Антиутопия

***

Стена, за которой все это время скрывались обитатели столицы, рухнула. Вооруженные охотники рассосредоточились по территории, будто окружая жертв. Самки были не опасны, да и причинять вред захватчики им не хотели. Однако и среди них могла найтись особь, готовая вспомнить старые устои. Чтобы подавить возможный бунт, и нужно было оружие. На удивление воинов, среди присутствующих таких самок не оказалось. *** Йо'ра более не могла более сдерживать тревогу. Ее тело окаменело, а в висках сильно стучало. Молодая хищница крепко прижала младенца к груди, игнорируя его крики. Совсем скоро ее преступление раскроется, после чего ее вместе с ребенком утилизируют. Осознав, что маленький принц задыхается, когда та прижимает его к себе слишком близко, у самки созрел план. Обхватив ребенка обеими руками, Йо'ра поднесла его к жвалам и застрекотала. Успокоив детеныша, растерянная хищница села на каменный пол, продолжая убаюкивать малька. Как только тот начал засыпать, молодая мать расположила его между коленями и придавила. Понимая, что маленький хищник вновь просыпается, Йо'ра приложила усилия для того, чтобы этого не произошло. Надавив коленом на горло детеныша, хищница потеряла ощущение реальности. Очнувшись, самка осознала, что младенец мертв. Взяв на руки тельце, хищница пыталась найти укромное место, чтобы скрыть следы преступления. Победа была за ней — теперь никто не узнает о происхождении сына. *** В каменном зале нависла тишина. Воины, образовавшие живой коридор, выстроившись в две стены, отдали знак уважения воину элиты. Кром'вуд, уверенно идущий к каменному трону, остановился у его приступка. Ранее ни о каких тронах не могло идти и речи. Вождей тоже не было, только старейшины в лице самых мудрых яутжа. Так и не взойдя на каменную лестницу, ведущую к месту вождей, охотник повернулся к союзникам, все это время живущим за стеной. Нашлись и технологии, якобы безвозвратно утерянные. Теперь все было собрано в одном месте. Рядом был и молодой уман, от которого пахло некогда знакомой наложницей. — Что за черт, — только и мог проговорить молодой мужчина, пребывая в шоке от увиденного. Заметив активность гостя, один из яутжа прицелился в него, чтобы на время усыпить специальным веществом. Однако новый предводитель подал жест, запрещающий это. Неспешно подойдя к уману, Кром'вуд согнул колени так, чтобы стать с Марком почти одного роста. Мужественная и мощная фигура ужасала. Марк видел, на что способен этот хищник и ему подобные. Даже находясь в полном изнеможении, Кром'вуд смог выбраться из рук ученых. Поэтому сейчас не стоило и думать об этом яутжа в негативном ключе, чтобы не навлечь на себя его гнев. Теперь-то он был полон сил. Коснувшись висков пленника, воин элиты погрузился в его воспоминания. Взору предстала молодая черноволосая девушка. От увиденного у яутжа сводило область затылка. Порой даже ему было не под силу понять, как люди справляются с таким количеством цветов и оттенков, сталкиваясь с ними каждый день. Выдержав новую порцию головной боли, хищник все больше углублялся в воспоминания Марка. Последний день на разрушенной Земле — раздвоенный череп маленького умана... наверное ребенка. Сгорбившаяся фигура в углу, напоминающая самку, от которой даже сейчас исходил сильный запах болезни. Двое исполинов, забирающих молодую особь, чтобы позже передать ему... По старому Кодексу охотники нарушили все существующие нормы, из-за чего подлежали если не утилизации, то хотя бы изгнанию. Однако этого не произошло. Не могло произойти из-за смены понятия нормы. Отпустив голову Марка, потерявшего сознание полминуты назад, Кром'вуд коснулся собственных висков. В них забурлила кровь. Казалось, что ее мощный поток выдавит светло-голубые глаза хищника. По меркам людей, семья, представленная глазами Марка словно презентация, сильно настрадалась. Возместить ущерб выжившим брату и сестре Кром'вуд не мог, как и любая другая сила. Однако более необходимости в присутствии уманов на планете хищников не было. Этих двоих, как и всех их сородичей, можно в любое время отправить домой, доживать на родной и разрушенной планете. Но для этого следовало найти черноволосую сестру. Сделать это было не так сложно, ведь Кром'вуд взял достаточно материала из памяти Марка для этого. *** — Королева, — отдал знак уважения один из юных охотников, — Светлый Ир'вор просит аудиенции. Поднявшись, Катарина с волнением подошла к вошедшему возлюбленному. — Светлому Ир'вору не стоит требовать аудиенции, — обратилась к слуге девушка. Заключив королеву в объятия, Ир'вор усмехнулся. Немного не рассчитаешь силу — и сломаешь девушке позвоночник. Интересно, в какую категорию воинов определяют за столь ценный трофей? — Ты тревожна из-за Цир'тона? — Обратился к возлюбленной хищник, — Забудь, он заслужил такую смерть. — Цир'тон — это одно, но мое сердце беспокойно из-за другого, — объяснила девушка, — у яутжа бывают странные ощущения, похожие на предвидения? — Есть, моя королева. Как только мы прибудем домой, я обязательно отведу тебя к жрице, — игриво ответил молодой охотник, — Что тебя беспокоит? — Я опасаюсь возвращаться, — честно ответила Катарина, — Тебе не кажется, что эта победа была слишком легкой? Я чувствую опасность. Взяв обе ладони девушки в свои, хищник поднес их к своему лицу. — Ты летишь домой, где будешь единственной королевой, — пытался успокоить уманку Ир'вор, — Но пока ты беспокойна, и народ твой будет таковым. Слова приближенного заставили девушку задуматься. Действительно, показывать слабость и недоверие было нельзя. Народ в лице воинов-убийц не только не примет, но и запросто уничтожит неуверенную женщину. — Его сестры. Сестры Цир'тона. Они не простят, — продолжала Катарина делиться с хищником переживаниями, — Они почувствуют и отомстят. — Они скажут тебе спасибо, — усмехнулся молодой охотник, — Ты была близка к Цир'тону, оттого и слышала только его мнение. Я был знаком и с сестрами, поэтому знаю их мысли на этот счет. Понимая, что попытки успокоить на Катарину не действуют, молодой охотник подвел ее к прозрачной стене, за которой раскинулись многочисленные звезды. За все это время девушка пережила многое, однако бесконечная галактика все еще вызывала у нее восхищение. — Когда не можешь найти истину, обратись к звездам, — держал охотник девушку за руку, — Они обычно не говорят, но при поднятии головы меньше чувствуешь ком в горле. *** Охрана бросила перед воином старой элиты старика, пойманного на границе. Еще никто из присутствующих не видел Ро'гона настолько жалким. Даже находясь в темнице он вызывал больше уважения. — Тебе предоставлено слово, воин, — объяснил свои действия один из приближенных Кром'вуда. Не смея подняться, бывший старейшина поднял голову и встретился глазами с новым предводителем. Впрочем, наглости у некогда осторожного старика хватало. Поэтому не поднялся он скорее из-за боли в костях, чем из-за проявления уважения. — Приветствую тебя, светлейший Кром'вуд, — начал Ро'гон, — Благодарю за прием. Ни одна мышца не дрогнула на лице воина элиты, который отнесся к преступнику более чем терпеливо. — Ты обвиняешься в политическом заговоре, воин, — обратился к Ро'гону хищник, — По установленным законам, твои действия подлежат всеобщему осуждению и должны караться. — По законам каким именно, светлейший? — С издевкой перебил старик, — Не сочти за неуважение, но за свой век устои менялись не раз. — По единственным верным, которые ты застал, воин, — Бесстрастно продолжил Кром'вуд, — По ним тебя будут судить. — Я сложу свою голову если не достойно, то вовремя, это честь для меня, — притворно положил морщинистую руку на сердце бывший старейшина, — Пусть община процветает. Ро'гон понимал, что его конец близок. Если не от рук вернувшейся элиты, олицетворяющей порядок, он получил бы смертный приговор, то от Синг'аары. Разницы не было, итог для хитрого старца, запутавшегося в собственной паутине, был очевиден. Однако можно было отомстить, выдав местоположение остальных заговорщиков. Или хотя бы напомнить о них на словах. — Я хотел поздравить тебя, светлейший Кром'вуд, — голос старика приобрел торжественность, — Светлая Синг'аара, дочь А'кро'на, подарила тебе долгожданного сына! Впервые за последние десятки лет мужественный яутжа застыл. Его зрачки расширились, почти затмив чернотой светлые глаза. Сердце застучало. — Подлая предательница подарила продолжение твоего гена, — сказал Ро'гон, не дождавшись реакции Кром'вуда, — Извечный вопрос — и в чем здесь справедливость? В одночасье речь Ро'гона прервалась. Один из охотников осуществил приговор, буквально сняв предателю голову с плеч лазером. — Приговор осуществлен, — вынес На'кра'ми вместо Кром'вуда, все еще находящегося в оцепенении. *** В комнату юной самки вошли несколько яутжа. Касаться чужих самок, тем более высокородных, было запрещено, не стала исключением и Йо'ра. Молодая особь пыталась прибавить уверенности своим движениям, заведя руки на спину, но бегающий взгляд выдавал все секреты за нее. — Добрая Йо'ра, это стандартная процедура, не сопротивляйся, — проговорил один из воинов, — С твоей помощью элита восстановит порядок. Охотник подошел к юной самке достаточно близко, чтобы прочесть испуг в ее глазах. Он хотел прочесть ее воспоминания, как и в случае с уманом. Сделать это не так сложно, учитывая слабую психику Йо'ры, однако та стала сопротивляться. — Я не даю согласия, — огрызнулась Йо'ра, — Я сестра вождя, моя плоть неприкосновенна. Следом за несколькими охотниками вошел и Кром'вуд, к чьему гарему когда-то определил старый вождь свою младшую дочь, надеясь на потомство мужского пола. Увидев несостоявшегося супруга, хищница отпрыгнула назад. — Приветствую тебя, славная Йо'ра, — сделал поклон Кром'вуд, — Как идут твои дела? Почувствовав притворство в дружелюбности самца, Йо'ра не подобрала нужных слов для ответа. — Известно, что ты разрешилась от бремени, как и твоя единокровная сестра, — продолжил Кром'вуд, — Как твое состояние, добрая Йо'ра? Постепенно начиная выходить из шокового состояния, молодая самка сделала шаг к хищнику навстречу. Неужели яутжа, исчезнувший так давно, вернулся и занял заслуженное место? Возможно, он простил ее? — Благодарю, хорошо, — только и смогла промолвить хищница, — Светлый Кром'вуд, мы рады... Одним жестом несостоявшийся любовник показал самке, что ей следует замолчать. — Объясни, добрая Йо'ра, как ты разрешилась от бремени, если никогда не делила со мной ложе? — Поступил от Кром'вуда логичный вопрос, — Возможно, ты подобрала достойную дочери вождя кандидатуру в мое отсутствие? По телу хищницы пробежала дрожь. Она была уверена, что Кром'вуд все знал, поэтому не спешил с проверкой ее воспоминаний. Поэтому лгать не было смысла. — Светлый Кром'вуд верно изложил, — сглатывая слюну заговорила Йо'ра, — Нашелся спутник, посеявший семя... — Приношу соболезнования, Йо'ра, — продолжил хищник, — Твое дитя погибло, община скорбит. На мгновение хищница вздохнула с облегчением. Неужели Кром'вуд ничего не знает? — Есть предположение, добрая Йо'ра, что дитя погибло не своей смертью, — прозвучали неожиданные слова от Кром'вуд, — Позволь это выяснить, после чего свершится правосудие в виде наказания виновных в смерти твоего дитя. От сильного напряжения у Йо'ры застучало в висках. Сейчас на ее глазах свершится нечто, способное уничтожить юную самку, а виной этому станет она сама. Но бежать было некуда. — Я..., — самка не успела договорить, ведь почувствовала резкую головную боль. Закончив манипуляции, один из приближенных Кром'вуда сказал ему что-то очень тихо, приблизившись максимально. В глазах Кром'вуда возникло смятение. Сейчас ему предстояло принять важное решение. — Йо'ра, дочь А'кро'на и сестра Цир'тона, твои преступления тяжкие, — с долей сожаления начал воин элиты, — Кровосмешению нет места в общине, как и убийству потомства. За свои деяния ты понесешь наказание. Мысленно готовясь к неминуемой гибели, молодая самка закрыла глаза и сжалась. — По закону тебя следует ликвидировать, однако твое происхождение не позволяет проливать кровь, — вынес решение Кром'вуд, — Община и закон сохранят тебе жизнь в качестве жрицы в святой обители. Услышанное не сразу дошло до разума юной самки. После в голове раздался голос жрицы, к которой та обращалась до рождения дитя: «Это ты слепая, сестра». Жрицы в храме были слепыми, что не должно было стать исключением для Йо'ры. — Светлый Кром'вуд! — Взмолилась хищница, но уже не была услышана. Молодая самка уже не являлась дочерью и сестрой вождей, из-за чего к ней разрешалось применить силу. Заломив руки особи, воины элиты выполнили приказ своего предводителя — ослепили молодую самку, проклинающую всех вокруг. — Нет! Нет! Нет! — Извивалась от боли хищница, чей взгляд навеки потух. *** Сердце Катарину еще никогда не подводило, хотя ей всегда казалось, что это чутье. Как только экипаж приземлился, она не торопилась выходить. О прибытии Кром'вуда ни ей, ни кому-то еще из ее свиты не было известно. Однако еще на корабле она ощущала опасность, чем не раз изводила преданного ей Ир'вора. — Королева, — обратился к ней один из рядовых охотников, смутившийся тем, что девушка не спешила спускаться к свите, — В добром ли ты здравии? Грустно улыбнувшись, девушка соединила пальцы в замок. — У тебя есть луч, верно? — Спросила Катарина, — Ты можешь создать изображение? Удивившись нестандартной просьбе, молодой яутжа кивнул головой, раскинув мандибулы. — Нарисуй мне ящерицу и лягушку, — попросила Катарина.