Спящий ветер

Впервые с момента своего появления на корабле Рин видел в рубке там много народу. Только за пультом управления сидело четверо. Двое из них - Лиам и Малахит, расположились по центру почти вплотную друг к другу. Справа - офицер подполковника Кузнечински не отрывал взгляда и, кажется, даже не моргал, отслеживая на голографической карте перемещение разноцветных точек, о назначении которых сам Рин имел только самое общее представление. Слева, там, где Рин привык видеть массивную фигуру Хитклифа, сидел второй офицер, пока бездействующий, но предельно сосредоточенный и готовый в любую минуту начать отстреливать потенциального противника по всему периметру видимости. Позади себя, с капитанского мостика, Рин время от времени слышал голос подполковника, строгий, уверенный и беспристрастный, и вторящее ему едва различимое бормотание секретаря. Харан с Хитклифом, Халлес рит Ворима с профессором и десантная группа по отлову дрона уже покинули корабль. Рин их не проводил и не попрощался. Лишь Хитклиф, забежав напоследок, коротко ему отсалютовал и широко, весело улыбнулся. Завешенный волосами и обколотый препаратами, Рин даже не кивнул в ответ, хотя Анна мило пообещала удачи и чмокнула зардевшегося Хитклифа в щеку. Рину не хватало их. Не хватало негромкого, спокойного голоса своего капитана, его размеренных инструкций, беспардонной рыжины Хитклифа. Наличие отстраненно-безразличного Лиама и Малахита, с его неуместной посреди кузнечинцев зеленью, только усугубляло неприятное ощущение чуждости. Запястья Рина обвивали провода, по венам растекались препараты - все, что нашлось на корабле и могло подарить хоть какое то преимущество не в ущерб общему состоянию пилота. Он чувствовал себя голым и распятым. Рин не боялся предстоящей операции и не испытывал волнения от возложенной на него ответственности. Возможно, в этом была вина препаратов, но все это казалось ему далеким, будничным, озаренным мутным ореолом незыблемой уверенности в собственных силах. Но он раз за разом невольно возвращался мыслями к капитану и коммандеру. Сейчас, должно быть, они уже отделились от остальных и приближались к земле. Какая-то из тех точек, что мигали на голографической карте, обозначала их, но какая именно Рин не знал, а спросить не решался. Он молился всем Древним, которых помнил и в которых не верил, что бы Анна додумалась поинтересоваться, но та оказалась слишком взволнована и слишком пристально следила за показателями самого Рина. - А1 и А2 на позициях, - хорошо поставленным, громким и четким голосом озвучил связист. В ухе его торчал динамик и никто, кроме него и полковника Кузнечински на этом корабле не слышал деталей происходящего. Это не должно было их отвлекать, так решили вышестоящие чины перед операцией. - В1 зафиксировал местонахождение объекта и производит скрытое наблюдение до его вхождения в зону электромагнитных перепадов. Это означало, что группы Харана и Халлеса благополучно спустились каждый у своего хода, а десантная группа засекла неприкаянный зонд и сидит в засаде, выжидая, когда его можно будет незаметно перехватить. Рин вяло усмехнулся. Тектанически нестабильная планета доставила множество проблем во время поиска базы, сбивая сигнал и создавая помехи. Но теперь она же помогала замаскировать похищение и перепрограммирование дрона. Лиам раздумывал в том же направлении и тяжело, мученически вздохнул. На стадии разработки плана он рвался лично спустится вместе с десантниками, но злой капитан и еще более злой подполковник запретили. Лиам был вынужден признать их правоту, перепрограммировать дрон он мог и дистанционно, десантникам достаточно было подключить его к сети, но управлять диверсией удобнее издалека, из комфортного кресла рубки. Но демонстрировать страдание Лиаму это не мешало. - В1. Произведен захват объекта, - сообщил связист. Кузнечински молчал. В нескольких километрах от них, на борту Khual Dek рядом с таким же безличным связистом мрачно молчал капитан од Годхил-Эсс. - Сигнал есть, работаю, - над панелью управления запорхали пальцы Лиама. Открывались и закрывались окна, бежали строки и столбцы символов, пугая агрессивно красными предупреждениями о нарушениях протокола. Лиам бросал на них лишь беглые, сосредоточенные взгляды и слегка хмурился, то и дело встряхивая головой. Малахит рядом с ним крутился в кресле и лениво разглядывал потолок, откинув голову на спинку. - Готово, - наконец произнес Лиам и устало опустил руки на подлокотники. За спиной Рину почудился тихий вздох облегчения, но вряд ли суровый, как императорский профиль, подполковник, позволил бы себе облегченно вздыхать. - В1 возвращаются на корабль. В рубке снова стало тихо. Им оставалось ждать. Для Лиама это ожидание было особенно невыносимо, ведь именно ему предстояло перейти к следующей стадии диверсии, и хотя лицо его являло собой безмятежность, а глаза были полуприкрыты, пальцы, сцепленные в замок до побелевших костяшек, выдавали его нервозность. Рин попытался представить, чем могут сейчас развлекаться группы А1 и А2 возле запаянных аварийных шлюзов. Профессор с Халлесом наверняка танцуют. У них давеча неплохо выходило, даже не смотря на то, что легионер чуть не сломал стул. Или, возможно, они грустно сидят на рыжевато-бурых камнях и рассказывают друг другу истории из своей службы. Им обоим наверняка есть что рассказать, а профессор Ранненкампф, кроме того, обожает старые анекдоты про врачей и преподавателей. В своем распалившимся от бездействия воображении Рин почти видел, как трясутся от беззвучного смеха обтянутые плотным черным материалом плечи, как качается черный, непрозрачный снаружи шлем. В этой броне они все немного походили на ренмеев. Разве что Хитклифа трудно спутать. Чтобы добиться ширины его габаритов потребовалось бы слепить вместе штуки три, а то и четыре ренмея. Чем могли бы заниматься собственно Хитклиф и Харан, Рин не мог представить при всем усердии, и это, едва уловимо, его беспокоило. Возможно, капитан уже вырубился, и Хитклиф хлопочет, пытаясь привести его в чувство? Или даже он упал в кратер с раскаленной лавой и Хитклиф рыдает на берегу, оплакивая его безвременную гибель? Судя по данным разведчиков, на этой планете имелась просто уйма кратеров с раскаленной лавой. Или, быть может, его украл гигантский хищный птеродактиль?! И Хитклиф теперь карабкается по горам к гигантскому птеродатильному гнезду, чтобы спасти капитана или отомстить за его смерть! Все это, конечно, были глупости. Случись что на самом деле, Хитклиф бы уже доложил и полковник Кузнечински объявил бы тревогу, чрезвычайную ситуацию и активацию плана В. Был ли у них "план В" на самом деле, Рин не знал, но надеялся, что есть. Между тем царящая тишина говорила о том, что все идет, как задумывалось. И все же Рину было неуютно. Ему казалось, что у него ломит крылья. Что разряженный воздух стратосферы давит на плечи, принуждая к движению. Кораблю, с которым он сейчас был единым целым, тоже не нравилось висеть на месте. - Зарегистрирована смена направления. Объект возвращается на базу. Спина Лиама на мгновение напряглась, а затем, как ни в чем ни бывало, он ухватился ладонями за столешницу панели и подтянулся вплотную вместе с креслом. Малахит, который в этот момент оказался спиной к пульту, резко крутанулся и едва не вывалился на пол. - Это может быть просто смена квадрата? - дотошно уточнил Кузнечински и Рин поморщился. Ему не нравилось слышать чужой голос с капитанского мостика. Пока подполковник Кузнечински молчал, Рин еще мог убедить себя, что ничего не происходит, но стоило только подполковнику открыть рот, как все его существо восставало против такого вопиющего кощунства. - Нет, - связист решительно качнул головой. - Он набирает скорость и уверенно движется по прямой траектории в сторону базы. - Сколько времени до прибытия? - Около шести минут, - с короткой заминкой ответил связист и Кузнечински тут же вторил ему эхом. - Около шести минут. Поняли? Также, как их не слышали простые смертные на корабле, так и группы А1 и А2 удовлетворялись только комментариями и инструктажем единственно полковника Кузнечински и, быть может, капитана од Годхил-Эсс. Рин усилием воли заставил себя расслабиться и почувствовал, как в его ладонь впиваются острые ноготки. Анна, не отрываясь, смотрела на мигающие точки на карте, будто могла что-то в них разобрать, и слепо цеплялась за его руку. Она была бледна, сосредоточена и поджимала губы. Рин уже видел ее такой. С подобным выражением лица она прижимала пистолет к затылку Эата, и Рину оставалось только надеяться, что в этот раз она не собирается никого калечить. - Дрон в зоне, - сухо выдохнул Лиам. - Ох ты ж епт, - вторил ему Малахит. Даже он по своему проникся ответственностью момента. Лиам даже не повернулся к нему, только переспросил ровным, ничего не выражающим тоном. - Все помнишь, как договаривались? - Отож! - буркнул Малахит, но его тут же заглушил связист. - Отмечено подключение к внутренней системе техобслуживания. Расширение точек доступа. - Без тебя вижу, - сквозь зубы огрызнулся Лиам, хотя понимал, что отчитывается связист не перед ним, а перед подполковником. - Камера один...- прошептал он, рука медленно потянулась над пультом и, замерев на пару секунд, опустилась. Только сейчас они решились включить изображение, в момент, когда перехват сигнала удалось замаскировать максимально удачно. Лиам набрал короткую комбинацию клавиш и перед ним, на половину обзорного окна, всплыл виртуальный экран. Он передавал изображение с камеры того самого, захваченного дрона, но смотреть пока было не на что. С экрана на них взирала непроглядная чернота. - Что случилось? - в голосе Кузнечински послышалось напряжение. - Камера не работает? - Я не... - Лиам запнулся, замер, покусывая губу, а затем, озаренный предположением, торопливо поменял настройки. Камера перешла в ночной режим и в сюрреалистичном зеленоватом свете продемонстрировала два яруса полок и похожие на контейнер с яйцами ряды дронов. - Технический отсек. Не предусматривает постоянного освещения, - самодовольно разъяснил Лиам. Подполковник Кузнечински смолчал. - Распространение вируса - шестьдесят девять процентов, - связист выполнял свою, очень скучную работу. - Сколько их у нас? - Малахит попытался пересчитать яйца-дроны, но полки размывались в зеленоватом тумане ночного видения и терялись за границами камеры. - Сейчас одиннадцать. Всего будет штук шестнадцать. - Мало, - Малахит недовольно поджал губы, но Лиам не спорил, напротив, согласно кивнул. - Да, для базы и планеты такого масштаба явно маловато. Должно быть это только часть. Таких блоков хранения и техобслуживания может быть несколько. Это было бы разумно с их стороны. - Вы сможете получить доступ к остальным? - спросил подполковник Кузнечински. Лиам помедлил и неопределенно качнул головой. - Возможно. Но на это потребуется время. Не думаю, что Харан и Хал готовы столько ждать. Кроме того, есть вероятность, что наше вмешательство в систему заметят. Справимся тем, что есть. - Уверены? - строго уточнил полковник и всякий другой офицер наверняка в тот же миг вытянулся бы по струнке и бодрым строевым голосом отрапортовал "так точно!", но Лиам даже не ответил. Рин усмехнулся от мимолетного злорадства, представив, как, должно быть, раздражает подобное самоуправство привыкшего к беспрекословной дисциплине подполковника. Тяжело быть гостем на чужом корабле. - Включаю вторую и третью камеры. Потеснив первый экран, рядом выросло еще два. Перехваченные сигналы транслировали крупный план полукруглого бока соседнего дрона и угол полки на фоне пустого прямоугольника стены. Лиам выругался, вызвав хихиканье Малахита и молчаливое порицание Кузнечински. Ракурсы второй и третьей камер сменились. На этот раз вторая камера демонстрировала вид, практически идентичный первой, разве что чуть сверху. Третья же показывала вертикально вытянутый прямоугольник, в котором при некотором воображении можно было опознать дверь. - Ага, - только и произнес Лиам, а потом прямоугольник дрогнул и начал сужаться, с краю разрастаясь широкой, сияющей ярко-зеленой полосой. Лиам сообразил первым, торопливо переключил режимы, и спустя несколько секунд брызнуло ослепительно белым, просвет обрел четкие очертания, а в нем появилось одутловатое лицо невыразительного среднестатистического научного работника, какими их изображают в сериалах на семейных каналах. - Малахит... - прошептал Лиам тихо, словно опасаясь, что его услышит обладатель одутловатой физиономии. Малахит понятливо кивнул, попытался решительно закатать рукава, но вовремя вспомнил, что одет в майку и рукавов у нее нет. Конфуз его не смутил, как ни в чем ни бывало, он опустил руки на пульт и напряженно вгляделся в экран. Одутловатый тем временем открыл дверь почти полностью, перенес ногу через порог, и тут Лиам рявкнул: - Давай! Что-то пронеслось вплотную перед камерой, судя по рухнувшей полке с дронами - врезалось в противоположную стену, а затем перекошенное от ужаса лицо среднестатистического научного работника начало стремительно приближаться. Звук камера не передавала, но распахнутый в беззвучном крике рот открывал вид на малопривлекательное зрелище желтоватых зубов с застрявшей между ними веточкой генномодифицированного укропа. Одутловатый едва успел увернуться от несущегося на него дрона и рухнул на пол, прикрыв голову руками. - Только девяносто четыре процента! - зашелся возмущенным воплем связист, но Лиам в ответ только пробормотал сквозь зубы что-то неразборчивое, но неприличное. Дрон с главной камерой, управляемый Лиамом, вырвался за дверь словно рыцарь из логова дракона. В поле видимости возникло трое работников - двое играли в карты на перевернутой вверх дном коробке с символом радиоактивной опасности, третий ел бутерброд, манерно отставив мизинчик. Через несколько секунд дрон приковал к себе всеобщее внимание. Не сбавляя скорости, он врезался в закрытый щиток тумблера питания, отскочил, и снова ударился, оставляя на металле глубокие вмятины. Камера дрогнула, но выдержала. Не смотря на отсутствие звука, на ее качество конструкторы не поскупились. Вокруг экрана главной камеры один за другим всплывали трансляции изображений с остальных дронов. Рядом выстроились все шестнадцать окон и только в последнем, на тех самых непрогруженных шести процентах, по-прежнему мерцал ровный фон помех. Дроны рванули почти одновременно, с разницей в несколько секунд, обрушили на распластанного работника еще две полки и рванули на свободу, застопорившись в дверях, словно соленые огурцы в банке. Лиам шикнул на Малахита и дроны тут же перестроились, и один за другим дисциплинированно повыскакивали наружу. В опустевшем боксе слепо бился об стены позабытый шестипроцентный. Остальные пятнадцать отскакивали, словно мячи, от потолка, пола, стен, друг друга, крушили все, что попадалось им на пути. Около полудюжины ударов пришлось на массивную высокотехнологичную конструкцию, служившую, по всей видимости, для более детального диагностирования дронов и занимавшей собой больше половины стены. Выступающие и особо хрупкие детали поотпадали, из дыры пробитого насквозь основания валил густой черный дым, на покореженном экране обреченно мигал красный крест. В паре метров от него, под обломками письменного стола залегли картежники. И если один из них зажмурил глаза и вполне успешно прикидывался мебелью, то второй ежесекундно бормотал себе в запястья - пытался наладить связь с руководством и доложить о чрезвычайной ситуации. Ему мешали удары в непосредственной близости от места его дислокации, и каждый раз он нервно вздрагивал, когда на них валилась очередная деталь интерьера. Но Лиам понимал, что рано или поздно подмога к ним все равно придет, и не собирался затягивать развлечение. Прозревший шестипроцентный дрон пронесся над головой все еще распластавшегося на полу одутловатого, выскочил из бокса, боднул под коленки ринувшегося на перехват манерного бурбродопоедателя и помчался вперед. - Я назову его Инокентием, - ласково, умиленно, пробормотал Малахит. Первый, тот самый Лиамов дрон, продолжал с упрямой методичностью долбиться в щиток. Наконец щиток дрогнул, пошел крупными трещинами, и с очередным ударом отчаянно заискрил. Свет мигнул и погас. Рин почувствовал, как вздрогнули пальцы у него на ладони. Он чуть повернул голову и обнаружил, что Анна, не моргая, следит за зловещим красным крестом на раскуроченном оборудовании техобслуживания. Он и в самом деле выделялся и привлекал внимание среди потемневших экранов. Они медленно, один за другим, переходили в зеленый спектр ночного видения, но красный крест все равно бросался в глаза. - Теперь аварийные ходы откроются? - тихо спросила Анна. Рин замялся, он не был уверен, как ей ответить, но его опередил Лиам. - Не думаю. Повреждения должны достигнуть процентов хотя бы тридцати-сорока, чтобы программа безопасности сочла угрозу жизни достаточной, - его взгляд сосредоточенно и торопливо перебегал с одного экрана на другой, но, судя по залегшей на лбу складке, он все не мог найти то, что искал. - Опачки! А у меня тут выход! - ликующе возвестил Малахит и сразу три дрона рванули в обнаруженную дверь. За ними последовало еще три из тех, которыми управлял Лиам, остальные же продолжали вселять ужас в работников в автономном режиме. Один из Малахитовых дронов почти сразу завернул влево, на камере мелькнуло что то растрепанное, подсвеченное интимной белизной обнаженного женского тела, а затем половину обзора перекрыл брошенный во вторженца кружевной бюстгальтер. Малахит для порядка сделал еще пару кругов по оказавшейся совсем небольшой комнатке, снес две вешалки и, устыдившись, оставил даму в покое. - У них там что, баня? - проворчал Малахит. Дрон кружился на месте, дергался вверх и вниз, терся о стены, но зацепившийся элемент женского нижнего белья стянуть так и не удалось. Лиам коротко хохотнул. - Просто раздевался. Если бы была баня, тебя бы еще и кипятком окатили. Малахит опасливо повел плечами, словно опасность угрожала непосредственно его шкуре, а не управляемому им дрону. В следующее ответвление на разведку пошел Лиам и ему повезло больше, чем Малахиту. Это оказался еще один бокс хранения дронов, но поменьше, штук на десять. - Ищи регуляторы жизнеобеспечения или что-нибудь такое, - приказал Лиам Малахиту, почти полностью передал ему управление, а сам занялся неоприходованными дронами. - Что-нибудь вроде... вон той странной трубы? - невинно поинтересовался Малахит. Он снова попал в помещение, изобилующее людьми, и теперь на камерах суетливо мелькали ноги, руки и другие части тел. Разглядеть что-либо в таком хаосе представлялось маловероятным, но Малахзит недаром был одним из лучших пилотов Каньона Шан-ло. Как следует разогнавшись, он врезался в пересекающую всю стену под потолком трубу. Меткий удар пришелся на скрепляющий сегменты трубы шов и пробил дыру, из под раскуроченных краев которой начал выходить пар, моментально оплавляя обшивку дрона. - Мы будем помнить тебя, как героя, - пообещал Малахит, один экран погас, но на смену ему пришел еще десяток. Это Лиам сумел подключить обнаруженных дронов. В глазах рябило, но пока справлялись. На всех камерах одновременно вспыхнул яркий белый свет. - Включили генератор аварийного питания, - недовольно проворчал Лиам. - Нужно его найти и раздолбать. Очень надеюсь, что он на этом этаже. - Вас понял! - бодро отозвался Малахит, попытался лихо козырнуть, но отвлекся на повалившегося на Иннокентия толстенького научного работника в белом комбинезоне. Работник придавил его всей своей массой, но, кажется, сам был не рад сложившемуся обстоятельству. Он остервенело дрыгал ручками и ножками, конвульсивно дергался, когда дрон ненароком касался мест, особенно подверженных щекотке. Десяток новозахваченных дронов целеустремленным клином мчались вперед, разрушая все на своем пути. Дрон-неудачник наконец выбрался из-под подавившей его массы и, полоща по ветру бретелькой лифчика, как флагом, бросился прочь. Он вырвался в коридор и стал первым свидетелем того, как из разъехавшиеся в стороны дверных створок, всего паре-тройке метров от него, появилось долгожданное подкрепление. Свет снова мигнул, но не погас. Это Лиам со своими диверсантами где-то вдалеке пытался перегрузить систему. Дрон Малахита бесстрашно ломанулся прямиком на предводителя подкрепления. Тот был полугол - в одних только кожаных штанах с бархатными вставками, да на голом торсе красовалась (Малахит даже присвистнул от восхищения) огромная татуировка какой то мерзопакостной, зубастой морской твари, от ключиц и ниже, скрываясь под тканью брюк. Предводитель откинул со лба алую челку и красные глаза с узким горизонтальным зрачком в упор уставились в камеру приближающегося дрона. Рука с пистолетом взметнулась вверх. Короткая вспышка - и экран погас. - Иннокентий! - надрывно простонал, словно профессиональная плакальщица, Малахит. - Эат... - в тон ему выдохнул Рин и Анна рядом с ним напряглась. Свет снова мигнул. - Поступил запрос на эвакуацию. Подтверждаю, - холодно сообщил Лиам, не поведя бровью. Следом за ним возликовал связист. - Шлюзы открываются! Ки'Эат в полоборота повернулся к столпившимся за его спиной бугаям в сером, махнул рукой и двое из них тут же отделились от группы и скрылись в указанном направлении. Из-за угла в непосредственной близости вырулил еще один дрон и, едва Эат заметил его краем глаза, не задумываясь ни на секунду, выстрелил вновь. Он стрелял с ленивой небрежностью, но попал ровно в центр и дрон отшвырнуло назад, ударило о стену и разнесло на ошметки. Погас еще один экран. Малахит сглотнул. Последний из имеющихся в его распоряжении дронов с обзором на Эата забился подальше за угол, и прикинулся дохлым. В поле видимости мелькнул белый комбез одного из научных работников. Он рванул к останкам и, судя по скорбно воздетым рукам, вопиял о безвременной гибели ценного оборудования. Эат не оценил драматизма. На его волосах еще блестели капли воды, его выдернули из душа, и внезапная чрезвычайная ситуация донельзя его раздражала. Он снова вскинул пистолет. Теперь дуло смотрело в лоб блюстителя казенного имущества, и тот поторопился ретироваться. - Если Эат здесь, то должен быть и спящий ветер, - негромко заметил Рин. - Ни один Ки в здравом уме не уйдет далеко от своего корабля, если тот у него есть. - Капитан од Годхил-Эсс того же мнения, - после нескольких секунд тишины согласился подполковник Кузнечински. - У корабля должен быть ангар, - пророкотал Кузнечински. - Почему наши разведчики его не нашли. - Сканирование было очень подробным. В результате мы нашли и базу и даже аварийные шлюзы... – принялся торопливо оправдываться секретарь. - Я не спрашивал, что мы нашли. Я спрашивал о том, чего мы не нашли, - Кузнечински выглядел грозным и непримиримым, но Лиам, в отличие от секретаря, не устрашился. - Разведка прочесала каждый метр планеты. Если бы ангар был, они бы его нашли. Если только он не находится на территории базы и та его не экранирует. Ее план у нас только в самых общих чертах и вряд ли доктора Эрланда интересовали ангары. Кстати, интересно, где он сам сейчас. Пока мы его не видели. - Я думаю у такого крутого чувака должна быть своя пещерка с маджонгом и куртизанками, подальше от плебеев, если вы понимаете, о чем я, - предположил Малахит. Мысль хоть и была высказана весьма своеобразно, но имела определенный смысл. - Даже если спящий ветер там, у нас два корабля и истребители. Он не сможет ничего сделать один, - робким голоском оптимизма зазвучал секретарь. Кузнечински не разделял его мнения. - Если он там один. Если мы не знаем о спящем ветре, то что еще мы можем не знать? Действуем по плану. Если корабль появится, его возьмет на себя Khual Dek. - А1 наткнулись на сопротивление, - связист напряженно вглядывался в мигающие точки, а Рин мгновенно вспомнил, что А1 - это Харан и Хитклиф. - Будем надеяться, что это случайное столкновение, а не целенаправленный перехват. Рин услышал, как Кузнечински барабанит пальцами перекладине капитанского мостика. - А2 продвигаются. Преодолено семьдесят процентов пути до заданной точки. - Кажется, я знаю, кто выиграет пари, - невыразительно произнес Лиам. Он был полностью сосредоточен на своих экранах и его руки двигались с какой то невообразимой скоростью. Малахит рядом с ним долбил по пульту с самым зверским выражением лица. - Что б тебя пять раз! - выругался Лиам и с глубоким вздохом откинулся на спинку кресла, сцепив руки на затылке в замок. Экраны, на которых еще несколько секунд назад за остервенелым мельтешением сложно было что-то разобрать, вразнобой, но один за другим, погасли. - Они вырубили всех дронов. Массовое аварийное отключение. - Поганные вундерлангольнокеры! - Малахит резко крутанулся в кресле, разворачиваясь лицом к Кузнечински, а заодно и к Рину, обнаружил Анну и неожиданно замялся. - Не при дамах будет сказано. - Это было слишком прекрасно, чтобы долго продолжаться, - Лиам потянулся всем телом и с чувством честно выполненного долга устроился в кресле поудобнее. - Как дела у наших? - А2 на заданной точке, но почему то мечутся, - задумчиво отозвался связист, забыв, что отчитываться обязан только непосредственно перед Кузнечински. Пагубная близость Лиама и, тем паче, Малахита, действовала разлагающе даже на такого опытного офицера. - Что у вас происходит, рит Ворима? - Кузнечински терзали те же вопросы, что и остальных. - Что значит ее там нет? Вы вообще где? Какой еще амаретто?! Ты пьян?! - Включили бы вы громкую связь, полковник, - посоветовал Лиам. Подполковник Кузнечински помедлил, но счел, что раз уж свою часть работы они выполнили, то вреда от этого не будет. - ... ких генераторов тут нет! Аквариум есть с хренью какой-то, - с полуфразы донесся слегка запыхавшийся голос Халлеса. - Но это совершенно точно не генератор ни разу. Органическая субстанция с высоким содержанием... - Мы вас поняли, - прервал его Кузнечински. - Наши данные были неточны, мы знали об этом. Нужно выяснить, где расположен генератор. - Я могу попробовать поднять какой-нибудь дрон, - Лиам задумчиво барабанил пальцами по подлокотнику кресла и немигающим, отсутствующим взглядом уставился в темные экраны. - Нет необходимости, - Рин узнал голос Харана и выдохнул с невольным облегчением. Осознавать, что члены твоей команды живы и более менее здоровы оказалось приятно. Откуда-то с заднего плана раздался пронзительный вопль, настороживший не только Рина, но и всех остальных. - Мы взяли языка и Хитклиф его допрашивает. Вопль повторился и перешел жалостливое хныканье. Харан оставался буднично невозмутим. Так и представлялось, как он, присев у стенки, закусывает шоколадкой, пока Хитклиф на заднем плане ломает конечности языку. - Он говорит... - Харан на несколько секунд замолк, послышалось невнятное шуршание. - Прошу прощения, одну секунду, - извинился он, раздался громкий, близкий звук выстрела и последовавших за ним истошный вопль. Анна скрестила руки на груди. - Он убил его? – холодно поинтересовалась она в пространство, но Харан ее услышал и сразу же отозвался. - Что ты, милая. Я прострелил ему руку. Анна чопорно поджала губы и нахмурилась. - Лучше стрелять в колено. Больнее и не сможет сбежать. - Приму к сведению, - коротко хмыкнул Харан, на пару секунд повисла тишина, но пленник, очевидно, оказался и без того достаточно мотивирован. - Он говорит, что есть этаж ниже. Там находится рубка оборонных систем и зверинец. - Что такое "зверинец"? - требовательно уточнил Кузнечински. Харан снова прислушался и послушно передал подполковнику. - Камеры содержания образцов. Неудачные экземпляры утилизируют на поверхности, а удачные складируют на нижних этажах до востребования. - Вас понял, - отрапортовал Халлес. - А у меня еще есть несколько вопросов к нашему пленнику. Думаю вам лучше выключить звук, - с будничной невозмутимостью посоветовал Харан. - Не задерживайтесь, - скорее попросил, чем приказал Кузнечински, дождался меланхоличного "так точно" и отключил громкую связь. В повисшей тишине Рину сделалось неуютно и зябко. Над поверхностью планеты поднимался плотный, как кисель, оранжевый туман. Он пеленой окутывал корабль и создавал ощущение полной, сюрреалистичной, оторванности от мира. - Подполковник, - голос связиста впервые звучал неуверенно, и к нему обернулись все, даже Малахит, сосредоточенно разглядывающий дырку на своих безразмерных, щедро усыпанных карманами, штанах. - Что-то происходит с объектом. - Конкретизируйте, - строго потребовал Кузнечински. Связист замялся, торопливо защелкал по пульту, поднимая непонятные никому, кроме него, графики и таблицы. - Излучение защитного купола снизилось на пятнадцать процентов и перешло в другой спектр. Также фиксируется изменение ландшафта непосредственно над территорией базы. Возвышенности концентрируются к краям щита, в центре образовывается провал. Стоп... - связист осекся, но его мысль уже подхватил Кузнечински. - Они открывают ангар. - На радаре корабль, - определенность взбодрила связиста, но Рин чувствовал появление чужака и без его комментариев. Чувствовал вкрадчивым, ласковым напевом давно потерянного сородича. - Один? - Да, - приглядевшись, отозвался связист. - Щит нормализуется, движение ландшафта прекратилось. - На что рассчитывает Ки'Эат? Нас может быть армия, он не может знать наверняка... Гронд, - обратился Кузнечински к дальней стороне связи. Он больше ничего не добавил, но Рин ощутил, как дрогнул и двинулся с места, погружаясь глубже в оранжевый кисель, Khual Dek. - Они знают, что мы здесь, - Кузнечински напряженно размышлял, и это напряжение предвкушающим ожиданием передалось и Рину. От нетерпения ныли конечности. - Мы спускаемся и атакуем базу, - приказал Кузнечински. За его спиной робко подал голос секретарь. - Но подполковник... щит. - Нам нужно их отвлечь. Пусть смотрят на нас, а не на А1 и А2. Если они бросят на них все силы и уничтожат, щит нам не снять никогда. Раздались чеканные шаги - это Кузнечински спускался с капитанского мостика и кавалерийским шагом огибал пилотское кресло, приближаясь к обзорному окну. Он остановился, на ширину плеч расставил ноги, сцепил руки за спиной в замок и зорким орлиным взором уставился в непроглядную оранжевую муть. Повторять приказ Рину не требовалось. Чем ниже они спускались, тем жиже становился туман, и вскоре можно было различить простирающиеся внизу оранжевые холмы и скалы, испещренные белыми венами рек и такими же белыми, словно молоко, подтеками лавы. Невдалеке, Рин мог не только почувствовать это назойливым гулом, но и разглядеть в обзорное окно, кружили, припорошенные оранжевой дымкой, Khual Dek и Domi Van. Они яростно обстреливали друг друга, но сказать, на чьей стороне преимущество, пока не представлялось возможным. Кузнечински не обратил на них ни малейшего внимания и недрогнувшей рукой направил корабль к каменистой прогалине, в некотором отдалении от которой бушевало сражение. На первый взгляд прогалина ничем не выделялась из окружавшего ее ландшафта, такая же каменистая и оранжевая, и только если приглядеться, становилась видна ее неестественно ровная, округлая форму и то, что ее подозрительно не пересекал ни один, даже самый захудалый, ручеек. Выстрел врезался в пространство в десяти метрах над почвой и рассыпался, смешавшись с вездесущей оранжевой взвесью. А затем огонь открыли следующие за Nemuru Kaze истребители, и от его рикошетящего града стали видны очертания купола щита. Мелькнула огненная вспышка, откуда-то снизу вверх, и один истребитель, из тех, что опустились ниже, взорвался, обдав фейерверком собственных обломков брюхо корвета. Близлежащий холм блеснул металлом и огрызнулся целой чередой выстрелов, пришедшихся по носовой части корабля. Nemuru Kaze дрогнула, подполковник пошатнулся, но удержался на ногах, вцепившись пальцами в спинку кресла Лиама. - Стрелять по зениткам! - гаркнул Кузнечински. Истребители торопливо перестроились, но их обстреливали уже с четырех сторон. - Сукин сын, - выплюнул подполковник в сторону мельтешащего поодаль Domi Van. - Он нас заманивал... Удалось сбить три зенитки, но на смену им пришло еще четыре, а целиться по мелким, замаскированным под естественный ландшафт, орудиям оказалось непростым испытанием. Их было, по самым беглым подсчетам, около полутора дюжины, но стреляли они попеременным шквальным огнем, прикрывая друг друга и маскируя собственное местоположение. Они сбили еще два истребителя - один догорал на скалистом выступе, а останки второго медленно погружались в белое озерцо жидкого метана. Третий истребитель с покореженным дымящимся крылом лавировал, словно опавший лист, неловко пытаясь зайти на аварийную посадку. Нападающим удалось сбить еще две зенитки. Рин спасал Nemuru Kaze как мог, но стреляли в такую большую и аппетитную цель чаще и интенсивнее, так что относительной сохранностью корабль был обязан скорее крепкой обшивке, нежели искусству своего пилота. Заходящий на посадку истребитель неловко дернулся в сторону и врезался в купол щита базы. И словно бы от этого удара щит пошел рябью, замерцал, на несколько секунд стал видным невооруженному глазу, а затем опал. - Перестроится и по центру - огонь! - гаркнул Кузнечински. - Гронд, ты мне нужен. Оставшиеся истребители кольцом окружили зависшую над центром Nemuru Kaze, но Годхил-Эсс, если и слышал полковника, был слишком занят, что бы ему помочь. По взмаху руки подполковника, концентрированный удар всех имеющихся в его распоряжении орудий обрушился аккурат в центр прогалины и последовавший за этим взрыв обнажил металлические края покореженной обшивки базы. Следующий удар проделал дыру, в которую могло бы уверенно пролезть человека четыре, а рядом с ее краем рухнул, едва не завалившись вниз, еще один истребитель. Зенитки ожесточили обстрел. - А1, А2, что там у вас?! - с вопиющей неопределенностью потребовал ответа Кузнечински и, не дождавшись его, тут же повернулся к Рину. - Садимся вплотную. Истребители - прикрывают. Десант - на готовность. Пылающей звездой подбитый спящий ветер очертил дымный полукруг и рухнул за холмами, но разглядеть, Khual Dek это или Domi Van Рин не успел. Оставалось только верить недрогнувшему лицу пребывающего на связи с Khual Dek подполковника, и надеяться, что свои остались целы. Рин посадил корабль согласно требованию Кузнечински – вплотную, и когда трап опустился, по нему оказалось можно скатываться напрямую в недра базы. Один за другим из Nemuru Kaze выскакивали облаченные в черную ренмееобразную броню десантники-кузничинцы, и тут же скрывались в дыре с жутковатым молчанием и деловитостью. Последним за ними сиганул сам подполковник. Проводив последнего кузничинца взглядом, Лиам сорвался с места и метнулся креслу связиста. Он поднял экран данных, вгляделся в строки показателей, обрывков отчетов, обрывков разговоров и нахмурился. - А1 рапортуют о засаде. Они напоролись на превосходящие силы противника и зажаты на нижнем этаже. А2… Ты это куда?! – не успев договорить, удивился Лиам. Рин торопливо отсоединял от себя проводов и Анна помогала ему, не задавая вопросов. - Туда, - лаконично отозвался Рин и кивнул в сторону трапа. - Наших искать. Четко разделяя на своих и чужих, Рина мало волновала судьба группы А2, но ждать и надеяться, что А1 выберутся самостоятельно, он не собирался. Лиам задумался только на мгновение. - Нам понадобится легкая броня. Зайдем на склад, там же возьмем оружие. От этого "нам" в груди невольно потеплело, но вида Рин не подал. - Без меня?! - возмутился Малахит и даже вскочил из кресла, воинственно подтягивая штаны. - Я, может, тоже хочу... - он задумался и тут же рухнул обратно в кресло. - Нет, не хочу. Я лучше тут вас подожду. - Это правильно. Охраняй Анну и, если что, ты знаешь, где кнопка аварийного автопилота? - Рин чуть было не споткнулся о обвивший ногу провод. Анна присела на корточки, помогла выпутаться и внизу вверх подняла свои оленьи серые очи. - Я знаю где, - негромко, с проникновенной ноткой угрозы, произнесла она и Рин интуитивно заподозрил, что лучше бы им все-таки вернуться в целости и сохранности.