Мёртвые бывшие

***

Роб вернулся домой, чувствуя, как внутри него нарастает тревога. Полночь приближалась, и каждая минута казалась бесконечной. Он пытался отвлечься, но мысли о предстоящем ритуале и слова Эльвиры о возможной тёмной силе, удерживающей Нину и Холли, не давали покоя. Он перебирал в памяти их лица, их последние слова, пытаясь понять, что именно могло связать их с ним так крепко. Была ли это только его вина, или действительно что-то более зловещее стояло за их возвращением? Согласно указаниям Эльвиры, он осмотрел свои вещи, чтобы убедиться, что ничего, связанного с девушками, не осталось при нём. Он убрал в дальний ящик старую фотографию, на которой они с Холли улыбались на фоне осеннего парка. Кольцо, которое он когда-то подарил Нине, он завернул в ткань и спрятал в шкаф. Даже их имена он старался не произносить вслух, словно это могло вызвать их раньше времени. Но в глубине души он знал, что связь с ними не в вещах, а в его сердце — в чувстве вины, которое разъедало его изнутри. Когда часы показали одиннадцать, Роб надел тёмную куртку, взял только ключи и вышел из дома. Ночь была холодной, с пронизывающим ветром, который, казалось, шептал что-то зловещее. Улицы были пусты, лишь редкие фонари отбрасывали тусклый свет на мокрый асфальт. По пути к дому Эльвиры он ощущал, как его сердце колотится всё сильнее. Он не знал, чего ожидать, но понимал, что это его последний шанс на освобождение — или на окончательное падение в бездну. Когда он добрался до переулка, дом Эльвиры выглядел ещё мрачнее, чем днём. Единственный свет исходил из узкого окна на первом этаже, где мерцали отблески свечей. Роб постучал в дверь, и она тут же открылась, словно Эльвира ждала его. На этот раз на ней был чёрный плащ с капюшоном, а в руках она держала старинный подсвечник с тремя горящими свечами. — Ты пришёл вовремя, — сказала она, её голос звучал ещё более властно в ночной тишине. — Это хорошо. Время имеет значение. Входи, но помни: с этого момента ты не можешь отступить. Что бы ни произошло, ты должен следовать моим указаниям. Роб кивнул, переступая "порог". Запах трав и серы стал ещё сильнее, а воздух казался тяжёлым, почти осязаемым. Эльвира провела его в ту же комнату, но теперь на полу был нарисован круг из белого мела, окружённый странными символами, которые Роб не мог распознать. В центре круга стоял небольшой столик с чёрной свечой, пучком трав и флаконом тёмной жидкости, которые он видел ранее. Рядом лежал старый кинжал с изогнутым лезвием, от которого у Роба пробежал холод по спине. — Сядь в центр круга, — приказала Эльвира, указывая на пол. — И не двигайся, что бы ты ни увидел или ни почувствовал. Твоя задача — оставаться спокойным. Я вызову их, чтобы понять, что их держит. Но это опасно. Если связь слишком сильна, они могут попытаться забрать тебя с собой. Роб сглотнул, его горло пересохло. Он сел в центр круга, скрестив ноги, и попытался дышать ровнее. Эльвира зажгла чёрную свечу, её пламя было необычно синим, и начала шептать слова на языке, который Роб не понимал. Она подожгла пучок трав, и едкий дым начал заполнять комнату, вызывая лёгкое головокружение. Затем она открыла флакон и капнула несколько капель тёмной жидкости на пол, прямо перед кругом. Воздух стал ещё тяжелее, и Роб почувствовал, как его кожа покрывается мурашками. Внезапно температура в комнате упала, словно кто-то открыл невидимое окно. Роб услышал тихий шорох, словно шелест мокрых листьев, и его сердце замерло. Из угла комнаты, где тени были гуще всего, начали проступать знакомые силуэты. Сначала Нина, её лицо искажала та же кривая усмешка, а из сломанной ноги сочилась кровь. Затем Холли, её мокрые волосы прилипли к бледному лицу, а глаза были пустыми, но полными тоски. Они не двигались, но их присутствие ощущалось так сильно, что Роб едва сдерживал желание вскочить и бежать. — Назови их имена, — резко сказала Эльвира, её голос прорезал тишину. — Назови их и спроси, почему они здесь. Роб, с трудом заставляя себя говорить, прошептал: — Нина… Холли… Почему вы не уходите? Что держит вас со мной? Их фигуры дрогнули, словно от порыва ветра. Нина наклонила голову, её губы шевельнулись, но вместо слов Роб услышал лишь шорох, напоминающий звук льющейся воды. Холли протянула руку, но не пересекла границу круга. Её лицо исказилось, словно от боли, и Роб почувствовал, как его грудь сдавило от знакомого чувства вины. — Они не могут говорить напрямую, — сказала Эльвира, её голос был напряжён. — Но я вижу их боль. И гнев. Их смерть не была случайной, Роб. Есть след… чего-то тёмного. Не просто твоя вина. Кто-то или что-то наложило на них печать, связав их с тобой. Это не просто привязанность — это проклятье. — Проклятье? — Роб посмотрел на неё, его голос дрожал. — Кто мог это сделать? И зачем? Эльвира нахмурилась, её взгляд был устремлён на фигуры девушек. — Я не могу сказать точно. Это может быть кто-то из твоего прошлого, кто желал тебе зла. Или ритуал, который ты не осознавал. Чтобы разорвать связь, нужно найти источник этого проклятья. И это будет опаснее, чем ты можешь представить. Она замолчала, её руки сжали кинжал. Фигуры Нины и Холли начали медленно растворяться, но перед тем, как исчезнуть, Нина посмотрела прямо на Роба, и в её глазах он увидел не только гнев, но и что-то похожее на предупреждение. Холли, прежде чем исчезнуть, коснулась границы круга пальцами, оставив на полу влажный след. — Они ушли, но ненадолго, — сказала Эльвира, гася свечу. — У нас мало времени. Ты должен вспомнить всё, что связано с их смертью. Каждую деталь. Если мы не найдём источник проклятья, они измотают тебя. И не только твою жизнь, но и душу. Роб сидел, чувствуя, как его разум охватывает хаос. Он знал, что должен копаться в прошлом, в тех моментах, которые он пытался забыть. Но с каждым воспоминанием он понимал, что правда может оказаться страшнее, чем он думал. Была ли смерть Нины действительно несчастным случаем? А Холли — действительно ли она сама сделала этот шаг с моста? Или за всем этим стоял кто-то, кто до сих пор наблюдает за ним из тени? Эльвира посмотрела на него с мрачной серьёзностью. — Завтра мы продолжим. Но будь готов: чтобы разорвать проклятье, тебе, возможно, придётся столкнуться с тем, кого ты давно забыл. И это может стоить тебе всего. Роб кивнул, хотя внутри всё кричало от ужаса.