлюхи? Про это он впервые слышал. Конечно, юноша знал, что некоторые женщины продают свое тело, но чтобы мужчины… Да и само намерение златоглазого ему не понравилось, проверить его размер? Зачем? Братья уловили испуг в глазах асмийца и ухмыльнулись — возможно, идея Иллиана и не так плоха. Сидящий рядом Калан резко схватил мальчика и, крепко сковывая его руки, устроил у себя на коленях. Беллар стал стаскивать с него штаны, а потом и нижнее белье. Линдал сначала сопротивлялся, но потом понял, что против трех дроу все равно ничего не сможет сделать, и успокоился. Лишь предательски увлажнившиеся глаза он никак не мог скрыть. — Смотрите, он сейчас заплачет, — захохотал Беллар. — Хнык, хнык, — вторил ему Калан. — Я бы подумал, что перед нами девка, если б не этот отросток, — он взял член асмийца в руки и потряс им. Иллиан внимательно следил за эмоциями на лице юноши. Безмолвная просьба о помощи читалась в его глазах — это так возбудило его, что захотелось тут же передернуть. Но он, что ли, слабак какой? Не может потерпеть? — Поразвлеклись и хватит. Отпустите его. Братья нехотя расстались со своей игрушкой, а Линдал стал быстро натягивать на себя одежду. Следующие три дня поездка проходила относительно спокойно. Красноглазые еще несколько раз подшучивали над асмийцем и даже опять порывались снять с него штаны, но Иллиан быстро пресекал их игры. Не будь они в экипаже, он с удовольствием помог бы им, но здесь… Златоглазый высоко ценил свой комфорт, а дрочить в этой грязной карете у всех на виду или даже укромно в лесу — до такого он еще не докатился. Когда повозка въехала в Аспен, все четверо стали с интересом осматривать открывающийся вид за окном. Иллиан с друзьями успел объездить много городов, но до столицы они не добрались, оставив ее на десерт — и правильно сделали. Аспен поразил их своей красотой: высоченные здания из камня, широкие дороги, чистые улицы, обилие самых разных магазинов. С удвоенным интересом Линдал наблюдал за необычными животными и различными расами, встречавшимися им на пути. Также они проехали и мимо академии Розенталь, но взглянули на нее лишь мельком — времени, чтобы осмотреть все детально, не было. — С завтрашнего дня начинаются вступительные испытания. Как жаль, что ты на них не попадешь, — ухмыльнулся Иллиан. Линдал в это время молился — он был готов на все, лишь бы поступить туда. Даже если бы пришлось заключить сделку с самим богом смерти.