Девушка-дождь

Замах кулаком справа, уклониться, сделать подсечку. Попытка не увенчается успехом, Айзава-сан в миг сокращает дистанцию между нами и точным ударом бьет в грудь. Успеваю сделать сальто назад, но дыхание всё равно перехватило. Дышать стало труднее, я начала задыхаться. Пытаюсь как-то ускорить регенерацию, но отвлекаюсь и пропускаю удар в бок, из-за чего отлетела на пару метров. — Не отвлекайся! — кричит мне опекун, вновь сокращая между нами дистанцию. В глазах темнеет и двоится, но я вытираю кровь с губы, которую случайно прикусила, и, тяжело дыша, встаю на ноги, вставая в стойку. Вновь пытаюсь оживить мертвые клетки тела, с помощью контроля крови, но не получается. Контролировать кровь всё ещё не моя стезя. Бьёт в солнечное сплетение, но специально промахивается. Я уже готова сбить его с ног, как он уводит кулак в сторону, встаёт на руки и пинает ногой в живот. Я падаю на спину, проехав пару метров. Спина болит адски, дышать всё труднее, в глазах потемнело, а рот наполняется кровью. Слегка привстаю на локтях и сплёвываю кровь. Ч-чёрт, надо было сосредоточиться. Я протягиваю руку к животу, собирая туда воду, и облегченно выдыхаю, когда прохладная жидкость касается кожи и начинает лечить меня. — На лечение даю три минуты, после этого повторим ещё раз, — говорит Айзава-сан отходя к своей сумке и доставая оттуда бутылку с водой и полотенце. — Медитация — час, а как закончишь, сделаешь сто кругов вокруг поля. Время пошло. Я села и продолжила лечить себя, стараясь сделать это как можно быстрее и менее затратно, чтобы были силы на потом. С силой сжимаю зубы, потому что на одном из рёбер обнаружила трещину. Больно, чёрт возьми. Усиленные тренировки Айзава-сана это полный ужас. Спарринги по несколько часов, которые не обходятся без вывихнутого плеча и отбитых почек, наматывание кругов вокруг поляны, которая в полкилометра длину, потом обучение владением различным оружием, после чего я беру какое-то оружие, пытаюсь им драться, а меня в это время избивают обычным посохом. Если честно, в такие моменты я думаю о том, а что было бы, если бы не Айзава-сан? Да, может показаться, что он холоден, ему как-то фиолетово на меня и, что эти тренировки доставляют ему удовольствие, но это неправда. Отчасти, конечно же. Если бы не Айзава-сан, то я бы так и осталась в приюте с клеймом монстра, а к шестнадцати годам меня выпнули бы из приюта и, скорее всего, я бы стала жертвой «брака ради причуд». Как мои родители. Недавно, я начала выделять запах и теперь любой альфа может с лёгкостью определить во мне омегу. К счастью, течка начинается только с шестнадцати-семнадцати, но кто знает, как мои физические особенности, — водяное тело, — повлияют на это. Вдруг раньше начнётся или наоборот, позже. Если честно, думать об этом не хочется. Мне и так хватает того, что большинство больных, которых я обслуживаю, относятся ко мне, как к какой-нибудь грязи или жвачке, прилипшей к подошве обуви. В такой момент во мне просыпается страстное желание убивать. — Время закончилось! — кричит Айзава-сан. Тяжело вздыхая, я встаю на ноги, слегка шатаясь, не только слыша, но и чувствуя то, как у меня хрустят кости. Хоть бы это побыстрее закончилось.

***

Шота смотрел на то, как его воспитанница лежит на траве, тяжело дыша, с болящими костями и мышцами. Тело усыпано тёмно-фиолетовыми синяками и ссадинами, из-за чего на коже виднелись размазавшиеся капли крови. — Медитация, сто кругов, а потом домой, — сказал он. Джувия встала, с гримасой боли на лице, кряхтя и шипя что-то сквозь зубы. Пошла в сторону одного из деревьев, села под ним в позе лотоса и начала медитировать. Айзава начал собираться домой. Джувия закончит, как минимум, через два часа, поэтому ждать её не обязательно. Дать ей такие сложные задания сегодня было не особо хорошей идеей, если учитывать то, что завтра она навряд ли встанет с кровати, да и в больницу не сможет пойти. Но Айзава добивался не этого. «Хотя бы от вчерашнего отвлеклась, — подумал он». Авария на самой большой и загруженной улице города стала большим испытанием для неё. Причиной был Злодей по прозвищу Вспышка — он начал взрывать машины, что спровоцировало этот несчастный случай. Айзава, как и многие другие Герои, отправился туда, чтобы помочь пострадавшим. То, что случилось с Джувией он узнал лишь сегодня утром, чтобы забрать её, потому что ему стало известно, что большую часть пострадавших перевезли в больницу, в которой она работала. Её состояние было пугающим — игнорирование внешнего мира или поддакивание любой мысли, дрожащие руки, а самое страшное — пустой и одновременно безумный взгляд тёмно-синих глаз. Очнулась ближе к трём часам — у неё была ночная смена, да и пережитый шок сказался на её сне. Пришлось выводить её из этого состояния с помощью тренировки и избиения. Придя на место тренировки, — специальный полигон в Геройском районе, в котором они жили, — Про-Герой мог лицезреть то, как омега спит, прислонившись спиной к дереву. Айзава решил её не будить и просто взял на руки, неся домой. Сон был неспокойным — она сжимала его майку, поджимала губы и что-то шептала, сильно жмуря глаза. В который раз, сам уложив её на кровать после трудной тренировки, он думал о том, что ей стоило бы взять ещё один выходной. Но она, конечно же, не послушает — она слишком долго сидела дома и ни с кем не общалась, поэтому ей это необходимо. Да и относится она к своему «наказанию» очень трепетно — всё же, она хочет стать врачом и такой шанс упускать нельзя. Айзава тяжело вздохнул, думая о том, какая у него упрямая подопечная. А ещё она снова спит в грязной одежде на белой кровати. Бедная домработница.

***

Первое, что ждало меня этим утром — это грязь на теле, одежде и кровати, которая, скорее всего не смоется. После этого был душ, который длился целых полтора часа, потому что волосы слиплись между собой. Пришлось оторвать не просто комок, а целую расчёску, которая застряла в волосах и вырвала ещё несколько прядей. Думала в ванной о бренности этой жизни и поняла, что мне сейчас плевать абсолютно на всё. Апатия пришла ко мне немного не вовремя, нужно было заскочить в гости два дня назад, а не сейчас, когда моё душевное равновесие только-только начало приходить в норму. На кухне никого не было, кроме записки от Айзава-сана и денег.

На задании. Буду поздно.

Коротко и по делу. Пересчитала деньги. Должно хватить на продукты и что-то сверху. На скорую руку заварила кофе и вышла из дома, смотря в экран своего нового телефона и выбирая музыку. Прошлый был в дребезги разбит во время боя с Флэймом. — Джувия! — крикнула Киригири-сан, оторвав взгляд от целой кучи документов и мед. карт. — Доброе утро, — произнесла я безжизненным голосом. Помимо апатии я чувствую боль во всём теле. Ходить очень трудно, подниматься по лестнице вообще было адски, но пришлось терпеть. Мне и так вчера дали выходной, сегодня нельзя пропускать. — Доброе, — сказала она и тяжело вздохнула, что-то начав искать в документах. — Сегодня будешь помогать в детском отделении — у детей шок, почти со всеми работают психологи. Сделай что-то с этим. Я кивнула и пошла в сторону детского отделения, по пути здороваясь со знакомыми. Как можно помочь детям? Я с детьми последний раз разговаривала в приюте и то, кроме как Теруко и Юичи, нормально ни с кем не общалась. Но делать нечего — Киригири-сан мой начальник, её слово — закон. Детское отделение было заполнено примерно на 30%, к счастью, по сравнению со взрослыми, их было очень мало, но всё же это довольно печально… Все, кого я посещала, были с психологами, которые что-то ненавязчиво рассказывали. Некоторых я лечила вместе с Сато-сан, их внешность я запомнила, но большинство я не знала. Не зная, что делать, я решила просто пройтись по палатам и опросить некоторых врачей. Сейчас должна была быть последняя палата. Это прошло быстрее, чем я думала — некоторые дети сейчас на процедурах или же уже ушли, в связи с незначительностью ран. Слегка приоткрыв дверь, я застыла у порога, не зная, что делать. Напряженная атмосфера, давящая на тебя, закрытые окна и прикрытые шторы, из-за чего в комнате было темно. Мальчик на кровати просто смотрел на стену, а его психолог не оставлял тщетные попытки его разговорить. Мистер, сидящий на стуле напротив койки мальчика, вдруг посмотрел на меня и покачал головой. — Эрик Уолкер, восемь лет, — послышалось сзади. Вздрогнув, я резко обернулась, прикрыв дверь и тут же выдохнула. Это был Кай-сан. — Приехал с родителями в Японию на отдых, но оказались в эпицентре аварии. Оба родители погибли на месте — прикрыли сына собой. Мои плечи поникли. Я хорошо знаю, каково это — быть одному, когда родителей у тебя больше нет. Вот только его, в отличие от меня, не бросали — они прикрыли его, пожертвовав собой. Они хоть любили его. — Киригири-сан направила меня сюда, сказала, чтобы я помогла им. И как я это сделаю? — произнесла я. Эмоции возвращаются, чувствую грусть и тяжесть на сердце. Но это уже хорошо. — Придумай что-то, — пожал плечами семпай. — Сыграй с ними, покажи какие-то трюки, порисуй с ними… Вариантов уйма. К слову, семпаю было всего шестнадцать лет. Его полное имя Кай Тошики и в данный момент он один из самых молодых героев в Японии. Каштановые волосы, взъерошенные вверх куда-то в сторону, глаза голубого-бирюзового оттенка и вселенский покерфейс — главная фишка. Причуда — исцеление органов, то есть, возможность полностью исцелить, — «очистить», — орган от всякой болезни или же при плохом образе жизни. К несчастью, на кости это не распространяется. — У него есть другие родственники? — спросила я, совладав с собой. — Его, а также тела его родителей должны забрать на следующей неделе его тётя и старшая сестра, — сказал Кай-сан, смотря в планшет. — Его вызволили из машины через полчаса, после взрыва. Доставили в больницу с шоком третьей степени. С минуту мы молчали. Семпай просто не особо разговорчив, а я над кое-чем раздумывала. Да уж… Полчаса сидеть и смотреть на трупы своих родителей, будучи парализованный страхом… — Кай-сан! — воскликнула вдруг я. — Можете, пожалуйста, собрать всех детей в общем зале? — Что ты задумала? — спросил он с лёгким недоумением. — У меня есть одна идея! Это очень важно, пожалуйста, — начала просить я. Семпай немного замешкался, но через несколько секунд кивнул. — Большое спасибо. Соберите детей через 15 минут! И побежала в сторону общего зала. 15 минут, думаю, вполне хватит на реализацию того, что я придумала.

***

Смотря вслед убежавшей Локсар, Тошики уже хотел уйти, как резко замер. Он глубоко вздохнул, чувствуя запах морского бриза с лёгкими нотками цитруса. Но обернувшись назад, он понял, что не только он это почувствовал. Некоторые врачи, медбраты, да и в принципе большинство людей, находящиеся в коридоре, почувствовали этот запах, вдыхая его. Кай хмыкнул. Проблем у Локсар теперь будут пруд пруди. Особенно в больнице, где всего лишь три омеги, включая её саму. Мысленно пожелав своему кохаю удачи, Кай пошёл вперёд, всё ещё вдыхая приятный запах, ассоциирующийся с морем и умиротворением.

***

Дети недоуменно озирались по сторонам, сидя кто где: некоторые у окна, некоторые у стены, но большинство собрались в кучку в центре, ожидая чего-то. — Доброе утро, всем! — в зал вошла невысокая девочка лет двенадцати, приветливо им улыбаясь и махнув рукой в знак приветствия. — Как дела? Послышался нестройный хор, но он был тише, чем ожидала Джувия: многие молчали, всё ещё находясь в шоковом состоянии, но были те, чье психическое состояние уже было в норме. Они и ответили. — Отличненько! — воскликнула Джувия, хлопнув в ладоши, стараясь не обращать внимание на мрачность большинства детей. — Вам, наверное, скучно в больнице, поэтому я приготовила для вас небольшое развлечение. Дети удивлённо посмотрели на неё и начали ждать. Локсар закрыла глаза, плавно начала двигать руками по воздуху и через секунду, прямо в воздухе, из ниоткуда, появились тонкие струйки воды. Они плавно текли по воздуху, в форме кружащейся крупной спирали. Омега двигала рукою вверх и вниз, плавно, размеренно и спокойно, словно сама вода. Медленно покружилась вокруг своей оси, вода образовала вокруг неё круг, а потом медленно начала двигаться вперёд и через минуту была в своеобразном «коконе» из водяных колец. Рядом с детьми появились странные фигурки. Маленькие животные, сделанные из воды. Вот, олень пробегает перед девочкой, заставив её рассмеяться. Кролик жевал морковку и ещё пара девочек умиленно за этим следила. Перед мальчиками появился воющий волк, от чего они издали восторженный вздох. Девочка улыбалась, смотря на их реакцию. Она медленно остановилась, а струйки воды вокруг неё разбежались по сторонам, проскальзывая между детьми. Быстро обволакивая малышей, как летающие ленточки, они тут же ускальзывали от них, когда пытались дотронуться. Все струйки полетели обратно к девочке, которая слегка приподняла руки. «Ленточки» обволокли их и сначала прилипли к ней, а потом и вовсе растворились. Послышались восхищенные ахи и охи. Джувия, чуть смутившись, что было видно по её покрасневшим щёкам, сделала шутливый поклон. — Это было так красиво! — У вас такая крутая причуда! — А можно ещё раз? — А что вы ещё можете делать? Локсар слегка рассмеялась, улыбаясь и начала успокаивать слишком взбудораженных детей. Выслушивая их, она создавала из воды всё, что они просили. Большинство уже начало приходить в себя, не считая некоторых детей, но это уже было хорошо. Кай, стоявший в стороне и наблюдавший за всем с самого начала, одобрительно хмыкнул, поразившись её навыкам. Какой же у неё контроль причуды, раз уж она так виртуозно создаёт такие маленькие «игрушки»? Локсар разговорилась с детьми и её взгляд случайно упал на светловолосого мальчика, стоявшего в углу, который смотрел на них злым, ненавидящим и грустным взглядом. Попаданка нахмурилась. Не сработало. Что ещё можно придумать?

***

С аварии прошло несколько дней. Люди потихоньку уходят из больницы, детей тоже стало меньше и я заметила, что мне становится грустно от этого. Господи, эта работа делает меня слишком чувственной. Для того, чтобы развеселить детей, один благотворительный фонд решил позвать некоторых Про-Героев сюда, поэтому сегодня я свободна от участи няньки. Работала в ожоговом отделении — ожоги, это, по сути говоря, почти что моя специальность, поэтому помогала Сато-сану. Почти всем уже провели операции и мне осталось лишь ускорить регенерацию. Я шла по коридору в сторону детского отделения — Кай-сан, следивший за детьми, позвонил и сказал, что дети хотят ещё трюки от меня. Прямо так приятно стало: Айзава-сан меня особо не хвалил, Сато-сану обычно лень говорить, а Киригири-сан всё преувеличивает. Всегда. Везде. Когда я пришла в общий зал, где проводился сбор, ко мне тут же подскочили некоторые из детей. — Джувия-сан! — радостно произнесла Мей — девочка-бета лет семи, которая попала в аварию после того, как возвращалась со своим классом с экскурсии. И, что меня радует больше всего в ней — она выговаривает моё имя! Да, чёрт возьми! — Приветики, — протянула я не менее радостно. Так тепло вдруг на душе стало. — Как дела? Чем занимались? — Герои скучные! — надув губки, обиженно и недовольно произнёс Кирино. Тоже бета, восемь лет, со своей матерью стали случайными свидетелями аварии и угодили под обломки одной из машин. Чудом остались без серьезных повреждений. Скоро выписывают. На его заявление я рассмеялась, пока остальные Герои возмущенно хватали ртом воздух. Слегка наклонившись, из-за разницы в росте, я погладила его по голове. — Не говори так, Кирино-кун, — произнесла я, а потом начала поучительным голосом. — Герои защищают и спасают нас от бед, ты должен проявлять чуточку больше уважения. Вдруг у них что-то случилось и поэтому они скучные. С задания там вернулись или всю ночь летели на самолёте, чтобы прилететь сюда. Ты об этом не думал? — Нет, — слегка растеряно произнёс он, с пунцовым лицом. — Простите, пожалуйста. — Извиняйся перед ними, а не передо мной. Кирино повернулся и поклонился со словами «Простите меня!». Я издала смешок. Да уж, вот бы все были такими послушными и понимающими. — Джувия-сан, ну, пожалуйста, покажите ещё раз те трюки! — Да! — Пожалу-уйста! — они все состорили щенячьи глазки. На меня это не действует, но стоит подыграть. Хотя, в принципе, я пришла сюда только для того, чтобы исполнить эти трюки, поэтому разницы нету. — Хорошо-хорошо, — закатила я глаза, но улыбка всё выдавала, и исполнила их просьбу. В ход шло всё, что придёт в голову: цветок, животное, машина, Всемогущий… Всемогущего требовали аж три раза. На бис, скажем так. Вот, что значит популярность. Большая часть детей всё равно была рядом с героями: Увабами, Стрелок… О, это же Ингениум! Старший брат Ииды! А ещё… Блять. Я резко захотела свалить куда подальше, сверкая пятками, но единственное, что я сделала — это застыла, как столб, и старалась не смотреть в сторону Героев, отвлекая себя детьми. Угадайте, кого я увидела? Старателя, мать вашу! Мне захотелось или позорно убежать, или провалиться, сквозь землю. Вспомните жизнь и характер Старателя, прибавьте к этому омегаверс мир, — в котором он явно является альфой, — а также то, как относятся к омегам в этом мире. И бум! Вы получаете злого альфу, Про Героя, которого волнует первое место в рейтинге и то, как сделать сына сильнее и обставить Всемогущего. Я не горю желанием знакомиться со Старателем, потому что не хочу становиться очередной жертвой, на подобии моих родителей. Поэтому, простите, дети, но в этой ситуации мне очень дорога моя шкура. — А, Джувия! — послышался весёлый голос сзади. Я остановилась, а потом повернулась с натянутой улыбкой. Это была Мари-сан. Чересчур весёлая Мари-сан. — Позвольте представить Вам — Джувия Локсар, одна из самых перспективных и работоспособных работников нашей больницы. Я, всё с той же натянутой улыбкой, пожала массивную, огромную руку Про Героя, внутри сгорая от страха и отвращения. Спасите.