"keep your asses safe!"

***

В моменты, когда чья-то или даже своя собственная жизнь висят на волоске, всё происходит очень быстро. Но при всём при этом в памяти каждая секунда откладывается так четко и ярко, что кажется, будто этот момент длился как минимум час или больше. Нет, прошло всего каких-то минуты три. Чимин перелез через ограду и упал в объятия Юнги, прислонившись к груди. От этого стало чуть лучше, хоть и недостаточно для того, чтобы заполнить всю пустоту внутри. — О чём ты думал, скажи? — бормотал Юнги, пока Чимин, дрожа как осиновый лист, пытался собраться с мыслями. — Как в твою тупую башку пришла мысль об… этом? — Не знаю… — сипло ответил Чимин. — Не могу вспомнить. Я просто шел и думал о том, что запутался и устал. Я хотел всё закончить. — А как же танцы? Твоя мечта? — Это моя мечта с детства, Юнги, но я не смогу это получить. Тебе не понять… — А как же… я? — Юнги… — У меня тоже есть свои мечты, Чимин, но просто я понимаю, что пока осуществить их нельзя. Но рано или поздно я этого добьюсь! А может, придумаю какие-то другие цели. Не знаю пока, время покажет, но нельзя, пойми, нельзя поступать так… — Юнги. Не надо, ладно? — Чимин, дело не в том, кем стать, а что бы ты хотел сделать в жизни. Стать можно кем угодно, при этом не бросая то, к чему у тебя лежит душа. У тебя, на самом деле, возможностей больше, чем у меня. Будь твои родители снисходительнее, ты бы легко мог стать знаменитым танцором. Но это не так. А сам ты этого вряд ли добьешься. Подумай, нужно ли тебе это? Дорога к славе на сцене очень скользкая, грязная и трудная, ты правда хочешь пройти через всё это? Пробивать себе путь, преодолеть всё и стать звездой сцены? Ты уверен, что выдержишь всё? — Я… я не знаю. — Чимин уткнулся Юнги в шею и тихо вздохнул, едва слышно повторив: — Не знаю. Мне кажется, что… Возможно, родители были п-правы? Я не готов, но я могу заниматься танцами просто так, наверное, родители будут не против?.. — Они волнуются за тебя, особенно мама. И они желают для тебя самого лучшего. Поверь, я бы… Я бы отдал многое за то, чтобы иметь такую семью, как у тебя.

***

Открытая дверь клуба манила музыкой и огоньками изнутри, Чимин подумал, что можно, наверное, и проведать старое место работы напоследок. Тем более, что на Хосока он вроде как не обижается больше. Со всеми ведь бывает… Амбалы-охранники еще не забыли его и с ухмылками пропустили внутрь. Чимин кивнул и прошел дальше, и попал в зал, готовящийся к наплыву посетителей. Восемь вечера, Хосок уже на своем рабочем месте. Если бы Чимин не знал его раньше, то подумал бы, что он здесь находится круглосуточно, ничего не изменилось за полгода. — Хэй, привет, блудный сын Джоли! — крикнул Хосок через весь зал, по привычке назвав старым прозвищем. Чимин улыбнулся и помахал рукой в ответ. — Привет. Юнги уже пришел? — Нет, его смена через час. А тебя тут что-то давно не видно было. Соскучился по коктейлям? Хосок улыбался и вёл себя так, будто ничего не произошло — как будто Чимин просто постоянный посетитель, а не его неудавшаяся постельная история. Он поправил черную кружевную маску и пятерней зачесал теперь уже черные волосы назад, открывая лоб. Чимин не мог не признать, что Чон действительно очень красив. Но так же очень легкомысленнен и может заговорить зубы кому угодно. — Не откажусь от одного коктейля. И… Я бы хотел… Ну… — Шугу? — ухмыльнулся Хосок. — Ну, да. Мне нужно поговорить с ним, в последнее время мы почти не видимся, так что урвать свободный час с ним я могу, наверное, только здесь. — Окей! — Хосок показал пальцами это самое «окей» и что-то записал в блокнот. — Твой Шуга будет готов к половине десятого, а пока — за счет заведения… — Бармен быстро смешал какой-то коктейль фиолетового цвета и протянул Чимину. — Отдыхай! Чимин задумчиво кивнул, внимательно разглядывая бокал на предмет всыпанных туда экстази или чего-то еще, как было в первый приход его в этот клуб, но не обнаружил ничего подозрительного. Он до дна осушил бокал, и, что ж, ему действительно нужно напиться, чтобы набраться смелости и сказать Юнги то, что изменит их жизни навсегда.

***

Шум и гул в голове от алкоголя отлично перекрыли все страхи, Чимин смел, весел и ему хорошо! Сейчас главное танцевать, раствориться в музыке, насладиться этим чувством, забыть о том, что предстоит серьезный разговор. Но в какой-то момент его схватили за руку и вывели из центра танцпола. — Вы заказывали Шугу? — спросил официант в маске. Определить, парень это или девушка, мешала алкогольная пелена. — Да-а, а он уже пришел? — Он ожидает вас в комнате номер три. Вниз по лестнице… — …третья справа, я помню, — ухмыльнулся Чимин и, вырвав руку из чужой, поплелся в сторону нужной комнаты. Шуга уже ждал его.

***

В комнате всё так же пахнет жженым сахаром и кожей. Шуга элегантно сидел на черном диване между белых подушек, откинув голову и покачиваясь в ритм какой-то расслабляющей музыки, льющейся откуда-то из углов комнаты. Чимин робко подошел ближе. — Привет, Юнги. Тот тут же выпрямился и озадаченно поднял брови. — Чимин? Я думал, что… Что ты больше сюда не придёшь. А, неважно. Хорошо, что пришёл, нам нужно… — …поговорить, — закончил за него Чимин. — Посидим? Мне нехорошо… Хосок своими коктейлями однажды кого-нибудь угробит. — Это точно, — хмыкнул Юнги, увлекая Чимина к себе на колени. Он аккуратно привлек его голову к себе на грудь и сам откинулся на спинку дивана. — Как поживаешь? — спросил он, поглаживая Чимина по высветленным волосам. — Я думал, мы больше не увидимся. Твои родители тогда… — Я рад, что они хотя бы оставили меня в этом университете. Факультет искусств мне нравится намного больше, чем экономический. — Это хорошо. — Они сказали, что были неправы и что согласны перевести меня на любой факультет в этом универе, так что я сам выбрал. — Прекрасно… — Юнги, я… Уезжаю. На практику. Во Францию. — Супер. — Что? — Чимин развернулся и посмотрел в глаза Юнги. Серые линзы делали из него загадочного прекрасного незнакомца, Чимину это одновременно нравилось и нет. Он соскучился по Юнги, а не по Шуге. Юнги добрый, он вселяет чувство уверенности и покоя, а Шуга — всего лишь сероглазый ловелас в маске. Юнги, не отрывая взгляда, смотрел в ответ. Чимин осторожно потянулся к завязкам от маски на затылке, развязал их и, откинув маску в сторону и зарывшись пальцами в густые черные волосы, приблизился к нему на расстояние пары миллиметров от его губ. — Поцелуешь меня? — Всего или только… сюда? — прошептал Юнги, касаясь его губы большим пальцем. — Как хочешь, — пожав плечами, Чимин хитро улыбнулся. — Но если мне не понравится, у меня есть еще минут пять, чтобы отказаться от услуг. — О, вам понравится, я уверен, — промурчал Юнги, заваливая Чимина на спину на пушистые белые подушки и нависая сверху. — Лежи тихо… Рубашка Чимина через считанные секунды магическим образом оказалась на полу, как и джинсы с ботинками, Юнги лежал сверху и страстно выцеловывал его губы, шею, двигаясь всё ниже, пока не прочертил губами дорожку до самой кромки белых брифов. — Не против? — тихо спросил Юнги, чуть отодвинув резинку вниз. Чимин только закивал и, откинув голову назад, медленно втянул воздух, потому что после того, как Юнги прикоснулся к нему, дыхания стало катастрофически мало. С каждой секундой Чимину всё больше казалось, что это всё нереально. Частью сознания он списывал половину кайфа на алкоголь, а половину — на умения Юнги губами вытворять такое, что другая часть сознания медленно умирала от удовольствия. Его прохладные руки на бёдрах, его горячие губы, и челка, щекочащая живот, и больше нет ничего в мире. Он ерзал на мокрой коже дивана, от трения она нагрелась и липла к телу, но всё это как будто на фоне, Чимин не обращал на это внимания. Ему не было так хорошо уже несколько месяцев, и не будет еще неизвестно сколько времени. Он запоминал и откладывал в памяти каждый момент. — Всё хорошо?.. — горячим выдохом в грудь, и мурашки покрыли всё тело. — Ты такой красивый… — мягким смешком шепот на ухо, и Юнги прикусил мочку, зацепив зубами серьгу-колечко. Чимин решил для себя в тот момент, что обязательно вернется к нему. Пускай пройдет полгода, год или два, неважно — он не подпустит к себе никого, лишь бы Юнги ждал его. — Я… люблю тебя… Шепот на грани выдоха, пальцы касаются чужих мокрых щек, и экстаз, заполонивший собой все мысли. Чимин за эти два месяца совсем забыл, как хорошо с Юнги. — Я тоже люблю тебя, и знаешь что?.. — Юнги медленно подкрался к самому его лицу, быстро и рвано поцеловал в губы и, спустившись чуть ниже, сильно прикусил сосок. — Эй, сдурел?! — Чимин вскрикнул от неожиданности и прикрылся ладонью, отползая назад. — Послушай меня, — угрожающим низким голосом сказал Мин, — если тебя хоть пальцем кто-то тронет, я не пожалею денег, прилечу в эту твою хуй-знает-какую-анцию и лично возьму тебя на глазах у этого человека. Чимин нервно сглотнул. — Звучит дико и очень горячо. Я думаю, что смогу кого-нибудь соблазнить ради такого. — Попробуй, — ухмыльнулся Юнги, — я не шучу. Он собрал вещи Чимина, взял из одной из тумбочек одноразовое полотенце и, обтерев его, одел Чимина и лег рядом с боку от него. Чимин уткнулся ему в шею и обнял за талию, прижавшись так, что казалось, еще чуть-чуть и он буквально в нем растворится. По крайней мере, ему этого очень хотелось. Было очень жарко, уютно и хорошо, Чимин хотел бы, чтобы этот момент длился вечно. — Я буду скучать… — прошептал он. — Я буду звонить тебе перед сном каждую ночь. — Юнги, ты не обязан… — Заткнись. — Юнги закатил глаза и прижался губами к горячим чужим губам, с которых слетел тихий стон. — Просто заткнись.