Глава 14
26 августа 2019 г., 15:48
Пассия Рена оказалась весьма расторопной и в считанные минуты принесла заказ. В том, что официантка была именно его пассией, после всего увиденного сомневаться не приходилось.
«Вот ты и попался, Рен», — думал Хакс, следя взглядом за тощей девицей в бежевом переднике, ловко перемещающейся от столика к столику.
Он ещё не придумал, как использовать её омерзительно-слащавое прощание с Реном, которое ему довелось лицезреть, но это было уже что-то. С этим можно было работать. Непробиваемый Рен оказался не таким уж и непробиваемым. Хакс определил слабое место. Осталось только правильно надавить. А для этого требовалось лишь чуть больше информации.
Сперва он решил понаблюдать, неспеша потягивая латте через соломинку. И вскоре это принесло свои первые плоды. Другая официантка, весьма неуклюжая, опрокинула поднос с посудой. Подружка Рена, заметив случившееся, сразу пришла ей на помощь. Чуть позже она не обошла вниманием женщину и монотонно хныкающего ребёнка, примерно лет трёх, расположившихся рядом с Хаксом. Маленький спиногрыз абсолютно не жаждал запихивать в себя еду, заказанную любящей мамочкой. У Хакса, с некоторых пор чувствительного к громким звукам, разыгралась мигрень от его воя.
Подружка Рена же не растерялась и, вооружившись бутылкой с кетчупом, нарисовала вопиле улыбающуюся рожицу на картофельном пюре. В тот же миг истеричные вопли оборвались, а Хакс, воспользовавшись тем, что девица оказалась рядом, заказал десерт и ещё раз прочитал её имя на бейдже, чтобы закрепить в памяти.
«Рей».
Через пять минут, когда свежеиспечённые блинчики с ореховой пастой были на его столе, вместе с ещё одной кружкой латте, у него созрел план. Задержав подружку Рена вопросом о том, кто же приготовил такую красоту, Хакс, будто бы не удержавшись, откусил кусочек от блинчика и, выждав необходимую паузу, закашлял, словно пытаясь прочистить горло. Первый заход не принёс плодов, и он повторил приступ, при этом постучав себя по грудине. Рей занервничала, прижав к себе поднос. Хакс понял, что нащупал ниточку и, нацепив на лицо маску человека, осознавшего неизбежное, перевёл взгляд на подружку Рена.
— Орехи?.. — прохрипел он, старательно кашляя.
— Д–да, кажется, — испуганно забормотала она, — сейчас я посмотрю в меню.
Девчонка, суетливо опустив поднос на столешницу, схватила меню, судорожно принялась листать страницы в переплёте из дешёвой искусственной кожи и, наконец, найдя нужный пункт в меню, со страхом кивнула.
— У меня аллергия на орехи, — Хакс в свою очередь изобразил на лице откровенный ужас.
А дальше дело было за малым. Отметив, что посещение театральной студии в университете, вопреки воле отца, в который раз оправдало себя, Хакс судорожно вздохнул и захрипел, старательно делая вид, что начинает задыхаться. Мамаша, сидевшая перед ним, испуганно оглянулась и загородила его собой от взора своего отпрыска, в тот же миг переставшего жевать и зачарованно уставившегося на происходящее.
— Вам плохо? — забеспокоилась Рей. — Я вызову скорую.
Она дёрнулась к карману, наверняка в поисках телефона, но Хакс перехватил её запястье.
— Нет, — хрипло выдавил он. — В моей машине. Лекарство. Быстрее. П… кха-кха… помогите, — и надсадно закашлял.
— Конечно, конечно, — поспешила ответить она. — Обопритесь на мою руку.
С её помощью он поднялся из-за стола, и они заковыляли в направлении выхода. Как Хакс и предполагал, эта сердобольная особа не отказалась прийти ему на выручку, и сейчас, чтобы втереться в доверие, оставалось только успешно доиграть спектакль до конца. В портфеле Хакса, оставленном в машине, хранился баллончик какого-то лекарства от кашля с мудрёным названием, которое несколько недель назад ему выписал личный врач.
«Как нельзя кстати», — мысленно улыбнулся Хакс.
Своего водителя Хакс предусмотрительно отослал прочь под благовидным предлогом, подумав, что тот будет нежелательным свидетелем слежки за Реном. Старик очень удивился, узнав, что босс отпускает его до завтрашнего утра да ещё и без автомобиля. Хаксу пришлось притвориться чрезвычайно озабоченным здоровьем его престарелой жёнушки и тем, что тот так редко навещает её из-за постоянной занятости, а, кроме того, ещё и вызвать тому такси.
— Вот, — полузадушенно просипел Хакс, протягивая подружке Рена ключи.
Та машинально схватила их. Только тогда Хакс сообразил, что из-за своего представления не сможет объяснить ей, на какие кнопки жать. Но она и сама разобралась — тихо мурлыкнула сигнализация, а за ней тут же щёлкнул центральный замок.
— Что мне делать дальше?
— Портфель, — вымолвил Хакс, старательно имитируя преддверие отёка Квинке. — Там…
Рассекречивания своей личности он не боялся. Напротив, его профессия и статус лишь добавляли ему доверия и уважения. Так что он даже надеялся на то, что во время поисков взгляд девчонки зацепится за название фирмы или за должность, указанную на визитках, неизменно находившихся в портфеле.
Она недолго копалась внутри, и уже через несколько секунд протянула ему ингалятор. Дрожащими руками он приставил его к губам и спустя несколько вдохов изобразил облегчение. Спрятав лекарство в карман, Хакс прислонился к машине. Настало время второго акта.
— Спасибо вам, Рей, — с придыханием сказал он. — В этом городе не часто встретишь такие сострадание и отзывчивость. Вы — добрый ангел, сошедший с небес или, что вероятнее, явившийся из того места, где люди ещё проявляют друг к другу участие.
— О, в Англии не так уж много добрых людей, мистер…
— Хакс. Армитаж Хакс.
— Рей Ниима, — улыбнулась она. — Приятно познакомиться. Но хочу вам сказать, мистер Хакс, вы совершенно несправедливы к этому городу.
— Возможно, — позволив себе лёгкую улыбку, проговорил он. — До знакомства с вами, я не встречал людей настолько добросердечных.
— А я встречала. И бескорыстных, и чутких к чужой беде, и готовых защитить слабого…
— Вам очень повезло, Рей. Впрочем, как можно пройти мимо такой прелестной и милой девушки.
Кажется, он сказал что-то не то. Девчонка вдруг резко опустила взгляд себе под ноги, и её улыбка погасла. Хакс ещё раз прокрутил в голове последнюю фразу, не понимая, чем та могла обидеть.
— Вам лучше? — девчонка старательно избегала его взгляда.
— Да. Вроде бы…
— Точно не нужно вызвать скорую?
— Не думаю.
— Может, тогда, — она замялась, — вернёмся в кафе? Простите… Моя смена заканчивается, а вы ещё не оплатили счёт.
***
— Клиент просит тебя подойти. — Ч-что? Роуз мгновенно прошиб холодный пот. Сдавило грудную клетку, а кончики пальцев мелко задрожали. Последний раз, когда её точно так же просили выйти в зал, стал одним из худших моментов в её жизни. «Почему тебя нет именно сейчас, Рей?» Время, когда Роуз раздражал каждый жест новой официантки, давно миновало. Сейчас она отчаянно нуждалась в присутствии Рей. В её храбрости и немного сумасшедшем бесстрашии. В защите того, кому не плевать. Могла ли Роуз назвать её другом? Возможно. Хотя, имея неудачный опыт дружеских отношений, Роуз боялась и в мыслях давать определение той симпатии, что вызывала у неё Рей, опасаясь спугнуть единственного человека, чья доброта и забота стали частью её жизни. — Роуз, ты меня слышала, — слегка раздражённо ответила Ребекка. Дома её ждала больная мать. Кажется вторая или третья стадия онкологии. Точно Роуз не знала. А вот то, что Ребекка из любви к матери вкалывает на двух работах, чтобы оплатить сиделку и не сдавать старушку в хоспис, ей было хорошо известно. «Неудивительно, что она грубит», — подумала Роуз. Скорее всего, Ребекка считала минуты до ухода домой, где она сможет вздремнуть хотя бы пару часов перед следующей сменой. Конечно, это не давало ей права вымещать на Роуз раздражение и беспокойство, но ту куда больше занимали собственные страхи, чем чужая нетерпимость. — Так ты выйдешь? — Н-не знаю… — А я бы вышла, — неожиданно хмыкнула Ребекка. — Парень-то симпатичный. И, говорят, рыжие весьма горячи, — добавила она, забирая на поднос готовые блюда. — Если бы сегодня вечером я была свободна и не пришлось бы брать сверхурочные в том баре, то… — Что? — А то, что хватит уже сохнуть по Финну. Роуз сделала вид, будто не слышала её слов, поспешно отвернувшись к плите и изобразив страшную заинтересованность плавящимся в кастрюльке сливочным маслом. Насмешливый взгляд Ребекки, казалось, прожигал ей спину. — Ладно, — вздохнула та, — не моё это дело. Давай я скажу тому парню, что ты по уши в работе. — Нет, — удивляясь сама себе, возразила Роуз, — скажи, что я сейчас подойду. Кажется, Ребекка даже присвистнула от удивления. Роуз не расслышала наверняка. Стук сердца в ушах заглушал все другие звуки. «Какого чёрта я…» Словно во сне она выключила газ под кастрюлькой, с побулькивающим маслом, сняла припорошенный мукой передник и, передвигая ноги будто видавший виды зомби в час своего последнего издыхания, двинулась к выходу из кухни. Уже в зале до неё дошло, что Ребекка не сказала ей, за каким столом расположился тот, кому она понадобилась. »… рыжие весьма горячи…» — припомнились Роуз её слова. Прижавшись спиной к стене, словно придававшей уверенности, она заскользила взглядом по залу и почти сразу же наткнулась на Ребекку, склонившуюся около мужчины в тёмно-синем костюме. Он сидел за столиком, расположенным у окна, прямо лицом к Роуз. Волосы у него и правда были золотисто-рыжего цвета. Он посмотрел прямо на Роуз, и та растерялась от неожиданности, ещё сильнее вжимаясь в стену, будто она могла спрятать её от чужого взгляда. Посетитель что-то спросил у Ребекки. Она обернулась, ободряюще подмигнула Роуз и с улыбкой кивнула ему в ответ. Роуз вдруг обуяла невиданной силы злоба: на проклятого посетителя с его дурацкой просьбой; на непрошенные намёки Ребекки; на Финна, не замечающего вокруг никого, кроме Рей; и даже на Пейдж, посмевшую умереть и оставить в одиночестве свою глупую младшую сестрёнку. Миновав зал за считанные мгновения, Роуз остановилась напротив рыжеволосого мужчины и уверенно, не в пример своему обычному еле разборчивому бормотанию, выдохнула: — Что вы от меня хотели? Его изумлённо взлетевшие брови и широко раскрытый рот Ребекки, а также тишина, на несколько секунд повисшая в кафе, мгновенно остудили воинственный пыл Роуз. Если бы прямо сейчас при всех она укусила бы кого-нибудь за палец, это не произвело бы такого эффекта, как её смелый вопрос, больше похожий на обвинение. — Хотел поблагодарить за прекрасный десерт. Только и всего. Мужчина мгновенно взял себя в руки и с любопытством уставился на неё. Ребекка тоже справилась с удивлением, закрыла рот и направилась к молодой паре за соседним столиком, попросившей счёт. Проходя мимо, она наградила Роуз взглядом, в котором явственно читался жалостливый вердикт — идиотка. Кафе снова наполнилось привычными звуками. А Роуз до самых кончиков ушей, горевших так, словно они были блинчиками, забытыми на раскалённой сковородке, преисполнилась стыдом. Она поспешно уставилась в пол, словно провинившаяся школьница перед суровой директрисой. Ей до смерти захотелось убежать обратно в свою крохотную кухню. Единственное место, где она чувствовала себя в безопасности от окружающего мира. — Наверное, вас не часто благодарят за вашу работу, — негромко произнёс мужчина. — Досадное упущение. Спасибо, мисс… — Тико, — еле слышно выдавила Роуз, не поднимая глаз. — Простите, если. — Ничего, мисс Тико. Приятно познакомиться. Эти вафли с ягодным джемом напомнили мне воскресные завтраки у моей мамы. Наверняка это семейный рецепт. — Верно, — невольно улыбнулась Роуз, вспомнив потёртую рукописную книжечку с рецептами, доставшуюся ей от бабушки. «Бабуля никогда не доверяла поваренным книгам», — с лёгкой грустью подумала она. — Мисс Тико… Не стал интересоваться у официантки, спрошу у вас. То объявление, что я видел у входа ещё актуально? — Объявление? — не поняла Роуз. — О том, что вам требуются официанты. Пришёл черёд Роуз глядеть с удивлением: — Вы ищете работу? Вид находившегося напротив неё мужчины буквально кричал о благополучии: идеальная, волосок к волоску, причёска; дорогой костюм, стоивший больше, чем вся месячная выручка «Такоданы». Роуз видела такие в витринах бутиков в центре Лос-Анджелеса. О стоимости часов на его левой руке она боялась даже задуматься. — Нет, что вы, — усмехнулся он, — не я. Моя дальняя родственница из Европы. Она совсем недавно в Лос-Анджелесе. Бедной девочке едва хватило средств, чтобы снять квартирку в этом районе, и вот теперь… Теперь Роуз смотрела с сомнением. «Почему же ты сам ей не поможешь?» — Простите, — сказала она, — но это очень старое объявление. Несколько месяцев назад мы уже взяли официантку, и новые нам не нужны. Роуз не находила себе места от неловкости, хотя, казалось бы, была ни в чём не виновата. А может, и была, не проследив самолично, снял ли Ноа объявление о поиске официанта. — Очень жаль, — вырвав её из задумчивости, проговорил посетитель. Роуз почудилось, что он совсем не расстроен отказом. — Мне тоже жаль, что ничем не могу помочь. — Что же, мисс Тико, в таком случае… Можно мне ещё ваших вафель?***
Несмотря на тёплый осенний вечер, Кайло казалось, что на здание банка вместе с заходящим солнцем наползает тьма и леденящий холод, пробирающийся под кожу и сжимающий сердце в стылых объятиях. Такой, от которого может спасти лишь чья-то ласка. Тепло обжигающего дыхания; нежной кожи под трепетным прикосновением пальцев; и манящих губ, касающихся щеки бархатным поцелуем. «Рей…» Он почти не вслушивался в трескучий голос Сноука, доносившийся из трубки, хотя раньше внимал бы каждому слову, точно верная собачонка. — Ты всё понял? — Да, господин Сноук. Невзирая на то, что мыслями Кайло был далёк от смысла текущего разговора, фраза вылетела у него без запинки. — Чудно, — довольно проскрежетал динамик смартфона. — Я жду от тебя больших успехов, Кайло. — Конечно, господин Сноук. Экран на миг осветился, знаменуя завершение вызова, и тут же погас. По виску Кайло скатилась бисеринка пота, задержавшись на подбородке и сорвавшись вниз. На протяжении всего разговора его не покидало кошмарное напряжение. Будто бы через радиоволны Сноук мог почувствовать фальшь в его голосе, понять, что впервые в жизни Кайло хотелось послать ко всем чертям работу, ставшую смыслом жизни, чтобы остаться здесь, в Лос-Анджелесе. Рядом с официанткой из дешёвого кафе. «Рей», — поправил себя Кайло, испытывая некое удовольствие, мысленно проговаривая её имя. Рей была не просто официанткой. Чёртов передник был вынужденной мерой, прикрытием, за которым проглядывали недюжинные ум и смелость. Иногда Кайло представлял её здесь, в своём мире — Рей с лёгкостью добилась бы тут успеха. «Нет», — тут же мысленно возразил он себе. Слишком правильная, слишком наивная для такого места. Её бы попросту вышвырнули или подмяли под себя такие как он, любящие и умеющие с мастерством эквилибриста ходить по чужим головам. И это было одной из многих причин, по которым Рей не следовало знать о том, кто он такой. Что ему делать со всей этой ложью, он разберётся позже. Когда-нибудь потом. Если вообще нужно будет с чем-то разбираться. Пока Рей не интересовали его должность и место работы. И его это устраивало. Кайло прищурился, со злостью глядя на подсвеченный бессчётным множеством огней город, будто бы он один был виновен в том, что ему предстоит вылетать в Абу-Даби первым же рейсом. Больше всего на свете сейчас Кайло хотелось впечатать кулак в оконное стекло, да так, чтобы оно треснуло, осыпалось к ногам мелким крошевом, а на улицы вместе с бархатным вечерним воздухом растеклось бы его бешенство. Скрипнув зубами, вместо окна он ударил по кнопке связи с секретарём. — Вызови ко мне Фазму. Немедленно. В тишине кабинета его слова прозвучали яростным звериным рычанием. — Да, господин Рен! — испуганно пискнула секретарша. Кайло было плевать на её испуг, на неё саму, как и на любого работника банка. Все они были лишь винтиками в механизме, который он отладил и практически довёл до совершенства. Расходным материалом. А расходники несложно заменить. Фазма явилась спустя пять минут. В момент, когда Кайло, окончательно потерявший терпение, мерил шагами пространство между окном и высоким кожаным креслом. — Где тебя носит, Джейн?! — набросился он на неё с порога. — Простите, господин Рен, — Фазма вытянулась перед ним в струнку. — Какие будут распоряжения? — Забронируй билет на утренний рейс в Абу-Даби. Её пальцы немедленно забегали по экрану планшета. В исполнительности была главная ценность Фазмы. Из неё бы вышел отличный солдат, если бы она вдруг решила построить карьеру военной. Но и на этом поприще Фазма вряд ли сумела бы подняться выше младшего командирского чина. — Ближайший вылет в четыре утра. Кайло мысленно злобно выругался, но кивнул, подтверждая своё согласие. Фазма снова уткнулась носом в планшет, скрываясь от его взгляда. — В моё отсутствие за всё отвечаешь ты, — с нажимом продолжил он, вновь вынуждая её поднять глаза. — Да, господин Рен. — Прокол, допущенный с шейхом, не должен повториться. — Да, господин Рен. Этот обмен фразами вдруг напомнил ему телефонный звонок Сноука. Ощущение было неприятным. Как тошнота, подкатившая к горлу. Неужели и он для Сноука мелкая сошка? Исполнительный болван, вроде Фазмы? «Болваны не становятся обладателями акций», — попытался убедить себя Кайло. Мерзкое чувство отступило, но не полностью. Оставило за собой отвратительное послевкусие из сомнений и уязвлённого самолюбия. И без того взвинченный Кайло в один миг оказался на грани. Он пнул стоящее перед ним кресло. Тяжёлый стеклянный стол даже не пошатнулся, а вот Фазма еле заметно вздрогнула. — Что-нибудь ещё, господин Рен? Её голос показался ему противно-писклявым, как у пугливой секретарши в его приёмной, служившей скорее декорацией, чем сотрудником. — Да, — бросил он, желая уничтожить Фазму взглядом. — Почему до сих пор нет замены менеджеру, которого тебе приказано было уволить? По сути Кайло совсем не волновала пустующая вакансия, но всё внутри вопило от желания сорвать на ком-то свои гнев и недовольство. Сегодня, как часто бывало, этим кем-то стала Фазма. — Я… я не думала, что это так срочно, господин Рен… Достойную кандидатуру подобрать не просто и… Её выдержка дала трещину. Фазма не ожидала, что он придерётся к такой мелочи, и замялась, явно подыскивая отговорку. Его вопрос буквально выбил почву у неё из-под ног. «Будет уроком», — подумал Кайло, наслаждаясь её растерянностью. — Раз это так сложно, может тебе занять вакантное место? Фазма сглотнула, изменившись в лице. Но Кайло жаждал добить свою жертву. — Господин Рен, к вашему возвращению… — К моему возвращению подготовь документы к своему увольнению, а от твоей компетентности в моё отсутствие будет зависеть, подпишу я их или нет. — Да… господин Рен.***
— Грёбаный гад пригрозил мне увольнением! — визжал динамик. — Чёртов ублюдок! Тварь! Хакс поморщился, убирая динамик от уха. Фазма последними словами поносила Рена уже добрых десять минут, и, как ни велика была ненависть Хакса к этому выскочке, столь частое упоминание его имени начало порядком надоедать. — При этом этот козёл бросает на меня все дела! — не унималась Фазма. — А сам с завтрашнего утра сваливает в Эмираты! Ну?! Каково?! А вот это было уже интересно. Хакс вновь приблизил телефон. — Бедная моя Джейн, — усмехнувшись, произнёс он, — я даже не могу представить, каково тебе. Надолго Рен уезжает? — На несколько дней. Да и хер с ним! Сучий выродок! Пусть только попробует уволить меня! Я его по судам затаскаю! — С удовольствием помогу тебе с этим, — вновь усмехнулся Хакс, представив размер компенсации, которую с его талантом могла бы отсудить Фазма. — В своё время. Но сейчас прости. Я вынужден окончить нашу милую беседу. Дела. Не дожидаясь её ответа, он нажал кнопку завершения вызова и тут же набрал новый номер. — Митака, — проговорил Хакс, глядя на светлый кусочек картона с надписью «Такодана», — мне нужно всё, что ты успел узнать о девушке по имени Рей Ниима.
