Lotte

      Новости дошли до Катрин почти сразу, — в стенах замка секреты остаются секретами не так уж и долго. Она даже не могла вспомнить точно, кто и как ей сообщил, потому что буквально в тот же миг почувствовала разрывающую изнутри ярость. Перед глазами заплясали вспышки, голова закружилась, будто принцесса перетанцевала все вальсы на балу, а ноги подкосились. Катрин чинно присела на тахту и попросила всех, кто был в комнате, убираться немедленно. Но перед этим, разумеется, позвать к ней Шарлотту.       От волнения Лотте вся побелела, как полотно. Ей не было страшно, однако мысли о том, что подумает обо всем этом Катрин, не давали ей покоя. Она шла к своей принцессе, словно на казнь, словно она совершила самый страшный грех на глазах у тысячи смотрящих и теперь должна заплатить за это наивысшую цену. Шарлотта нервно теребила юбку, кусала губу, и в голове она прокручивала то, что собирается сказать Катрин. Стыд пожирал ее, как сотни паразитов, что проникли в ее мозг, сердце и душу. Поймав собственный выдох, она несмело постучала костяшками о деревянную дверь.       Катрин сидела все на той же тахте, маленькая, с полными бесконечной печали глазами. Винного цвета платья с кружевным корсажем обхватывало ее тонкую талию и крохотную грудь, золотистые локоны струились по ее спине, а на шее висело рубиновое колье тонкой руки мастера. Принцесса устремила свой взгляд на фрейлину, но потом, словно разозлившись на что-то сказанное в ее собственной голове, отвернулась и сложила руки на груди.       — Ваше Высочество, вы желали меня видеть. — Голос Лотте едва заметно дрогнул, словно сфальшивленная нота.       — Вам стоит выражаться конкретнее, миледи. Я совсем не желала вас видеть. Я приказывала вам быть здесь. Если у меня все еще есть право на это?       — Разумеется, Ваше Высочество. Вы все еще моя госпожа.       Катрин снова развернулась к Шарлотте. Лицо ее было непроницаемо холодным.       — До тех пор, пока ты не станешь моей госпожой?       Лотте вздрогнула, словно от пощечины. Она совсем не хотела, чтобы все было так. Она не хотела, чтобы Катрин, единственный человек, которому она могла доверять хотя бы немного, ее оттолкнула. Она едва не задохнулась от нахлынувших слез и от желания упасть перед принцессой на колени и просить о прощении.       — Ваше Высочество, не говорите так. Я всегда была и буду верна Вам. Вы же знаете, что я привязана к Вам всем своим сердцем.       Казалось, Катрин ее слова ни капли не тронули. Ни один мускул на ее благородном лице не дрогнул. Однако через мгновение в груди ее что-то жутко захрипело.       — Как ты могла, Шарлотта?! — Крик ее был едва слышный, тонкий, как и все ее существо. Казалось, этот крик переломает ей все кости, сломает ее словно тростинку. — Как ты могла так поступить?! Я думала, что ты моя самая близкая подруга, моя сестра! Как ты могла спать в одной постели с моим отцом?!       Шарлотта отшатнулась. Эта тайна бережно хранилась ею подальше от людских любопытных взглядов и навостренных ушей. Она всеми силами старалась уберечь Катрин от этих ненужных знаний.       — Я знаю все! — закричала принцесса, сгибаясь в накативших рыданиях. — Все знаю! Все это время ты притворялась! Лживая змея! Ты притворялась, чтобы улечься под своего короля!       Катрин без сил повалилась на тахту. Слезы на ее щеках собирались в крохотные ручейки и стекали по подбородку на украшенную рубинами шею.       — Как ты могла, Лотте?.. — прошептала она. — Как ты могла так со мной…       Шарлотта подбежала к ней, упала на колени и прижала плачущую девушку к груди.       — Не плачьте, Катрин, прошу Вас, не плачьте. У меня сердце разрывается от ваших слез.       Лицо Лотте все покраснело от сдерживаемых слез, но после слов Катрин, она уже не старалась ничего сдерживать.       — Зачем, Лотте, зачем?.. Я так любила тебя, так хотела, чтобы ты была со мной всегда.       — Я буду, — сквозь слезы ответила Шарлотта, — обязательно буду. У меня нет никого, дороже Вас в этом мире.       Она тихонько касалась губами заплаканного лица принцессы, гладила ее по голове и шептала успокаивающие слова на ушко.       — Я всегда буду с Вами, что бы ни случилось, всегда…       Катрин замерла и посмотрела в глаза Лотте, они обе все еще слегка дрожали, но слез уже не было.       — Лотте, не делай этого, — жалобно проскулила принцесса. — Останься моей Лотте навсегда.       — Я останусь, я обещаю. Но я не могу вечно принадлежать только Вам. Катрин закрыла глаза, в уголках ее глаз, словно цветы, распустились слезы. Лотте бережно собрала их кончиками пальцев и нарисовала ими диковинные узоры на щеках принцессы. Она раскрасила их легкими касаниями губ. Она целовала щеки и нос Катрин, а потом замерла около уголка ее рта и, недолго думая, нарисовал нежный поцелуй и там. Веки принцессы затрепетали, она запустила пальцы в волосы девушки и требовательно притянула ее к себе.       — Поцелуй меня, Лотте… один разочек.       У Шарлотты в голове весь мир вдруг перевернулся с ног на голову. Она не осознавала, что делает. Ее губы замерли над губами Катрин, их дыхания смешались, пальцы сплелись. Лотте чувствовала жар и жажду внутри себя, она прильнула к губам принцессы, словно к горному ключу, желая напиться из него вдоволь. Их обеих охватила странная лихорадка, они трогали и гладили друг друга, целовали губы, шею, плечи, руки, пальцы. Их взгляды пересеклись, и Шарлотту в тот же момент словно окунули в тару с ледяной водой. Она отпрянула от Катрин и густо покраснела. Принцесса тоже пришла в сознание.       — Ступайте, леди Шарлотта. Мне нужно побыть одной, — монотонно пробубнила она, и Лотте тут же вышла из комнаты.

***

***       — Перед тем, как отойти ко сну, зажжешь вот эту свечу, и этой ночью тебе приснится твой нареченный, — загадочно пропела цыганка, протягивая своей когтистой рукой маленькую самодельную свечку.       — Откуда мне знать, что это правда? — с сомнением спросила Лотте.       Женщина пожала плечами и смахнула грязь с бурого плотного одеяния.       — Тебе придется просто поверить.       Шарлотта недовольно закатила глаза, но все же протянула вымогательнице выцветшую медную монетку. Взамен она получила свечу и тут же засунула ее себе в холщовый мешочек, привязанный к ее руке на тонкий старый шпагат.       Когда она покинула шатер ярмарочной колдуньи, уже успело стемнеть. Однако народу на торговой площади нисколько не убавилось. Лотте брела сквозь толпу хохочущих и галдящих людей. Ее одеяние было худым не по погоде, на улице зачиналась метель, но до дома, если быстро перебирать ногами, можно было добраться всего за несколько минут. Ярмарки в их город приезжали лишь раз год, когда на улице стояла беспощадная вьюга. Но горожан это совсем не пугало. Они готовились к этому событию весь год и отмечали его, словно божественный праздник. Шарлотта обожала это время. Город как будто бы просыпался от долгого сна и пел, танцевал, жил. Ни в какое другое время года подобного не происходило.       Дома девочку поприветствовала бабушка, едва кивнув ей головой.       — Все принесла? — спросила она.       Лотте кивнула и выудила из своего мешочка несколько колбочек с лечебными травами, пару больших имбирных пряников и теплую овчинную шаль. Все, кроме маленькой серой свечки.       — Можешь поесть то, что осталось на кухне, — сказала леди Блюментрост, забрав все вышеперечисленное у девочки из рук.       Шарлотта резво закивала и тут же бросилась вон с глаз старухи. На кухне она обнаружила гороховую кашу с несколькими уныло плавающими кусочками свиного мяса. Девочка наложила себе полную миску еще теплой еды и, выудив из мешка свечку, поставила ее на стол. Она уселась перед ней и, без спешки похлебывая жидкую мясную кашу, внимательно разглядывала свою покупку.       Она едва помнила, как оказалась в шатре у той цыганки, как та усадила ее перед собой и начала молоть чепуху. Еще Лотте не помнила, как речь зашла о свечке и о суженых. Но теперь ее распирало любопытство. Ей не терпелось лечь в постель и встретиться во сне с тем, кого ей обещала судьба. Поэтому едва проглотив последний кусок мяса, она вскочила с места, подбежала к свече в столовой и зажгла ею свою серую свечку. Она на цыпочках шла в свою комнату, стараясь не дышать на трепещущее пламя и пугливо оглядываясь по сторонам. В комнате ее было темно и прохладно (тогда Лотте еще не боялась находиться в темноте одна), она скинула одежду, завесила порванные в нескольких местах шторы, поставила свечку на табурет из неотесанного дерева возле кровати и улеглась под теплое стеганое одеяло.       Сон долго не шел. В бледном пламени свечи она воображала пляшущие фигуры, хватающие друг друга за руки и плечи и отбрасывающие дрожащие тени на каменные стены комнаты. Она представляла, что это влюбленные, танцующие свой последний танец перед тем, как оставить друг друга навсегда. Сон медленно поглощал тени несчастных фигур, проглатывая их своей широкой тяжелой пастью. Шарлотта скатилась в темное озеро по зыбкому илистому берегу, и вода накрыла ее с головой, затекая в уши, рот и ноздри. Все ее сознание потонуло в этой тягучей темной воде. С ужасом Лотте обнаружила, что плавает в густой бордовой крови. Она увидела бледный свет сквозь непроглядную толщу и потянулась к нему. Была ночь, но девочка видела каждую травинку, как днем. Лотте оглянулась. Она была здесь уже бесконечное количество раз, знала каждое дерево, каждый камень. Это был берег ее озера. Она выбралась на сушу, там ее ждал Роберт. Он зловеще улыбался, но из глаз его текли густые красные слезы. В руках он сжимал свой здоровенный нож. Шарлотта кричала ему, так как будто он был где-то далеко, и хотя он сидел всего в двух шагах от нее, он совсем ее не слышал. Лишь покачивал головой в ответ. Девочка чувствовала, как паника с каждой секундой овладевает ею все сильнее. Над ее головой закричал ворон и уселся на дерево, словно желая понаблюдать за происходящим. В то же мгновение Лотте услышала волчий вой и увидела огромную стаю на другом берегу озера. Роберт тоже ее увидел, и глаза его хищно заблестели. Он подошел почти вплотную к кровянистой воде и приготовился защищаться. Волки один за другим ринулись через озеро, шлепая черными лапами по глади его вод. Их носы торчали кверху, они тяжело дышали, высунув языки, словно псы. Роберт встретил первого из них ударом под дых, и волк, жалобно поскуливая, без сил повалился на берег. Так он перемолотил всю стаю скулящих испуганных волков, и озеро разлилось, как на весеннее половодье. Роберт запустил руки в воду и за шкирку достал оттуда двух слепых волчат. Щенки были совсем крохотные, все запачканные в крови. Они верещали и плакали, извиваясь и барахтаясь. Сердце девочки дрогнуло, она протянула руку к щенкам и что-то крикнула Роберту. Но тот ничего не ответил, улыбка исказила уродливой судорогой его лицо. Мальчик подошел к озеру и утопил кричащих щенят в густой крови. Шарлотта видела, как на поверхность всплывают редкие пузырьки воздуха, пока глаза ее не распахнулись, и она не проснулась в своей постели с мокрыми от слез щеками.

***

***       Ночью Шарлотта не могла уснуть из-за тревожного чувства, жидким металлом разливающегося в ее груди. Она ворочалась из стороны в сторону, мысли о Катрин, о свадьбе и о Роберте терзали ее, не желая отпустить. Лотте коснулась пальцами холодного камня на своем обручальном кольце. Оно могло подарить ей такую власть, однако сейчас она чувствовала себя бессильной.       «Сегодня мне сна не видать»       Шарлотта босыми ногами побрела по каменному полу к сундуку с платьями, надела то, что первое попалось, и выскользнула из своих покоев. Она сама не понимала, зачем идет туда, чего она хочет этим добиться.       О королевской свадьбе еще не объявили во всеуслышание, Лотте все еще была здесь никем, кроме леди кузины командующего королевским войском и фрэйлины Ее Высочества принцессы Весперской. Никто не бросал цветы ей вслед и не раскланивался в любезностях. Никто в действительности ее не замечал. У нее была своя собственная свита из двух слуг, а вся остальная прислуга замка не считала ее кем-то, перед кем стоит расстилаться по полу. Они смеялись ей в лицо, хотя она считалась леди благородных кровей. Жители столицы не сильно любили знать, они подчинялись из страха или за монеты, однако с «какими-то там леди» особо не церемонились. В душе Шарлотта лелеяла мечту о том, как она, наконец, по всем законам станет королевой этих грязных городских крыс. Тогда-то узнают, как вести себя пристойно в ее присутствии.       Почти все стражники тихонько посапывали на своих постах, поэтому Лотте, как ей казалось, оставалась совершенно незамеченной. Ее невесомые шаги были почти не слышны в серых коридорах. Она добралась до нужной двери в Восточной башне, к ее счастью, стража тут тоже дремала. Она вошла внутрь без стука. В камине потрескивало пламя, Роберт спал в своей постели. Она вплотную приблизилась к кровати и крепко зажала его рот своей ладонью. Мужчина среагировал мгновенно. Каменной ледяной рукой он схватил ее запястье и резко распахнул черные, как сама ночь, глаза.       — Какого черта ты тут делаешь, Шарлотта?! — гневно зашипел он.       Лотте хитро улыбнулась.       — Раз тебе позволено врываться ко мне среди ночи без стука, то и мне тоже.       — Катись к дьяволу, пока я не окунул тебя мордой в угли.       Словно бы он сказал ей что-то невероятно доброе и теплое, Шарлотта нежно улыбнулась и погладила его по щеке, разрезанной большим белым шрамом. Он смотрел на нее с жестокой злобой и удивлением в одно и то же время.       — Могу я прилечь? — спросила Лотте и, не дожидаясь его ответа, улеглась прямо у него под боком. Она уложила свою голову на его обнаженной груди и с упоением слышала, как бьется его сердце. Пока еще.       — Зачем ты здесь? — его голос как будто смягчился.       — Я не могла уснуть.       Роберт с упоением вдохнул ее запах и уткнулся носом ей в макушку.       — Я так давно желал, чтобы ты пришла ко мне. Сама, — нежно сказал он, будто секунду назад не хотелось ожечь углями ее лицо.       — Скоро ты уже не будешь тосковать в одиночестве, мой милый Роберт.       — О чем ты говоришь?       Она приподнялась на локтях и взглянула ему прямо в глаза.       — К твоему счастью, ты стал объектом матримониальных поползновений со стороны Ее Высочества принцессы. И наш великий Государь настолько туп, чтобы выдать ее за тебя.       Роберт непонимающе посмотрел на нее.       — У тебя полуночные бредни или ты говоришь серьезно, Шарлотта?       — Хотела бы я сказать, что пытаюсь разыграть с тобой какую-то шутку, Роберт.       Шарлотта широко улыбнулась его растерянности. Ей нравилось, когда он беспомощен, как дитя. — Это большая удача для тебя, мой милый. Тебя будут холить и лелеять, как юношу голубых кровей. Кроме того, мы по-родственному сблизимся.       Недоумение на лице Роберта все нарастало. Шарлотта приподняла руку, на которой было надето рубиновое кольцо, и глупо рассмеялась.       — Мы станем одной большой семьей. Ты, я и король с принцессой. Я буду твоей королевой, а ты моим любимым сыном не по крови, но по закону.       Эти слова рассмешили Шарлотту еще больше, она заливалась звенящим истеричным хохотом, пока Роберт наблюдал за ней, потерянный, словно мальчишка в густом лесу.