Ангел Скрытого Листа

Посвящается Limero

Где я? Мои глаза еще привыкали к свету, когда я их открыла, и не сразу рассмотрели знакомые силуэты. — Проснулась? — расплывчатое пятно зашевелилось и начало приближаться к койке, на которой я лежала. Когда я наконец различила хоть какие-то очертания, тут же узнав, кто передо мной, я, не думая, приняла сидячее положение и подалась вперед, чтобы обнять его. Лицо уткнулась в грубую ткань зеленого жилета и дышать сразу стало легче, когда я убедилась, что это знакомый запах. — Вы вернулись, — еле сдерживая восторженный возглас, прошептала я в тёплую грудь, которая совсем не двигалась. От чего я тут же напряглась. — Как я и говорил, Какаши стал некомпетентен в вопросе, касающемся этого ребёнка, — холодный хриплый голос разрезал нависшую тишину, и я тут же отпрянула от Хатаке. Мы находились в палате больницы, как я успела подумать, но она была какой-то тёмной. Серые стены, тусклая особенная лампа была единственным источником света. Окон нигде не было видно, а вместо обычной деревянной двери-купе была огромная армированная… с маленьким окошком, которое закрывалось с другой стороны. Я была вовсе не в палате. Это, скорее, камера заключённого, в которой пахло медикаментами и сыростью. Знакомый мужчина с забинтованной половиной лица и шрамом на подбородке, вместе с хокаге и еще двумя ниндзя анбу, стоял недалеко от двери и смотрел на меня с нескрываемым пренебрежением. Хокаге тоже не отличался приветливостью, но и злости в его взгляде не было. Скорее, какая-то печаль, что, возможно, было из-за морщин, которые придавали его образу теплоты несмотря ни на что. Мой взгляд перешёл на стоящего прямо подле кровати Какаши, которого я еще минуту назад крепко обнимала. Его вид окончательно выбил меня из колеи. Он пытался казаться, как всегда холодным и отстраненным, но я заметила, как напряжено было его тело и сжатые кулаки в карманах. — Кора, — начал Какаши, пока я пыталась сообразить, что здесь вообще происходит. — С этого момента ты переходишь под наблюдение Данзо-самы. Твое звание генина аннулируется, как и гражданство в деревне, до выяснения всех обстоятельств, — голос ледяной, ни один мускул на лице не дрогнул — абсолютное безразличие. — Н-но… — дрожащим голосом я стала растерянно осматривать парня, чтобы найти хоть намек на шутку или заметить хоть что-то ободряющее. Сама же прекрасно понимала, что этого можно не ждать, но надежда все же тлела в груди. — А как же Наруто и Ирука-сенсей? С ними все в порядке? Последнее, что я помню… — Ты обвиняешься в соучастии врагам деревни, для похищения секретного свитка. Так же ты признана угрозой для граждан, так как… — голос Хатаке дрогнул, но лишь на секунду, что он мастерски прикрыл внезапным «першением» в горле. — Так как из отчёта Ируки Умино, следует, что, потеряв контроль, ты жестоко убила своего соучастника, при этом использовав неизвестную деревне технику, — внезапно встряв, закончил Данзо. — Ч-что? — я не верила тому, что только что услышала. Уши заложило, в горле вдруг пересохло, а перед глазами все поплыло. Мне с трудом удавалось заставлять себя дышать и не впасть в истерику, пока я не начала вспоминать. Все, что случилось той ночью. Но детали каким-то чудом никак не хотели вырисовываться в моей голове, чему я была несказанно благодарна, ведь, в противном случае, меня бы на изнанку вывернуло. — Можешь не изображать из себя невинное дитя, ведь я знаю… — Можете не изображать из себя хорошего, правильного человека, — перебиваю я, уставившись в еле заметное пятно на стене, это помогало отвлечься от паники, которая наровилась вырваться в настоящую катастрофу. — Ведь я знаю, что за всем этим скрывается, — мой голос оказался, на удивление, твёрдым и отстраненным, когда я продолжила. На самом деле, я не понимала, что несу. Я лишь озвучивала свой внутренний голос, который, кажется, хотел моей смерти, раз заставил выдать нечто подобное этому типу, еще и когда моя свобода, да и жизнь в целом, висит на волоске. — Думаю, девочка еще не до конца пришла в себя, — внезапно вступился Какаши и еле заметно коснулся моей руки. Все это действо надёжно закрывало мое согнутое на кровати колено. Я взглянула на него, отвлекаясь наконец-то от изучения пятна, и мне вмиг полегчало. Какаши на секунду снял эту ледяную маску, все еще держась холодно, но почти невесомо сжимая мою ладонь. — Боюсь, твои рекомендации по данному делу больше не берутся во внимание, Какаши, — Данзо заметно разозлился судя по его лицу и тому, как он чеканил каждое слово, «Какаши» так вообще пренебрежительно выплюнул в конце. — И попрошу тебя не забывать, что ты все еще не в соседней камере только из-за твоего послужного списка и покровительства Хокаге. На последних словах сам глава деревни закашлял, подавая знак, что он все еще здесь и лучше бы Данзо заткнуться. Это он и сделал, раздражительно фыркнув и сжав губы в полоску, как бы сдерживая таким образом все, что может из них вырваться. — Прости, Какаши, но Данзо прав. Тебе стоит уйти. Услышав это, я не сдержалась и схватила парня за рукав. Если он сейчас уйдёт, я даже понятия не имею, что меня ждёт. Что вообще обычно ждёт предателей деревни в заключении? А разве я была предателем? Верно, я ведь ничего на самом деле и не сделала. Наоборот, я помогла Наруто и Ируке. Я спасла их, так какого черта я сейчас под замком? — Кора, — Какаши взял мою руку, чтобы освободиться от мертвой хватки. — Нет, — не своим голосом прошептала я, опустив голову в пол. — Нет. Я ничего такого, о чем вы все тут говорите, не делала. Из всего списка, что мне был зачитан, я признаю только, что, похоже, убила того засранца, — я поднимаю голову и уже на повышенных тонах высказываю все присутствующим. — Но я никакой не шпион или предатель, мне не нужен был этот свиток, я даже о его существовании не знала. Я просто заметила, что с Мизуки что-то не так еще в академии, а когда он подошёл к Наруто после экзамена и утащил не весть куда, я тут же поняла, что что-то не так. Из-за беспокойства я не смогла уснуть и, заметив, что Наруто куда-то пошел посреди ночи… — Что за чушь?! — воскликнул Данзо, перебивая меня. — С чего бы тебе волноваться об этом мальчишке? Он ведь… Внутри поселилось внезапное чувство отвращения к этому старикашке. Я прекрасно понимала, к чему он клонил. Все дело в том, что сказал тогда Мизуки. В Наруто запечатан демон, но это ни разу не значит, что он сам таковым становится. — Он ведь что? — я уставилась на Данзо, прищурившись, каждой клеточкой тела, посылая ему волны своей неприязни. — Довольно, — подал голос Хирузен, который все это время терпеливо наблюдал за всем. — Кора, скажи, почему ты оказалась вместе с Наруто в ту ночь? — Я проследила за ним, потому что волновалась, — не задумываясь, отвечаю. — Почему ты не остановила его, когда увидела, что он крадёт свиток? — Я понятия не имела, что это за свиток и для чего он Наруто. — Хорошо, тогда почему ты показалась только после нападения Мизуки на Ируку и Наруто? — Я растерялась и испугалась, что меня накажут. Я ведь не только шпионила за другом, но и скрылась при этом от поставленной ко мне слежке. Но потом все приняло куда более серьёзный оборот. Я отвечала на все вопросы максимально четко, коротко и не задумывалась ни на секунду. Пока дело не дошло до вопроса, на который я ответить не смогла. — Как ты смогла убить более опытного и сильного шиноби? Вся моя решительность исчезла в ту же секунду, потому что ответа на этот вопрос у меня самой не было. — Я честно не знаю. Это было как наваждение какое-то. Он хотел убить Наруто, и я не смогла себя контролировать. Все получилось само собой, я просто хотела его защитить… Повисла гробовая тишина, только Данзо наконец захотел что-то сказать, как хокаге опередил его. — Понятно, — сперва только и произнёс он. — Какаши, ты можешь быть уверен, что эта девочка не опасна для жителей деревни? Я обомлела, когда поняла, к чему ведёт весь этот разговор. — Да, — удивительно твёрдо заявил Хатаке и теперь, уже не беспокоясь о том, что все могут увидеть, взял мою руку и крепко сжал ее. — Но Данзо-сама прав. Я недостаточно компетентен в этом вопросе. Данзо снова попытался было что-то вставить, но Хирузен молча поднял руку, затыкая его тем самым. — Что ж, мне твоих слов более чем достаточно. Однако учти, что теперь ты отвечаешь за нее головой, — неожиданно сурово заключил хокаге и, абсолютно игнорируя возражения Шимуры, удалился. Мы остались в камере одни. Я не сразу смогла посмотреть на Какаши, все еще переваривая произошедшее. И все? Вот так просто? Неужели глава деревни настолько доверяет Хатаке, раз он так просто снял с меня все обвинения? — Стоило мне ненадолго покинуть деревню, и ты тут же успела набедокурить, — наконец подал голос парень и сел рядом с моими ногами, не отпуская при этом моей руки. — Если под этим вы подразумеваете убийство опасного шпиона и спасение одноклассника, то да. Я успела набедокурить, но и «недолго» в вашем понимании это сколько? — я нервно хихикнула. — Как ты вообще? Это ведь серьезно, тем более что… — Меня спасает тот факт, что я совершенно не помню, как это произошло. И буду очень благодарна, если мы не станем больше обсуждать, как я стала убийцей. Я знала, на что иду, когда решила стать шиноби. Тем более я ведь и сама уже умирала. Это куда больше травмирует, чем убийство того, кто этого заслуживает, — я старалась звучать убедительнее. Старалась, но, видимо, плохо, потому что следующее, что сделал Какаши, заставило меня разреветься в голос. Он придвинулся ближе и крепко обнял меня, заставив зарыться в его груди лицом, пропитывая зеленый жилет слезами. Мы еще долго просидели так, не проронив ни слова, пока я не поняла, что глаза уже давно высохли, а тело все не переставало содрогаться от бесшумных рыданий. Я не жалела о том, что спасла своего друга, и он сейчас скорее всего где-то беззаботно уплетает десятую порцию рамена. Однако я ведь собственными руками убила человека, кем бы он ни был.