Спящий ветер

Только оказавшись на Nemuru Kaze Рин почувствовал удовлетворение и уверенность, несмотря на то, что обстановка в рубке ни к тому, ни к другому не располагала. Подключив его к полной синхронизации, Анна прошмыгнула в самый дальний угол и затаилась в кресле, взирая оттуда волоокими серыми очами. Мужчины, даже Хитклиф, в этот момент, казалось, и не помнили о ее существовании. Хитклиф с Лиамом ожесточенно спорили, причем миниатюрный, похожий на воинственного воробья, Лиам в споре побеждал. Запутавшись в потоке обрушившихся на него заумных аргументов, Хитклиф начинал злиться и упрямиться. Капитан игнорировал разгорающийся под боком скандал с мрачной отрешенностью. Опершись рукой на приборную панель, он сосредоточенно изучал работу радара, до сих пор идущего рябью и поминутно выдающего противоречащие друг другу показатели. Сколько-нибудь заметного результата его усилий пока не наблюдалось. И все же, хотя тошнотворный привкус все еще не проходил, а в висках навязчиво скреблось, Рин ощущал главным образом спокойствие. Что бы ни происходило вокруг, Рин всем телом чувствовал свой корабль, его монолитное величие, и это вселяло уверенность в собственной силе и неуязвимости. Схожие чувства испытывал, очевидно, и капитана од Годхил-Эсс. Как тот и просил, Харан остался на связи с Khyol Dek, и теперь весь экипаж Nemuru Kaze имел ни с чем не сравнимое удовольствие стать свидетелями разворачивающихся на соседнем корабле страстей. - Я не намерен шарахаться от любой тени! - громыхал Гронд. - Отправить зонды-разведчики! - Я уже отправил, - отозвался Харан. Он все же следил за происходящим, хотя создавалось впечатление, что оно не слишком его тревожит. В голосе Харана звучало всепоглощающее, обманчивое спокойствия, никак не вязавшегося с сведенными на переносице бровями. Лиам, дошедший было до финальной стадии распятия Хитклифовых аргументов, осекся на полуслове и обернулся к Харану. В рубке повисла гнетущая, тревожная тишина. - Зонд дошел до планетоида Е27485, затем связь с ним пропала. - Дерьмо, - лаконично прокомментировал од Годхил-Эсс. - Выпустить три зонда с разницей в пятнадцать секунд. Пусть фиксируют любые аномалии и расположение друг друга. Посмотрим, что за монстр там таится. Рин все еще был спокоен, все еще расслаблено висел в экзоскелете кресла, когда уже ставший привычным звенящий гул начал сплетаться в знакомую убаюкивающую мелодию. Его обволакивал вкрадчивый и ласковый напев, словно шепот перебираемых ветром книжных страниц. Горечь кофе на губах сделалась почти невыносимой, Рин с усилием сглотнул, но в горле отчего то пересохло. - Капитан, - он открыл глаз, но Харан даже не обернулся на его голос. - За нами точно только одного шпиона послали? Харан не отрываясь, пристально смотрел в обзорное окно, туда, где на сияющем фоне местной звезды, за планетоидом Е27485 скрылись зонды с Khyol Dek. - Капитан од Годхил-Эсс, вы ничего не хотите сказать? – поинтересовался он и получил в ответ короткую, но экспрессивную речь, сводящуюся к тому, что его намеки необоснованны и унизительны для такого уважаемого капитана, как Гронд од Годхил-Эсс. - Ты совсем охренел?! – закончил он свой монолог, но тут же сбавил тон и мрачно добавил уже совсем без всякого логического перехода. – Их подбили. Все три. - Разворачивайся и обойди по дуге, - приказал Харан пилоту. - Мы подстрахуем, - сдержанно отозвалась Ота. Nemuru Kaze только набирала скорость, когда Ота почувствовала то, что до сих пор чувствовал Рин. Но, в отличие от него, для того, чтобы понять, ей потребовалось куда меньше времени. - Здесь спящий! Еще один спящий! - Я не знаю, кто это! - предупреждая вопросы, зарычал Годхил-Эсс. - Это не наш! - Не наш, - тихо подтвердила Ота. - От него разит склепом. Вряд ли остальные поняли, что она имела в виду, да и Рин мог только догадываться. Каждый Ки ощущал воздействие на свой корабль по своему, и разбираться с собственными ощущениями ему приходилось самостоятельно, лишь ориентируясь на общие инструкции кураторов. У Оты времени на это за десять лет пилотирования было достаточно, у Рина же его не было почти совсем. Но тот, неизвестный, чужой, и не собирался давать время на самосознание. Он явил себя эффектно. Радары забились в истерике, запестрели кислотными пятнами, ударили в уши ультразвуковым визгом, а затем перед обзорным окном, перед самым носом Nemuru Kaze промелькнула черно-серебряная тень. Рин инстинктивно дернулся в сторону, пытаясь избежать столкновения, и Nemuru Kaze ушла влево и вниз. Он настороженно замер, готовый в любую секунду ожидать новых выходок, но таковых не последовало. Чужак завис напротив, выдержав дистанцию, словно бойцовский пес в готовности к прыжку. Он оказался больше Nemuru Kaze и Khyol Dek, с менее вытянутой, приплюснутой мордой, шире в корпусе и с более острым углом посадки крыльев, и в то же время неуловимо похож, словно старший брат. "Спящий ветер" первого поколения, черно-серебряный, уникальный в своем роде. Рину не требовалось видеть название, чтобы узнать его. - Давно не встречались... - процедил он. Рин не чувствовал своего тела, не чувствовал, как свело от судорожного напряжения побелевшие пальцы, он видел перед собой только самодовольно зависший корабль, видел, как алые всполохи пляшут на серебре и превращают черное в темно-багровое, слышал, как неистово трещит, безумствует огонь и рушатся белые башни Академии Ки. Тогда этот корабль тоже не торопился, ему нравилось любоваться результатом. - Это "Gaoth Godlata", - Оте понадобилось время, чтобы идентифицировать чужака. В отличие от фанатичного третьего поколения Ки, она не помнила все модификации, расцветки и имена "спящих". И она не видела, как вырвавшийся из-под черно-серебряного корпуса луч уничтожает здания и людей, сеет хаос и страх. - Ки'Дой, - разжал пересохшие губы Рин. - И она не одна. Рин тоже это чувствовал – корабль, словно призрак выросший за их спинами. - "Domi Van". Его пилотом был Ки'Эат. Три года назад в ходе одной из операций корабль пропал. Официально считается, что и корабль и экипаж погибли, - голос Оты звучал механически, она зачитывала архивные сводки, и то, что она обнаруживала в них, ей не нравилось. Khyol Dek начал разворачиваться лицом к Domi Van, слишком торопливо, чтобы сохранить достоинство, но делать вид, что ничего не происходит, уже никто не пытался. Nemuru Kaze, зависнув спиной к спине с Khyol Dek, на всякий случай держала Gaoth Godlata на прицеле. Но те агрессии не проявляли, как, впрочем, и других признаков жизни. Корабль просто висел, молча и преисполненный чувства собственного величия. Рина это бесило. Повисшую выжидающую тишину не решался нарушить даже несдержанный од Годхил-Эсс. На приборной панели Nemuru Kaze замигал сигнал связи и три пары глаз: Харана, Хитклифа и Лиама, синхронно воззрились на него с настороженным недоверием. - Запрашивают соединение, - прокомментировал Лиам. Харан хмыкнул и, чуть помедлив, кивнул. Спустя мгновение проектор соткал полупрозрачную голограмму женской фигуры. Женщина была хороша. Умопомрачительно хороша, о чем знала сама. Знала и с гипертрофированным наслаждением умела привлечь к себе чужое внимание. Проектор безжалостно размывал ярко-красный оттенок обтягивающего комбинезона, но даже так, тот производил ошеломляющее впечатление. Чуть раскосые миндалевидные глаза целиком заливала алая пульсирующая пелена, алые губы на бледном лице казались окровавленными и кривились в гримасе раздраженного нетерпения. С правой стороны ее лица белоснежные пряди волос опускались до плеча в аккуратной стрижке, а левую, наголо выбритую, сторону черепа, пересекали три узкие полосы ренмейских трансплантатов. Ки'Дой ошеломляла и ужасала, словно демон из старинных преданий. - Польщен вашим вниманием, кира Дой, - Харан склонился в легком приветственном поклоне. Дой, не мигая, уставилась на него, но по ничего не выражающим алым глазам оказалось сложно судить, как она расценила его неуместную галантность. Наконец она неторопливо повела плечом и заговорила. - Ты обязан им моему любопытству и настойчивости Эата. Второму - в большей степени, чем первому, - голос у нее оказался негромкий и хрипловатый, будто некая болезнь мешала ей говорить и каждое слово она выталкивала из себя с трудом. Этот дефект позволял производить эффект высокомерной неторопливости и нереальности происходящего. - Обычно я сначала стреляю, а затем допрашиваю. Если остается кого. - Никто и не сомневается, - глухо буркнул себе под нос Рин. - Поверьте, я в полной мере осознаю оказанное вами внимание, - заверил ее Харан и Дой скривилась. Рин уже начинал привыкать к подобному выражению лиц у собеседников своего капитана. - Мне нужен ты. Ты и тот недобитый сопляк, которого ты посадил за штурвал. - Gaoth Godlata выпустил… что-то, - сообщил Лиам, приглушив связь так, чтобы его не слышала Дой. Он, не отрываясь, смотрел на показатели приборной панели и хмурился, кусая губы. – Сферический объект, опоясанный двумя перпендикулярными линиями зеленых индикаторов. На снаряд не похоже, активности не проявляет. - Я бы на всякий случай по нему пальнул, - вклинился Хитклиф. – Просто так сферические объекты в сторону потенциального противника не высылают. - Тебе лишь бы пальнуть, - огрызнулся Лиам, но перепалка мгновенно заглохла, когда Харан, все это время с недрогнувшим лицом изображавший внимание и глубокую задумчивость, вернулся к беседе с Дой. - Чрезвычайно лестно. Могу ли я расценивать ваше замечание таким образом, что мы с вами мило поболтаем, а Khyol Dek пусть себе летит дальше по своим делам? - наивно предположил он. Дой в ответ, словно передразнивая, приподняла бровь, но получилось у нее далеко не так ловко, как у капитана рит Ороста-Сунрайя. - С какой бы стати? - губы ее растянулись в глумливой усмешке, обнажив ровный ряд белоснежных зубов. Рин вздрогнул, ощутив, как горячим дыханием опаляет его спину. На мгновение он задохнулся, а уже в следующее из динамика межкорабельной связи раздался озлобленный крик Оты. - Domi Van открыл огонь! Щиты пока держат. Вот же тварь… - яростно выплюнула она и ее голос утонул в грохоте нового удара. Капитан од Годхил-Эсс не собирался покорно ждать, пока его разнесут на много маленьких спящих ветриков. Связь с Gaoth Godlata прервалась и силуэт Ки'Дой медленно растаял под ненавидящим взглядом Рина. - Уходи вниз и не подставляйся, - глухо приказал Харан. Он даже не обернулся, не поменял позы, но Рин понял, что обращаются именно к нему. Харан стоял, опершись ладонями на приборную панель, склонив голову. На несколько невыносимо долгих мгновения копна темных волос закрыла лицо, а в рубке повисла тишина. Всего несколько секунд, необходимых для вдоха, наполненные ожиданием и страхом в серых глазах забившейся в углу Анны. Gaoth Godlata не стал медлить. Более массивный и неповоротливый, чем его собрат третьего поколения, он, тем не менее, обладал и более массивным вооружением. Вспыхнули холодным голубым светом полосы орудийных секций под подкрылками, напитались насыщенно синим, и изрыгнули луч синего пламени. Рин едва успел увернуться, ушел влево, но тут же почувствовал, как содрогается и обдает жаром собственное крыло. Хитклиф звучно выругался, ответил целым рядом коротких выстрелов, потрепавших, но не причинивших ощутимого ущерба щитам Gaoth Godlata. Рин петлял, проявлял чудеса изворотливости, и Хит вторил ему, не стремясь раньше времени лезть на рожон. Он выжидал момент и с железной выдержкой прицельно метил в орудийние блоки, намереваясь обезоружить врага. Щиты Gaoth Godlata мерцали, шли рябью красноватой сетки, но держались. Дой раздражалась. Ее атаки становились яростней и нетерпеливей. Ослепляюще-яркий луч прошел в непосредственной близости от форштвеня, едва задев по касательной, но Kaze Nemuru тряхнуло так, что в своем углу Анна зажмурилась и судорожно вцепилась побелевшими пальцами в подушку. Рина обожгло острой, как удар хлыста, болью. Посреди хаоса сражения, игнорируя происходящее вокруг, позабытая, казалось бы, всеми, по прежнему висела и медленно вращалась вокруг своей оси опоясанная огнями сфера. В нескольких метрах от обзорного окна черное полотно космоса вновь пересекла насыщенно-синяя полоса выстрела. Динамик связи ожил и захрипел голосом Годхил-Эсса. - Нас подбили! - Гронд закашлялся. Помехи искажали его голос так, что едва удавалось что-либо разобрать. - Верхняя палуба… левого крыла… на запасных маневровых. - Если их разнесут - против двоих нам не выстоять, - с холодной рациональностью произнес Лиам, полуобернувшись к остальным. – А их разнесут. - Убираем от них эту тварь и уходим, - мрачно приказал Харан. Рин резко развернулся, заломил петлю и скользнул у самой морды Gaoth Godlata. До сих пор Nemuru Kaze, акцентируясь на собственном противнике и доверяя опыту и умению капитана од Годхил-Эсс, имела лишь довольно смутное понимание о том, как обстоят дела у соратника. Теперь же им предстояло неприятно удивиться. Оба корабля уже успели потрепать друг друга, но Khyol Dek выглядел поплоше. Он все еще упрямо огрызался, хотя в его левом боку, рядом с раскуроченным крылом, зияла изрядных размеров дыра. Явления Nemuru Kaze, пусть и вынужденной удирать от Дой, стало для Domi Van неприятной неожиданностью. Он уже нацелился добить свою жертву, и упустил момент, когда в него врезался выстрел. Едва оцарапав щиты, выстрел, тем не менее, достиг своей цели - привлек внимание. - Держись поближе к нему, - приказал Харана. - Будем надеяться, Дой побоится попасть в своего. И быстро, пока они не опомнились. Хит, стреляй в морду. Ослепи его. Рука Хитклифа уже почти коснулась панели управления, когда Рин, слитый с кораблем в единое целое, словно сквозь толщу воды услышал собственный голос. - Не в морду. В хвостовой части блоки энергоконцентраторов. На вторых спящих их всего два, а привязано к ним слишком много. Если повредить хоть один – отдача пойдет по всему кораблю. - Такие детали не ставят на виду, нам не добраться до них, если только корабль не начнет разваливаться, - недоверчиво огрызнулся Лиам. Рин поморщился. Ему приходилось прилагать немалые усилия, что бы вертеться вокруг Domi Van и при этом оставаться целым, а потому необходимость концентрироваться еще и на споре оказалась особенно не к месту. - По правому борту у него вспорота обшивка. Если знать, куда конкретно целиться, можно расширить дыру и рискнуть, - поддержал Рина Хитклиф. – Но если не удастся и мы замешкаемся – нас зажмут с двух сторон и раздавят. - Я знаю, куда. Я покажу, - выдохнул Рин. Харан, пристально изучавший его все это время, перевел взгляд на Хитклифа и кивнул. Nemuru Kaze нырнула под брюхо замершего от такой наглости Domi Van, вынырнула сзади, развернулась и замерла. Рин закрыл глаза своего человеческого тела, но продолжал видеть глазами корабля. Его воля текла сквозь провода синхронизации, кровью в венах растекалась по всему кораблю, по всему, что Рин знал, и что имело для него значение. Панель управления оружейными системами замигала аляповато яркими цветами и Хитклиф торопливо одернул от нее руки. Но ничего не случилось, только по экрану перед ним начали вспыхивать и мельтешить метки наведения. Их движение казалось хаотичным, пока они не сплелись в цепь хоровода, а затем не сжались до одной точки. Хитклифу оставалось выстрелить. Заряд врезался в щель между рваными краями обшивки и взорвался, оставив после себя дыру шириной в полтора метра. Domi Van попытался развернуться, но следующий выстрел уже разнес крепления, перемычки, достиг цели, и врезался в энергосберегатель. Корабль дернулся на месте, словно взбрыкнувшая норовистая лошадь и забился на месте. От места выстрела искры потекли по стыкам швов и быстро охватили весь корабль. Он потерял управление, ориентацию в пространстве и не замечал, казалось, больше ничего вокруг. Рин торопливо шмыгнул в сторону, опасаясь, что ненароком заденет. - Уходите! - рявкнул Харан. Khyol Dek не требовалось повторять, но чтобы прыгнуть им понадобилось больше времени, чем требовалось в здоровом состоянии. Ки'Дой, осознав произошедшее, ломанулась на Nemuru Kaze. Та металась, даже не пытаясь отстреливаться, единственно избегая Gaoth Godlata, и только когда Khyol Dek, наконец, сорвался с места и скрылся в пространственном прыжке, Харан махнул рукой. - Теперь мы. Никто из команды не имел ничего против стратегического отступления, но прыгнуть они все таки не успели. Опоясанная огнями сфера закружилась быстрее, с каждой секундой все набирая скорость, зеленые огни замигали нелепо и невпопад, а затем, когда сфера так же внезапно остановилась, все вместе, синхронно, вспыхнули красным. Сперва пришла звуковая волна. Едва слышная, она словно обрушила толщу воды на всех, кто под нее попал. Уши заложило, виски сдавило, а следом в голове раздался пронзительный звон. Последнее, что Рин видел, это как Анна схватилась за голову. Ее губы распахнулись в крике, но этого он уже не слышал. В глазах потемнело. Теплая струйка потекла из носа, алые капли упали с подбородка на белую форменную рубашку. Суставы конвульсивно стиснуло и Рин забился, опутанный проводами, скованный экзоскелетом пилотского кресла. Его затягивала тьма, плотная и жуткая, обволакивала, лишала воли. Рин больше не чувствовал Nemuru Kaze. Харан бросился к нему, рванул крепления на его запястьях, груди, и едва успел подхватить, когда бесчувственное тело опало ему на руки. - Анна, ты мне нужна! – заорал он. Девушка, с расширенными от ужаса глазами, глубже вжалась в кресло, но тут же опомнилась, вскочила и бросилась к капитану. Хитклиф уже был рядом и помогал отцеплять провода. Харан передал ему пилота, за плечо перехватил Анну, кинувшуюся оказывать первую помощь, и развернул ее к экзоскелету. Он закатал рукава до локтя и на руках обнажились уже зажившие следы от инъекций. Харан не стал тратить время ни на фиксацию в экзоскелете, ни на подготовку, сам подсоединял те провода, которые мог, с остальными же ему помогал вовремя подсуетившийся Лиам. Тем не менее, возмущаться Лиаму это нисколько не мешало. - Тебя это убьет, - буркнул он, безжалостно вгоняя иглу под кожу капитану. – Ты и после прошлого раза… - Заткнись и делай! - с непривычной яростью огрызнулся Харан. Лиам осекся на полуслове. Анна дрожащими пальцами суетливо выкладывала на столик колбы с препаратами. - Gaoth Godlata пристыковался, - глухо сообщил Хитклиф. Оставив Рина в кресле, он завис над панелью управления и безуспешно пытался воскресить обездвиженную Nemuru Kaze. - Вскрывают двери шлюза. Анна охнула и из ее дрогнувших рук выпал шприц. Она бросилась его поднимать, но Харан не обратил на ее суету ни малейшего внимания. - Khyol Dek не отвечает, - продолжал безрадостный доклад Хитклиф. - Сколько у нас времени? - Может минуты три. Смотря чем они ломают двери. - Успеешь? - Лиам прицелился на глазок и вогнал очередную порцию препарата в вену. Харан судорожно выдохнул через сжатые зубы, на мгновение прикрыл глаза, и, когда он перевел дыхание, голос его звучал глухо. - Гостей все равно придется встречать. Хитклиф, не утруждая себя, ударом ноги заставил открыться боковое отделение приборной панели. Из распахнувшихся недр он вытащил два пистолета, один из них тут же швырнул Лиаму. Тот сделал шаг в сторону, не обратив внимание на хруст под ногами, поймал его на лету одной рукой, и бросил короткий взгляд на шкалу заряда. - Харан! - Анна поднялась с колен, закусив губу, с широко распахнутыми, кажущимися огромными на бледном лице, глазами, увлажненные чувством вины. В ладонях она аккуратно держала, словно раненого зверька, раздавленные останки шприца. - Харан, - едва слышно повторила она и метнулась к двери рубки. - Я принесу новый из медотсека! - Стоять! - заорал Харан и бросился за ней так стремительно, что часть уже подсоединенных проводов сорвалась. Анна застыла на месте, у самого порога, но капитанский приказ опоздал. Двери разъехались перед самым носом девушки и в проеме появилась затянутая в красное фигура Дой. За ее спиной маячило с полдюжины одинаково многообещающе мрачных лиц. - Я смотрю мне здесь рады, - прошелестела Дой, переступая порог. Анна шарахнулась назад, но отскочить не успела, цепкие пальцы с идеальным алым маникюром перехватили ее запястье. - Тихо, детка... - отточенным до изящества движением Дой дернула девушку на себя, развернула спиной и сжала горло, заставив высоко вскинуть голову. Пистолет упирся Анне в бок. Алые глаза с насмешкой смотрели поверх девичьего плеча на замерших, вскинувших оружие мужчин. - Тихо, - повторила она и указательным пальцем обманчиво ласково погладила кожу стискиваемой ею шеи. Анна дернулась, но безуспешно. Хватка на горле стала сильнее, заставив захрипеть и впиться пальцами в запястье Дой, в инстинктивной, но бесплодной попытке оторвать ее от себя. На руке Дой оставались царапины и красные полосы от пальцев Анны, но она, казалось, не чувствовала этого, даже не замечала. Кроваво-алые губы почти касались уха Анны. Дой упивалась страхом девушки и ненавистью застывших перед ней мужчин. Она обвела взглядом их всех, остановилась на каждом из сосредоточенных, ничего не выражающих, казалось бы, лиц, рассмотрела даже недвижное тело пилота в кресле, и удовлетворенно оскалилась. Ее глаза остановились на капитане. Харан стоял, опустив руки, все еще опутанные проводами, и не пытался даже потянуться за оружием, хотя и Лиам и Хитклиф рядом с ним держали Дой на прицеле. - Ты плохо за ней присматривал, - усмехнулась она, но Харан не ответил. - А теперь, мальчики, будьте лапочками. Медленно и аккуратно кладем оружие на пол, не совершаем лишних движений и не выделываемся. И ваша девочка останется при всех положенных ей внутренностях. Итак? - мужчины не торопились выполнять ее требование и алые, изящно очерченные губы скривились в преувеличенно капризной гримаске. - Считаю до трех и начинаю отстреливать кусочек за кусочком. Раааз... - протянула она и хмыкнула, когда Харан вскинул ладонь. Хитклиф и Лиам покорно опустили пистолеты. Лиам с заметной досадой, Хитклиф - не отрывая тревожного взгляда от Анны. Дой посторонилась в проходе, все еще удерживая Анну, и в рубку деловито протиснулись ее помощники. Вопреки ожиданиям, происходящее доставляло им немногим больше удовольствия, чем команде Nemuru Kaze. Они не оглядывались по сторонам, не косились на предводительницу и даже не пытались разглядывать плененную девицу. Они боялись Дой, и их страх отражался в пустых глазах, экономичных движениях и сосредоточенном молчании. Они отобрали оружие, равнодушно игнорируя яростные взгляды Лиама, ему и Хитклифу сковали за спиной руки, и нерешительно замерли перед Хараном, не уверенные, забирать его вместе с проводами или без них. Харан сам облегчил им задачу. Осторожно, чтобы не нервировать тут же вскинувших оружие захватчиков, он один за одним отсоединил провода и покорно позволил себя сковать. Рину, все еще бесчувственно валяющемуся в кресле, несколько раз ощутимо заехали по щекам, но реакции так и не дождались и закинули его на плечо самого массивного из помощников Дой. Когда все было закончено, их вывели из рубки и провели по коридорам корабля до вскрытых заслонок стыковочного шлюза. Дой не торопилась, с ленивым интересом разглядывала обстановку и все так же цепко, словно не доверяя своим помощникам, удерживала бледную, как мел, Анну. Nemuru Kaze опустела, но оставлять ее в покое никто не собирался. Ее, молчаливую, безжизненную, заарканили, взяли на буксир и сделали такой же пленницей.