the same damn hunger

Майкл легонько водил кончиком указательного пальца по обнаженной спине Корделии пока та спала. Отправляясь в поездку, он явно не думал, что окажется в одной постели с офицером полиции. Хотя, в первый день их знакомства на дне его черного моря-сознания зародилась подобная мысль. Он проводил время больше в полицейском участке нежели дома чем вызывал облегчение у матери и недовольство, к удивлению, сестры.

***

В тот вечер, когда Мэллори опрокинула на него стакан с содовой, дул сильный осенний ветер, но его сестра игнорировала природу, оставаясь в коротеньком комбинезоне. Как и всегда их было трое — Мэдисон, Зои и Мэллори в красном углу, а в синем были лишь они с Корделией. Майкл заметил эти перемены, что происходили с его младшей сестрой, когда рядом оказывались эти две. Они явно плохо на нее влияли. Боже, он звучит прямо как Констанс. Мэллори не шла с ним на контакт, когда тот пытался расспросить о Коко, ведь если верить мисс Фокс, они дружили. Более того, она хватала его за рубашку и выталкивала из своей комнаты. Кто бы подумал, что в ее тощем теле столько силы? Но, как и свойственно Мэллори, она вошла в его комнату вечером, когда он смотрел очередной старый фильм из коллекции их матери и села на пол, прижимая тарелку с хлопьями. Доев лаки чармс*, она закинула руку на его колено, а затем опустила голову. Она ни проронила и слова, Майклу показалось, что это был всего лишь сон. Что само ее существование было сплошной выдумкой. В тот вечер, парень наблюдал как Корделия затягивалась сигаретой. Видимо его сложные отношения с матерью повлияли на его предпочтения. На каждом своем жизненном отрезке, он, похоже, был приговорен иметь дело с женщинами постарше. Это, конечно, не относилось к противному звуку едущих шариков по асфальту парковки. — Уже больше десяти, — Майкл закатил глаза, и повернул голову, наблюдая за тем как ее подруги танцевали причудливый танец под одиноким фонарем. — Констанс знает, что тебя нет дома? — А кто ей скажет, ты что ли? — Фыркнула Мэллори, раздраженно глянув на Корделию. — Эй, вы нашли убийцу Коко? — Мэллори, — предупреждающе сказал Майкл, заметив, как сестра приблизилась к женщине. — Все нормально, Майкл, — Корделия коснулась его руки, и это не ускользнуло от глаз сестры. — Майкл, — передразнила сестра, закатив глаза. — Вам платят за то, чтобы вы охраняли нас, а вы и этого не можете сделать, — резко проговорила Мэллори. Майкл схватил ее за руку, отводя в сторону. — Да что на тебя нашло? — На меня? Что нашло на тебя? — Мэллори вырвалась из схватки. Ее глаза горели адским пламенем, и он знал, что она явно что-то приняла. Явно не алкоголь. — Садись в машину, — устало проговорил брат. — Бьюсь об заклад, — шептала Мэллори, подойдя ближе и коснувшись своими тонкими пальцами его шеи, — твоя пустоголовая сучка не смогла бы поймать убийцу, будь он у нее под носом. — Девушка звонко засмеялась, нарушая ночную тишину маленького городка. Ее смех также резко прервался, как и начался, она сорвала крышку со стаканчика и выплеснула на него жидкость. Майкл ничего не сказал, лишь сжал ее сильнее и запер на заднем сидении машины. — Извини, — выдохнул парень. — Все нормально, — отозвалась Корделия и оставила легкий поцелуй у него на губах, на секунду пересекаясь с ненавистно глядящими глазами Мэллори. Они ехали в тишине, пока Мэллори не нарушила ее своим вопросом: — Ты ее уже трахал? — Твое какое дело? Больше она ничего не говорила, лишь смотрела в окно, наблюдая за далекими огнями центра города.

***

На следующее утро он видел, как она сбегала по лестнице на завтрак. На ней было светлое платье, а в волосах бант словно на тех старых куклах. Лицо не сохранило доказательств вчерашней ночи, она была как новенькой. — Я получила роль, — мелодично отозвалась Мэллори, проигнорировав его присутствие, — жаль, что только второстепенную. — Несколько ступеней в лестнице жизни порой сложно перешагнуть за раз, — ответила Констанс, погладив дочь по волосам. — Нужно начинать с малого. — Хочу быть как ты, — произнесла девушка эти ужасные слова, восхищенно наблюдая за матерью, — хочу играть главную роль. — Ты будешь, — кивнула Констанс, — всему свое время. Майкл закатил глаза, не в силах смотреть на это жалкое представление. От этих двоих веяло сплошной фальшью. Парень, возможно, мало что знал о Мэллори, но зато много знал о своей матери. Ее ангельская личина — лишь маска, которую она так умело склеила из марли и газеты после самоубийства Тейта. Сестренка совсем не догадывалась какой отравляющей являлась их мать. Он вышел на задний двор, прищуривая глаза от палящего солнца. Контраст холода дома и жары улицы вызвал мурашки по коже. Приехать сюда было глупым занятием, он преспокойно мог устроиться в другое издательство — проблемы с наркотиками не громкая новость среди миллениалов. За почти месяц пребывания в родительском доме, Майкл успел переполошить городок, чье население то и дело заглядывало в гости посмотреть на него, словно муравьи на брошенный леденец. Более того, он оказался втянутым в расследование, что лишь в очередной раз, словно индикатор, выдавал все недостатки правоохранительной системы штатов. Мать вставляла колкие замечания в свою речь, напоминая ему о проблемах с веществами, и о его жалкой либеральной жизни, а сестра устраивала истерики, которые были ему непонятны. Возможно, за эти девять лет отсутствия он был окружен слишком адекватными людьми, а вернувшись домой, почувствовал себя не в своей тарелке, наблюдая за тем, как две женщины по капле отравляли его разум. Корделия же, напротив, была неким плацебо. Ему хотелось верить, что каждый раз, когда она оказывалась в его объятиях, ему становилось лучше, а девятилетний срок свободы продолжал свой счет. Присев на веранде с чашкой крепкого кофе, он поглядывал на оставленные матерью сигареты, так и не решившись к ним прикоснуться. Ему нужно выбрать что-то одно в вопросе самоотравления — легкие или печень. Майкл выбрал второе. Надоедливое солнце и не думало скрываться, в виду отсутствие облаков, а повернуться было не вариант. Если он обернется, то встретится со взглядом Мэллори, что очевидно буравила его спину в настоящий момент. Возможно, безумие просто течет в их крови, как и старомодная манерность их матери. Когда в горле начало першить от кофейной гущи, Майкл поднялся на ноги, собираясь вернуться в дом, но его взгляд зацепился за блестящую вещицу на газоне около бортика бассейна. Поставив чашку, парень, не оборачиваясь, направился к вещи. У матери всегда было много украшений, она теряла их и покупала новые. Утерянные драгоценности наверняка пылились в доме словно клад, ожидающий, когда же его обнаружат. В груди Майкла возникло давно забытое чувство радости и предвкушения. Он почувствовал себя снова маленьким мальчиком, который хотел угодить матери и порадовать ее. Мальчик, что босыми ногами бежал по обжигающей дороге, увидев желтый цветок и решивший, что маме он обязательно понравится. Мальчик, который выслушал лекцию о том, что он уничтожает все, к чему прикоснется, и который провел последние дни лета в комнате взаперти. Но в этот раз это был не цветок, и даже не мамины драгоценности. Он был в этом уверен, подметив пустышку, окрашенную под серебро. На его ладони лежал обломленный кусочек украшения, напоминающее сердце. Края вещицы покрывались ржавчиной, а на гладкой стороне виднелась тонкая гравировка. Буква «К». В голову ворвались подозрения, которые Майкл попытался поскорее отогнать. Он спрятал находку в карман, и повернулся к дому. На кухне никого не было, никто и не увидел, чем он занимался. Из небольших металлических прутьев вентиляции торчала светлая прядь. Майкл спрятал в карман и ее. Лэнгдон поднялся на второй этаж, заприметив как дверь в комнату Мэллори была открыта, и они с матерью сидели на кровати. Констанс расчесывала ее волосы, а та болтала, недостающими до пола, ногами. Сумасшедший дом. Когда сестра ворвалась в его комнату, Майкл лежал на кровати. Он уже научился различать их с матерью. Оба не стучались перед тем как войти, но если Констанс открывала двери спокойно, словно хозяйка какой она и являлась, то Мэллори разгоняла дичайший сквозняк, вваливаясь к нему словно ураган. А ведь они даже не в Канзасе**. — Чего тебе? — Пробубнил Майкл, игнорируя ее радостное выражение лица. У нее была странная особенность забывать вчерашнее, словно прошлого не существовало и каждый новый день начинался заново. К сожалению, он такой особенностью не был наделен, а потому помнил о ее выходках. — Ты что дуешься? — Мэллори залезла к нему, усевшись на кровать. Ее руки уперлись в матрац по бокам его тела, словно заключая, а выбившиеся чистые пряди волос щекотали щеку. Не дождавшись от него ответа, она легонько заскулила и тыкнула пальцем в его грудь. От точечной боли, парень скривился и резко поднялся, опуская ноги на пол. — Ну Маааааайкл, — протянула девушка. Он слышал, как та тяжело выдохнула, а затем почувствовал, как она прижалась к его спине. — Я не уйду, пока ты не заговоришь со мной. — Сказав это, она вытянула ноги, скрестив их на его животе и опустила руки на его плечи. Если он попытается уйти, она будет висеть на его спине словно надоедливый демон. Она тяжело дышала, и он то и дело дергался от обжигающего дыхания на своей шее. — Майкл, — выдохнула девушка, легонько задевая губами его ухо. Как и положено прилежной девочке, она накрасила их блеском, и они теперь приклеивались и снова отклеивались от его уха с каждым новым словом. — Ну прости, — прошептала сестра, на что парень лишь тяжело вздохнул. От нее пахло тяжелым ароматом; в парфюмерии такие духи назывались зимними, но, юная калифорнийка, живущая в вечном лете, игнорировала чужие правила. Майкл отвернулся в другую сторону, почувствовав, как начинала кружится голова. — Прости, — повторила она шепотом и опустила лицо на открытый участок его шеи. — Простишь? — Ее нос был холодным, а губы теперь прилипали к пульсирующей жилке на шее. — Мэллори, — его голос был тяжелым и глубже чем обычно. — Ммм? — Слезь с меня, — Майкл попытался стряхнуть ее, но та как кошка вцепилась в него своими когтями. — Неа, — прошептала Мэллори, вжимаясь еще сильнее. — Ладно, чего ты хочешь? — Хочу, чтобы ты простил меня. Для начала. Майкл обессилено выдохнул и кивнул. Пряди светлых волос упали на лоб. — Хочу спутать твои волосы, — Мэллори запустила свою кошачью лапу в его кудри. — И хочу, чтобы ты пошел со мной к Мэдисон. — Очень в этом сомневаюсь, — Майкл закатил глаза, усмехаясь. — Ну Майкл! — Возмутилась девушка, подорвавшись на ноги и, обойдя кровать, она встала перед сидящим братом. — Нет, — отрицательно помотал головой Майкл. Он догадывался, что задумала его сестра. В воздухе кружились листья, а по городу только и слышался, что детский крик. Приближалась ночь Хэллоуина, и каждый подросток закатывал вечеринки, умоляя ребят постарше, которых отчислили из школы, купить алкоголь в обмен на приглашения. Он и сам однажды был подростком. — Ну что мне сделать чтобы ты согласился? — Ее голос был такой звонкий, что казалось мать вот-вот прибежит словно администратор отеля. Мэллори опустилась вниз и сложила руки в умоляющем жесте у него на коленях. — Я сделаю все, что захочешь, Майкл, — тихо заверила сестра, пробираясь между его ног. Все, что захочешь. Майкл тряхнул головой, словно это волшебным образом заставит ее голос исчезнуть из нее. Ее коричнево-зеленые глаза были широко распахнуты и умоляюще следили за его лицом снизу, пытаясь различить его настроение. — Мама напугана тем, что стало с Коко и не отпустит меня одну. Все будут смеяться надо мной, представляешь? — Его порой забавляло то, каким образом она строила свои предложения. — Не представляю какой должна быть причина чтобы я вдруг забеспокоился о твоей репутации. — Но я ведь твоя любимая сестра, — Мэллори скривила губы словно ребенок. — Кто сказал? — Фыркнул Майкл. — Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — заскулила девушка, пытаясь защекотать его. На него явно не действовали такие приемы, и через какое-то время, она бросила свои попытки. — Но до вечера не хочу тебя видеть, — незлобно сказал Майкл. — Ура! — Завопила Мэллори и ринулась вперед, заваливая его обратно на кровать. Она восседала сверху, радостно вжимаясь ладонями ему в грудь. К нему вернулось знакомое покалывание в области кончиков пальцев, когда не подумав, он опустил руки ей на бедра. Черт.

***

Надеясь на самое плохое, он выходил из полицейского участка, передав до этого свои находки Корделии. Она пообещала узнать чьи это волосы, потому что Майкл сильно сомневался, что они принадлежали его матери-блондинке. Ему было сложно объяснить свой поступок. Не думал же он, что его мать причастна к случившемуся?! Девчонка скорей всего просто потеряла кулон, да и кто знает, чем они занимались пока его не было. Должно быть, устраивали вечеринки у бассейна. В этот момент разум Майкла отчего-то попытался представить сестру в школьной форме, которую та наверняка носила в своей частной гимназии.

***

Он смотрел куда-то в потолок от раздраженности, когда Мэллори поспешно сбегала по лестнице вниз. На ней было странноватое короткое платье цвета дешевой жвачки, которую частенько давали вместо сдачи и на несколько оттенков темнее, розовый парик на манер Умы Турман из Криминального чтива. Ее подвески были спрятаны под тканью платья, когда как сверху висела тонкая леска с искусственными зубами вместо жемчуга. — И кто ты? Утренний запах изо рта? — Майкл сложил руки перед собой, переводя взгляд на мать, что выглядывала из соседней комнаты. На ее лице не было ничего кроме беспокойства. Очевидно беспокойства за свою дочь. — Ха-ха, — скривилась Мэллори, толкнув его к двери. — Я — зубная фея. — Ну, не так уж я и ошибся, — Майкл поплелся следом, достав ключи из кармана. Дом ее подруги был таким же большим как и их. Его начинало тошнить от безвкусия (и это только после одного взгляда на двор!). Дом был полон старшеклассников и ребят постарше, которые приехали домой из колледжей. В этот момент он почувствовал себя старым. Не в смысле возраста (он выглядел намного моложе некоторых двадцатилетних, которые вливали в себя каждый день дешевый алкоголь), а в плане, что подобные мероприятия не вызывали никакой радости, а лишь мигрень. Кто-то заливался пивом, кто-то, разделившись на парочки, срывал одежду друг с друга, а кто-то скручивал косяки. Может ему повезет и он найдет пустую ванную, в которой можно будет закрыться. — Мэллори! — Две знакомые девушки бежали к его сестре, держась за руки. — Майкл, — томным голосом поприветствовала Мэдисон, осматрев его сверху вниз. Они схватили ее под руки и втроем скрылись за поворотом. Майкл не решился пойти за ними, боясь заблудиться в этом доме Минотавра. Кажется ни одна американская вечеринка не обходилась без пунша. Майкл не понимал и не принимал этот напиток. На вкус он всегда был для него не большим чем кул-эйд. Побрезговав брать стаканчик из рук девушки, одетой в костюм медсестры, он нашел на кухне нетронутую бутылку безалкогольного пива (кто бы подумал). Ночь обещала быть одной из худших. Но, с другой стороны, он уже больше месяца жил с матерью под одной крышей, а что могло быть хуже? Он сидел один на диване, игнорируя предложения покурить травки. Он был сильнее, чем казалось его матери. Не для этого его пичкали три месяца лекарствами чтобы он вот так просто сдался. Майкл скривился от вкуса напитка и отставил его на край столика. Одиноким тот не остался, и, подмигнув, его забрал незнакомый ему парень. Лэнгдон оглядывался в поисках Мэллори, но за приглушенным светом и количеством народа, ему с трудом удалось разглядеть даже входную дверь, и затуманенный взгляд девушки от выпивки, которая медленно двигала бедрами под музыку прямо перед ним. Майкл выдохнул и расслабился, опустившись на диване и немного расставив ноги. Хотел того он или нет, ему придется проторчать здесь какое-то время. Майкл не отводил взгляда от девушки напротив, что уже отбросила бюстгалтер и прикрывала грудь своими расскрашенными руками. Музыка была отвратительной, но в ее голове, очевидно была совершенно иная мелодия, учитывая как она давно сбилась с ритма и хаотично двигалась. — Наслаждаешься видом? — Послышалось сбоку. Он повернул голову, проводя языком по губам и увидел подругу Мэллори — Зои. Если бы его попросили расставить этих троих в топе безумцев, то она, пожалуй была бы на третьем месте. — Если у тебя антенна, ловящая один канал, то приходится заткнуться и смотреть то, что предлагают, — ответил он, размышляя над костюмом девушки, который был не настолько очевидным как у большинства — черное платье миди, черные перчатки и такого же цвета шляпа. Попытка вырядиться в новоорлеанскую ведьму. Ей удалось. — Мэллори послала за тобой, — протянула девушка, закручивая концы своих длинных волос. — Что случилось? — Ничего, — помотала головой Зои, — еще ничего. По спокойному тону девушки, Майкл понял, что волноваться не о чем. Как и спешить, ведь Зои явно не тянула его за собой. — Мэллори сказала, что ты трахаешься с Фокс. Это правда? — Мэллори любит преувеличивать, — парень закатил глаза. — Значит это правда, — отозвалась девушка, — она редко когда ошибается. Майкл промолчал. Не то чтобы ему хотелось отчитываться перед почти незнакомой девчонкой. — Разве она послала за мной, приказав провести допрос? — Нет, — помотала головой девушка, не отводя взгляда. С ней, как оказалось, было легко общаться. Беседа была бессмысленной, но, по крайней мере, у него не было тянущего, некомфортного ощущения внутри. — Я подумала, что смогу тебя поцеловать, пока рядом нет твоей сестры. — Ты что ее боишься? — Порой, — пожала Зои плечами. Девушка сняла перчатки и шляпу, оставив на столике. В отличии от бутылки с пивом, ее аксессуары никто не спешил забрать. — Ты кажется что-то хотела, — парень наклонил голову, наблюдая за движениями девушки. — Могу ли я тебя поцеловать? — Да, — хрипло ответил Майкл, потянувшись к девушке, усадив ее к себе на колени. Пьяные подростки вокруг игнорировали их. У девушки были очень мягкие губы, а от тела исходил приятный аромат — не удушающий как у его матери с сестрой и не такой навязчивый как у Корделии. Его не прекращающаяся тревога, что завладела ним с момента приезда на некоторый момент покинула его. Майкл руками путешествовал по ее спине, не решаясь опуститься под платье, чтобы почувствовать горячую, кожу. Это было бы совсем невежливо (слышала бы его сейчас мать), она спросила разрешение поцеловать его и он не собирался вести себя как неуравновешенный подросток, у которого бушевали гормоны. Она целовала его настойчиво, но без агрессии, углубляя поцелуй. Ее пальцы гладили его по щекам и зарывались в волосы. На какой-то момент ему показалось, что Зои наделена исцеляющими силами. С каждым движением губ, она забирала тревогу и одиночество, возвращая тоску из-за осознания, что это не продлится вечность. — Нужно идти, — прошептала Зои, серьезно рассматривая лицо парня. Майкл растерянно кивнул, закусив нижнюю губу: — Еще немного, — недовольно пробормотал Майкл, словно ребенок у которого отнимали его любимую игрушку. Зои легонько дотронулась к его губам, а затем поднялась на ноги, лишив его тепла своего тела. Она подала ему руку и он отказывался ее отпускать пока они не поднялись на второй этаж, и не остановились напротив белой двери. — Что там? — Увидишь, — коротко ответила Зои, толкнув дверь. В комнате, которая, учитывая вещи, была комнатой Мэдисон, была сама хозяйка, Мэллори и парочка неизвестных ему парней. — Ты нашелся! — Воскликнула сестра, махая рукой, подзывая ближе. — Что ты хотела? — Я, как хозяйка вечеринки и этого дома, — не дала ей ответить Мэдисон, — хочу чтобы моим гостям было хорошо. — Блондинка прошла к трюмо и потянула ящик, достав небольшой пакетик с таблетками. Она взглянула на Майкла, — Отказ не принимается. Зачем его сестра делала это с ним? Мэллори прекрасно знала, что он завязал. Майкл прожигал ее ненавистным взглядом, пока остальные глупо следовали правилам Мэдисон и передавали друг другу таблетку экстази языком. А ему только начало казаться, что сильнее ненавидеть свою семью он не способен. Он перевел взгляд к Зои, которая равнодушными глазами наблюдала за происходящим. Майкл не следил за процессом, а потому не знал передали ли ей наркотик. Хотя, ему-то какое дело? Ему бы развернуться и уйти прочь, оставив непутевую сестрицу гнить в этом особняке, но медленные шаги Мэллори в его сторону, пригвоздили его словно молоты римских легионеров. — Расслабься, братец, — она закатила глаза, встав напротив и, незаметно для других, забрала таблетку с языка. Она ведь не конченая сука? Так ведь? Мэллори продолжила подходить. Ноздри Майкла уже уловили ее духи, отключив мозг. Она закинула руки за его плечи под свист ее друзей, приближая свое лицо к его. — Просто доверься мне, — прошептала сестра и прижалась к нему своими губами. Между его бровей появилась морщинка и он почувствовал, что был загнан в ловушку как зверек. На него охотилась собственная сестра. Сводная сестра. Парни позади стояли с открытыми ртами, Мэдисон закусывала губу, а Зои не изменилась в выражении лица. Он смотрел на подругу Мэллори, параллельно приоткрывая рот, впуская язык своей сестры.

***

Она делала вид, что ничего не произошло, когда те покинули дом Мэдисон. И Майкл впервые заметил, что его сестра не просто непредсказуемая, но и еще очень и очень странная. — Не делаей так больше, — Майкл нарушил тишину, пока они ехали домой. — Что именно? — Мэллори повернулась и посмотрела на него невинными глазами. — Ты знаешь о чем я, — парень продолжил смотреть на дорогу. — Ты об этом? — Девушка коснулась своих губ. — Да, — кивнул брат. — Тебе противно? — Нет, — автоматом выдал Майкл, — то есть, я имею ввиду, мы…ты не должна так делать, мы брат и сестра. Мэллори задумчиво смотрела на него. Ей казалось, что причин для выговора не было. — Откуда мне было знать? У меня раньше не было брата, — сестра сложила перед собой руки и отвернулась к окну. На ее коленях лежали ролики, которые она забыла у Мэдисон неделю назад. Сестра попросила остановить машину, когда они подъезжали к дому. Завязав ролики, она проехала перед машиной — свет от фар словно кромсал ее ноги с каждым движением. Мэллори поманила его указательным пальцем, и поехала вперед. Майкл не сдвинулся с места пока та не пропала с его поля зрения. Раздраженно выдохнув, он закрыл за собой дверцу машины. Хорошо, что сестрице не пришло в голову наматывать круги раньше, когда они были далеки от дома. — Мэллори, — выдохнул парень. — Я здесь, — послышалось позади. Девушка ехала сзади, махая руками словно птица. Как стервятник. — Поймай меня, — весело сказала Мэллори. Они медленно подходили к дому. Слова явно расходились с ее действиями. Для того, кто не хочет попасться, она опасно близко находилась к нему. — Надеюсь мама уже заснула, не хочу принимать ее настойку, — девушка скривилась, показывая язык. Майкл нахмурился, но не попытался расспросить ее, учитывая, что мать и его однажды пичкала лекарствами нетрадицинонной медицины. — Майкл, — устало протянула она, закинув руку ему на плечо, и, идя в темноте, Майкл опустил свою на ее талию. — Извини за то, что бываю сукой. — Не стоит, — прошептал Майкл. — Это ничего, — ехала рядом Мэллори, — я ведь не слепая. И не глупая, как тебе кажется. Мама говорит, что ты собираешься уехать к концу ноября, это правда? — Возможно, — пожал плечами парень. — Я не хочу чтобы ты уезжал. И мама тоже. — Вот кто уж действительно не хочет меня видеть так это Констанс, — Майкл усмехнулся, размышляя над ее словами. — Ты зря так реагируешь, она любит тебя. Она женщина, которая любит своих детей, — убежденно проговорила девушка. — Порой даже очень, но я не против. Мэллори достала ключи из куртки, и оттолкнула входную дверь. Внутри было темно и Констанс, очевидно, легла спать. Но, Майкл знал, что эта женщина никогда не спала. Девушка прислонилась к дверям, постукивая головой о деревянную поверхность. Такие бездумные действия были эффектом от веществ. Веществ, которых он не принимал, поэтому сложно сказать, что именно побудило его опуститься на колени и начать развязывать ее ролики. Остановится в этом безумии было сложно, и он не отказал, когда она протянула к нему руки: — Не хочу подниматься, — заскулила она. Майкл оторвал ее ноги от пола, и она, как в первый день, обхватила его талию ногами, а он, как и тогда, опустил руки на ее обнаженные ноги под платьем. Он проигнорировал вибрацию телефона на сообщение Корделии, которое говорило «Это волосы Коко». — Мне бы хотелось заснуть с тобой, — выдохнула она в его шею, пока они поднимались. Не ответив, Майкл прошел мимо ее комнаты.