Полицейская тайна

      После завтрака парни приехали в участок и там же разошлись. Чимин сразу же вошёл в 46 кабинет.       — Доброе утро, Чимин, — сонливо протянула Джан Си.       — Утро…       — Ты опоздал. Неужели Хосок не сделал тебе выговор? — Намджун недовольно поднял голову из-за компьютера.       — Не-а… — Пак развалился на кресле.       — Видела сегодня этих американских работников. Сущие черти! — Джан Си подперла лицо рукой, — До суда у нас нет работы. Позже пришлют из другого участка дело, просят передать его под руководство Чонгука.       — А почему не под руководство Хосока?       — Ну, он часто сидит в зале совета, поэтому он очень занят, — пояснила девушка.       — Тогда ясно.       — Сегодня день лунного кролика. Мы патрулируем на празднике! — объявил Ким, передавая листовки.       — Снова фестиваль? — удивился младший, передавая листовку Джан Си.       — Нет, на это раз будет концерт. А после салюты, — Джан Си потерла себя по щеке.       — Значит и ОВС тоже идёт?       — Да, но кого-то все же оставят. Пока не знаю кого.       — Хм, если так, то… — Чимин хотел было продолжить, но его прервала вошедшая без стука американка.       — Чон Чонгук на рабочем месте?       — А? — Джан Си удивилась её тону.       — Да он в зале совета, а что? — Джун выглянул из-за монитора.       — Ничего, — девушка осмотрела недовольные лица, — Он нужен мне.       — Позже зайди, — Джун опустился за экран.       Отсутствие Чонгука и напряженные взгляды Хайзы заставили Чимина выйти на улицу и набрать номер младшего.       Чон опустил руку в карман штанов, достал телефон и ответил, зажав его между плечом и ухом.       — Да, Чимин!       — Привет, Чонгук. Почему ты всё ещё не на работе? И Тэхена тоже нет. Вы случайно там не вместе?        — Я сейчас у него. Готовлю завтрак для Йена. А что, меня разыскивают?       — Ну, капитан Пуш вся на взводе! Она нервно потеет, когда мы говорим о тебе. Неужели ты запугивал ее? — с усмешкой застал того врасплох Пак.       — Нет конечно! — смеется Чонгук, — Я бы не стал издеваться над дамами. Чимин, что там по поводу суда? Тэхену сегодня не здоровиться, вот я и решил заскочить к нему.       — Хосок может и отмажет его от суда, но ведь дело перепишут на другого прокурора. А это знаешь ли не на руку Тэхену. Так что, лучше пусть он постарается сегодня. Адвокат — девушка, поэтому у Тэхена все шансы выиграть суд! — нервно вздыхает, — Кстати, Чонгук, у меня вопрос к тебе.       — Ты с братом уже на «ты», быстро вы! — смеется, но после возвращает былое внимание, — Что за вопрос?       — Вы же с Тэхеном стали часто видеться и общаться. Чаще, чем я с ним! Может ты знаешь, есть ли у него кто?       — Мм, да вроде нет никого. Он полностью погружен в работу и занят сыном, поэтому нет у него время на девушек!       — Что ж, понятно. Тогда постарайтесь приехать после обеда. Хайза ищет тебя, а Намджун, прикрывая, сказал, что ты в зале совета.       — Ах-ах, ну понятно! Поблагодарю его после. До встречи, Чимин.       Закончив разговор, Чимин тревожно вздохнул, и осунувшись, вернулся в кабинет.       — Ты разговаривал с Чонгуком, не так ли? — начала Хайза, — Суд через час, а он все еще не вышел из зала? Зачем вы мне соврали?!       — Какое вам дело до Чонгука? — насупился младший, не понимая, что эта капитанша от него хочет.       — Чимин отнеси пожалуйста это в архив! — Джан Си перебила обоих, всучив младшему две коробки.       — Хорошо, Джан Си, — Чимин окинул Пуш смирительным взглядом и, забрав коробки, вышел.       — Капитан Джан Си, вы могли бы не вмешиваться? — Хайза настойчиво посмотрела на девушку.       — Нет, не могла! Я выполняю свою работу, капитан Хайза, а не дожидаюсь, пока офицер Чонгук удосужится обратить на меня внимание!       — Хах, я вижу, что вы все здесь напыщенные петухи!       — Капитан Пуш! — грубо одернул ту Намджун, — Дождитесь появления офицера Чонгука в своем кабинете, а капитана Джан Си оставьте в покое!       — Тц! — цокнув и развернувшись на пятках, девушка вышла.       Тут же её встретил Чон, прямо на выходе из кабинета. Да, этому парню пришлось оставить Йена на Тэхена и уехать, потому что его искала эта напыщенная дамочка. Строгая форма хорошо сидела на Чоне, но не скрывала синих засов на шее.       — Вы искали меня, капитан Пуш?       Девушка чуть опешила, когда Чон оказался близко, сталкиваясь с ней.       — Офицер! Где вас носит?       — Дома, кормил ребенка. Знаете, он такой капризный, хотя я очень люблю его…       — Не смешно! Я устала от ваших историй! Скоро суд, вы не о том беспокоитесь.       — И?       — Не хотите поспешить?       — Я должен увидеть коллег, — обойдя блондинку, Чон протиснулся в кабинет, — Доброе утро! — Чонгук махнул Намджуну и приобнял Джан Си, — Ты выглядишь расстроенной, что такое?       — Эта блондинка! Она скоро выведет меня!       — Тш-ш, я подставил близких людей из-за этой капитанши, — вздохнул, — Извините, ребята, но сейчас мне нужен Хосок, где мне его найти?       — В зале совета, Чонгук.       — Хорошо, спасибо. Поговорим позже!       Вернувшись в коридор, Чон уже не обнаружил там американку, и лишь пожав плечами, он направился к залу совета, попутно набирая номер Тэхена. В ухо просигналил автоответчик, после чего Гук оставил ему сообщение на голосовую почту.       — Тэхен, извини, что так быстро уехал! Надеюсь ты не обижаешься. Передавай Йену от меня хорошего дня. Мне бы не хотелось, чтобы ты приезжал в суд. Я волнуюсь за твои бедра. Я же с ума сойду, смотря на тебя там. Решай сам, ведь Чимин был прав, это не на руку тебе. Люблю и целую!       Чимин возвращался с архива, когда заметил Чонгука у дверей зала совета.       — Чонгук! Чон, Чон! — он спешно подошел, отзывая парня.       — Чимин? — голос был знаком, а вот сам Чимин нет, — Черные волосы? Ты что экспериментатор? Малыш, да тебя не узнать! — улыбается и обнимает парня, — Хорошо выглядишь, но я привык к тебе милашке. Ты слишком сексуален с этим цветом волос.       — Спасибо, конечно. Да я думал о другом цвете, но краска смылась и мой родной цвет проявился. Но я не это хотел спросить! Ты один?       — Да, пока что да… Хочу чтобы Тэхен, вернее, эм, прокурор Ким отдохнул и смог больше времени провести с сыном.       Болтовню прерывает появившийся из-за двери зала Хосок.       — Чонгук, а вот и ты! Снова опоздал. Прощу тебя за опоздание, если простишь за квартиру.       — Вечно ты шантажируешь меня! — Чон с улыбкой приобнял брата за плечо, — Я искал тебя. Надо поговорить, Хосок.       — Да, хорошо, — старший наконец перевел взгляд на Чимина, — Прокурор на месте?       — Мм, нет. Но думаю, он не пропустит суд, — выдавил из себя Чимин, и поняв, что ему уже пора, решил идти.       Братья проводили смущающегося парня до поворота, а после лишь переглянулись.       — В общем и целом, думаю, нам стоит прекратить наши ссоры. Это не приведёт ни к чему хорошему, Хосок. Я понимаю, что ты делаешь ради отца всё это, и мне сложно всё это принять. Однако, когда я понял тебя, стало намного легче, так что, я надеюсь и на твоё понимание.       — Честно сказать, я и сам хотел помириться с тобой, но ты сделал это первым, — Хосок пожал плечами, — Ты не хочешь вернуться на квартиру?       — Нет, я нашел временное жильё. И пока ты не разберешься там, я никуда не денусь.       — Что ж, хорошо, что мы смогли поговорить об этом, — старший хлопает Чона по плечу, — Пошли готовиться к суду.

***

      — Чонгук! — Ким спускается вниз, и с удивлением замечает только то, как Йен уплетает последний оладушек. Где Чонгук? Ким стоит в задумчивости, пока сообщение от голосовой почты не оповещает о новом сообщении. Прослушав его, Тэхен в нерешительности закусил опухшую губу и перевел взгляд на Йена.       — Так, малыш, — подхватывает на руки и берёт свободной рукой телефон, — Твоя мама не отвечает! — сбрасывает и со вздохом подсаживает Йена ещё раз.       — Пап, можно с тобой? — мальчик обнимает отца за шею и уставляет на него свои почти круглые глаза.       — Не убежишь, как в прошлый раз?       — Нет!       — Эх, а ведь у меня нет выбора, — Тэхен подхватывает кейс, и со всем этим идёт к двери гаража. Усадив малыша в кресло, пристегнув его, спешит сесть за руль.       — Папа, а мы успеем?       — Должны!       Через полчаса Ким паркует автомобиль у суда и быстрым шагом направляется в здание, оглядываясь по сторонам, в то время как вокруг образуется толпа любопытных девиц, желающих полюбоваться молодым папочкой.       — Прокурор, это ваш сын? Такой милаша! — мальчика атакует тонкая маникюрная рука и треплет с трудом расчесанные волосы. Тэхен не обращает толком никакого внимания и лишь немного отдергивает Йена к себе, снисходительно улыбаясь, — Суд скоро начнется, все уже прибыли?       — Нет, вы можете еще успеть… — проговорив это, девушка снова притрагивается к щечке Йена, от чего тот начинает смущенно прятать глаза. Тэхен начинает раздражаться. Нет, не из-за этих девушек, а из-за безалаберного поступка матери мальчика, ведь, черт, как можно было не ответить на звонок? Она же прекрасно знает, что суд именно сегодня! Глаза наполняются злостью и Ким, серьезней чем обычно, подхватывает Йена на руки, в очередной раз, и решительно протягивает его одной из работниц его отдела, напуганной и смущенной до чертиков, от одного лишь прикосновения рук. Ах, что за детский сад!       — Пожалуйста, присмотрите за ним! Я вернусь через часа полтора. Йен, — теперь обращается к мальчику, — веди себя достойно, девушки присмотрят за тобой! — отстраняется, и улыбнувшись своей голливудской улыбкой, скрывается за дверями лифта.       Время сегодня не на стороне прокурора, да и сложившаяся ситуация тоже особо не радует. В зале суда уже присутствуют все подчиненные и руководящие лица, и только прокурор эффектно заявляется в последний момент.       — Прошу меня простить, надеюсь заседание еще не началось? — в твёрдом голосе не присутствовало и грамма волнения, и даже при поклоне вошедшему судье, лицо Кима выражало былое спокойствие.       Черная мантия прокурора, с тёмно-бордовыми вставками на груди и гербом, свисала до пола и хорошо скрывала оставшиеся отметины. В всеобщей тишине он подошёл к своему огражденному с трех сторон столу и раскрыл перед собой кожаную, с переплетом, папку. Оставив открытой её на первой странице, искоса взглянул на капитана Сонёна и остальных работников, как из ОВС, так и из других собравшихся отделов, слегка кивнул, и после оглашения суда открытым, поспешил начать.       — Уголовное дело номер 86 осуществляется по статье 105, умышленное причинение смерти другому человеку, по пункту в — малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека, а также по статье 112 о нанесении тяжких и особо тяжких телесных повреждений, и статье 139 о проникновении в жилище, совершенное против воли проживающего в нём лица. Со стороны обвинения выступают: областной прокурор Ким Тэхен, следователь из отдела ОВС областной полиции округа Пёнхан — Пак Умин, дознаватель из отдела ОВС областной полиции округа Вонжу — офицер Чон Чонгук, истец — госпожа Чу, приходящаяся обвиняемому бывшей женой. Обвиняемый — Сон Юхай, 1769 года рождения.       Суд начался. Первой к кафедре пригласили истца.       — Ваша честь, офицер Чон нашёл мою племянницу мёртвой. Я могу подтвердить то, что до того, как Ю Хай вошёл в дом, она была жива и здорова… — женщина не знала, что и сказать, как правильно выразиться, замечая, что Су Линь ухмыляется, а Ким потеет. Однако, чтобы больше не мучать женщину, к кафедре вышел Чон.       — Ваша честь! — Гук поднимается со скамьи, обращая на себя внимание, — Я офицер Чон Чонгук, являюсь представителем отдела по делам высшей сложности, — он остается стоять перед кафедрой, не занимая за ней место, — Мною было найдено тело, и как указано в деле, что предоставлено прокурору Киму, девочка была найдена в районе двенадцати часов дня — я сам зарегистрировал время. Отпечатки были сняты с ножа, найденного в домике в лесу, где Юхай и проживал, и где его и задержали. Они принадлежат подсудимому, а кровь на ноже принадлежала убитой. Всё указывает на то, что убийство было совершено руками этого мужчины! — на этом Чон выдохнул.       По его лицу можно было понять, что он зол, но приходилось выдавать нервное спокойствие, пока его слушали.       Хосок хмыкнул. Он же не изменится! Чонгук не позволит Киму проиграть. Эти двое слаженно поработали и теперь дело в шляпе!       — Адвокат Су, что вы можете сказать в защиту подсудимого?       — Ваша честь, мой подопечный… — Су Линь с раздражительной улыбкой развернулась к мужчине, — желает заново рассмотреть вердикт офицера! — возвращает свой взгляд в папку, — Сон Юхай заверил меня, что этот самый офицер и проводил задержание, хотя к этому делу допущен не был, на тот момент. Это никак не относится к расследованию, но я бы хотела спросить офицера Чона, что он делал тогда в доме подозреваемого? — самодовольно развернулась, смотря на Чонгука в упор. Киму это до жути не понравилось и он поспешил встрять в разговор, как только все стрелки были переведены на его напарника.       — Адвокат Су, думаю вы говорите неуместные вещи!       — Да?! Это почему же?       — Я самолично возглавлял команду уголовного преследования, и к тому времени, как мы узнали о местоположении подозреваемого Сон Юхая, меня перевели в участок. Офицер Чонгук был задействован лишь по моей воле, ваша честь. Он лишь оказался там в нужный момент и в нужное время… И в тот день, если бы не он, — Ким смотрит на Чонгука, — возможно могло бы свершиться еще одно убийство, подозреваемый имел при себе огнестрельное оружие!       — Ваша честь, насколько я знаю, по протоколу офицер Чон не имел права самовольничать!       — По протоколу я имею право привлекать дознавателя к ходу следствия!       — Господа, прошу сесть. И так, ознакомившись с делом об убийстве, я могу вынести следующее решение. Сон Юхай, правом данным мне высшим судом округа Пёнхан, я объявляю вас виновным в совершенных преступлениях и приговариваю к двадцати пяти годам колонии строгого режима! Суд окончен!       Первым покидает зал суда сам судья, и после в наручниках выводят убийцу. Дождавшись когда народу поубавится, Ким подходит к скамье, и кланяется сестрам Чу, поглядывая на Чонгука.       — Вы хорошо потрудились, мисс Чу, не переживайте больше и примите мои соболезнования снова.       Женщина взяла сестру под руку и поклонилась Киму, следом перевела взгляд на Чонгука.       — Спасибо вам, офицер Чон, и вам прокурор Ким!       Гук проводил их взглядом, замечая макушки коллег, выплывающих общим потоком из зала, а после обратился к Тэхену.       — Хорошая работа. Мне это дело могло стоить работы. Но все обошлось!       — Офицер Чонгук! — Капитан Пуш стояла в проходе и небрежно осматривала Кима, который, как она поняла, и был тем самым прокурором. Девушка не особо верила в то, что эти двое вместе, да и вообще, что их что-то связывает.       — Чего вам? — закатив глаза, недовольно ответил Чонгук.       — Адмирал Сонён передал мне приказ о распоряжении работников ОВС на новые места.       — И?       — Ваше место больше не в 46 отделе!       — С чего вы это взяли?       — Не при прокурорских! Отойдем! — Хайза скривилась.       — Нет уж, — резко отрезал тот, — С чего бы вам позволили распоряжаться такой информацией?       — А тебя не проведешь, офицер. А вы прокурор Ким, довольно хорошо знаете протокол для простого прокурора, не заинтересованного в делах участка! — девушка улыбнулась и легко приблизилась, но когда расстояния оставалось в два шага, Гук преградил ей дорогу.       — Собралась флиртовать — найди себе кого-нибудь другого.       — Что за вздор?! Ты вообще слышишь себя?!       — Мне так надоело твоё присутствие в участке, так ты и тут не даешь мне покое, капитанша! Что, так сильно хочется залезть уже хоть на кого-нибудь?       Ярость метнулась в глазах девушки и она, ничуть не сдерживаясь, отвесила тому смачную пощечину.       — Правда глаза режет? — хмыкает младший.       — Мы с вами договорились офицер! Не смейте говорить о подобном! Черт вас подери!       — Думаешь, прокурор Ким захочет переспать с тобой? Ты открыла свои намерения на восьмом шагу к нему. Как предсказуемо!       — По крайней мере, я могу сказать что я не озабочена! А такой мальчишка, как ты…       — Как я? И что же вы скажите? Слишком извращен в свои двадцать? Ну, возможно…       Девушка не нашла, что сказать и просто покинула зал. Гук победно улыбнулся. Щека все еще горела, но вкус победы перебивал всю боль.       — Чон, что это было? — Ким беспокойно повернулся к Чонгуку, на щеке которого медленно расплывался красный отпечаток ладони, — Ты в порядке? Тебе не стоит портить отношения с новыми работниками, даже если они будут проявлять «такое» дружелюбие, — улыбается Тэхен, и когда они остаются в зале суда совершенно одни, гладит разгорячённый след на щеке младшего.       — Я не считаю, что если ты американец, то должен позволять себе все. При том Тэхен, ты мой и я не могу, даже на рабочем месте, позволять кому-то флиртовать с тобой. Попытки пресекаются, сделанное наказуемо! Так что пусть даже не пытается! — Гук нервно выдыхает, смотря в глаза блондину, — К скольки ты будешь свободен, чтобы уделить мне пару минут?       — Ах, знал бы ты, чего мне стоило прийти сюда! — тянет губы в улыбке и шипит, придерживаясь своего бедра, — Я свободен прямо сейчас. А зачем я тебе нужен?       — Хочу поблагодарить за поставленный засос. Форма еле прикрывает его, а Йен так и вовсе подумал, что меня собаки покусали! — усмехается, — На самом деле, я на счет нашего безрассудства. Может стоит предохраняться? Не то чтобы мы можем друг другу что-то передать, нет. Просто я ещё не совсем готов к чему-то большему, — обнимает за талию, делая этот жест очень мягким, — конечно, я очень люблю тебя и даже если что-то произойдет, я не отвернусь, просто не хочу спешить. Мне еще столько хочется попробовать.       — А эта милочка была права. Ты слишком извращен в свои двадцать! — усмехается, сохраняя расстояние между лицами, — Кто знает, что в твоей тёмной голове творится? Может там я прикованный ремнями к кровати? — ведет бровью и щетинит взгляд, ответно обнимая руками.       — Этого я не предусматривал, — хмыкает и размыкает объятия, — пошли со мной.       Чон сложил руки в карманы формы и направился к выходу, вскидывая челку. Гук знал, что тот последует за ним, поэтому уверенно двигался в сторону длинного коридора. Дойдя до одной из дверей, Чон вошел внутрь, оставляя за собой табличку с надписью «Не входить!».