Семь лет длиною в вечность

Глава 30. Мальчишник Идея начать вклеивать в альбом вырезки из газет и фотографии с памятных нам событий принадлежала, разумеется, мне. Я прекрасно помнил вечер (примерно за неделю до нашей свадьбы), когда Северус застал меня за этим занятием. Честно говоря, я всегда любил записывать происходившее вокруг меня. После того как в шестнадцать лет я прекратил вести дневник, мне порой очень не хватало этой возможности оглянуться назад и посмотреть на то или иное событие более свежим взглядом. Снейп внимательно оглядел стол, заваленный посвященными помолвке статьями, взял в руки довольно увесистый альбом и, прочитав заголовок: «История нашей жизни», усмехнулся: – Пожалуй, у меня еще не было личного летописца. – А вот и нет, – возразил я, – в книге «Родословная волшебников – от Мерлина и до наших дней» тебе отведена целая глава. Причем невероятно интересная. – Я знаком с этой книгой, – подтвердил Северус. – Один из экземпляров хранится у меня в библиотеке. Но ведь там нет иллюстраций, а ты, как я понимаю, решил вклеивать сюда не только статьи, но и фотографии, – он кивнул на единственный снимок, на котором пронырливые репортеры запечатлели нас на прошлой неделе выходящими из кафе Фортескью. – Мне будет приятно рассматривать их лет, скажем, через... сто, – мне внезапно стало не по себе. Снейп обещал мне вечную молодость до самой нашей смерти, но вдруг что-то пойдет не так, и когда-нибудь я увижу в зеркале отражение дряхлого старика? Сможет ли Северус и тогда любить меня? К счастью, этим моим страхам не суждено было сбыться. Годам к сорока я заметил, что выгляжу не старше тридцати. Спустя еще двадцать лет лоб моей младшей сестренки Розали прорезали первые морщины, а я оставался таким же молодым. Теперь, когда мне вот-вот сравняется сто шестьдесят шесть, мы с Северусом казались практически ровесниками. Признаться, я опасался, что со временем страсть, полыхавшая между нами летом тысяча девятьсот девяносто восьмого года, утихнет, а на смену ей придут рутина и даже скука. Однако я ошибался. Невзирая на прожитые вместе годы, мы по-прежнему не могли спокойно смотреть друг на друга. Чувства, зародившиеся много лет назад, стали только глубже, а потери, которые нам пришлось пережить, лишь сблизили нас еще больше. Я действительно частенько пересматривал альбом под названием «История нашей жизни». Северус посмеивался над этой моей привычкой. Конечно, при его феноменальной памяти ему не требовались старые фотографии, а вот я, напротив, любил поностальгировать, глядя на выцветшие от времени вырезки из газет и пожелтевшие маггловские снимки. Даже колдофото за прошедшие почти сто пятьдесят лет успели подернуться патиной, а люди, запечатленные на них, покинули нас один за другим. На днях ушла за грань моя сестра Розали. Мне внезапно отчаянно захотелось еще раз взглянуть на нее. Я принялся перекладывать книги, которые уже уложил к отъезду, и вдруг с ужасом понял, что не нахожу свой альбом. Я совершенно не помнил, когда и где видел его в последний раз. Во мне уже поднялась волна паники, когда на пороге возник Снейп. В руках он держал мою пропажу. – Мерлин, Сев, где ты его нашел?! – бросился я к нему. – Его только что вернула Милли. Не сердись на нее... Ты же знаешь, как она любила Розали. – Ее невозможно было не любить, – чуть слышно произнес я, сглатывая ком в горле. – Северус, мне невероятно совестно. Я сам был инициатором этого отъезда... Так торопил тебя, а теперь никак не могу собраться... А ведь мы должны быть готовы завтра вечером... – Все в порядке, Гарри, – Снейп привлек меня к себе и бережно поцеловал в висок, – мы никуда не опаздываем. Ты можешь предаваться воспоминаниям сколько пожелаешь, – он опустился на диван и протянул мне руку. – Давай поностальгируем вместе, а потом я помогу тебе со сборами. Северус перелистнул первую страницу с наклеенными на ней объявлениями о нашей свадьбе, а затем с улыбкой всмотрелся в колдофото, сделанное сразу же после бракосочетания, на котором мы с ним все еще стояли на украшенном гербами Принцев и Поттеров помосте в окружении многочисленных гостей. – Определенно, я выгляжу тут моложе, – заметил он, – а ты... Мерлин, какой же ты здесь еще мальчишка! А распорядитель кажется мне слегка испуганным... Ты не находишь? – Ну разумеется, ведь не так часто ему выпадало проводить церемонию в родовом поместье вампира, принявшего Наследие аж в середине семнадцатого века... Но мне, если честно, на этом снимке ты нравишься еще больше, – я указал на фото, на котором Северус в белой рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами положил обе руки мне на талию, словно все еще покачивая в медленном танце, так вскружившем мне голову. *** До нашей свадьбы оставалась неделя, и с каждым днем, приближавшим меня к шестому сентября, я волновался все сильнее и сильнее. Приглашенные, все до единого, подтвердили свое согласие присутствовать на церемонии, и в Принц-мэноре ожидалось огромное количество гостей. В помощь сбившимся с ног Милли, Вилли и их потомству Дамблдор действительно прислал дюжину хогвартских эльфов, и еще столько же выделил Люциус Малфой. Наша верная Мими закатила родителям настоящую истерику и просто потребовала, чтобы ей позволили принять участие в приготовлении праздничного ужина. Озирая творившуюся вокруг немыслимую суету, я невольно вспоминал «Сказку о спящей красавице», которую в раннем детстве читала мне мама. Принц-мэнор, подобно замку принцессы Авроры, словно пробуждался от длительного сна. Все запертые до сих пор комнаты были приведены в надлежащий вид. Трудяги эльфы натирали до зеркального блеска паркет, вешали новые портьеры, расставляли цветы в многочисленные вазы. Дней за пять до церемонии я наконец внял уговорам Драко и встретился с ним в одном из маленьких баров, в изобилии наводнявших Лютный переулок. – Вот так вот, да? Еще не успел жениться, а уже забыл старых школьных друзей? – в голосе Малфоя послышался явный упрек. В сущности, он был совершенно прав. С самого моего дня рождения я не думал ни о ком, кроме Северуса, и, если честно, не желал расставаться с ним ни на минуту. Я прекрасно понимал, что нам предстоят долгие годы совместной жизни, но ничего не мог с собой поделать. Да и не хотел. Я надеялся, что со временем сумею найти золотую середину и научусь делить свое внимание между Снейпом и всеми остальными близкими и дорогими мне людьми. Но пока Северус определенно превратился для меня в центр вселенной. – Прости, Драко, – только и сказал я, – боюсь, в ближайшие пару месяцев, а может, и пару лет от меня не будет никакого толку. – Ты выглядишь безумно влюбленным и довольным, – констатировал Малфой, заказав нам по бокалу вина. – Ради твоего благополучия я готов немного потерпеть, но обещай мне, что по окончании медового месяца мы станем видеться чаще. Я скучаю по тебе, Поттер. Счастливая семейная жизнь не служит оправданием наплевательскому отношению к друзьям. – Медового месяца у нас, к сожалению, не предвидится, – вздохнул я. – Буквально через день после свадьбы мы с Северусом возвращаемся в Хогвартс. Дамблдор пошел нам навстречу и разрешил мне жить в замке, пока я не выучусь на артефактора. А в следующем году, при условии, что летом я получу звание Мастера, мне, скорее всего, предложат занять должность преподавателя. – Ничего себе! – обиженно присвистнул Драко. – И когда ты собирался мне обо всем этом сообщить? Или рассчитывал, что я прочту в «Ежедневном пророке» о твоем назначении профессором Хогвартса? Ладно-ладно, – он примирительно махнул рукой, – не извиняйся. Я все прекрасно понимаю. Надеюсь, я тоже буду сходить с ума от страсти после женитьбы на твоей сестре... – Так до этого – еще уйма времени! – ужаснулся я. – Как же ты выдержишь? Ведь помолвка у вас тоже магическая?! – К счастью для меня, она вступит в полную силу лишь по достижении Рози восемнадцати лет, а до тех пор – я сам себе хозяин. Отец уже сводил меня в одно очень престижное заведение здесь неподалеку. Он и сам пользовался им до женитьбы на маме... Это ничего, что я тебе рассказываю о таких вещах, ведь ты, как-никак, мой будущий шурин?! – внезапно стушевался Драко. – Прежде всего – ты мой друг, и я совершенно не желаю, чтобы ты в ближайшие десять лет лез на стену. Да и потом, моей Розали абсолютно не нужен муж-девственник! Так что можешь со спокойным сердцем посещать это свое заведение. – Спасибо, Поттер! У меня просто камень с души свалился, – улыбнулся Драко. – Хотя... чему я удивляюсь? Ты самый не эгоистичный человек из всех, кого я когда-либо знал. Впрочем, что же это я? – он хлопнул себя ладонью по лбу. – Кормлю тебя россказнями о своей бурной интимной жизни, а про мальчишник – ни слова? – Какой еще мальчишник, Малфой? – опешил я. Насколько я слышал, подобные мероприятия порой заканчивались весьма скандальным образом, да и Северус наверняка не одобрит этого. – Не думаю, что это хорошая затея. – А вот я уверен, что это – замечательная затея! Ты первый из нашего потока расстаешься с холостяцкой жизнью. Поэтому мы с парнями и решили организовать для тебя предсвадебную вечеринку. Не смотри на меня так испуганно. Мы не планируем ничего неприличного. Да и место выбрано самое что ни на есть респектабельное. Надеюсь, против Малфой-мэнора ты не станешь возражать? А чтобы твой вампир не загрыз тебя от ревности, пригласим и его тоже. Если ему покажется шумновато, поболтает с родителями. Ну так как? Согласен? *** Разумеется, я не сумел отказать Малфою и теперь, вернувшись домой, принялся лихорадочно соображать, как сообщить Снейпу о предстоящем накануне свадьбы мальчишнике. Я был так поглощен этими мыслями, что за ужином почти не мог есть и невпопад отвечал на вопросы Северуса. – Гарри, – в конце концов не выдержал он, – хватит уже волноваться об этом мальчишнике! – Мерлин! – я вздрогнул и уронил вилку под стол. – Как ты узнал? – Ты слишком громко думаешь об этом. А еще о том, как меня взбесит лишь гипотетическая возможность, что ты станешь глазеть на полуголых девиц, которых уже одобрил Малфой-старший. – Малфой-старший? А он здесь при чем? – При том, что именно он советовал Драко, кого пригласить на вечеринку, чтобы не вызвать «ревности ужасного вампира». Тебя же не интересуют полуголые девицы в том самом смысле? – Меня и совсем голые не интересуют! – с облегчением засмеялся я. – Пусть это даже будут сами вейлы – мы с Драко уже выяснили много лет назад, что я совершенно безразличен к их чарам. – Насчет вейл Малфой-старший ничего не говорил. Убежден, подобного безобразия Нарцисса уж точно не потерпит. Впрочем, она с младшими детьми в любом случае отправится в вечер мальчишника к сестре. Так что мы останемся в чисто мужской компании... – его глаза как-то подозрительно заблестели. – Сев, – от его взгляда мне сделалось жарко, а в паху заметно потяжелело, – мне кажется или ты что-то задумал? – Может – да, а может, и нет, – уклончиво ответил он, тем самым распаляя мое любопытство еще сильнее. – Но если я тебе расскажу – не получится никакого сюрприза. А ведь ты любишь сюрпризы... *** Сюрпризы начались сразу же, как только домовой эльф Малфоев провел нас в один из парадных залов, с помощью волшебства превращенный теперь в настоящую танцплощадку для дискотеки. В Хогвартсе однажды устраивали подобное мероприятие после Святочного бала в честь Турнира Трех Волшебников, но я, слишком поглощенный своей зарождавшейся любовью к Северусу, его пропустил. Зато Драко, похоже, запомнил во всех подробностях и попросил отца в точности повторить увиденное. Глядя на подвешенный к потолку огромный вращающийся шар, отбрасывавший на лица всех присутствующих разноцветные блики, у меня буквально рот открылся от изумления. Но еще больше я поразился, когда за столиками и возле барной стойки обнаружил массу знакомых лиц. Драко пригласил почти всех, с кем я сталкивался за годы учебы в Хогвартсе. Здесь были Крэбб, Гойл и Нотт (Забини, памятуя о нашей распре, тактичный Малфой на мальчишник попросту не позвал). За столиками угощались сливочным пивом близнецы Уизли, Рон, Дин Томас и Симус Финниган, время от времени одаривавший влюбленным взглядом красивого блондина, восседавшего по его левую руку. От барной стойки мне помахал Седрик Диггори, а рядом с ним потягивал «Старый огненный виски Огдена»... Виктор Крам собственной персоной. – Гарри! Как же здорово ты выглядишь! – Гермиона бросилась ко мне и чмокнула в щеку. – Мы с миссис Малфой сейчас уходим, но я не могла не встретиться с тобой! Мы с Виктором уже несколько дней назад прибыли в Лондон. Хотели устроить тебе сюрприз. – И вам это удалось, – улыбнулся я. – Я рассчитывал увидеть вас лишь на свадьбе! – Какая глупость, что мне нельзя присутствовать на мальчишнике, – покачала головой эмансипированная Грейнджер. – Можно подумать, вы тут оргии собрались устраивать! – Нет, мисс Грейнджер, – мягко сказал наблюдавший за этой картиной Северус, – все будет исключительно в рамках приличия. Не беспокойтесь за вашего жениха. Мы с мистером Малфоем не позволим этим шалопаям недостойно себя вести. – Только на вас вся надежда, – притворно вздохнула Гермиона. – Будь умницей! – шепнула она одними губами Виктору и, обняв меня на прощание, направилась к выходу. Едва моя лучшая подруга покинула нас, как с противоположной стороны послышался шум, и в зал впорхнула стайка танцовщиц, одетых в шелковые шаровары и прозрачные жилеты. Лица у всех были закрыты разноцветными шалями. На миг воцарилась мертвая тишина, а потом зазвучала восточная музыка, и девушки, позвякивая блестящими браслетами на руках и ногах, легко вспорхнули на столики. Многочисленные шали взметнулись в воздух, открывая взору потрясающей красоты лица. Все присутствующие, точно завороженные, следили за причудливыми движениями гибких, не знавших устали тел. Я почувствовал, как руки Северуса опустились мне на талию. Прижавшись к нему спиной, я ощущал его возбужденный член, трущийся через ткань брюк о мои ягодицы. – Давай ненадолго сбежим отсюда, – раздался возле моего уха соблазнительный шепот. – А кто обещал Гермионе прилично себя вести? – я уже вкладывал свои пальцы в его ладонь, позволяя увлечь меня подальше от ярких всполохов и громкой музыки. *** Спустившись на три лестничных марша, мы оказались в длинном коридоре, казавшемся бесконечным. По рассказам Драко, здесь когда-то были казематы, в которых еще несколько поколений назад содержались неугодные Малфоям вассалы. Я невольно поежился, представив себе несчастных узников, заключенных в тесные каменные мешки. – И что мы тут делаем? – мои слова эхом отразились от стен, облицованных грубым камнем. – Ты мне доверяешь? – вместо ответа осведомился Северус. Его голос звучал хрипло, как в момент сильнейшего возбуждения. – Да, – выдохнул я, и в тот же миг мои глаза закрыла темная непроницаемая повязка. – Дай руку, – произнес Снейп, осторожно направляя меня вперед. Мы прошли еще несколько метров, и я услышал скрип отворяемой двери. Волнение, смешанное с желанием, становилось уже просто непереносимым. – Ты правда мне доверяешь? – повторил Снейп. Я молча кивнул. Дверь за моей спиной с грохотом захлопнулась, отсекая нас от всего остального мира. Моя одежда исчезла, а вслед за этим обнаженного тела коснулось что-то холодное, отчего я весь покрылся мурашками. – Это наручники, – тихо пояснил Северус, – внутри они отделаны кожей, так что больно тебе не будет. Подними, пожалуйста, руки. Я повиновался, почувствовав, как защелкиваются замки кандалов на запястьях и лодыжках, растягивая меня наподобие морской звезды. Как Северус и обещал, было совершенно не больно, но немного страшно, и от этого возбуждение, как ни странно, усиливалось во сто крат. Я ощущал, как сладко тянет в паху. Эрегированный член прилип к животу и жаждал, чтобы до него дотронулись. – Ты высечешь меня? – я вдруг густо покраснел, вспомнив мои кошмары с Каркаровым. – Интересный вопрос, – промурлыкал Снейп. – А ты бы этого хотел? – Не уверен, что мне понравится, – от волнения у меня сел голос. – Значит, все будет так, как ты хочешь. Я почувствовал на губах его горячее дыхание, а в следующий миг он уже целовал меня, требовательно врываясь языком в рот. Одна его рука запуталась в моих волосах, а вторая ласкала член и промежность, подбираясь к анусу. – У нас мало времени, – простонал я, – остальные могут заметить наше отсутствие. – Какой рассудительный мальчик, – прошептал Северус. – Я собирался терзать тебя здесь всю ночь, но из уважения к Малфоям сделаем это быстро. В воздухе разлился щекочущий ноздри запах апельсинов. Снейп целовал меня, а его пальцы между тем проникли в мой анус так глубоко и резко, что я невольно вскрикнул и задергался в моих путах. Как ни парадоксально, эта игра в подчинение неимоверно заводила меня, тем более что я осознавал: скажи я хоть слово против – и Северус немедленно бы остановился. – Пожалуй, все же придется немного развязать тебя... Ножные кандалы перестали удерживать мои лодыжки, и, воспользовавшись этим, Снейп подхватил меня под ягодицы и осторожно начал насаживать на свой член. – Я хочу видеть твое лицо! – попросил я, чувствуя, как он до предела наполняет меня собой. В то же мгновение плотная повязка слетела с моих глаз. Руки тоже стали свободными, и я положил их на плечи Северусу, вжимаясь в него всем телом и ощущая, как от каждого толчка меня словно насквозь прошивает немыслимым удовольствием. Наконец он впился в мои губы требовательным поцелуем, и в этот момент оргазм накрыл нас обоих, заставив меня закричать и забиться в его объятиях. *** Мне понадобилось не меньше десяти минут, чтобы прийти в себя, и еще минут пять я никак не мог одеться. После бурного оргазма ноги буквально подкашивались, голова отказывалась связно мыслить, а пальцы дрожали так, что я не справлялся с пуговицами. В конце концов, видя мои мучения, Северус предложил свою помощь, и лишь благодаря этому наше отсутствие наверху оказалось не слишком долгим. Правда, мистер Малфой, по-моему, еле заметно подмигнул Снейпу, но вполне возможно, что мне это просто почудилось. В зале царило безудержное веселье. Танцовщицы слезли со столов и лихо отплясывали с гостями. Как Северус и обещал Гермионе, все происходящее не выходило за рамки приличия, и, похоже, единственными нарушителями всеобщей благопристойности были исключительно мы сами. Впрочем, мы старательно делали вид, что ничего особенного между нами не произошло, и лишь пальцы Снейпа, вернувшиеся на мою талию, слегка подрагивали. Именно в этот момент перед нами словно из-под земли возник фотограф с колдокамерой. – Не помешаю? – Отчего же? – усмехнулся Снейп и прошептал мне на ухо: – Мальчишник, кажется, удался на славу, но связывать тебя я больше не буду. Ты – слишком вольная птица.