Несущая смерть

Его удивлённый взгляд темно-голубых глаз сталкивается со мной. Я переминаюсь с ноги на ногу, не зная, что ему сказать. Ворох воспоминаний тянется за ним длинным вагоном, останавливаясь около меня, и я должна в него зайти. — Тесса? — его голос, произносящий мое имя, кажется мне неправильным и неестественным. Я слегка вздрагиваю. Мне пора бы привыкнуть к своему имени. Мое тело моментально изображает вежливый поклон. Очевидно, оно лучше помнит о правильных манерах. — Ты вернулась? — Чарльз прищуривается, словно не веря своим глазам. Я вспоминаю то, как встретилась с ним впервые. Я куда-то спешила на карете, и он заплатил за мой проезд. Но разве я могла передвигаться на карете? Разве в Элайте были кареты помимо королевских? Мой мозг пронзает осознание. Я была не в своем королевстве. Но разве такое было возможно? Я не знала. Я ничего не знала о себе, но собиралась это изменить. Мне вспоминается практически все, связанное с Чарльзом. В том числе и секрет о нем. Получается, Чарльз не был сыном короля, но не подозревал об этом. — Да, теперь я буду снова здесь, — я заставляю себя улыбнуться, но улыбка получается какой-то слабой и измученной. Надолго ли я здесь? Очевидно, что нет. Как только я выжму для Слепого все, что ему надо, мое тело будет сжигаться в какой-нибудь печке. Моя улыбка медленно перерастает в ухмылку. Интересно, я всегда была такой оптимистичной? — Но… Я не понимаю. Ты… Помнишь меня? Ты жива? Дядя? — Чарльз переводит взгляд на Слепого. Вау. Значит, Слепой был братом короля? И, значит, Чарльз был в курсе всех дел Слепого. — Она нужна нам. Лже-принц оставил в этом замке немало секретов, раскрытие которых поможет нам убить его до начала Войны. Чарльз медленно кивает, делая вид, что понимает, но его замученный взгляд все еще в непонимании уставлен на меня. — Тесса причастна к этому. Да, твоя обычная служанка оказалась не такой уж и простой. У нее здесь велась какая-то игра, но я быстро ее прикрыл, — на этих словах в голосе Слепого буквально сквозила гордость, — осталось раскрыть все ее карты, узнать всю информацию, что она накопила, и принцу ничего не останется кроме того, как умереть. Долго и мучительно. Чарльз ликовал. Он смотрел на меня так, словно я держала в своих ладонях сердце врага и протягивала ему. Но на самом деле мне не хотелось быть на их стороне. Мне хотелось узнать и лже-принца. Какие-то служанки отвели меня в старые покои, беспечно разговаривая о предстоящих хлопотах и нагло игнорируя двух стражников, приставленных ко мне. Я не знала, как они могли шептаться, чувствуя сзади себя идеальные острия оружий и пристальный взгляд. По крайней мере, у меня этого мастерства явно не было. Я чувствовала себя так, словно ступала по этим самым ножам, ощущая боль в ногах. Эти стражники не дадут мне сбежать. Эта мысль тянула меня, точно якорь. Но это не значило, что я не собиралась избавляться от этого якоря. Как только я оказываюсь в комнате, меня наполняет странное чувство. Я и правда жила в этой комнате — мне не стоило удостоверяться в этом, потому что я помнила ее. Мне нравилось это место со странной погнутой кроватью. Я помнила и служанку, которая привела меня сюда, пряча от Слепого. Это было по просьбе моей мачехи. Мачехи, которая отлично сыграла свою роль с самого моего появления здесь. Она умела обманывать, а я как раз училась доверять. Неудачное стечение обстоятельств. Я скидываю с себя платье. Больше я ни на что не поведусь. Я не хотела вставать ни на чью сторону, пока не узнаю намерения каждой из них. И пока не вспомню себя. Мое тело изнывало от усталости, умоляя меня лечь даже на эту странную кровать и как следует выспаться, но я не могла. Завтра же меня поведут в покои принца — в этом я не сомневалась. Они не будут тянуть и жалеть меня, хотя старик и так сделал невиданно щедрый жест — дал мне отдохнуть до завтра. Думаю, это для того, чтобы я не умерла прямо в процессе. Воспоминания навалились на меня огромным комом, и я должна была его как следует разобрать. Я запускаю руки в непослушные кудри и провожу локоны сквозь пряди. Мне стоило помыться и лечь спать, но выполнить я собиралась только первый пункт. Я осторожно выхожу из комнаты, молясь, чтобы стражники, приставленные к моей двери, не свалили меня на пол, приняв мою вылазку за попытку бегства. Их каменные лица вмиг приобретают настороженное выражение, и они приподнимают оружия. Я нервно улыбаюсь, облизывая губы. — Мне нужно помыться. Понятия не имею, как долго я валялась в грязных подвалах, но мое тело наверняка собрало каждую пылинку оттуда, — объясняюсь я, и охранники недоверчтво переглядываются. — Вы думаете, я не придумала бы ничего получше, если б хотела сбежать? Бросьте. Я просто хочу, чтобы от меня пахло чуть лучше, чем смешанной грязью с кровью. Один из стражников тихо вздыхает, и стрелы за его спиной позвякивают в сумке. — Мы проводим тебя туда и обратно, — наконец выдает один, и я киваю. Не скажу, что прогулка до ванной была приятной. Скорее, напряженной, потому что думала я совсем не о купании. Я просто не могла вспоминать что-то настолько важное в присутствии слепого. Я не смогу утаить от него чего-то, что я бы не хотела говорить. У меня не будет времени взвесить все «за» и «против». Возможно, я найду те ходы, которые не захочу раскрывать при старике. И, в конце концов, эти воспоминания я не хотела делить. Они принадлежали мне. И я желала встретить их и принять в полном одиночестве. Как только я распахиваю дверь в ванную, я понимаю, что у меня не так много времени на все эти процедуры. Мне дали всего полчаса, через которые дверь в ванную будет раскрыта. Я прохожу в комнату, где была горячая вода, и наливаю ее в ванную, а затем наспех залезаю в неё. Мне все равно придётся помыться. Будет забавно выйти сухой из ванны, когда ты умоляла охранников о мытье. Поэтому я быстро и тщательно натираю себя щёткой и не щажу мыла для волос. Мне нужно действовать быстрее. Я поливаю себя из ковша и вылезаю из ванны. С меня стекает вода, но меня это почти не волнует. Я беру кусок мыла и вставляю его лишь наполовину в отверстие, через которое вытекает вода. Затем подставляю тазик, в который вода будет литься, и снимаю затычку. Жидкость медленно вытекает, образуя булькающие звуки. Такое ощущение, что я плескаюсь. Я успею до того, как мыло растворится и вся вода окажется в тазу. А теперь мне нужно поиграть. Я наспех накидываю сорочку, которая липнет к мокрой коже, а затем подхожу к двери, вслушиваясь в голоса стражников. Они говорили о предстоящем балу и храбрости принца. Так скучно. Я концентрируюсь на воспоминаниях. Мне нужен был какой-то предмет неподалёку. Мозг местами возвращает мне строение замка, мутно показывая коридоры. Из ванны шло два коридора с поворотами, и из обоих я могла попасть в покои пропавшего принца. Нужно было все организовать и помолиться, потому что поможет мне только чудо. Я выбираю более темный и неприметный коридор для себя, что очевидно. А затем… Затем я начинаю дышать гораздо чаще. Я пыталась разбудить силу внутри. Это было безумием. Я совсем недавно очнулась от сильнейшего препарата, и вся моя сила сейчас уходила на мое выздоровление, но мне нужно было совсем немного. Каплю из целого моря. Я представляю факел в другом коридоре. Горящий огонь мог быть оружием. Факел мог стать моим оружием. Я пытаюсь сцепиться с ним, словно мы были одним целым. Он и я. Огонь слегка вздрагивает. Это уже неплохо, но мне нужно больше. Я чувствовала тепло, исходящее от факела. Не поздоровится никому, в кого я направлю его. Однако я не собиралась делать этого. Я должна была слегка сдвинуть основание факела. Я сосредотачиваюсь на пламени. Искры отлетают от огня, освещая сырой коридор. Факел был оружием. Моим. Ручка дергается, и спустя мгновение огонь падает на какое-то маленькое слабое деревце, разнося пожар. Я слышу, как стражники подрываются с мест, а затем распахиваю дверь и убегаю в другой коридор. Было не совсем приятно бежать босиком по ледяному мокрому полу в одной почти прозрачной сорочке, с которой стекала вода. Но у меня не было иного выбора. Я провожаю взглядом факелы, надеясь, что моя память меня не подведет. Ноги заворачивают в странные темные проходы, которые буквально кишат насекомыми и прочей живностью, от которой меня тошнит. Хотя тошнило меня, скорее, не от этого. Я чувствовала такую слабость, что мне лишь оставалось надеяться на то, чтобы не свалиться замертво в одном из этих темных коридоров. Я торможу у странных решеток, больше напоминающих тюремную клетку. Это и был вход в покои принца? Мне хочется нервно рассмеяться, но я сдерживаюсь. Надеюсь, мой мозг не сыграл со мной в злую шутку, приведя меня в какие-нибудь клетки для психов. Я дергаю решетку, надеясь, что она поддастся. В любом случае я должна была проверить, действительно ли это его комнаты или нет. Скрип железа говорит о том, что решетка не была заперта. Странно. Я толкаю ее так сильно, насколько это возможно в моем положении, и эти странные двери раскрываются. Замок на решетке был со вставленным в него ключом. Значило ли это, что внутри кто-то был? Но разве в покоях принца можно было находиться? Я почти прижимаюсь к стене, надеясь, что языки пламени не будут освещать меня, и у меня получиться оставаться в тени. Ком подступает к горлу, намекая, что совсем скоро меня стошнит. Отлично. Так вовремя, Тесса. Я плетусь по коридору до тех пор, пока свет не пропадает совсем. Здесь не было факелов. Зато здесь было холодно. Мурашки покрывали моё тело, вызывая дрожь по всему телу. Я обхватываю себя руками, стараясь согреться. Бежать мокрой в холодные коридоры было не лучшей идеей, но у меня не было времени на то, чтобы высушить тело и волосы как следует. Бледный лунный свет облизывает стену, обрисовывая детали: старые, обвалившиеся статуи, но от этого они выглядели лишь более загадочными; запылившиеся картины Элайты до войны, — все это привлекало мое внимание, но я не могла позволить себе разглядывать мелочи. Я должна была сосредоточиться на покоях пропавшего принца. Как только я поворачиваю голову влево, мое внимание тут же привлекают огромные двери. От них пахло величием и силой, скрытой внутри. Я смутно помнила эти двери. Я думала о том, что этот пропавший принц наверняка был умным и достойным правителем. Его комната не пыталась показать богатство, роскошь и власть, но она внушала уважение. Я подхожу к дверям, зная, что не ошиблась. Теперь мне просто нужно зайти. Моя рука дотрагивается до прохладной ручки, и меня начинает трясти. То ли от холода, то ли от волнения, мое сердце начинает учащенно биться, и я едва сдерживаю тошноту, чувствуя, как скручивается желудок. Боже мой, еще немного, и я упаду здесь замертво. Я откидываю мокрые волосы назад и дергаю за ручку. А затем мое тело валится на пол. Чья-то рука хватает меня за горло, и все внутри начинает гореть от боли. Я закрываю глаза, понимая, что у меня нет сил сопротивляться. Все тело саднит от удара с каменным полом, и я не могу даже втянуть в себя воздух. Но спустя мгновение я больше не чувствую мертвой хватки на своей шее. Может, я уже умерла? Хотя мое тело по-прежнему изнывало, и я чувствовала, как кровь сочилась сквозь раны. Но почему тот, кто был здесь, убрал руку? Я заставляю себя открыть глаза. И. Боже мой. Я действительно умерла. Тёмные, насыщенно-синие глаза смотрели прямо в, мать его, мои глаза. Сердце начало биться так, словно я пробежала миллион кругов, не останавливаясь. Мне не хватало воздуха. Мне не хватало его. Господи, его лицо. Это был он. Он был океаном. Я чувствую, как воздуха в этой комнате становится все меньше и меньше. Ещё немного, и я отключусь. Парень, что сидел прямо передо мной, казался мне иллюзией. Он смотрел на меня так, словно не верил себе, его рот слегка приоткрылся от шока, и я почувствовала жар, приливший к щекам и животу от вида его рта. Я чувствовала голод и жажду. И что-то еще. Мне хотелось наброситься на него и прижаться. Мне хотелось расплакаться и рассмеяться, и все внутри меня словно совершало тройные сальто при виде его. Он был океаном, что снился мне. Я готова была поклясться на крови в этом. Его глаза… Его глаза я не могла спутать ни с чем. Он оглядывает меня с ног до головы, тихо сглатывая, когда его взгляд касается моей сорочки. Боже мой, я была почти голой перед ним. Сердце, я уверена, проломило ребра и отправилось в дальний полет. Я смотрю на него так, как, я уверена, смотрят на что-то совершенное, что-то прекрасное и не существующее в нашей природе. Его взгляд был похожим на мой. — Тесса? — его голос настолько сиплый, что я буквально взрываюсь. Я забываю о боли, о ранках и усталости. Все внутри меня пульсировало от странного ощущения, что я нашла все, что мне требовалось. — Кто ты, черт возьми? — шепчу я. Господи. Я нашла что-то важнее, чем эти покои.