Warriors of the world

      — Милорд, Вы меня вызывали?       — Да, Станислас, вызывал. И встань уже с колен, я же не Реддл какой-нибудь, чтобы за отсутствие подобострастия сторонников пытать!       — Как прикажете, милорд.       — Как проходят приготовления?       — Всё согласно плану, милорд — в Хогвартсе негде вздохнуть от аврората.       — Так, а что наш «Объект»?       — Добрался до места без каких-либо приключений, однако пока сложно что-то прогнозировать — слишком много вероятностей реальны.       — Хорошо. Тогда готовьте первый акт, пусть старушка Англия слегка оживится. И встань уже с колен — я с тобой общаюсь, а не с твоим затылком.

* * *

POV Хьюго       Ну, что сказать о первом знакомстве с магической Англией? Лишь что обычные люди, что магические — один хрен сволочи в массе своей. А вот по отдельности иногда встречаются довольно интересные типы. Например, эти дети (да, формально мне тоже всего лишь 11, но по факту-то мне больше, так что нефиг придираться к словам!) — Джеймс и Марта, к которым меня подсадили во избежании новых драк (и пока купе оттирали от крови из разбитых носов), а потом оказались за одним факультетским столом. Первый хоть и пытался из себя строить сноба, однако явно явно бит жизнью по самым мягким местам, а потому правило первого впечатления — как водится, обманчивого — на нём сработало на все сто. Марта, несмотря на отстранённость, тоже не вызывала рвотных позывов в те редкие моменты, когда выныривала из массивного тома «Фантастических зверей и мест их обитания» за авторством некого Ньюта Саламандера. Я бы сказал, что эта парочка — довольно славные ребята, и вполне может быть, что мы подружимся… Если они меня, конечно, выдержат. Но это всё будет потом. А сейчас нас ждёт знакомство с непонятным калекой, хромающим в нашу сторону и, судя по оскалу, собираясь нас прикончить — улыбкой это я не смог бы назвать при всём своём желании.       — Добро пожаловать на Гриффиндор, первокурсники, — пророкотал калека, сканируя нас поочерёдно сначала здоровым глазом, а потом протезом. — Я — Аластор Грюм, декан факультета и ваш самый лютый кошмар, если вздумаете мне попасться после отбоя в коридорах. Вопросы есть? Вопросов нет. Отлично, вперёд в спальни… Всё, я свою работу выполнил — они все в вашем распоряжении, мисс Мёрдок. Надеюсь, этих первокурсников вы не потеряете.       Последняя фраза была адресована кому-то за нашими спинами. Обернувшись, я увидел девушку со слегка неуверенным взглядом, которая словно бы боялась вот-вот провалиться сквозь землю. Особенно странно это контрастировало с тугим низким хвостом волос, перекинутым через левое плечо, а также с чёрной с алым подбоем мантией и значком старосты. Впрочем это продлилось всего несколько секунд, прежде чем девушка подобралась и чуть устало посмотрела на декана, словно бы переваривая услышанное.       — Не беспокойтесь, профессор, в этом году МакПраттов среди них нет, а значит и беспокоиться не о чем. Следуйте за мной, ребята, и постарайтесь не отставать — заблудиться в замке первое время будет довольно просто.       — В этом году есть те, кто уже напрашивается на отработку и штрафные баллы для факультета, — пророкотал Грюм, сверля меня своим протезом не хуже дрели. — Поэтому настоятельно рекомендую не задерживаться. Проспать в свой первый день учёбы — это явно не то, чего ждут профессора от студентов. Доброй ночи.       Суровый дедок, что и говорить. За столом я краем уха слышал характеристику о нём, и она внушала. Пережить три войны, две из которых касались магического мира, а третья так и вовсе Мировая — это, знаете ли, заслуживает уважения. Интересно, а костыль у него в руках это то, о чём я думаю, или обычная клюка для престарелого мага-параноика?       — Первокурсники, не задерживаемся, — резанул по ушам неожиданно серьёзный голос стоявшей рядом старосты, видимо, решившей лично проследить за тем, как я расквартируюсь в местном общежитии. — И сдайте, пожалуйста, ваши мобильные телефоны — в замке они абсолютно бесполезны. Впрочем, как и почти вся техника магглов, включающая в себя мало-мальскую электронную начинку. А в случае с телефонами это ещё может быть и травмоопасно — новые модели имеют тенденцию взрываться в карманах упрямых и неверующих студентов. В основном, конечно, во время практики заклинаний, но было и пара случаев, когда ничто не предвещало беды, а спустя минуту у тебя уже ожог второй степени на половину бедра и…       И так далее, и тому подобное. Короче, техника безопасности для чайников, которая сводилась к единственной истине: в замке гаджеты как минимум бесполезны, а как максимум — опасны для здоровья. Поэтому мой «сименс» перекочевал сначала в руки старосты, которая тут же наклеила на него бирку с моим именем, а после — в маленький, чёрный, с серебряными прожилками мешочек на шнуровке, украшенный какими-то письменами у самой горловины и также имеющий бирку с моим именем.       И тут мой уставший мозг осенил вопрос, который я не додумался задать с самого начала тирады.       — Минуточку!       На мой возглас обернулась добрая половина гриффиндорцев, однако когда меня трогало чужое мнение в таких количествах?       — Если техника горит под влиянием замка, то как этот мешочек спасёт её от взрыва в кабинете завхоза?       — Хороший вопрос, мистер…?       — Грейнджер… Сэр.       Да, именно сэр, поскольку ответ последовал не от старосты, а от стоявшего рядом завхоза, который, если верить директору МакГонагалл, в этом году заменил на посту некого Аргуса Филча и теперь благоухал улыбкой и очень знакомой смесью табака с порядком выветрившимся спиртным. Мятые брюки и рубашка, непослушные волосы цвета пшеницы и чуть ехидная улыбка мистера Константина делали его едва ли не самой загадочной личностью в замке, а явное отсутствие палочки лишь добавляло загадок, ответ на которые я вряд ли когда-нибудь получу. Впрочем, сейчас меня интересовало несколько иное.       — Так вот, мистер Грейнджер, ответ на Ваш вопрос довольно прост: мешочек пронизан нитями хладного железа — материала, накрепко глушащего все магические эффекты. Говоря простым языком, в этом мешочке ваш телефон будет словно в сейфе банка ровно до того момента, пока вы его оттуда не извлечёте.       Хм, понятно. Значит, это так называемое «хладное железо» является экраном для магии. Запомним, авось пригодится. Ладно, с этим разобрались, а остальное может подождать и до утра, потому что впечатлений я отхватил на две жизни вперёд, а учитывая специфику Школы и то, что я слышал от родни, меня ожидает офигительно интересный и насыщенный год в окружении фриков разных мастей, размеров и конфессий.       До гостиной мы добрались без приключений, если не брать в расчёт случай застревания меня в лестнице, поскольку мерзопакастная ступенька тупо пропала в момент, когда я уже опустил ногу. Как итог я чуть не стал заикой, а тот конструкт, что я выдал в порыве праведного гнева, кажется, никто не понял… Ну, разве что одно из привидений укоризненно покачало головой и, пройдя сквозь меня, уплыло в стену. Ну и ладно, ну и хрен с ним, я всё равно прав! Хотя ощущения, скажу я вам, так себе. Если кто любит закаляться — советую. Как ведром ледяной воды окатили, чесслово! Ладно, что-то меня опять понесло. Так вот, спальни. Они оказались довольно внушительными и просто радовали глаз. По пять кроватей с балдахином, к ним по сундуку для вещей и тумбочка для книжек, дневников и т.д. и т.п. камины, опять-таки. В общем, для человека, который в каких только условиях не спал, тут был настоящий рай. Да и соседи по комнате подобрались на удивление неконфликтные, что меня после инцидента в поезде несколько обрадовало — не хотелось бы иметь под боком ярого задиру. Не люблю конкуренцию.       А вот утро выдалось мрачным. Осень вступила в полную силу, и проливной дождь нещадно барабанил в стёкла спальни. Я даже не сразу осознал, где нахожусь, и что этой реальности от меня надо. Блиииин, а ведь ещё сумку с учебниками собирать! Вот же.! Уф, полегчало. Так, что у нас там в расписании? Ага, Защита от Тёмных Искусств, Травология и Зельеварение. Мдааа, звучит как что-то весьма напоминающее толстую полярную лису. Ладно, сколько там времени? СКОЛЬКО?! Ох, ёёёё! Ясно, похавать я не успеваю, ну и фиг с ним. Так, какая там аудитория… ?       На урок я всё же успел. В последний момент, но успел. Меня спасло то, что кабинет находился на первом этаже, и мне не надо было вновь подниматься по этим адовым лестницам. Шмыгнув в закрывающуюся дверь кабинета, я наконец-то смог во всех подробностях рассмотреть местную архитектуру. Ну, что вам сказать? Красиво, однако! Лепнина, высокие потолки, фрески, факела… Словно попал не в современность, а в типичное средневековье из какого-нибудь пошлого английского сериальчика про придворных бл… Кхем, придворных дам и дворцовые интриги. Сам же кабинет, в котором планировался урок, был разделён на две части — учебную и практическую. Во всяком случае у меня сложилось именно такое впечатление, поскольку в первой части стояли парты, кафедра для профессора, а также висело пара портретов незнакомых мне людей (само собой, двигающиеся) и какие-то списки с магическими дисциплинами. Во всяком случае слово «некромантия» я там разобрал отчётливо. Вторая же часть была отгорожена аналогом заборчика и была расчищена от всего, что могло ненароком разбиться об голову учащегося. Ну, или криворукого профессора, тут уж как повезёт. Рональд как-то рассказывал о профессоре, который умудрился сорвать свой урок, потому что был слишком криворук, чтобы нормально произнести нужную магическую формулу.       Нынешний преподаватель выглядел довольно строгим. Статная блондинка в строгом брючном костюме тёмно-зелёного цвета и белоснежной с красным ободом мантии взирала на представителей обоих факультетов (урок был совместно с факультетом Слизерин) сквозь толщу очков с ледяным спокойствием человека, которого ничем невозможно удивить. Казалось, сами глаза — иссиня-голубые — источали морозную атмосферу, и от этого по моему загривку, чеканя шаг, промаршировала рота мурашек.       — Доброе утро, студенты, — губы женщины тронула улыбка, и она чуть облокотилась на кафедру, за которой стояла. — Прежде чем мы начнём урок, я попрошу вас убрать палочки — в ближайшие полгода мой предмет будет составлять исключительно теоретические основы, а значит минимум на полгода вашими ближайшими друзьями станут учебники, пергамент и перья. Итак, давайте знакомиться. Моё имя Интегра Фарбрук Вингейтс Хеллсинг, и я ваш преподаватель Защиты от Тёмных Искусств. Вопросы имеются?       Вверх тут же взметнулась рука, однако я не мог разглядеть, чья именно.       — Да, мистер Гликер?       — Профессор, почему у нас не будет практики? Ведь без практики мы будем беззащитны перед Тёмными Искусствами.       Женщина улыбнулась уголками губ, однако теплотой в этой улыбке не пахло.       — Именно ответу на этот вопрос мы и посвятим сегодняшний урок. Если повезёт и мы успеем, то, возможно, даже с демонстрацией. А теперь берём в руки перья и записываем. Тема урока «Класссификация дисциплин, относящаяся к виду темномагических».       Фига себе! Вот это я понимаю подход. Хочешь магичить — учи мат.часть, иначе пойдёшь на местный аналог шашлыка. Впрочем, видимо, не все были согласны с данным подходом, и вновь в воздух взметнулась рука моего поездного знакомца.       — Но профессор, это же неправильно. Газеты пишут, что возобновились смерти маглов как 13 лет назад, а также Чёрные Метки над Лондоном и не только. Что, если Вы-Знаете-Кто снова вернётся в этот мир?       Не знаю, о ком малец так яро распрягает, но видимо предмет довольно животрепещущий, поскольку по рядам учеников прокатился напуганный шёпот. Что, впрочем, ни капли не смутило профессора Хеллсинг — она даже позу не сменила. Лишь улыбка пропала с аристократического лица.       — До меня доходили подобные слухи, мистер Гликер, однако все ужасы и умения Тёмного Лорда слишком преувеличены. Да, он сумел внести смуту в магическую Англию, да практически совершил гос.переворот, однако оба раза доказал свою полную некомпетентность в магической дисциплине, которую практиковал, и потому третьего раза попросту не будет.       — Но ведь Тот-Кого-Нельзя-Называть был… — донеслось откуда-то с заднего ряда.       — …Всего лишь аколитом в области некромантии, не более того. Вся так называемая империя Волан-де-Морта была построена исключительно на страхе и мифе его бессмертия, который он сам же и распустил, расколов свою душу на несколько частей и воскресая после каждого убийства.       — А как быть с великанами и дементорами, которых Тёмный Лорд призвал к себе в союзники во время обоих воин? — Не унимался сосед Гликера. Кстати, гриффиндорец.       — Их он тоже запугал? ХА!       Профессор на мгновение прикрыла глаза и глубоко вздохнула, после чего подняла ресницы и ответила ровным голосом, однако гул шёпотков мгновенно стих — столь много холода в нём было.       — Мистер Блэк, обсудите данный вопрос с профессором Бинсом на уроке Истории Магии, а я, с Вашего позволения, вернусь к нашему уроку. Впрочем, так уж совпало, что я частично могу ответить на Ваш вопрос. Алохомора!       То, что я принял изначально за полку, оказалось дверью в подсобку, которая, после взмаха профессора, открылась, и на практическую сторону выплыло нечто в чёрных обрывках ткани и накинутым на лицо капюшоном. В кабинете резко похолодало, хотя камин в углу горел довольно ярко. Добрая половина учеников шарахнулись к выходу, однако остановились, наблюдая за профессором.       А профессор Хеллсинг, между тем, сошла с кафедры и вышла на «практическую половину»       — Перед вами дементор — страж тюрьмы Азкабан, а также тихий ужас рядового магического сообщества. Этих духов привлекают боль и страдания смертных. Дементоры питаются радостными воспоминаниями и позитивными эмоциями своих жертв, а когда не находят таковых в душе человека, то поглощают саму душу. Это называется Поцелуй Дементора.       Звучит погано, как ни посмотри. Ладно я, но каково это знать одиннадцатилетним шкетам? Впрочем, глупый вопрос — это не урок этики, а урок защиты, следовательно мы должны знать от чего нам защищаться.       — … Именно смерти, а не тёмное колдовство помогли Тёмному Лорду обрести столько мощных союзников. Однако, как я уже говорила, он был всего лишь любителем. Хорошим стратегом, неплохим дипломатом и интриганом, но вот некромант из него вышел никудышный. Дело в том, что некромантия — это одна из самых сложных, а главное точных дисциплин, не терпящих невнимательности к деталям и позволяющая практически всегда обратить процесс вспять. Даже в случае с Томом Реддлом у него был шанс выжить, собери он свою душу воедино. Что же касается дементоров, то обычно к ним применяется заклятие Патронуса — магический конструкт, имеющий в основе яркие воспоминания из жизни мага и призванный отогнать от себя угрозу до подхода контролирующих органов.       С этими словами профессор подняла палочку и произнесла:       — Экспекто Патронум!       Из палочки вырвался ослепительно-белый свет, практически полностью окутавший дементора. Лёгким движением палочки злостный дух был отправлен в нишу, из которой совсем недавно вылез.       — Однако что делать, если дементоры взбунтовались и перестали слушать приказы Министерства? Арсенал обычного мага тут бессилен, ибо некромантия, наряду с демонологией и химерологией, внесена в международный реестр темномагических дисциплин, подверженных особому контролю со стороны властей. Однако вот он дементор, и он явно нападает…       Существо и правда было настроено довольно решительно, однако его намерениям не суждено было сбыться. Взмах палочкой крест-накрест, короткая вспышка синеватого света и воздух резко стал теплее, а на месте монстра, попытавшегося в панике закрыться руками (почти как человек), осталась лишь завеса дымки, что вскоре осела на пол синеватой пылью. Я даже удивиться не успел, а профессор, как ни в чём не бывало, вернулась на кафедру, чуть тряхнув шикарной копной волос под вздохи восхищения и единичные ошарашенные аплодисменты — многие из присутствующих так и замерли удивлёнными сусликами, не в силах поверить в то, что видели своими глазами.       — Заклятие Развоплощения невероятно действенная штука, однако для того, чтобы его освоить, вам, дети, надо досконально вызубрить теорию. Поэтому достаём пергамент и перья. Тема урока по-прежнему «Классификация дисциплин, относящаяся к виду темномагических».