"keep your asses safe!"

***

Тепло и тихо, и пахнет чем-то вкусным… Просыпаться ему не хотелось долго, и из сна он выныривал, как из марианской впадины, потому что его мозги, уставшие и заёбанные шлюхой по имени ''Рутина'', упрямо отказывались включаться в работу. Он чувствовал себя так хорошо, и эта мягкая как облако подушка, и что-то приятно щекочет шею, и за окном не слышно гула машин, как обычно… И в его квартире обычно не пахнет едой. И нет желания проваляться весь день напролёт. И вообще… Внезапно в голове что-то щёлкнуло, как лампочка, и осветило всю ту непроглядную жопу, в которой он, как понял только сейчас, оказался. Он уснул. Просто тупо уснул дома у Пак Чимина, блять, и проспал, судя по настенным часам с котиками… до трёх часов дня?! — Пак Чимин!!! — О, ты проснулся? — донёсся из глубины квартиры смешливый голос, а затем в комнату вошёл и сам Пак. — Я как раз есть собирался. Омлет будешь? — Из твоих яиц бля?! — взбесился Юнги. — С удовольствием! Что за хрень? Почему я… Какого хрена я у тебя в кровати?! — Омлет обычный, кстати. С сосисками, — пояснил Чимин. — А в кровати ты, потому что уснул вчера буквально у меня на руках, и что мне оставалось? Разбудить тебя и пинками выгнать из дома? — Да! Нет!.. — Юнги растерянно рыскал глазами по комнате в поисках телефона. — Я не знаю, блять, но из-за тебя я… Твою мать, из-за тебя я пропустил собрание старостата! И работу! И… — Он схватился за голову и уткнулся лбом в колени, внезапно почувствовав, как к горлу подкатил ком, а в глазах начало жечь. Нервный срыв? Возможно. И всё из-за Пак Чимина. — Из-за тебя это всё… Из-за тебя, сука… Вздохнув, Чимин решил ничего не отвечать на это, лишь сел рядом с Юнги и принялся ритмично хлопать ему по спине, успокаивая и чувствуя, как вздрагивают его плечи и как прерывается всхлипами его дыхание. Он понимал, что это всего лишь стресс, а лучшее лекарство от стресса — дать ему выход. По себе знал… — Вчера вечером тебе звонил какой-то Хосок-хён, — тихо сказал Чимин, — я написал ему, что ты заболел. — Какого хрена ты в моём телефоне копался?.. — А было бы лучше, если бы он продолжал трезвонить? В любом случае, он сказал, что сообщит какому-то там менеджеру, что ты заболел, так что всё в порядке. — Нихрена не в порядке… — глухо отозвался Юнги. Он постепенно успокаивался, и в какой-то момент наконец шумно вздохнул и поднял покрасневшие и мокрые глаза на Чимина. Но внезапно пришло осознание, что… — Подожди. Если я спал тут, то ты… где? — Ну, — усмехнулся Чимин, — я хотел рядом пристроиться, но ты так развалился на моей кровати, что мне места не осталось. Так что, я так и не ложился. — Пиздишь. — Отвечаю. Юнги сначала сомневался, но по тому, каким бледным был Пак, и как некрасиво залегли тёмные тени под его глазами, он понял, что тот точно не пиздит. — А что ты всю ночь тогда делал? — спросил Юнги. — Закинулся тремя кружками кофе и читал экономику. Знаешь, Юнги… — Чимин как-то странно посмотрел на него, как будто виновато. — Тебе, наверное, не надо больше ко мне приходить. Я дальше сам буду готовиться. И не волнуйся, я не трепло, и не собираюсь рассказывать кому-то о твоей жизни, это же твоё личное… Так что, на этом всё, я думаю, спасибо за помощь. Он говорил тихо, и голос у него и правда был виноватый, и Юнги стало от этого неловко. Да, он, конечно, винил Пака во всех своих бедах, но когда тот вот так смотрит, часто моргая от смущения, и мнётся, как будто и правда сделал что-то плохое, то вся злость пропадает. Возможно, он специально делает это — строит из себя скромника, чтобы оправдаться перед ним, но ведь… Он просто дал ему выспаться. На самом деле, Юнги весь месяц мечтал хоть раз нормально выспаться, и Пак предоставил ему такую возможность. И всё же… — Да пошёл ты!.. — прошипел Юнги, сам от себя не ожидая. Он вскочил, отбросив на пол плед, и чуть не споткнулся, когда слезал с кровати. — Где мой телефон? — На кухне, — вздохнув, тихо ответил Чимин, всё ещё понурив голову. Юнги забрал со стола на кухне свой телефон, обулся и накинул куртку, забрал сумку из комнаты Чимина и пулей вылетел из квартиры, громко хлопнув дверью. — Ну, это было ожидаемо… — пробормотал Чимин ему вслед, как будто Юнги мог его услышать. Глядя на удаляющуюся тёмную фигуру из окна кухни, Чимин убеждал себя, что всё сделал правильно. Но просто… какого хрена он вообще всё это затеял? Зачем было шантажировать Мина, можно же было просто попросить? Но, пожалуй, причина была в том, что Юнги бы всё равно отказал, а Чимин очень хотел, чтобы Мин приходил к нему. Правда, не мог признаться даже самому себе, что вовсе не конспекты ему нужны были от Юнги. Вовсе не конспекты…

***

Через две недели началась сессия. Юнги к тому времени уже остыл и даже пожалел о том, что так огрызнулся на Пака за его выходку. Как ни странно, он уже так привык приходить к нему почти каждый день, что по привычке, приходя домой после занятий, он собирал сумку и думал, что бы ещё можно дать Чимину для подготовки? Но потом вспоминал, что ему больше не надо приходить к Паку, и что он избавился от этой надоедливой занозы в заднице, но… Он же уже привык. Юнги на самом деле мало с кем общался, должность старосты и работа лишали его свободного времени на общение и дружбу с кем-либо, а то, что к Чимину он обязан был приходить, заставило его осознать, как катастрофически мало он вообще общается с людьми. В группе он просто староста, все относятся к нему с уважением и, наверное, даже чуть-чуть боятся его, а на работе он просто официант, и общение с клиентами в зале клуба или в личной комнате не считается общением, это просто работа. В итоге он пришёл к тому, что друзей у него нет, а Чимин, хоть и не был ему другом, создавал хоть какую-то иллюзию того, что он не один и что у него есть с кем общаться. Иллюзию, да. Иллюзию, которую сам Юнги и разрушил. Пару раз он порывался позвонить Чимину и спросить, как он там? Справляется ли сам? Но потом, вспомнив, как сам же послал его, и что всё это было только для того, чтобы Пак не разболтал про него группе, он откидывал телефон и зарывался в учебники. Он не собирался забрасывать собственную подготовку к экзаменам. В день сдачи экономики Юнги пришёл пораньше, чтобы самым первым отчитаться и после помочь преподавателю Чону с билетами и заполнением зачёток. Он ответил быстро, Чон особо много вопросов не задавал, и, получив свою '5', Юнги сел за стол рядом с преподавателем и принялся раскладывать зачётки в алфавитном порядке. Студенты по очереди отвечали на свои билеты, кто-то хуже, кто-то лучше, но когда наконец очередь дошла до Пака, Юнги вдруг невольно заволновался. Как будто бы он отвечает за то, как Чимин сдаст этот экзамен! Когда в аудиторию вошёл Чимин, Юнги заметил, что он был одет не так, как в прошлый раз на зачёте — не было этого показного образа ''прилежного ученика'', но он и не выпендривался, как обычно это делал. Он был таким, каким Юнги привык его видеть. Мысли невольно закрутились вокруг слова ''привык''. — Студент Пак? Рад видеть вас во второй раз за этот семестр, — хмыкнул Чон. Юнги протянул ему зачетку Пака. — На этот раз без фокусов? — Без, — скромно улыбнувшись, ответил Чимин. — Я готовился. — Ну, посмотрим. Тяните билет. Юнги заметил, как Чимин едва заметно выдохнул и нервно сглотнул, вытер вспотевшие ладошки о край толстовки и потянулся за разложенными на преподавательском столе билетами. Вытянув один, он тут же посмотрел на вопросы и цокнул языком. — А можно перетянуть? — Нет, — отрезал Чон. — Вы же сказали, что готовились. Так что, вперёд. У вас 15 минут на подготовку. Тяжело вздохнув, Чимин уселся за парту, положил перед собой билет с вопросами и принялся вчитываться, пока преподавателю отвечал один из студентов, который уже был готов ответить. Юнги, глядя на Пака, невольно задумался, какие же вопросы ему попались? По виду Чимина было ясно, что вопросы у него, видимо, не самые удачные… Он обхватил ладонями своё лицо, вперившись в бумажку перед собой, и, хоть он сидел за первой партой сбоку от него, Юнги не мог разглядеть, что же за вопросы у него там были. Спустя даже не 15, а все 20 минут, Чон наконец окликнул Чимина. — Вы готовы ответить, студент Пак? — спросил он. — Эм… наверное. — В любом случае, ваше время вышло. Явно нервничая, Чимин поднялся со своего места и сел прямо перед преподавателем, отдал ему свой билет и сцепил руки в замочек, неуверенно глядя на Чона. — Итак, первый вопрос…

***

Чимин сам этого не ожидал. Никто, на самом деле, не ожидал. Даже Юнги. Чон Чонгук, преподаватель, который славился в университете своей строгостью, в полной мере решил, видимо, отыграться на Чимине. На два из трёх вопросов Пак смог дать довольно развёрнутые ответы, после чего Чон принялся, как говорится, заваливать его — задавал ещё более сложные вопросы, усмехался, указывал на его ошибки в ответах, откровенно говоря — мстил за непосещаемость. Чимин растерянно пытался ответить на все вопросы, нервничал, кусал губы и хлопал глазами, мямлил что-то, но иногда и отвечал довольно чётко, и после всего этого… — Ну, что я могу сказать… — Чон взял ручку, постучал пару раз ею по столу, откровенно ухмыляясь в лицо Паку. — На два из трёх вы ответили, студент Пак, и на дополнительные вопросы, с горем пополам, но тоже ответили. Четвёрка устроит? Чимин нахмурился, недоумённо глядя на преподавателя, в то время как Чон уже выводил '4' и подпись в его зачётке. — Надеюсь, в следующем семестре вы будете чаще посещать мои занятия. — Д-да, да, конечно, — закивал Чимин. — Хорошо, да, просто в этом семестре… — Меня это не интересует, — прервал его оправдания Чонгук. — Постарайтесь, чтобы в следующий раз мне не пришлось заваливать вас вопросами, студент Пак. Следующий! На ватных ногах Чимин поднялся из-за стола и двинулся к выходу из аудитории. Когда он вышел, все тут же обступили его и принялись наперебой задавать вопросы, «а как? а что? заваливал или нет?», потому что по тому, как Чон отнёсся к самому главному прогульщику их группы (если ни всего универа), остальные студенты могли судить о том, насколько сложно сдать экзамен у Чона. — Да никак, вопросы дополнительные задавал… — пробормотал Чимин, уже чувствуя, как его постепенно отпускает. Странно, ещё никогда он так напряжённо себя не чувствовал, сдавая экзамен. — Четыре поставил. Ничего особенного… И после того, как он удовлетворил любопытство студентов, его отпустили, и Чимин пошёл дальше, в туалет на пятом этаже. Нужно было срочно переодеться, потому что дальше экзамен у преподавателя Кима, а с ним всё проще — чтобы сдать ему, нужно просто повилять задницей в обтянутых кожаных штанах и сказать пару совершенно нелепых и милых слов, которые растопят его и так мягкое сердце. Но тем не менее, вчера он всё-таки повторил пару конспектов Юнги по философии, мало ли…

***

Уловка с кожаными штанами сработала: едва усевшись на край стола преподавателя Кима, зачесав волосы назад пятернёй и сладко улыбнувшись, Ким тут же закатил глаза и потянулся за его зачёткой. Сам Намджун понимал всю бесполезность своего предмета, поэтому для студентов, которые не собирались и не будут даже пытаться понять философию, у него был другой подход — тех, кого устраивала тройка, он оставлял в последних рядах и давал им другие задания: убраться в кабинете после экзамена или разобрать кучу бумаг на его столе, а Чимин был вообще исключением. Не то чтобы Пак ему нравился, просто он был таким подлизой, что Ким не мог устоять перед его очарованием. Когда-то и он сам был таким… После того, как Чимин ''сдал'' и этот экзамен, он снова двинул в туалет на пятом, чтобы переодеться обратно в джинсы, в кожаных штанах зимой ходить совсем не комильфо. Когда он уже собирался запереть дверь, в неё внезапно кто-то постучался. «Ну кто там?..» — мысленно проворчал Чимин, но когда открыл дверь, за ней стоял… — Юнги? — Можно? — спросил он, оглядываясь по сторонам, как будто боялся, что его заметят. — А, да. Конечно. Проходи, это же общий туалет… Чимин пропустил его внутрь, запер дверь и принялся доставать из пакета вещи, в которые собирался переодеться — ''вёл себя естественно'', так сказать. — Я хотел сказать, что ты… молодец. — Юнги нервно сжал лямку своей сумки, не понимая толком даже, зачем всё это говорит. Просто, Чимин и правда хорошо постарался сегодня. — Ты хорошо подготовился, и это круто, что ты сдал Чону на четыре. Я тобой… «...горжусь» — не договорил он. Это был бы уже перебор, он же не отец ему и даже не старший брат. Хотя, Юнги подумал, что стоило бы, наверное, всё-таки договорить. Неловко получилось. — Спасибо, — тихо отозвался Чимин. Он расстегнул пуговицу на своих кожаных брюках и стащил их до щиколоток, снял, а затем внезапно в голове что-то щелкнуло и… — Слушай, а зачем ты вообще мне это говоришь? Нет, я всё понимаю — наверное, я настолько осточертел тебе за это время, что ты не мог банально мне написать или позвонить? Я ни на что не намекаю, просто знаешь, ты провёл ночь у меня дома, и вроде как, я надеялся, что после этого наши отношения как-то улучшатся, что мы может… подружимся? В ту ночь, в клубе, ты меня… Ты целовал меня целый час, и этот момент всё время крутится у меня в голове, и я просто… Я думал, что за то время, что ты приходил ко мне, твоё отношение ко мне изменится! Но, за две недели от тебя не пришло ни сообщения, ничего вообще! И я даже не знаю, зачем это всё тебе говорю! — Чимин… — Что?! — Пак упёр руки в бока, щеки его покраснели, глаза горели странным огоньком. Он поджал губы и дышал так часто и шумно, что его ноздри раздувались, из-за чего Юнги он показался похожим на разъярённого хомяка. — Трусы зачёт. Чимин посмотрел вниз, на свои леопардовые брифы с красной резинкой, затем на Юнги, едва сдерживающего улыбку, быстро натянул свои джинсы, ворча что-то неразборчивое, после чего схватил свою сумку и бросил, уходя: — Да пошёл ты, Мин Юнги! Он откинул швабру, перекрывающую дверную ручку, на пол и, рывком распахнув дверь, вышел, а Юнги так и остался стоять там, пока не очнулся наконец от вибрации телефона в кармане. @Hoseok-hyun сегодня в 9, не забыл?

@Min_YGnim Помню, спасибо

@Hoseok-hyun хочешь прикол?

@Min_YGnim Ну?

@Hoseok-hyun я купил себе рубашку охуенную такую с леопардовым принтом и она мне не подошла дерьмо…

@Min_YGnim Сочувствую

@Hoseok-hyun хочешь отдам тебе?

@Min_YGnim Зачем?

@Hoseok-hyun ну просто не в магазин же возвращать деньги отдашь как сможешь она брендовая даже чек есть «Сегодня что, леопардовый день?» — подумал про себя Юнги.

@Min_YGnim Окей, давай

Зачем согласился? Он и сам не знал. Просто при слове леопардовый у него в голове тут же всплыла картинка Чимина в леопардовых трусах, и почему-то захотелось, чтобы и у него тоже было что-то леопардовое…