Спящий ветер

Пока Эат находился без сознания, Рин связал его, обыскал, но единственное из обнаруженного, что стоило внимания – это браслет. Его Рин изучил особенно пристально, осознавая, что от того, насколько Дой интересует судьба Эата, зависит то, как долго Рин с Анной задержаться в операторской. Наиболее разумным стало бы как можно быстрее убраться из операторской уже сейчас, но, во первых, Рин не имел ни малейшего понятия, куда идти, во вторых, передвижение осложнил бы плененный Эат, в третьих - Рин не оставлял надежды обнаружить Nemuru Kaze. Статистика вызовов на браслете порадовала приятной самостоятельностью Эата и почти полным отсутствием информирования Дой. Это давало возможность позволить себе недолгую передышку. Пока Рин возился с браслетом, а затем перешел к пульту управления операторской, Анна, к их общему восторгу, обнаружила заначку с соком и шоколадкой. Добычу они поделили по братски, то есть Рин благородно уступил девушке большую половину, и их положение сразу же перестало казаться таким уж безнадежным. Эат пришел в себя, когда Рин дожевывал шоколад и в который раз безрезультатно пытался открыть перечень кораблей. Заслышав шевеление и стон в углу рядом сваленными в кучу телами, Рин с тайным облегчением оставил в покое несговорчивый пульт управления и развернулся к пленнику. - Доброе утро, - приветствовал он, присел на корточки и легонько похлопал Эата по щекам. Тот часто смаргивал, жмурился, словно от яркого света, но постепенно приходил в себя. - Иди ты... - прохрипел Эат и конкретизировал направление рядом координат, от которых Рин невольно присвистнул. Окружающую реальность Эат осознавал удивительно объективно, хотя и с некоторым пессимизмом. - Здесь все-таки девушка, - упрекнул его Рин. Стоя над связанным пленником, он мог позволить себе иронию. Эат мрачно, но весьма красноречиво зыркнул на стоящую поодаль Анну. Он, очевидно, имел много личного мнения относительно самой девушки, ее морального и физического облика, ее личной жизни, но, как ни странно, смолчал. - Ладно, - откашлялся Рин. Допрос он вел впервые, теоретический опыт имел крайне поверхностный, и не придумал ничего лучше, как взять себе за пример встречу Харана с Гёро. Он представил себя эллесом Хараном рит Ороста-Сунрайя и на всякий случай приосанился. - Давай не будем усугублять ситуацию, - проникновенно начал он. Вместо ответа, Эат одарил его таким, полным скептицизма и презрения, взглядом, что Рин почувствовал себя уже не Хараном, а полным идиотом. - У меня есть пара вопросов, - тем не менее мужественно продолжил он. Эат скривился. - Можешь засунуть себе свои вопросы... Направления Эат придерживался все того же, поэтому дослушивать Рин не стал, перебив на самом интересном месте пинком по ребрам. - Что за ребячество?! – искренне возмутился Рин. Насколько он припоминал, тот же Гёро на допросе вел себя не в пример приличнее. - Твоя девка выдрала мне проводник! – хрипло огрызнулся Эат и попытался презрительно сплюнуть в сторону Рина. Тот инстинктивно отскочил в сторону, но мог бы и не трудиться – жалкий плевок едва ли преодолел десяток сантиметров и осел на выроненном Анной конфетном фантике. - А ты думал я тебя тут на свидание с цветами и шампанским пригласил?! Между прочим, твой мальчишка, - начал закипать Рин, - выдрал проводник мне, и что-то я особо не жаловался! Ты… вопросы. - Вовремя опомнился Рин. Эат презрительно хмыкнул и заерзал на месте, силясь принять сидячее положение. Рин даже не попытался ему помочь, лишь молча дождался, когда потуги Эата увенчаются успехом, он обопрется о стену и с самым независимым видом вздернет подбородок. - Назови мне хоть одну причину, по которой я вообще должен с тобой разговаривать. - Да хоть тысячу! Ты связан, пленен и, если не прекратишь выламываться, я начну отрезать от тебя кусок за куском! Медленно и с удовольствием, потому как надоел ты мне уже неописуемо! - Общение с тобой тоже, знаешь ли, сомнительное удовольствие, - неодобрительно поджал губы Эат. – Дерганый ты. Разве так допрашивают пленников? - Ты меня еще поучи! – огрызнулся Рин, изрядно ошеломленный подобными инсинуациями. - Стоило бы. У меня явно больше опыта, - с самоуверенным апломбом заявил Эат и Рин приготовился еще раз ему от души врезать. - Рин... - Анна настойчиво напомнила о себе, потянув его за рукав, и он невольно отвлекся от Эата и обернулся к ней. Анна протягивала браслет. С него им призывно подмигивал сигнал вызова, Рин воззрился на него задумчиво, а Эат - с демонстративным безразличием. - Сейчас я приму вызов, - Рин вытащил из-за пояса пистолет и снял его с предохранителя. Эат проследил взглядом за движением его рук и дальнейшие разъяснения не потребовались. - Надеюсь, ты понимаешь, что терять мне нечего, - Рин навел пистолет и выждал несколько секунд, пока Эат не кивнул. - Я понимаю, - медленно проговорил он и Рин принял вызов. - Что так долго?! - раздался раздраженный голос Дой. Рин нахмурился и сжал зубы, Анна зябко поежилась, и только Эат, несмотря на пистолет у виска, выглядел самым беспечным среди них. - Извини, руки были заняты, - ровно отозвался он. Эат не смотрел на поднесенный к его лицу браслет - только на Рина. Смотрел не отрываясь, не моргая, откинув голову назад и упершись затылком в стену. - Ты уже закончил? - извинения Дой пропустила мимо ушей, на заднем плане что то громыхнуло и она сочно выругалась. - Еще нет. Проверял работоспособность, и обнаружились проблемы с двигателем. Я тебе сейчас нужен? - Мне - нет. Я тут сама разберусь, - отрезала Дой. - Эрланд, что б его ренмеи всем взводом в уши отымели, требует матрицу корабля и мальчишку. И побыстрее. Пацана, вместе с его дружками, я достану, а ты поторопись с кораблем. Жаль старый ублюдок у Змея не сдох. Никакой пользы от пирата, ни других грохнуть нормально не может, ни сам вовремя не загнется. - О, Джунхей жив? – Эат заметно оживился и заинтересовался настолько, что, казалось, забыл о том, что здесь и сейчас ему угрожают оружием. Браслет издал невнятный звук, смутно идентифицируемый, как сплевывание в сторону. - Да что с ним сделается. Такое дерьмо в огне не горит. Приходит в себя после ренмейской лоботомии и злорадствует, сука. В общем, заканчивай и отнеси матрицу Эрланду, а то он своим нытьем достал. Ему научные изыскания свербят, а у меня базу разносят! - Я потороплюсь, - пообещал Эат. Значок на браслете снова мигнул и погас - Дой отключилась, не прощаясь. Эат склонил голову к плечу. - Ну как, интересно было? - Чрезвычайно, - не стал отпираться Рин. После этого короткого разговора вопросов у него появилось только больше. Они теснились в его голове, толкались, устраивали потасовки, и каждая рвалась стать первой и самой важной. - Эрланд здесь? - наконец спросил он. Эат кивнул, пожевал губами и спустя несколько секунд продолжил без какого-либо принуждения. - Джунхей приволок его, примчавшись с докладом, насколько горячий интерес вы проявили к нему на Шире. Решил поторговаться и пришелся весьма кстати, когда Ноктиса начало накрывать. А Дой то уже надеялась, что избавилась от доктора Эрланда, - Эат хмыкнул. Он говорил спокойно, размеренно, нисколько не смущаясь связанных рук и мертвых тел в метре от него. - Так это Гёро нас вам сдал? - тихо удивилась Анна, но Эат ее расслышал и рассмеялся. - А вы думали космическая птичка донесла? Змей, знаете ли, имеет к вам множество претензий. Особенно его расстроила смерть Цода. Вряд ли их связывали какие то теплые чувства, но он, как и большинство антисоциальных преступных личностей, очень не любит, когда ломают его игрушки. - Полагаю, себя ты к антисоциальным преступным личностям не относишь? - Анна скрестила руки на груди с крайне неодобрительным, порицающим выражением на личике, и даже подошла ближе, но задавить пленника моральным превосходством не вышло. Глядя на девушку снизу вверх, Эат усмехался. - А с чего бы вдруг? Это меня пытались запереть в психушку, и это как раз я тут пострадавшая сторона. Я всего лишь хотел жить. Жить свободным, долго и счастливо. - Ты дезертир и ренегат, - безжалостно припечатала Анна. Она не собираясь так просто сдаваться, но Эата ее порыв не тронул. Он расхохотался, чем изрядно ее смутил, и только отсмеявшись, перевел взгляд, насмешливый, прищуренный и без капли страха, на Рина. Он смотрел на него, но обращался только к Анне. - Не больше, чем твой друг. Ведь и он, насколько мне известно, в свое время бросил все и сбежал. Разница лишь в том, что я пошел чуть дальше. Но так я и старше, а у него все впереди. Но только меня ты клеймишь с пылкостью палача. - Там было все иначе! Он... - негодование таким вопиющим кощунством так переполняло Анну, что она подалась вперед. Рин устало прикрыл глаза. Он не очень разбирался в допросах, но даже ему становилось очевидно, что что-то идет не так. - Анна... - негромко оборвал он, пока девушка, в порыве благородных чувств, не выцарапала Эату глаза. Рин тоже мог многое сказать. Мог не менее горячо подтвердить, что мол да, там действительно все было совершенно иначе! Что тогда, на Ки, среди развалин и пепелища им, немногим выжившим, лощеный напомаженный лейтенант сообщил, что отныне их проект закрыт, как ненадежный и дискредитировавший себя. Что, угоняя шлюпку, Рин проклинал и офицера, и адмирала, и императора. Конечно, ему казалось, что у него все было по другому, совсем иначе, чем у Эата. Но, к вящему своему ужасу, он понимал, что тот имеет в виду. - Меня не интересуют факты его биографии, - отрезал Рин, прекращая бесполезную дискуссию. На лице Эата со всей отчетливостью проступило выражение, как бы говорящее "а может тебя пугает, до чего можно докопаться в твоей собственной биографии?", но Рин на провокацию не поддался. - Ты знаешь, что с остальными? – мрачно спросил он. Белые брови Эата, не подкрашенные, а потому ярко контрастирующие с алой шевелюрой, приподнялись задумчиво и вопросительно. - В смысле с твоим капитаном и теми двумя? Я не вдавался в подробности, но аккурат перед встречей с вами я слышал, что их зажали в столовой на тридцать втором этаже. На тот момент они отбивались вполне успешно, что бесило Дой невообразимо, но вряд ли это продлиться долго. Скоро она озвереет окончательно и выкурит их, как крыс. - Где Nemuru Kaze? - В ангаре, где же еще, - Эат кивнул в сторону окна. - Бокс 45279, если точнее. Только на кой она тебе сейчас? Как ты верно заметил, "мой мальчик" выдрал тебе проводник, и теперь ты разве что поплакать у трапа можешь. Хотя я могу понять твою сентиментальность... - Где Эрланд? – перебил его Рин. - О... - Эат замер, его глаза расширились в догадке. - Я, кажется, понимаю, это действительно... - Эрланд где, я спрашиваю?! - не выдержал Рин. - Анна, отвернись, ради Древних, я сейчас буду его бить! - Тихо-тихо! Я расслышал вопрос, - торопливо заверил Эат. - Он на тридцать седьмом. Весь этаж отдали ему под лабораторию. - Там есть охрана? - Не интересовался, но наверняка. Ассистенты, мальчики на побегушках, еще кто-нибудь. Ты же знаешь, он любит, когда в своем королевстве он царь и бог, а значит должны быть те, кто будет восхищаться его великолепием. Ну и убирать последствия неудачных экспериментов, конечно. Некоторое время Рин молчал. Очертания его плана по прежнему оставались весьма неопределенными и, к тому же, имелся ряд изъянов. Много изъянов. Целый ком изъянов, если уж говорить начистоту. Все то время, пока Рин размышлял, Эат разглядывал его с терпеливым любопытством. - Ты не сможешь пробраться на тридцать седьмой, - беспечно и даже в какой-то мере дружески, заверил он. - Это слишком далеко. На лифте тебя засекут и отловят, а пешком ты будешь добираться до старости. Твоего капитана успеют убить с десяток раз, если еще не убили. - Совершенно точно замечено, - Рин почесал нос пистолетом. Даже Анна смотрела на него с сомнением. - Но тебя Эрланд ждет. Что ему там нужно было? Матрица корабля? Вот и отлично. Раз я не смогу до него добраться, ты сам его сюда пригласишь. Эат поскучнел и закатил глаза, но Рин остался непреклонен. - Вызовешь его, наплетешь что-нибудь, ты, как мы выяснили, болтлив и изобретателен. Пусть спуститься с инструментами. - Ты его убьешь? - с надеждой поинтересовался Эат. - Это чтобы тебе приятное сделать? – Рин одарил его испепеляющим взглядом и нетерпеливо подсунул под нос браслет. - Какой код вызова? Эат покладисто продиктовал и, спустя полминуты, Рин услышал до дрожи знакомый голос. - Что такое?! Матрицу снял? Почему еще не у меня?! - Эрланд всегда задавал много вопросов и редко слушал на них ответы, Рин это помнил. Эрланд вообще редко слушал кого то, кроме себя, и Эат тоже это знал. - Вам будет это интересно, доктор, - сходу огорошил он, чем добился некоторого внимания, и тут же интригующе замолк. - Ну что там?! - гаркнул Эрланд, не видя, на свое счастье, как беззвучно смеется, словно над удачной шуткой, Эат. - Матрицу я, конечно, снял, как вы и просили... - Ну хоть что то! - Но в процессе осмотра и диагностики корабля выявились некоторые... сложности с синхронизацией третьего поколения. Либо мальчишка испоганил аппаратуру, либо шестая ступень может быть не последней, тут, знаете ли такое дело... лучше бы вам самим взглянуть. Врал Эат вдохновенно, но Эрланд молчал и у Рина даже капельки пота на висках выступили. - Я сейчас буду, - после продолжительной паузы сообщил Эрланд. - Да, кстати, вот еще что, - торопливо добавил Эат, подчиняясь угрожающе округлившимся глазам Рина. - Я тут в проводах запутался и расцепить не могу, поэтому был бы благодарен, если бы вы захватили инструменты. - Ты идиот, - безжалостно припечатал Эрланд и отключился. Встречать доктора Рин отправился к лифту. Эата он надежно зафиксировал, привязав к дивану, и оставил Анну за ним присматривать. Не то чтобы Эат так уж нуждался в охране, но после всего произошедшего говорить девушке: «извини, но я не доверяю твоим способностям», - было неловко. Таким образом, Анна получила ответственное, но практически бессмысленное задание, а Рин, не забыв вооружиться, отправился в коридор. Долго ждать не пришлось. На пути к маячившему впереди научному прорыву Эрланд никогда не медлил. Их оказалось всего двое – доктор не любил делиться открытиями, если они еще не закреплены за его именем. Первым из лифта появился он сам. Доктор, обладатель сугубо гражданской профессии, не оглядываясь по сторонам самоуверенно ломанулся вперед, и потому Рина, бесхитростно притаившегося у стены, не заметил. За Эрландом торопился невысокий коренастый ассистент. Он неловко волок перед собой внушительных размеров металлический короб, который Рин помнил еще по Академии. В нем не доверяющий чужому оборудованию доктор носил все свои инструменты и его, при необходимости, мог развернуть до масштабов небольшой полевой лаборатории. Ассистента Рин вырубил ударом приклада по затылку. Тощее тело рухнуло на пол, а следом загрохотал ящик. Грязно выругавшись, Эрланд резко развернулся, готовый отчитать растяпу ассистента, но в лоб ему уже был направлен пистолет. Эрланд закрыл рот, поджал губы и скрестил руки на груди. - Ки'Рин, - только и произнес он. Рин убеждал себя, что готов к этому, но все равно, как и прежде замер, оцепенев под взглядом холодных, равнодушных глаз. Как и у всех Ки, у Рина никогда не было семьи. Их вырастили в пробирках и единственными родителями, которых они знали, стали кураторы Академии, главным из которых был Эрланд. И сейчас, сам того не осознавая, Рин чувствовал себя провинившимся отпрыском перед тираном отцом - страх, бессилие, осознание собственной ничтожности. Рука с пистолетом дрогнула, но лишь на мгновение. - Снимите браслет, доктор, отдайте мне. Затем поднимите ящик и идите в операторскую, - как можно тверже приказал Рин. Голос, в отличие от рук, не дрожал. Эрланд помедлил, но стянул браслет с запястья, швырнул его Рину и, наклонившись, поднял ящик. Насколько помнил Рин, физической силой доктор никогда не отличался, вот и сейчас он шел медленно, прилагая заметные усилия. Но он молчал и упрямо тащил, никоим образом не выражая недовольства. Жалости к старику или угрызений совести Рин не испытывал. Он ощущал только вязкий холод внутри каждый раз, когда бледные рыбьи глаза останавливали на нем свой взгляд. - Все хорошо? - Анна бросилась к Рину, едва они вошли в операторскую. На Эрланда она старалась не смотреть, словно его здесь не было. - Да, все отлично, - успокоил ее Рин. - В коридоре валяется тело, живое, хотя и без сознания. Будь добра, свяжи и притащи его сюда, нечего ему там разлеживаться. А я пока с доктором пообщаюсь. Анна все таки покосилась на Эрланда, прихватила кучу снятой с трупов одежды, служившую им веревками, и вышла. - Ты убил Эата? - строго поинтересовался Эрланд, стоило девушке выйти, Рин даже рта открыть не успел. Со стороны дивана раздалось многозначительное мычание и Рин мысленно порадовался, что они заткнули Эату рот, дабы не усугублять неуместными комментариями и без того напряженную обстановку. - Трогательная забота, но нет, - буркнул Рин. – Он жив и большей частью здоров. - Хорошо, - Эрланд удовлетворенно кивнул, осторожно поставил ящик на пол и недовольно уставился на Рина. Даже сейчас он вел себя так, словно находился в собственной лаборатории и лишь наткнулся на досадное недоразумение. Недоразумение в лице Рина инстинктивно нервничало и никак не могло себя заставить угрожать и приказывать. - Полагаю про седьмую ступень синхронизации это все вранье. Так чего ты хотел? – раздраженно потребовал ответа он, словно преподаватель у нерадивого студента, напрасно отнимающего его время. Рин попытался задавить в себе всплывшее, словно дежа-вю, чувство беспомощности. В это мгновение в помещение кулем ввалилось спеленатое, бесчувственное тело ассистента, без всякого трепета сброшенное с верхней ступеньки лестницы. Вслед за ним показалась уставшая, запыхавшаяся от усердия Анна. Ее появление дало Рину возможность перевести дух и взять себя в руки. Живая, энергичная, преисполненная высоких моральных принципов, она стала отрезвляющим дыханием другого, свободного мира. - Проводник, доктор, - сообщил Рин, поманил Анну к себе и передал ей пистолет. Сам же, безоружный, подошел ближе, и теперь их с Эрландом разделяло всего пара шагов. - Вы восстановите мне проводник. А Анна будет следить, чтобы вы не делали глупостей. Она, хоть и не специалист по Ки, но хороший медик, и поймет, если что-то пойдет не так. - И это все? - с таким презрением уточнил доктор, что Рину стало неловко. Его, гения, светило науки, обманули, пленили, и все ради такой малости - вот что больше всего возмущало Эрланда. - Все, - подтвердил Рин. Доктор одарил его уничижительным взглядом и склонился над ящиком. Крышка с тихим щелчком откинулась вверх, а из нее лепестками раскрылась голографическая заставка рабочего экрана. Рин припоминал, что видел подобное в Академии, когда Эрланд приходил к ним на тренировки. Тогда сокровенный докторов ящичек перевозили на специальной тележке и разгружали целых два ассистента. В такие дни тренировки проходили скомкано, Эрланд попеременно, без всякой видимой последовательности, подзывал к себе курсантов, кому-то что-то вкалывал, у кого-то просто измерял показатели, на ком то проводил загадочные и непостижимые курсантскому пониманию тесты. Преподавателей это злило, но и они не смели перечить доктору Эрланду. Он всегда и для всех оставался взбалмошным и грозным божеством. - Ну?! - рявкнул Эрланд, выдергивая Рина из задумчивого созерцания пространства. Рин опомнился, засуетился, подогнал поближе стул и сел на него лицом к спинке, подставляя доктору шею. Он старался не думать о том, что сейчас Эрланд одним движением может перерезать ему горло, но мрачные мысли с неутомимой навязчивостью роились в голове. Он пытался успокаивать себя тем, что Анна пристально и ответственно следит за каждым движением Эрланда и держит на мушке. При всех своих сомнениях, Рин не мог не признать, что после всего случившегося, Анна имеет право на его доверие. Эрланд нетерпеливо, грубовато-резким движением наклонил его голову вперед, сгреб белые пряди, откидывая их в сторону, и недовольно хмыкнул при виде развороченного разъема. - Вопиющее варварство. Где сам проводник? Я тебе что, балаганный фокусник, чтобы работать с воздухом? Рин торопливо захлопал себя по одежде и из внутреннего кармана куртки вынул проводник Эата, совершенно негигиенично заляпанный кровью и с налипшими ворсинками ткани. - Ты издеваешься? Ты мне что суешь?! Это образец пятнадцатилетней давности! Где твой?! - Эрланд негодовал от такой безалаберности, и Рин, занервничав, тоже разозлился. - Мой проводник остался у вашего главного пациента - кира Ноктиса. Так что, будьте добры, работайте с тем, что есть! Я, знаете ли, тоже восторга не испытываю! - С чем мне приходится иметь дело, просто уму непостижимо, - ворчал Эрланд, но работал. Рин различил, как на пол что то льется - это доктор обрабатывал проводник жидким антисептиком, затем почувствовал, как холодные, властные пальцы касаются его шеи. Он потерял ход времени и, в какой то момент, когда незаметная вначале боль стала острой, ноющей и непрерывной, перестал чувствовать что либо кроме нее. Ничего, кроме боли. Но Анна молчала и это, пожалуй, можно было считать хорошим знаком. - Я бы рекомендовал в ближайшие дня три не подключаться к синхронизации. Дать зажить швам или, что еще лучше, найти проводник подходящей конфигурации. Но, полагаю, ты не послушаешь, - долетел до Рина голос дотошного доктора Эрланда. - Вы закончили? - спросила Анна и сделала пару шагов в сторону, так, чтобы попасть в поле зрения Рина. - Ты как? - Жить буду, - пообещал он, сам удивившись, каким глухим и измученным звучит его голос. Язык во рту казался ватным. - Пусть Эрланд отойдет. Поблагодари доктора, свяжи и... и рот тоже заткни. Пока Анна выполняла инструкции, Рин приходил в себя. Перед глазами плыло от вколотых доктором препаратов, шея одновременно ныла и немела от холода. Проводник Рин не чувствовал, но судя по ощущениям, отнялась вся задняя половина черепа вместе с мозгом. Думалось с большим трудом, но Рин все равно старался. - Я хочу... - бормотал он, пытаясь подняться со стула и удержать равновесие. - Мне нужно посмотреть на эту его... с инструментами... Анна подоспела вовремя, подставила локоть, чем спасла его от позорного падения, и помогла опуститься на колени перед осиротевшим без Эрланда ящиком. Рин поднял глаза, мимолетом обратив внимание на самого доктора. Анна загнала его в угол, к сдвинутому сторону дивану и спеленатому ассистенту, и усердно примотала к подлокотнику и ножкам. Выглядел Эрланд куда менее умиротворенным, чем Эат, с максимально возможным в его положении комфортом развалившийся на диване. Рин был устало рад тому, что они находятся у самой дальней стены, на самом удаленном от него расстоянии. Все эти пленники порядком ему надоели. Порывшись в ящике в секции с ровными рядами лекарств, Рин прибрал про запас несколько ампул обезболивающего и заинтересовался снотворным. Хозяйственная жилка Эрланда предусматривала едва ли не все случаи жизни. Рин протянул Анне четыре ампулы, шприц, и кивнул в сторону пленников. – Это снотворное. Эату вколешь две, Эрланду хватит одной, и одну его ассистенту. И, как закончишь, вот это - мне, - еще одну ампулу он отложил в сторону и Анна подозрительно на нее уставилась. - Что это? - Стимулятор. Мне нужно прийти в себя, и как можно быстрее. Ты тоже поторопись, - устало попросил он. Анна кивнула и, вооружившись шприцом, удалилась, а Рин вернулся к изучению сокровенного хранилища тайн доктора Эрланда. Его не заинтересовали ни многочисленные хирургические инструменты, на некоторых из которых сейчас была его кровь, ни провода, электродиоды и генераторы столь загадочного вида, что Рин даже предположений не имел, относительно их назначения. А вот крутящаяся перед носом заставка рабочего экрана, во всех подробностях изображающего располовиненного человека, волей неволей привлекла внимание. Рин отвел взгляд в сторону, проверяя, как продвигаются дела у Анны. Девушка, в целом, справлялась. Без проблем она разобралась с Эатом и Эрландом, но проблемы неожиданно возникли с ассистентом. Тот не вовремя пришел в себя, сообразить, что происходит, не смог, и решил, что это, что бы оно ни было - очень страшно. Он впал в панику и, несмотря на все увещевания Анны, отчаянно извивался. Раздосадованная строптивостью пациента, она, в меру своих сил, зафиксировала его коленями, после чего со всего размаха засадила шприц в его мягкие ткани. Ассистент всхлипывал и жалостливо мычал в кляп. Убедившись, что Анна прекрасно обходиться без чужой помощи, Рин коснулся пальцем изображения располовиненного человека и неприятно удивился, когда палец прошел сквозь голограмму без какой либо реакции с ее стороны. - Ах да, - скривился он, припомнив лекции доктора. "Как ключ и замок, идеальный сплав, совершенство индивидуальностей единого целого", - так он говорил в те редкие минуты, когда рядом с ним не имелось никого, кроме курсантов, чтобы внимать ему и восхищаться им. - Ну ка, попробуем так... - Рин надел на запястье браслет доктора и нахмурился. Он не знал комбинации, которой доктор вводил свой браслет в рабочий режим, лишь весьма смутно, со времен Академии, припоминал движения его пальцев и последовательность жестов. Рин с сожалением глянул на безмятежно посапывающего Эрланда и тяжело вздохнул. С достоинством справившись со своей миссией, Анна вернулась к Рину, деловито закатала на нем рукав и вколола обещанный стимулятор. Он невольно вздрогнул, благодарно кивнул и вернулся к своей работе. Его воспоминания оказались отчетливей, чем он опасался. С каждым разом Рин припоминал все больше и действовал все уверенней. Браслет ожил всего с тринадцатой попытки. На этот раз голографическая заставка мигнула, пропала и, через мгновение, распахнулся метрового радиуса полусферический экран. От схем, графиков, таблиц, и простых отрывочных комментариев зарябило в глазах. - Что там? – поинтересовалась Анна и деликатно присела рядом. Рин неопределенно пожал плечами. - Это, видимо, то, над чем работает Эрланд. Понимаешь тут что-нибудь? Некоторое время Анна задумчиво покусывала губу, а затем ткнула пальцем в одну из таблиц, полускрытую наслоениями других документов. Как и следовало ожидать, ее проигнорировали, поэтому Рин, вооруженный браслетом доктора, собственноручно раскрыл таблицу на весь экран. - Это похоже на анализ крови у нескольких контрольных групп. Только некоторые показатели очень странные. Например, ретикулоциты и базофилы... А вот тут железо превышает норму в три раза. Здесь вообще указан лаумеланин и биофингол, а они встречаются только в организмах Восточной Циммерской Вуали. - Эат говорил, что доктор Эрланд весьма кстати пришелся, когда Ноктиса стало накрывать. Это может иметь к нему отношение? – предположил Рин, но Анна задумчиво качнула головой. - Не тот масштаб. Я бы сказала скорее, что это Ноктис имеет отношение к этим исследованиям, чем они к нему. - Смотри ка, а здесь пометки: "запросить еще экземпляр для вскрытия", "местный климат с его повышенной влажностью и переизбытком серы совершенно не подходит для всестороннего тестирования", "проверить имплантаты на образцах семь и двенадцать". И еще вот это любопытно: "несмотря на заверения ренмейских коллег, последний экземпляр нежизнеспособен. Ждем прибытия кира Ноктиса". Анна скривилась брезгливо и неодобрительно. - Судя по всему, эксперименты он проводил на людях. - Тоже мне, новость. Он пятьдесят лет проводил эксперименты на людях к восторгу всей империи, - буркнул Рин и Анна заметно смутилась. Она неуверенно забормотала о том, что с Академией Ки была совершенно другая ситуация, но добивать ее Рин не стал, махнув рукой и вернувшись к более насущной теме обсуждения. - "Местный климат", "ренмейские коллеги". Должно быть, исследования велись на какой-то планетарной базе. Этот корабль всего лишь мобильный военный пункт Дой. Да и ренмей, что вскрывал вам с Хараном черепа... Анна укоризненно засопела, но тоже вспомнила. - Да, он что-то говорил про отправку в другое место. Рин хмыкнул. Он и не думал, что напуганная девушка в тот момент сколько-нибудь внятно осознавала происходящее, а она, оказывается, не только осознавала, но еще и кое-что запомнила. - Неплохо было бы найти это место. Должны же тут быть еще какие-то упоминания... Они перелистывали документы один за другим, толком не останавливаясь ни на одном, среди загадочных графиков и комментариев выискивали что-нибудь, способное внести хотя бы немного ясности. Так увлекшись этим занятием, они не сразу заметили, как призывно подмигивает верхний из сваленных в кучу браслетов. - Кхм... - нервно кашлянул Рин, безуспешно гипнотизируя его взглядом. - Это чей? - Кажется Эата? - неуверенно предположила Анна. Они синхронно перевели глаза на диван, на котором возмутительно умиротворенно блаженствовал спящий Эат. - Что будем делать? - шепотом спросила Анна. Рин молча поднялся на ноги, и подобрал из кучи браслетов мигающий. Он и сам очень хотел бы знать, что с этим делать. Оставалась слабая надежда, что Эат понадобился какому-нибудь начальнику продовольственного склада или, скажем, младшему помощнику пятого ассистента доктора Эрланда, или еще кому-нибудь столь же малозначительному, кого удастся обмануть. С замиранием сердца Рин принял вызов и, к своему ужасу, услышал голос Дой. - Где ты шляешься?! Ты мне нужен, срочно! - рявкнула она. Рин попытался невнятно, но как можно более невнятно и одновременно убедительно угукнуть. То ли получилось неудачно, то ли виной всему был отвратительный характер Дой, но ее это не устроило. - Не слышу! - Сейчас... кхекхе... буду... кхе... - предпринял еще одну попытку Рин. Браслет замолк, и очень недобрым показалось Рину это молчание. - Вот значит как. Я жду, - с ледяным спокойствием, так контрастирующим с ее совсем недавней яростью, отозвалась Дой и тут же отключилась. Рин глухо, зло выругался. - Надо убираться отсюда, - бросил он, развернулся к двери и одним выстрелом оплавил замок так, что тот заискрил и заклинил. Анна воззрилась на Рина испуганными глазами. - А как же?... - девушка растерянно махнула рукой в сторону ящика. Рин мысленно застонал. Он не хуже Анны осознавал важность обнаруженной информации, а особенно той ее части, которую они изучить не успели, но копировать такой объем данных, несмотря на целую кучу браслетов, оказалось некуда. В отличие от навороченного инструмента Лиама, в браслеты наемников, и даже в браслет Эата, закладывался минимальный набор функций. Не подходил для этих целей и браслет Эрланда, используемый преимущественно как ключ и способ связи. В определенных сферах доктор оставался угнетающе консервативен. Рин не сомневался, что Дой заподозрила неладное и если не она сама, то ее люди, с минуты на минуту заявятся проверить, что случилось. Но сдаваться он не собирался. - Ну ка, подвинься, - Рин потеснил девушку у экрана. Раз скопировать на отдельный носитель не имелось возможности, оставался вариант отправить архив по межпланетарной связи. Сколько времени может занять пересылка такого объема информации, Рин представлял весьма смутно, но предполагал, что немало. Идею прихватить ящик с собой он оставил на самый крайний случай, осознавая, что такой багаж изрядно осложнит им отступление, особенно если придется торопиться и отбиваться. Несмотря на отвагу, периодически проявляемую Анной, Рин по прежнему не слишком надеялся на ее помощь, если дело дойдет до стрельбы. Он принял решение, но, тем не менее, оставалась еще одна немаловажная проблема - Рин не имел понятия, кому отправлять архив. Он не знал данных связи ни Океана, ни одной, самой захудалой, военной базы, ни капитана од Годхил-Эсс, никого, кому мог бы доверить столь важную информацию. У него не было даже друзей, способных принять письмо. Рин задумчиво уставился в потолок и неожиданно вспомнил. Один друг у него все таки имелся. Его милая, славная Люси, которой Рин даже обещал писать. Пальцы нерешительно замерли над экраном. На не избалованном Техническим прогрессом Терминаше, в их крохотном поселке, единственный персональный терминал связи находился в единоличном владении местного ветеринара, по мере необходимости время от времен подлечивающего и жителей поселка. Слегка замешкавшись, Рин ввел координаты почтового отделения в южном порту Терминаша. "Оповещать о статусе отправки?" - напоследок вежливо поинтересовалась система. Рин нажал "да", бросил взгляд на мигнувшую на запястье строку "отправка 1%" и оставил базу данных доктора Эрланда в покое. Он снова обратил свое внимание на операторский терминал ангара и торопливо проматывал одно за другим окна внутренних настроек и перечни функций панели управления ангаром. Большинство открывавшихся перед ним таблиц ни о чем ему не говорили. - Что ты ищешь? - шепотом поинтересовалась Анна. Собственное бессилие, незадействованность в процессе и, главным образом, торопливость Рина, действовали на нее угнетающе. - Здесь должен быть способ транспортировки к боксам напрямую из операторской. Внизу, с первого этажа, наверняка есть большой, главный вход, но и тут должен быть. По крайней мере, очень на это надеюсь… - отвлеченно отозвался Рин, зажевав последнюю фразу, но вряд ли успокоил девушку. - О, а вот это нам нужно! - он опомнился, едва не пролистав необходимое окно, и наскоро промотал всплывший список почти до самого конца. – Как там говорил Эат? Бокс 45279... - он нажал на необходимую строку и отсортировал список команд. - Снять магнитные крепления, разблокировать доступ, опустить трап... нет, мыть стекла не нужно! Будем надеяться, они не успели разобрать мою девочку на запчасти... Теперь вот так, - с кривой, нервной усмешкой Рин передвинул несколько значений в соседнем окне, подтвердил внесенные данные и уставился в окно операторской. Около полуминуты, во время которых сердце бешено билось и срывалось на дробь, ничего не происходило, а затем, на дальней стороне ангара, неторопливо разомкнулись, словно пасть огромного чудовища, створки ворот. Горизонтальная щель между ними становилась все шире и открывала взгляду черное полотно космоса. Завораживающее впечатление портили разве что голубоватые отблески окружавшего корабль щита. - Отлично. Главные ворота открыты. Резервные - заблокировать, - долго наслаждаться красотой обманчиво близкой свободы Рин не мог себе позволить. - Осталось понять, как добраться до корабля. Может быть тут? Он открыл раздел "вспомогательное оборудование" и среди всего перечня не без удивления обнаружил "платформу малую транспортировочную универсально-мобильную". Среди предлагаемых команд он с некоторым сомнением выбрал "подать к главному мостику" и возликовал, когда толстое бронированное оконное стекло торжественно опустилось. Из глубин ангара к ним неторопливо поднималась плоская овальная площадка, по периметру деликатно огороженная перилами. - В жизни б не догадался, - ворчливо прокомментировал Рин. - Анна, давай на нее, - он кивнул девушке и бросил взгляд на собственное запястье. "54%" - оптимистично заверял его браслет. Не глядя, как девушка, не обнаружив калитки, перебирается через перила, Рин отключил автоматическое управление платформой малой транспортной универсально-мобильной, заверил систему, что он действительно, без шуток, на самом деле хочет оставить ручное управление, подождал, пока пройдет подтверждение команд, отошел на пару шагов назад и расстрелял операторский терминал. Виртуальный экран пошел мелкой рябью помех, а затем окончательно погас. Терминал надрывно трещал разрядами и нещадно дымил. Рин обернулся назад, к ящику Эрланда, и досадливо скривился. "Отправка 68%", мигало на браслете. В следующее мгновение в дверь ударили, так, что она задрожала, а еще через миг слетела со своих высокотехнологичных петель и рухнула недалеко от ящика. В дверном проеме появился одетый в серое наемник столь внушительных габаритов, что едва помещался на лестнице. В руках он держал взятое на изготовку оружие. Огонь он открыл сразу же, завидев не предусмотренный подозрительны объект в лице Рина. Звук выстрела слился с пронзительным визгом Анны. Рин бросился на пол и кувырком перекатился за кресло - последнюю свободную мебель в операторской. Поторопились они отодвинуть диван подальше, а зря. Ящик Эрланда стоял в метрах в трех от Рина, аккурат между ним и бугаем. От ненадежного укрытия Рина до транспортировочной платформы оставалось не меньше шагов пяти. - Что б тебя ренмеи всем взводом... - некстати припомнилась Дой, и Рин замахал рукой Анне, сжавшейся, но вроде целой, на дальнем краю платформы. - Вперед! Бросать Рина на произвол судьбы категорически противоречило высокоморальной природе Анны, но слушать приказы, в той или иной степени, она научилась. Отчаянно ломанувшись к штурвалу, она вцепилась в него так, что побелели пальцы, и с силой дернула его на себя. Не требующая особых премудростей даже в режиме ручного управления, платформа послушно встала на дыбы. Рин выкатился из-за стула, наугад пальнул куда-то в сторону противника, и зигзагами бросился к распахнутому окну. - Вперед! - снова заорал Рин. Анна, успевшая выровнять платформу, послушно рванула штурвал в сторону. Лихо сиганув из окна, Рин едва успел вцепиться в перила, так резко платформа взяла старт. Левое предплечье обожгло болью, рукав залило горячим и красным, и Рин повис на одной руке. - Выше! Поднимись выше! – заорал он. Платформа крутанулась на месте, норовисто взбрыкнула, едва не сбросив Рина, и набрала высоту. Анна старательно поднялась до самого верха, туда, где из операторской их точно не могли достать. Там она бросила штурвал и кинулась к все еще болтающемуся за бортом Рину. С ее помощью он перевалился через поручни и распластался на полу лицом вниз. - Лечишь ты лучше, чем летаешь, - прохрипел Рин, поднимаясь на ноги и, пока девушка не успела обидеться, продолжил. - И это нам весьма кстати. Анна опомнилась, с безжалостной решительностью медика разодрала рукав, деловито изучила и ощупала ранение. Рин морщился, но мужественно терпел. - Кость, судя по всему, не задета. Жить будешь, - вынесла она вердикт. - Перевязать бы, пока не доберемся до нормального медпункта. - Скоро уже доберемся, - пообещал Рин. Несмотря на оптимистичный диагноз, рука висела плетью, а пальцы едва слушались. Анна без былого смущения стянула с себя блузку, разорвала рукав на полосы и принялась бинтовать. Браслет неутомимо мигал - "84%". Рин оглянулся назад, вниз, где в прямоугольном проеме операторской суетились серые фигурки, с такого расстояния кажущиеся игрушечными. - Нам нужен бокс 45279, и побыстрее. - Это хоть где? Сверху, снизу? - Без понятия, - честно признался Рин, и девушка заметно помрачнела. - Но, судя по тому, что вон тот, ближайший к нам бокс, - Рин махнул здоровой рукой на помятого вида истребитель, - под номером 73, я бы предположил, что нумерация идет сверху вниз. А значит нам куда-то туда, - и Рин, и Анна с опасением и любопытством глянули вниз. С такого расстояния разглядеть Nemuru Kaze не удавалось. - Если только на этом дурацком гибридном корабле не действует какой-то альтернативный ренмейский способ нумерации. Альтернативных способов, к счастью, не оказалось. Спустившись на нижние ярусы, Рин и без номеров заметил свой корабль, и кинулся к нему, позабыв обо всех постигших его печалях, и про раненую руку, и про наемников, в любую секунду готовых свалиться им на головы. На первый взгляд Nemuru Kaze казалась неповрежденной, хотя и угнетала своей холодной, монолитной неприступностью. Словно оскорбленная жена загулявшего мужа, она встречала своего пилота. Рин только сейчас осознал, как привык к синхронизации, и сейчас особо остро ощутил ее отсутствие, как нечто чужеродное и болезненное. Трап, тем не менее, уже был опущен, оставались мелочи - подключиться и увести ее из этого страшного, совершенно неподходящего такому замечательному кораблю, места. Он остановился и взглянул на докторский браслет. " 99%" – и, спустя мгновение, - "отправка завершена". Подняв глаза на далекое окно операторской, Рин заметил, как ему показалось, фигуру в ослепительно алом. Анна потерялась где-то на полпути к рубке, но Рин едва успел привести системы корабля в рабочее состояние, когда она снова появилась с целой связкой лекарств в руках. В отличие от Рина, Анна помнила, что и шприцов, и препаратов для синхронизации не осталось, и по пути предусмотрительно забежала в медотсек. Впрочем, как оказалось, захватила она не только материалы для подключения. В первую очередь, игнорируя слабые возражения Рина, продезинфицировала и заново перевязала его руку. Много времени это не заняло, кроме того, пока Анна возилась с левой его рукой, правой он рылся в файлах Хитклифа. Настраивал их коммандер под себя, но, к счастью, ничего особенно специфичного натворить не успел. Тем не менее, Рин очень сомневался, что справится в одиночку. Он в очередной раз покосился на увлеченную перевязкой девушку, она даже кончик языка высунулся от усердия, но не торопился огорошить ее раньше времени. Он забрался в экзоскелет и мягкие, не сковывающие движений ремни с датчиками застегнулись на запястьях так легко и привычно, что Рин невольно умилился. С первым уколом пришел привычных холод, и, вместе с тем, что-то иное, новое - незыблемая уверенность в собственных силах. Казался неоспоримым тот факт, что больше им никто не сможет помешать. Подобного рода решительность приходилось сдерживать концентрацией остатков собственного разума, ведь на этот раз за ходом синхронизации следить было, кроме Анны, некому. Контролировать себя и свое эмоциональное состояние в процессе подключения Рин не привык, и усилий приходилось прилагать немало. Ощущая себя лишь волей, абстрактной, бестелесной и упрямо сосредоточенной, Рин окунулся в темноту третей ступени. Он слышал, не так как прежде - вязким гулом, шаги Анны, чувствовал ее прикосновения, холодные и остро болезненные, как будто она касалась напрямую обнаженных нервов. Боль расширялась, накрывала пологом, отгораживала от мира, и, тем не менее, не вызывала больше никаких эмоций. Она просто была рядом, словно старая, верная спутница, с присутствием которой Рин смирился с снисходительным равнодушием. Он двигался сквозь темноту. Не шел, а именно двигался, нес свое сознание в окружавшем его шепоте и далеком треске огня. "Мне нужен Ки'пилот" - это единственное, что он мог разобрать среди переплетения далеких, невнятных голосов. "Мне нужен..." - снова нашептывал кто-то знакомый, и звуки рассыпались вместе с непроглядной тьмой, оседали на панели управления вспыхивающими огнями. - Кажется, в нас стреляют, - нервно, но, тем не менее, очень осторожно заметила Анна. Она боялась помешать процессу синхронизации, но Рин уже и сам ощущал, что к ним приближаются на точной копии захваченной ими транспортировочной платформы. Около полдюжины наемников теснились на небольшой площадке и открыли огонь по кораблю. Анна наблюдала это на экране, транслирующем изображение, Рин же чувствовал дробный стук по коже. Даже пара десятков хаотичных пистолетных выстрелов вряд ли были способны серьезно навредить кораблю, но первое, что Рин сделал, это поднял щиты, не дожидаясь, когда вторая волна перехвата явиться с более тяжелым вооружением. Nemuru Kaze поднялась в воздух, развернулась и рывком в сторону, словно норовистая лошадь, снесла с пути разогнавшуюся платформу. Платформа, не выдержав удара кормой, треснула, переломилась пополам, и наемники посыпались с нее крупными серыми горошинами. Некстати раздался громкий, надрывный скрежет - это створки ворот дрогнули и начали смыкаться. Дой добралась до аварийного управления. - Анна, управление пушками! - рявкнул Рин. Его напрягало зрелище закрывающихся ворот. Девушка заметалась по рубке, но скоро сообразила и плюхнулась в кресло Хитклифа. Она замерла и, стараясь не смотреть в окно, уставилась на Рина. - Найди большую зеленую кнопку, - попросил он тише. Анна напряженно высматривала на обширных размеров панели искомую зеленую кнопку, коих, к несчастью, оказалось немало. Рин дрожащим от деланного оптимизма голосом продолжил инструктаж. - Нажмешь на нее, когда я скажу. Он мчался к воротам и те становились все ближе, а щель все уже. Чувствуя в висках бешеный стук крови, Рин рванул вперед. Створки дрогнули, Дой тоже торопилась, и стремительно потянулись друг к другу. Воображение услужливо нарисовало Рину, как они застревают и многотонная пасть ворот без труда сминает и перекусывает их пополам. И все же они успели. Еще один рывок, и створки захлопнулись за ними, с показавшимся душераздирающим скрежетом ободрав хвостовые щиты. И, тем не менее, теперь они находились снаружи. Дело оставалось за малым - спасти оставшуюся часть команды и убраться подальше. Nemuru Kaze развернулась носом к захлопнувшимся воротам, Рин старательно прицелился, хотя концентрация на управлении орудиями отвлекала и отнимала достаточно много сил, и потребовал: - Жми! Он очень надеялся, что Анна все-таки нашла верную зеленую кнопку. Анна нашла и, хотя сила выстрела никоим образом не зависела от приложенных к нажатию усилий, со всем своим рвением ударила по кнопке кулаком. Nemuru Kaze плюнула комком искрящейся плазмы в верхний стык ворот, который, спустя пару секунд, медленно, но уверенно начал плавится. На всякий случай выстрелили еще дважды. Ворота заскрипели, попытались было открыться, но сразу же захлопнулись, едва между ними появилась щель света, и заклинили. Понадеявшись, что этого хватит на достаточно продолжительное время, чтобы избежать погони, Рин развернулся и начал набирать высоту. Он держался исключительно вдоль корабля Дой, не выходя за границы его щита, сохраняющего герметичность в открытом космосе, и по полоскам окошек отсчитывал этажи. - Что теперь? - Анна приподнялась было из кресла, но Рин ее осадил. - Рано! Одиннадцать, двенадцать, тринадцать... Найди... четырнадцать, пятнадцать... шкалу мощности... семнадцать, восемнадцать, девятнадцать... и разогрева... двадцать два, двадцать три... ого! Где то в районе предполагаемого двадцать четвертого этажа зияла дыра, радуя глаз рваными обугленными краями. Однако долго радоваться не пришлось, дыра мелькнула в обзорном окне и исчезла. - Двадцать восемь, двадцать девять, тридцать... о! - Рин притормозил и пристально воззрился на тридцать второй, как он надеялся, этаж. Снаружи пометок, которые облегчили бы ему жизнь, не имелось, оставалось надеяться только на собственную сообразительность и удачу. Рин внимательно оглядел ровный ряд окон, с сожалением не обнаружил между ними никакой разницы и развернулся к ним носом. - Готова? - поинтересовался он у Анны, услышал в ответ маловразумительное мычание, но решил считать его согласием. - Стреляй! Анна стукнула по кнопке и Nemuru Kaze, издав жалостливое булькающее ворчание, с усилием выплюнула скудный ком плазмы, едва оплавивший пару окон и одаривший обшивку скудной коррозией. - Не та кнопка! - разозлился Рин, мысленно кляня как свою глупость, так и несообразительность Анны. Ему остро не хватало Хитклифа, но сейчас приходилось работать с тем, что есть. Анна, словно ожегшись, отдернула руку и насупилась, виновато и вместе с тем укоризненно. Но смутить Рина сейчас было проблематично. - Рядом со шкалой нагрева метка «автомат». Нажми на нее и следи за шкалой, - спокойнее объяснил он. Вторая попытка удалась лучше, хотя и приступила к ней Анна с опаской. Иллюминаторы и обшивку прошил кучно ложащийся ряд выстрелов крупного калибра. - Тумблер под зеленой кнопкой до упора! - инструктировал Рин. Где зеленая кнопка Анна уже знала, и тумблер нашла быстро. Она потянула его на себя и вздрогнула, глядя как взрывается обширный пласт уже изрешеченной обшивки. Дыра вышла немногим скромнее той, что они видели на двадцать четвертом этаже, но тоже вполне впечатляющей. В ее недрах проглядывали выкорчеванные с мясом провода, куски труб и высокопрочного пластика, а глубже виднелся темный, неосвещенный коридор, настораживающий пустотой. - Неплохо, - одобрил Рин и, прежде чем Анна успела сообразить и помешать ему, пошел на таран. Раздался чудовищный звук, и ощущения накатили ему подстать. Под оглушительный скрежет металла Рину казалось, что с него заживо сдирают кожу. Анна вскочила с места, но от очередного рывка завалилась за кресло и добраться до Рина так и не смогла. Их трясло, снаружи что-то взорвалось, а потом все неожиданно замерло и затихло. Едва Рин пришел в себя и проморгался, он торопливо расстегнул крепления, отбросил в сторону датчики и аккуратно отсоединил от разъемы проводника. Из-за кресла Хитклифа поднялась всклокоченная белокурая голова. - Ты... что творишь?... - Анна с трудом поднялась на ноги, но Рин уже мчался к двери. - Запри вход и, если что, отстреливайся корабельными пушками! - на бегу сообщил он. Анна споткнулась на месте и бросилась за ним. - Что это значит?! Ты куда?! - Я за остальными, - Рин извлек из-за пояса пистолет, проверил обойму и с неестественно гипертрофированным оптимизмом улыбнулся девушке. - Если со мной что то случиться, включиться аварийный автопилот и тебя унесет... куда-нибудь подальше. На настройку конкретных координат, извини, времени не было. Оттуда уже отправишь сигнал бедствия, кто-нибудь подберет. - Ты сбрендил! - возмутилась Анна, но кидаться под ноги и грудью вставать поперек шлюза не торопилась, понятливо кивнув. - Забаррикадироваться и отстреливаться. - Именно, - одобрил ее сообразительность Рин, к собственному удивлению чмокнул ее на прощание в щеку и помчался вперед, в загадочную темноту тридцать четвертого этажа. В безлюдном и безренмейном коридоре наблюдались явные следы сражений. Сражений недавних, как удовлетворенно заключил Рин, пощупав пару-другую встретившихся по пути трупов. Неизменные наемники в серой форме, некоторые густо изрешеченные, некоторые добитые одним-двумя выстрелами, еще не успели не только окоченеть, но даже толком остыть, но что-то трудноуловимое все равно смущало Рина в этой идеалистично мертвой картине. План его, как сам он неоднократно признавал, имел некоторые изъяны, и главный его изъян заключался в том, что, добравшись до тридцать четвертого этажа, Рин по прежнему не имел понятия, где искать свою команду. Этаж, объективно говоря, отличался обширной площадью, и бесцельная беготня по нему могла затянуться надолго. Рин озадаченно почесал нос и негромко, на пробу, подал голос. - Харан? Коридор отвечал удручающим безмолвием. Рин брел вперед в одиночестве. Кое-где попадались выбитые двери и пустые помещения, кое-где подпаленные стены, где-то на стенах, среди померкших ныне ветвистых ренмейских линиях виднелись выломанные куски и оголенные провода. Рину оставалось лишь удивляться, сколь масштабные боевые действия сумела развить деятельная троица, да иногда покрикивать в надежде, что кто-нибудь из них отзовется. Пока поиски оставались тщетны. Хорошо было уже то, что Рину не отзывался никто другой, неожиданный и неприятный. Когда коридор внезапно закончился и Рин с разгона выскочил в большой овальный зал, он на мгновения ослеп от ударившего в глаза света. Он инстинктивно прижался спиной к стене, прикрыл глаза ладонью и замер. Где-то невдалеке раздались голоса, но было их, насколько Рин мог судить, куда больше трех. Он обвел слезящимися глазами зал, уловил расплывающиеся силуэты маловразумительных развалин и, метнувшись, притаился за одной из зловеще нависающих конструкций. Голоса не приближались. Они словно бы остановились, невнятно, но оживленно поспорили, и стали глуше, с каждой секундой отдаляясь все дальше. Рин перевел дух, выпрямился, очень аккуратно обошел развалины справа, осторожно касаясь кончиками пальцев металлических обломков, и выглянул из-за выступающей их части. Когда он сделал шаг, чья-то рука схватила его за плечо, одернула назад, а затем огромная ладонь умело заткнула рот, перекрыв заодно нос до самых глаз. Рин энергично, но безрезультатно забился, раненая рука слетела с перевязи и мгновенно онемела от пронзившей ее боли. - Спокойно пилот, не голоси, - услышал над ухом знакомый тихий бас. Убедившись, что Рин затих и не предпринимает дальнейших попыток сопротивления, Хитклиф выпустил его из захвата, и деликатно, едва не выбив ему легкие, похлопал по спине, когда он попытался откашляться. - Как ты тут?... - прохрипел Рин. Выглядел Хитклиф потрепанным и очень усталым. - Это ты тут как? - ответил вопросом на вопрос коммандер. - Я за вами... - неловко признался Рин. Под безжалостным прицелом голубых глаз и нависающей, массивной авторитетностью Хитклифа, все его благие намерения начали казаться не такими уж убедительными. - Лиам так и предположил, что ты приказ не расслышал, - припечатал Хит, и Рину стало немножко стыдно. - А Харан что сказал? - тем не менее, уточнил он. - Идем, раз уж вернулся, - Хит помрачнел, развернулся и решительно зашагал в одном ему ведомом направлении. - Харан... он... того? - мгновенно охрипнув, рискнул спросить Рин. Массивное плечо дернулось. - Да нет. Пока. Плохо ему. Не надо было ему с клинками дело иметь, пока от корабля не отошел, а оно вон как обернулось. Уже в себя не приходит, но дышит пока вроде. С ним Лиам сейчас. Мы в подсобке с консервами затаились, пока нас на тридцать пятом ищут. А тут Лиам по этой своей хитрой технике слышит, по нашему этажу кто-то носится, да подозрительно знакомым голосом капитана зовет. Повезло тебе, что Лиам тебя раньше этих мерзавцев нашел, тут еще шаряться некоторые, так что не забалуешь. Хитклиф завернул за очередной поворот и, остановившись, принялся с натугой ворочать здоровую, с него ростом, пластину, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся обломком стола. Сдвинув ее, он обернулся к Рину. - Не следовало тебе так делать, но я рад, что ты вернулся, - глухо и очень серьезно поблагодарил он, но радости от похвалы Рин не испытал. - Анна как? - бас Хитклифа сделался мягче, наполнился тревогой и теплом. - Она на корабле. С ней все в порядке. Даже не ранена, - заверил его Рин. Хит кивнул и сбитыми костяшками постучал в дверь, очертания которой едва заметно проглядывали на фоне стены. Он стукнул дважды, затем подождал, еще раз, и еще раз. За дверью что-то заскрежетало, это Лиам отодвигал баррикаду, и дверь распахнулась. Выглядел Лиам немногим лучше Хитклифа. Его голову обматывал грязный самодельный бинт, под глазом сочной синевой наливался фингал, да и сам он казался всклокоченным и нервным. За его спиной, на груде консервов, темнел человеческий силуэт. С некоторым замешательством Рин опознал в нем капитана и, наконец, понял, что его так смущало все это время в коридоре – на всех телах, что попадались ему по пути, не было ни одной колото-режущей раны. По всей видимости, в недееспособном состоянии капитан находился уже достаточно давно. - Уходим, - буркнул Рин. - Корабль недалеко, но сваливать надо быстро, пока Дой не разблокировала ангар. Лиам кивнул, молча посторонился, пропуская Хитклифа. - Где ты его пришвартовал? - глухо спросил он. Хит повозился недолго и скоро вернулся с переброшенным через плечо капитанским телом. В его свободной руке позвякивали грубо замотанные в рваный китель клинки. - Ну как пришвартовал... - замялся Рин. - Я протаранил ваш этаж. - Психопат, - припечатал Лиам, но осуждения в его голосе не слышалось. В большом овальном зале Рин замешкался, не сразу припомнив, куда именно им теперь сворачивать, но тут уже сориентировался Хитклиф. Он махнул рукой и уверенно направился в один из коридоров, откуда, по его наблюдениям, в свое время явился Рин. Рин заторопился за ним дисциплинированной рысцой, какой обычно производят стратегические отступления, но поминутно невольно морщился. Все его тело неприятно ныло, суставы рук и ног выкручивало, рана болью отдавалась в плечо. Рин с трудом отделял собственные ощущения от принадлежащих Nemuru Kaze, но отчетливо осознавал, что происходит что-то неладное. Он убедился в этом, когда впереди они услышали шум и стрельбу. Вопреки ужасным предположениям, они не обнаружили взорванную Nemuru Kaze и бездыханное тело Анны на ее обломках, но десяток наемников рассредоточились, окружив вяло огрызающийся корабль, и с методичным упорством обстреливали его, постепенно сбивая щит. Еще двое в сером уже добрались до трапа и вскрывали вход лазерными резаками. Появление диверсантов во вражеском тылу пришлось Анне как нельзя более кстати. Хитклиф аккуратно снял капитана с плеча, пристроил его у стенки и первыми же выстрелами снял двух, ближайших к ним наемников. Они рухнули на пол, не успев даже обернуться и понять, что происходит. Еще одного обезвредил Лиам, прежде чем остальные сориентировались, обернулись и открыли огонь в их направлении. Они вжались в стенку, не рискуя высовываться из-за угла до тех пор, пока стрельба не затихнет. «Я пойду вперед, - жестами сообщил Хитклиф. – Вы прикроете». Рин с Лиамом только закивали. Хитклиф глазами проследил длинные тени наемников на полу и приготовился. Дробный звук приближающихся шагов замолк, и в тоже мгновение Рина от неожиданности едва не вывернуло наизнанку. Nemuru Kaze возмущенно загудела и выплюнула сгусток плазмы. Вопль попавших под выстрел наемников почти сразу заглох в надрывном предсмертном бульканье и шипении разъедаемой плоти. Хитклиф едва успел отскочить назад, когда несколько комков осело в полуметре от него и мгновенно оплавило покрытие пола. - Быстро учится, - одобрил Лиам и изобразил приглашающий жест, мол только после вас. Хит перешагнул пятна на полу, даже не глянул на мерцающую голубоватую лужу, живописно расцвеченную подтеками красного и белого, и пристрелил еще двух, временно дезориентированных, противников. Когда все было кончено, он дотошно поставил пистолеты на предохранители, засунул их за пояс брюк и также бережно поднял Харана обратно на плечо. Анна встречала их с распростертыми объятиями, но изрядно сбледнула с лица, заметив бесчувственное тело капитана. Возле мед отсека Анна с Хитклифом отстали, и подключатся к синхронизации помогал Лиам. Крепления на запястьях он затянул так туго, что, казалось, перекрыл кровоток. Взлетать пришлось в экстремальных условиях, пятясь задом и с душераздирающим скрежетом обдирая обшивку корабля. Сорванные щиты сбоили и отказывались восстанавливаться. - Будет неприятно, если ты угробишь нас именно сейчас, - заметил Лиам, не отрывая взгляда от обзорного окна, за которым обнадеживающе открывались далекие звезды. - О да... - отозвался Рин с придыханием. Лиам нервно хихикнул и побелевшими пальцами вцепился в спинку кресла. Рин ощущал кажущееся хаотичным метание множества кораблей, довлеющую мощь флагмана, и задерживаться здесь ему хотелось меньше всего. Развернувшись и преодолев границу щита корабля Дой, Nemuru Kaze на мгновение замерла, а затем, оставив на хвосте уже мчащиеся на перехват истребители, ушла в прыжок.