"keep your asses safe!"

***

Утро озарило новый день ярким солнцем и лёгким мелким снегом, пыльцой посыпающим улицы и искрящемся в солнечных лучах, проникающих в комнату сквозь тонкие занавески прямо на лицо Чимина, отчего он, собственно, и проснулся. Подумав про себя, как охрененно ему было спать в его квартире, с плотными шторами на окнах, пушистым пледом и кучей подушек, он вздохнул, с горечью вспомнил, что сам от всего этого отказался в пользу своей несостоявшейся самостоятельной ''взрослой'' жизни на попечении у Юнги, и повернулся на бок, наблюдая за тем, как тот спит на полу рядом с кроватью. Ну… не сказать, что он красиво спит, конечно, на самом деле — темные волосы за ночь свалялись и превратились в гнездо, лицо странно расслаблено и рот открыт, глядишь, муха залетит и попадёт сразу прямо в желудок, а он и не заметит; с уголка губ раздражающе медленно стекает слюнка, и Чимин из последних сил держался, чтобы не вытереть её, но… рука как-то сама потянулась. Он подтянул уголок тонкого одеяла, которым укрывался Мин, стёр слюнку, но Юнги, видимо, почувствовав это, тут же нахмурился, несколько раз громко причмокнул губами, простонал что-то неразборчивое и медленно открыл глаза. — Чего пялишься? — сонно спросил он, заметив на себе пристальный взгляд Чимина. — Ничего, — пожал плечами тот. — Просто. — Разбудил меня… Я так хорошо спа-а-л… — А я нет, — буркнул Чимин, — может, на полу удобнее?.. — Хочешь проверить? Тогда следующую ночь спишь ты на полу. — Ладно… — Чимин отмахнулся и откинулся на подушку, пялясь в потолок. — Сегодня мой первый день? — Ага-а… Надеюсь, ты обплюёшься после первого же клиента и передумаешь… Юнги вдруг осознал, что сказал это вслух. — Что? — переспросил Чимин, как будто не расслышал его слов. — А, да ничего… — Пронесло. — Говорю, не переживай так, всё будет заебись… — Да? — как-то неуверенно отозвался Чимин. — Да, не парься.

***

— Привет, Джоли! — Хосок махнул рукой вошедшим в клуб Юнги и Чимину. — Я слышал, ты теперь с нами работаешь? — Ну, да… — замялся Пак. — Отлично! Тогда удачного первого дня! Подойди ко мне после смены, я тебя угощу кое-чем особенным. — Не надо его ничем ''особенным'' угощать, он и так в первую ночь ужрался в гавно, что даже меня не узнал… — проворчал Юнги, утаскивая Чимина подальше от бармена, с хитрющей улыбкой провожающего их обоих взглядом. — Нет так нет, подумаешь… Он всё равно ко мне придёт, — пробормотал им вслед Хосок. Он был уверен, что этот блудный сын Джоли ещё придет к нему за помощью.

***

Юнги привел новоявленного официанта в комнату для обслуживающего персонала, запер дверь и внимательно оглядел Чимина, стоящего напротив него в куртке, с красным от мороза носом и сияющего как звезда на рождественской ёлке — ведь это его первый день. — Так. Форма. Тебе нужна наша стандартная форма официанта, а уж что тебе надеть для особого заказа, это мы решим потом, всё равно, тебя вряд ли сегодня кто-то закажет, здесь не так уж много клиентов, которым интересны эти услуги. — Правда? — как будто с облегчением вздохнул Чимин. — А у меня тоже будет комната как у тебя? — Да. — Ой, я кажется маску забыл… — Я её взял, не волнуйся. — А если я не понравлюсь, что делать? — Завались, Пак Чимин, и не выноси мне мозг! — взвился Юнги. — Просто давай уже… переоденем тебя, что ли, и можешь выходить на смену. И дернул же тебя чёрт сбежать от родителей… — Что? — переспросил Чимин, задумчиво разглядывая несколько сменных белых рубашек, висящих на вешалке. Второй раз за день Юнги подумал, что пронесло. — Да ничего… — буркнул он в ответ, радуясь, что Пак, похоже, не расслышал его последнего предложения. — Раздевайся. Надо подобрать тебе рубашку. Спустя полчаса, уже в идеально подходящей ему белой рубашке, чёрных брюках, с кружевной маской на лице и самодовольной улыбкой, Чимин гордо вышел в зал на его первую в жизни рабочую смену. Страшно? Да. Волнительно? Охуеть как. Но уж если взялся за дело, то надо его закончить, и что бы ни произошло, Чимин решил, что сегодня надо показать себя в лучшем виде, в его первый день, несмотря на то, что испытательный срок у него две недели. Кто же знал, что всё обернётся вот так…

***

Постепенно Чимин влился в работу, он уже обслужил несколько столиков, народу в 9 вечера пока было немного, и он практически просто бродил по залу, разглядывая его со всех сторон уже не как посетитель, а с другой точки зрения, как работник. Разница большая, на самом деле. Например, он понял, что ди-джей здесь та ещё какашка, потому что когда Чимин подошёл к нему, чтобы порекомендовать поставить что-то более свежее, чем надоевшую уже Гагу или Минаж, тот просто послал его нахуй и пожелал сдохнуть, потому что Минаж богична, и вообще заткнись и занимайся своей работой. Ну, Чимин и отстал. Ещё он узнал, что полы в углах зала моют, наверное, раз в год, потому что он расчихался как мышиный король из Щелкунчика, когда заглянул в эти закоулки. И так, прослонявшись по залу часа три, он почувствовал, что устал, Юнги пропадал где-то, и он не мог его найти, так что Чимин решил поболтать пока с Хосоком. — Ну здравствуй, блудный сын Джоли. — Да почему Джоли-то? — чуть ли не возмущенно спросил Чимин. — Потому что губёхи твои мне нравятся. Признавайся, уже отсосал ему, да? — Кому? — Ну, Юнги, кому ж еще? Ты же с ним вместе живешь. — Откуда ты знаешь? — распахнув глаза в неверии пробормотал Чимин. — Я экстрасекс! — выдал Хосок. — То есть, экстрасенс, хотя разница невелика. Но ты не подумай, я вообще-то и два часа могу… — Ясно. Понятно. Давай не будем об этом… — Чимину не хотелось сейчас выяснять, сколько может Хосок. — Так откуда ты узнал?.. — У вас гель для душа один на двоих, грейпфрут, да? Шучу, мне Юнги сказал, — пожав плечами, ответил Хосок, — он мне часто на тебя жалуется. — Правда?.. — Чимин расстроился. Вот серьезно расстроился, и не оттого, что узнал, что Юнги обсуждает его за его спиной, нет, все так делают. А потому, что доставляет неудобства Мину. — А что именно он… рассказывал про меня? — Ну… — бармен замялся, — всякое. Не забивай себе этим голову, просто будь внимательнее к тому, кто принял тебя в свой дом, вот и всё. — Ладно… — И все-таки Чимин обиделся. — А где он кстати? Юнги? — У него заказ, — коротко ответил Хосок, переводя взгляд на парня, подошедшего к барной стойке. — Он в своей комнате с клиентом. — Оу… — Чимин смутился. Он и не думал, что эта новость будет для него немного… неприятной? Он ревнует? Нет, не может быть, они же переспали всего раз, да и у Юнги он живет на условиях домашнего питомца, очевидно, он не имеет права ревновать. И всё же… — Ревнуешь? — как будто прочитав его мысли, ухмыльнулся Хосок, доставая шейкер с полки. — Что? А, нет… не, мы же не встречаемся, так что нет. Нет. Определенно нет, нет, точно. — Я понял, ага, — слабо улыбнулся Чон, принимаясь за свою работу. Странно, но Чимину показалось, что парень расстроился. Интересно, почему… Но Пак решил не вдумываться в это особо, у него и так хватало забот, а тут ещё и выяснилось, что за одним из столиков разбили бокал, и ему пришлось в экстренном порядке улаживать эту проблему. Однако, через полчаса, когда он справился с уборкой и присел в уголок за баром, чтобы передохнуть, его вызвала девушка, которая в своё время провожала его в комнату Юнги. — Ты Огонёк? Новенький? — позвала она. — Да? — отозвался Чимин. — У тебя заказ.

***

Юнги только что вернулся в комнату для персонала из своей личной комнаты, немного запыхавшийся, со следом от помады на шее, взъерошенными волосами, и такой охрененно красивый, что Чимину стало даже как-то не по себе. На секунду он совсем забыл, что у него проблема. Юнги подошел к зеркалу и принялся стирать следы помады с кожи, но затем поймал на себе через отражение напряженный взгляд Чимина и нахмурился. — Ты почему не в зале? — Я… А, это, у меня проблема, — запинаясь, ответил Чимин, а потом опомнился. — А, Юнги, меня заказали! — почти выкрикнул он и схватился за волосы. — Что делать? Одежды нет! Я не знаю как себя вести, что говорить, блять, Юнги, я в жопе! Через полчаса мне надо быть уже в комнате, а я её даже не видел! Я в полной жопе, Юнги!.. — Так, тихо. — Мин остановил поток этой льющейся через дамбу здравомыслия паники и нервно потёр переносицу, остановив теперь уже поток ругательств в своих мыслях. А ведь всё так хорошо начиналось. — Значит так, берешь мою рубашку. И брюки с дырками, они, можно сказать, счастливые. Пока я их отпариваю, иди в душ, у тебя пять минут. Вперед! Послушно кивнув, почти напуганный Чимин понесся в душевую, быстро привел себя в порядок после нескольких часов хождения по залу, но уже на выходе из душа он обнаружил, что полотенце на крючке висит только маленькое, а большого он не нашел, так что… — Какого хрена на тебе наше полотенце для рук? — спросил Юнги, выгнув бровь глядя на Чимина, прикрывающего свой стыд крохотным полотенцем. — Большого не было… — Ты мог и голый выйти, чего я там не видел? Но зато теперь мне придется покупать новое полотенце для рук. Бля, Чимин, ты не мог догадаться, что ли? Пак промолчал в ответ, откинул злосчастное полотенце на пол и встал полностью голый перед Юнги. Такой быстрой реакции на свои слова Мин не ожидал, и, замерев с отпаривателем в руках, он уставился туда, где у Чимина теперь были густые заросли тёмных волос. В прошлый раз, наблюдая сию прелесть Чиминова тела, она была идеально гладкой... — А что… А почему ты… Что это? — запинаясь спросил Юнги. — Это лобковые волосы, — будничным тоном ответил Чимин. — У меня сейчас нет денег на эпиляцию, а брить я не хочу, у меня потом раздражение. Так что, я "отращиваю", можно сказать. Юнги чуть не заржал в голос со слова ''отращиваю'', но затем цокнул языком и выдохнул с тихим сипением через сжатые зубы. — Знаешь, — пробормотал он, — когда мы придем домой, я хочу, чтобы ты меня взял. Вот прямо так. Волосатым. — Чего? — Чимин прыснул и поджал губы, качая головой от смущения и смеха одновременно. — Я серьезно. И я хочу, чтобы ты думал обо мне, когда будешь в своей комнате. Ну конечно, ты можешь и не думать, но если вдруг захочешь, то знай — я только за. — Ты серьезно? — Чимин медленно подошёл к Мину, положил руки ему на плечи и заглянул в глаза. — Ты правда хочешь? — Хочу. Отдался бы хоть сейчас, но тогда ты не получишь свои деньги, а меня выгонят за несоблюдение правил. — Каких правил? — Не встречаться с сотрудниками. Не то чтобы мы с тобой встречаемся, и не то чтобы это прямо строгое правило, учитывая, что Хосок тут переспал с половиной персонала, но думаю, если нас обоих обнаружат здесь в позе наездника, будет как-то не очень… — Согласен, — кивнул Чимин. — Но ты такой красивый сейчас… — Ты тоже. Очень. Очень красивый. Напряжение в воздухе скакнуло от шуточно-веселого до ''я хочу трахнуться с тобой прямо сейчас!'' за секунду, и глядя в глаза друг другу, оба понимали, что сегодня ночью это точно произойдет.

***

С первым заказом Чимин справился на ура. Ну, не считая того, что петля у его маски ослабела, и в самом разгаре процесса она почти слетела с лица. И что этот заказ, по сути, чем-то походил на тот, что был у Чимина и Юнги в первый раз — только поцелуи и ласки через одежду. Чимин думал, всё будет намного страшнее. По крайней мере, это была первая девушка после его расставания с бывшей одноклассницей, и он ожидал от себя какой-то более бурной реакции. Однако, как и хотел Юнги, Чимин старался всё время думать о нём, о том, что ждет их двоих сегодня, как это будет, и когда понял, что зашел слишком далеко, что клиентку под собой он видит как Мина, он резко остановился, потому что… Это было неправильно. Эта девушка не Юнги, она просто… кто-то. Больше Чимин о Юнги не думал. Когда довольная клиентка наконец покинула комнату, оставив еще сто долларов на чай ''за красивые глаза'', Чимин сел на своем красном кожаном диване и вцепился в копну своих рыжих с темными отросшими корнями волос. Он устал. Просто физически и психологически устал. Он не привык работать. И он даже не заметил, как тихо вошел в его комнату Юнги, закрыл дверь за собой на замок и достал пару пушистых наручников из-за пояса брюк. Ждать до дома? Нет уж. Только не когда Чимин в его рубашке, его брюках и в этой блядской кружевной маске. И в тех самых леопардовых брифах. Это будет жаркая ночка.