Проводи меня к смерти

Пещера, к которой привел Каллена Абелас, оказалась самой что ни на есть обычной. Заурядной: подобных пещер Резерфорд за свою жизнь повидал бесчисленное количество. Даже во время подъема к этой, они прошли мимо трех дюжин точно таких же темных провалов в скальной породе — узких, осыпавшихся, воздух около которых пах сыростью и плесенью. Каллен был разочарован. Не то, чтобы он ожидал увидеть что-то воистину невероятное, но определенно не это. Куда больше названию «Святилище Великой Миттал» подходили какие-нибудь обрушившиеся руины на обломках которых угадывались следы древних фресок и полустертая резьба. А тут… — Ты уверен, что это то место, которое нам нужно? — без всякого энтузиазма спросил Каллен у эльфа. — Уверен, — ответил тот. — Разве ты не чувствуешь, shem? Магия внутри так стара, что, пожалуй, является ровесницей мира. — Чувствую только вековую пыль. Абелас хмыкнул. — Не сомневаюсь. На то ты и shem. — А ты? — А я нет. Внутри пещера оказалась такой же, как и снаружи — ничем не примечательной. Свет от посоха Абеласа равнодушно скользнул по ее серым, покрытым грибком стенам, по бугристому полу, по струйкам воды, стекающим с потолка и утонул в одном из четырех узких коридоров, уходящих куда-то вглубь горы. Каллен положил руку на рукоять меча: в таких местах обожала гнездиться всякая многоногая мерзость. — Успокойся. Там никого нет. — Откуда ты знаешь? — Чувствую. Коридор, который выбрал эльф, казался бесконечным. Буквально. Извилистый, с множеством сторонних ответвлений, он все длился и длился, ведя в кромешную темноту. Однако Абеласу это совершенно не мешало. Освещая путь посохом, он шел вперед не задумываясь и выбирая дорогу так, словно видел на стенах указатели с направлениями. Каллену же, напротив, казалось, что он топчется на месте. К исходу второго часа блужданий впотьмах к этим ощущениям прибавились гул в ушах и настойчивое чувство того, что стены сжимаются вокруг него в смертоносные тиски. Под ложечкой неприятно заныло. — Все в порядке, — сказал Абелас, словно почувствовав тревогу бывшего храмовника. — Это все магия. Ты воспринимаешь ее иначе, чем я, потому что не понимаешь ее природу. Поэтому она путает твои мысли. Ты — чужой. — Замечательно, — проворчал Каллен, все же немного успокаиваясь. — Куда уж мне до вас, высокородных. — Ты ошибаешься. Я — тоже чужой. Но я умею притворяться своим. Резерфорд скривился. — Снова загадки? — Вовсе нет. Но если ты попробуешь относиться к этому месту доброжелательно, то уверяю — тебе сразу станет легче. Удивительно, но треклятый эльф оказался прав. Спустя еще четверть часа ходьбы, Каллену таки удалось расслабиться и вообразить, что он находится не внутри пропитанной магией горы, а в катакомбах под Скайхолдом, которые он знал, как свои пять пальцев. Ему даже почудилось, что стены немного расширились и обросли коричневым пористым песчаником. Иллюзия оказалась такой яркой, что подушечки пальцев закололо от тепла. Налево, направо, снова налево. Вверх по лестнице, затем вдоль полукруглого завитка коридора, ведущего к мастерским. А там уж рукой подать до крепостного храма, безмятежно пустого, утопающего в душистом дыме благовоний… — Молодец, shem. Веришь, ты смог бы стать магом. Каллен тряхнул головой, мгновенно приходя в себя. Вокруг снова были темнота, темно-серая кишка горного тоннеля да тусклое мерцание посоха. — Ты…кхм, — Резерфорд откашлялся, — ты видел? — Разумеется, нет. — Маг закатил глаза. — Мне и не нужно было. Достаточно и того, что ты доверился мне. Усмирил чувства. — Я даже не заметил… — Зато магия заметила. Она приняла тебя, я ясно вижу. — Это хорошо? — Конечно. Твой разум должен быть безмятежен, когда ты попадешь в святилище. Все же, там ты будешь один. Резерфорд от неожиданности споткнулся и застыл на месте. — Что? Ты со мной не пойдешь?! — Не пойду, — Абелас пожал плечами. — Я не могу туда войти. Я могу лишь открыть для тебя путь. Попасть внутрь способен лишь тот, кому принадлежит мудрость Миттал. Или ее защитник, чьи помыслы чисты. Эллана Лавеллан — носитель Источника Скорби. Ты — ее слуга. Слуга, которому она доверила жизнь. Слуга Источника. А значит, отчасти слуга самой Миттал. Резерфорд возмущенно сжал кулаки. — И когда ты собирался об этом сказать? — Когда нужно. — Маг прищурился. — Например, сейчас. Что толку было говорить раньше? Резерфорд скрипнул зубами. Будто бы сейчас что-то изменилось! Манера Абеласа разговаривать все еще изрядно его бесила. Но было и кое-что еще… — Не понимаю, — наконец произнес он. — Не понимаю, почему ты не можешь идти со мной? Ты — эльф. Древний эльф. В Пустошах Арбор ты…ты же всю свою жизнь… Маг кивнул. На секунду его лицо утратило надменное выражение, уголки губ опустились вниз. — Да, — тихо ответил он, не глядя на Резерфорда. — Всю жизнь. Но не сейчас. Сейчас все иначе. Затем эльф оттеснил Каллена в сторону и, указав посохом вглубь тоннеля, добавил уже привычным насмешливым тоном: — Пошевеливайся, shem. У нас не осталось времени на разговоры. ~ В зале, к которому вывел лаз, не было темно. Повсюду сверкали точеными гранями кристаллы, растущие прямо из стен. Пол оказался зеркально гладким, наподобие вулканического стекла. Над полом парили разноцветные колонны, которые, похоже, были сделаны из настоящих драгоценных камней, хотя Каллен не мог даже представить, как такое вообще могло быть возможно. Но чудеснее драгоценных колонн была мраморная скульптура, стоящая прямо в центре. Высотой не меньше, чем в четыре человеческих роста, белая, сияющая изнутри. В струящихся просторных одеждах, выполненных неизвестным мастером так искусно, что не верилось, что они изваяны из камня. С длинными, вьющимися волосами до самых бедер. С тонкими руками, раскинутыми в стороны так, словно скульптура была готова принять на них тяжесть всего мира. С янтарными, пронзительными глазами. Живыми глазами. — Миттал, — только и мог вымолвить Каллен, не в силах отвести от скульптуры взгляд. — Это… Абелас кивнул. — Да. Магия внутри статуи решает, кто имеет право пройти к священному алтарю и забрать то, что она охраняет. — Что же это? Ты скажешь? — Артефакт, — уклончиво ответил эльф, подталкивая Резерфорда вперед. — Спрятанный в самом сердце Ста Столпов, в первом храме, воздвигнутом в честь победы Порядка над Хаосом, так надежно, что найти его сможет лишь истинный последователь. — Но я… — Ты справишься. Я помогу. — Абелас!  — Ты справишься, слышишь? Я открою путь, а ты найдешь дорогу обратно. Верь мне. Верь в Эллану Лавеллан. А теперь смотри на меня. Смотри и не отворачивайся. Маг протянул руку и что-то положил в ладонь Каллена. Резерфорд пригляделся. На его ладони сиял разноцветный амулет в тонкой, зеленоватой, похожей на веридиевую оправе. — Все рождается из праха, — тихо сказал эльф, накрывая пальцы Каллена своими. — Свет рождается из Тени. Все сущее — часть единой воли, ведущей к единой цели. Ибо однажды рожденное невозможно уничтожить. Так пожелала Она. Глаза Абеласа вспыхнули. Загорелись, закипели настоящим золотом, захваченным в черные кольца радужек, и Каллен почувствовал, что падает в их бездонную солнечную глубину. Плавится, обращаясь паром, растворяясь, выходя за границы собственного тела. — Абелас!!! Он закричал, но не услышал собственного крика. На мгновение ему показалось, что он видит себя со стороны. Через пелену тумана, едва различая свой силуэт на глянце вулканического стекла. Видит Абеласа, стоящего над ним, но смотрящего вверх, на лицо прекрасной мраморной статуи… — Я буду ждать твоего возвращения, shem. Иди. …на его собственное лицо. В следующее мгновение Каллена Резерфорда не стало.