Дочурка проказника

Мы с Габриэлем, наверное, пятый час ходили по торговому центру. И я в коем-то веке была счастлива, размахивая пакетами с покупками в разные стороны. Габриэль лишь улыбался и периодически подкалывал меня, за что получал подзатыльники. С таким настроем мы провели пол дня. Стоит признать, я постепенно начинала привязываться к нему. Если он куда-то упархивал, то я даже скучала, но это было редко. Я бы с радостью оказалась сейчас дома, но Гейб настаивал на том, что не отведать вкуснейшее мороженое, продающееся неподалеку от нас, величайшее преступление. Так и поступили, меня долго упрашивать не надо, когда речь идёт о чем-либо вкусненьком. Все планирование моей жизни Габриэль, довольный, как кот, объевшийся сметаны, взял на себя. Вообще, это беспредел! Но если разобраться, мой пернатый друг прав: без образования мне никуда, так что доучиваться и поступать придется в любом случае, тем более Гейб пообещал уладить все проблемы с документами (так-то я пропавший из детдома несовершеннолетний подросток). Да и, как он сам сказал, с людьми надо общаться, а не обворовывать их. Проходя вдоль пестрых осенних аллей, архангел рассказывал мне про все существующие виды сортов мороженого, а ведь начали мы с того, как устроены небеса.  — Об этом я могу прочитать в интернете, а про небесные воинства и рай мне никто достоверно не расскажет.  — Никакой интернет не сможет рассказать тебе больше, чем я, солнышко, уж поверь.  — Поэтому я и прошу самого просвещенного и самого любимого ангелочка поведать мне, — с этими словами я аккуратно подтолкнула Габриэля локтем. Ну, а что? Я, кстати, сказала чистую правду. Один единственный ангел, которого я знаю, а значит, сразу же попадает в список «самый» любой категории. Однако нашей душевной беседе не было суждено благополучно закончиться. Сначала Габриэль насторожился, его блестящие и веселые глаза потемнели, а потом сказал, что нужно отвести меня в безопасное место.  — Что-то случилось? — обеспокоилась я, мрачный вид Габриэля меня знатно напугал.  — Все в порядке, — успокаивал он. — Просто я…  — Габриэль, брат наш, давно о тебе не было слухов, — противно протянул кто-то за его спиной. Мужчина и женщина в серых костюмах возникли из ниоткуда, в то время как другие люди исчезли, как по велению волшебной палочки.  — Не думаю, что мог бы рассказать вам что-либо интересное, ребята, так что мы не будем вас задерживать. Да, Джес? — обратился он уже ко мне, на что я робко кивнула. Не нравились мне эти новоприбывшие, кем бы именно они не были. Я настороженно дёргала за рукав кофты Габриэль, намекая, что лучше бы нам поскорее уйти.  — Ты нарушил Его запрет, — тихим, но угрожающим голосом произнесла женщина, чьи волосы были черными, как смоль. — Теперь сила нефилима растет. Она опасна для всех нас с каждым днём.  — Как же было хорошо, когда вы подчинялись Михаилу, а не устраивали самоуправление.  — Уйди с дороги и отдай нам девчонку! — вмешался мужчина. В его руках сверкнуло оружие, а до меня только сейчас дошло, что речь идёт обо мне. Но они же не могут навредить Гейбу, да? Или могут? Сердце замерло от страха. И что я им сделала? В эту секунду Габриэль развернулся ко мне и коснулся двумя пальцами моего лба. Все. Пустота. Темнота. Здравствуй, конец. Я умерла. Так, стоп! Что за бред я несу?! Рано мне умирать. Я не хочу. Нет и ещё раз нет. Голова немного кружилась, и я с трудом открыла глаза. В душе я слышала отголосок Гейба, уверяющего, все будет хорошо. Это последнее, что он сказал, а теперь я здесь: небольшая комната с обоями дурацкого песчаного цвета в цветочек, скорее даже студия. Общий вид позволял сделать вывод, что никто тут постоянно не живёт. Получается, самое безопасное место, по мнению Гейба, мотель. Мне плакать или смеяться? Я встала, переваливаясь с ноги на ногу, а в глазах опять потемнело, видимо, дальние перемещения мне противопоказаны. На круглом столе лежал старенький ноутбук, и я решила выяснить хотя бы то, где нахожусь. Результат меня не обрадовал: больше дня беспрерывной езды от аллеи, по которой я только что беззаботно гуляла. А как я заметила позже, определение «только что» было неверным, ведь в отключке я пролежала не менее двух часов. И так в моей жизни постоянно. Стоит произойти хоть чему-то хорошему, стоит мне поверить, что жизнь начинается с чистого листа, как у меня все забирают. Наверное, в прошлой жизни я была слишком плохим человеком, потому что, чем я заслужила такое отношение к себе, мне не понять, пожалуй, никогда. Хоть мир уничтожай в отместку! Я долго пыталась собраться с мыслями, перестать трястись и накручивать раньше времени себя, но черт, Габриэль не отвечал. Никакой преждевременной паники, он обещал, что не оставит меня, что будет надоедать всю жизнь. Они все мне обещают, а потом уходят. Хлебнув что-то из мини бара, я с полной готовностью сказала себе, что не останусь черт знает где, ко всему прочему, одна. И здесь меня поджидало самое интересное: я не могла уйти. Вообще. Никак. Абсолютно. Вот она дверь, жаждущая, чтобы ее открыли, вот я выполняю обоюдное желание и, как идиотка, стою не в состоянии сделать один маленький и единственным шаг за порог. Если Гейб так оберегает меня, то это ужаснейшая его идея. Я рвусь помочь, но мало того, что не способна на это и понятия не имею, что с ним, так бесполезна, даже если придут за мной. Почему Гейб должен защищать меня, а я лишь подставляю его под удар? Кровь закипала. Я то ли злилась, то ли хотела плакать. Свет начал мигать, а лампочка светильника у одной из кровати попросту лопнула, когда дверь открылась и внутрь вошли, кто бы сомневался, те самые Винчестеры.  — Дин, если эта Эмма с нашим покойником действительно перешли дорогу ведьме, надо ещё раз наведаться к ней.  — Погоди, — старший Винчестер рукой остановил брата и недовольно уставился на меня, а потом на несколько осколков на полу.  — Что ж, наверное, рада вас видеть, — при других обстоятельствах я бы взяла ноги в руки и свалила бы побыстрее от них, но, во-первых, так однозначно продумал Габриэль, во-вторых, кто меня вообще спрашивает, если я ненормальная, а по-другому не объяснить, почему я не в состоянии выйти на улицу.  — Что ты здесь делаешь, маленькое исчадие ада?! — с чувством, с тактом, с расстановкой, отделяя каждое слово, с распростёртыми объятиями встретил меня охотник.  — Я думала, вы знаете, — удивилась я. То есть у нас картина маслом, хрен поймёшь, где Гейб и жив ли он, а моя новая опора и защита, с которыми мы сразу не поладили, оказалось, знают даже меньше моего.  — Буду добра — просвети, — продолжал Дин, у которого явно день не удался. Я не отвечала, уйдя в оборону. У меня здесь стрессовая ситуация, а на меня ещё и голос повышают, будто бы я по собственной воле застряла в мотеле.  — Джессика, — вмешался Сэм, остудив пыл брата. — Нам с Дином хватило прошлого раза от Габриэля, поэтому один вопрос: как ты здесь оказалась? В иной раз я бы заострила свое внимание, что влетело тогда не только мне, но и Винчестерам, аж бальзам на сердце, потому что мой архангел-хранитель заверял в обратном, однако при упоминание про Гейба я лишь шмыгнула носом. А если он пострадает из-за меня? Я себе такого не прощу.  — Я не знаю. Это были.. ангелы. Все они. Они мололи какую-то чепуху, а потом напали. И.. и.. а если он уже мертв? Я бросилась на плечи к Сэму, тот, конечно же, из моей подробнейшей истории ничего не понял, однако считал своим долгом привести меня в чувства, да и Дину мои слезы по душе не пришлись. Чуть позже я рассказала все, как помнила, и Винчестеры пообещали помочь найти Габриэля. Пока я и Сэм засели за древние книги, коим я боялась предположить сколько лет, Дин сделал несколько звонков и сказал, что некий Бобби тоже ищет способ, чтобы отыскать Гейба. Легче мне не стало, но я хотя бы держала себя в руках. Уставшая и переполненная эмоциями, я быстро уснула, слава богу, объяснять каким образом я устроила маленький погром не пришлось. А вот спала я крайне плохо, постоянно барахталась, просыпалась и вновь проваливалась в сон.  — А что Кастиэль? — до боли знакомый бархатистый голос услышала я то ли просыпаясь, то ли опять засыпая.  — Никаких вестей с того дела. Мы надеялись, ты что-нибудь знаешь.  — Лось, я по-твоему справочная книга? Будет что, свистну. До свидания, девочки.