Несущая смерть

Обезвоженная и голодная, я распахиваю глаза. Темно, кругом темно. Рейден лежит рядом со мной и, кажется, уснул совсем недавно. Я приподнимаюсь с кровати, и влажная тряпка падает с моего лба. Рейден морщится во сне и притягивает меня к себе, носом утыкаясь в мою шею. Закусив губу, я смотрю на его умиротворенное, почти детское лицо. Провожу рукой по темным, цветом похожим на горький шоколад, волосам. Они небрежно рассыпаются по подушке, и меня так умиляет эта картина, что я невольно начинаю улыбаться. Кошмары Ингрид окончательно отпустили меня, и я могла наслаждаться его видом, пока у нас было время. Пока ничто не могло отнять у нас друг друга. Пока мы были вместе. Я устраиваюсь как можно удобнее и просто смотрю на него. Его рука укладывается на мою талию, и я провожу кончиками пальцев по его руке. Касаться, вот так, это было наслаждением. Я закрываю глаза, понимая, что все хорошо. Все и правда было хорошо. *** Теодор устало выдыхает, подпирая дверь комнаты шкафом. — Ты в порядке? — он оборачивается, посылая ей очередной обеспокоенный взгляд. Зарра фыркает. — Боже, да, — она улыбается, обнажая белоснежные зубы, — это всего лишь маленькая рана. Я не истекаю кровью, царапая последние слова на полу. Парню, видимо, шутка не кажется забавной — он странно кривится и выдыхает, проверяя установку на прочность. — Я действительно в порядке. Все будет хорошо. — Ты так в этом уверена? Они убили их всех. Всех, Зарра. Девушка улыбается лишь сильнее. — Что ж, я не против это отметить чуть позже. Не волнуйся, скоро приедет Слепой и защитит нас. А пока мы перекантуемся в этой комнате. Как слышишь, стрельба прекратилась. — Если кому-то приспичит зайти сюда, мы трупы. Теодор в тревоге усаживается рядом с Заррой. Страх бродит по его лицу. — Слушай, просто будь осторожна, ладно? — он смотрит на нее так, словно она была вазой, которая стояла на краю стола. — Давай успокоимся, хорошо? Теодору кажется, что ее глаза как-то странно блестят в темноте. Нездоровым, слишком ярким блеском. Словно она была на краю пропасти, и вот-вот могла бы упасть, но не замечала этого. Он взъерошивает волосы, избегая взгляда девушки. Зарра хмурится. — Что с тобой, Тео? — Плохое предчувствие. Дай-ка сюда твою руку. Зарра недовольно сопит, но послушно протягивает ему забинтованную ладонь. Теодор аккуратно и нежно развязывает пропитанную жидкостями повязку. Порез Зарры действительно был не особо глубоким. Рана уже не кровила, и все говорило о том, что скоро она заживет, оставив о себе лишь воспоминание. — Не понимаю. Не понимаю. Он поднимается с пола и начинает мерить комнату, затем ещё раз проверяет, насколько крепко шкаф подпирает дверь. Все было отлично. Зарра заправляет прядь волос за ухо, обеспокоенно смотря на парня. — Ну и чего ты так переживаешь? Худшее позади. Мы тут в безопасности. — Да. Да, ты права. Он снова усаживается рядом с девушкой. И тогда они слышат шум. — Хэй, последний заход! Звонкий голос давит на барабанные перепонки. Зарра испуганно смотрит на парня, и тот подрывается с места. — Держи, — он бросает ей нож, — а сейчас полезай вон в тот шкаф и сиди тихо. Слышишь меня? Девушка изумленно кивает и мигом оказывается в укрытии. Тео облизывает пересохшие губы. Тревога заполняет его организм, давя на сердце и образуя пелену перед глазами. Он слышит, как они забегают в соседние комнаты и огорченно ругаются, не находя в них никого. — Потому что вы же их убили, твари, — с горечью шепчет Теодор, вставая справа от двери. Наконец, дело доходит до их комнаты. Кто-то с коридора начинает ломиться. — Черт возьми, заперто! — вскрикивает он, толкая дверь, и Тео сильнее сжимает рукоять ножа. Шкаф с грохотом валится на пол, и клубы пыли вздымаются в воздух. Дверь открывается, и Тео наносит удар. Какой-то парень начинает отчаянно кричать, но захлебывается в собственной крови и падает на пол. Теодор убивает второго, но на крики сбегается все больше народа. Тогда Зарра, не в силах прятаться, подходил на помощь. Она понимает, что так долго им не продержаться. Нужно просто сбежать отсюда. Но куда? Бежать и правда было бы бессмысленно. Где-то глубоко внутри, за ребрами, в душе Зарры возникает сквозная пустота. *** Я просыпаюсь от того, что кто-то вежливо, медленно и размеренно стучит в дверь. Силы почти вернулись к моему, казалось, опустошенному, ослабевшему телу, так что я почти беспрепятственно добралась до двери. — Рейден здесь? — глаза принца бродили по комнате, даже не пробежавшись по мне, так что я открыла дверь пошире. — Да, прости, сейчас я его разбужу. — И, пожалуйста, скажи ему, что ты в полном порядке. Нам нужно сделать последний шаг и немедленно отсюда уехать. Он, представляешь, наотрез отказался идти с нами громить. Сказал, что не уйдет от тебя, потому что ты его попросила и тебе плохо. Мои щеки порозовели, и я молилась, чтобы Принц этого не заметил. Почти не касаясь ногами пола, я оказываюсь у его кровати. — Рейден? — я легонько дотрагиваюсь до его плеча, и парень распахивает свои полусонные глаза. Мое сердце пропускает два удара. — Тесс. Все в порядке? Я смущаюсь еще больше, чем прежде. Кажется, глаза Принца сейчас прожгут во мне дыру. — Да, все отлично, правда. Тебя зовет принц. Парень, которого я люблю, смеривает меня долгим, внимательным взглядом, и только после этого поднимается с кровати. Тут же мне приходится поднять голову вверх, чтобы видеть его лицо. — Извини, я заснул. Он наспех натягивает кофту, и я успеваю оценить все перекатывающиеся мышцы его упругой спины. Это моментально вызывает во мне такие приятные ощущения, что я в полной мере могла почувствовать катарсис. — У нас последний заход, — голос принца выдирает меня из мыслей о Рейдене, — мы проверяем на наличие живых и уезжаем отсюда. Лицо парня мгновенно становится сосредоточенным и серьезным, и он открывает рот, чтобы сказать что-то, очевидно, очень важное, но его прерывает крик. Знакомый женский крик. — Зарра, — шепчу я, и мы подрываемся с мест. Нам требуется мгновение, чтобы оказаться внизу. Кругом, повсюду, стоял ужасный запах смерти. Я опустила взгляд вниз — и, мне казалось, умерла вместе с остальными. Весь пол был усыпан трупами. Причем они валялись так, словно были ненужными отходами. Друг на друге, с переломанными и торчащими костями, они до сих пор истекали кровью. Не было даже видно настоящего цвета пола. Не видя никого перед собой, Рейден бежал, хлюпая, прямо по крови, и я почувствовала приступ тошноты. Это было отвратительно. Но я заставила себя побежать прямо за ним. Самым ужасным сейчас было чувствовать. Я буквально наступала в чьи-то угасшие жизни. Тем не менее, я старалась, я правда старалась не наступить на людей. Какими бы они ни были, они не заслуживали умереть вот так. Они не заслуживали валяться в горе, словно ничья из их жизней не имела ценности. Я правда старалась проявить к ним хоть каплю уважения. И я наступила на чью-то руку. Этот хруст отпечатался в моей памяти навсегда. Я знала, что ему уже не было больно, но мое сердце сжалось так, словно руку сломали мне. Это было ужасно — мчаться, промочив ноги. В крови, черт возьми. Наконец мы видим двух, казалось, маленьких комочков, сражавшихся против целой армии. Я вижу запачканные светлые волосы. Зарра испускает отчаянный вопль. Ее вид не внушал ничего хорошего — она была мертва. Она сражалась, но она уже не выглядела живой. Ее душа была готова. Она словно чувствовала. Ее безжизненные бездонные глаза устремляют свой взор вправо. Она видит Рейдена. — Перестать! — кричит он, и народ словно вздрагивает. Мастера испуганно отходят назад, и Рейден приближается к сестре. Но в его глазах нет эмоций. Потому что он тоже знал. И все мы знали. Девушка смотрит на Рейдена, но, кажется, мысли ее увильнули слишком далеко. Она хмурит брови, стараясь вспомнить, откуда ей знаком его образ. Рейден подходит к ней, бережно придерживая за локти. Наконец на лице Зарры появляется робкая улыбка. Прощальная улыбка. — Рейден, — шепчет она. Она его узнала. Окровавленными руками она обвивает парня, приникая к его груди, и ее взгляд становится все более стеклянным. — Нет, — шепчу я, — пожалуйста, Зарра. Девушка облегченно выдыхает.