По следу Виктории

      — …ну и лежит у нас эта…       — Что? О ком вы?       — Ты не знаешь? К нам в отделение недавно привезли девушку из тридцатой школы. Говорят, она причастна к наркодилерству среди школьников.       — В центре лечения столько детей лежит с зависимостью от этой Виктории.       — Да, полный кошмар!       — Эй, хорош лясы точить, идите работайте!       Молодые медсестры, подгоняемые главврачом, с возмущенными возгласами разошлись по сторонам.       В последнее время разговоры о Виктории стали очень популярны. Исходя из этого, можно ли популярным назвать Пашу? Он как крутой мафиози или, может быть, гангстер из старых американских фильмов. А ведь всего лишь школьный учитель…       Позов насмешливо хмыкнул и прикрыл глаза, медленно вдыхая никотиновый дым. Пальцы мелко дрожали, и мятая сигарета подожглась далеко не с первого раза.       Подгоняемые холодным ветром, плавно кружились прошлогодние листья, которые почему-то не убрал тот противный дворник, не разрешавший парню курить. На улице холодно, но снега нет.       После недавнего потепления он растаял, превратившись в противную грязную слякоть. Откуда-то позади раздался возмущенный крик, и Позов торопливо забежал в здание больницы, не обращая внимания на маты медбрата, который, расталкивая людей, пытался его догнать.       Словно нашкодивший пес, Дима бежал по коридорам, стараясь не попадаться на глаза медперсоналу. Завернув за угол, парень резко затормозил, столкнувшись с уже знакомым мужчиной. Армянин усмехнулся и, прежде чем Позов успел сбежать, схватил его за ворот куртки.       — У тебя хобби такое — в людей врезаться?       — Типа того, — недовольно пробурчал Позов, — пусти, козел!       Засмеявшись, Матвиенко отпустил парня. Тот раздраженно поправил капюшон, несколько раз дернув его вниз, и исподлобья взглянул на мужчину.       Несмотря на внешнюю бодрость, он выглядел весьма помято. Даже его волосы, при прошлой встрече собранные в пучок, сейчас были распущены и небрежно разбросаны по левой части головы.       — Не пялься ты так, — фыркнул Сережа, запустив пятерню в свою шевелюру, — знаю, что выгляжу как бомж. Но я, вообще-то, при исполнении. Уже вторые сутки… Подожди, ты что, куришь? — голос мужчины похолодел.       — А тебе дело есть? — скривился Дима, осторожно разжимая кулак, из которого торчал фильтр сигареты. На ладони остался небольшой ожог, на который, впрочем, парень внимания не обратил.       Матвиенко промолчал. Его взгляд был направлен куда-то сквозь парня, словно он действительно задумался над этим вопросом. Дима же, напротив, смотрел прямо, а в глазах его читалась явная насмешка. Конечно, ответ мужчины будет отрицательным. Никому ни до кого нет дела. И Дима бы скорее удивился, если бы Сергею действительно удалось помочь. Помочь ему, пропащему наркоману. И чем же?       — Как бы то ни было, — твердо произнес Матвиенко, наконец закончив свои размышления, — сигареты не для детей.       — Ага, супер, — Позов выбросил окурок в открытую форточку и скептически фыркнул, — мне, вообще-то восемнадцать, так что травлю себя, чем хочу.       Сережа усмехнулся и, приблизившись вплотную к парню, положил руки на его плечи. Напряженно вздохнув, Дима сделал шаг назад, оказавшись прижатым к подоконнику. Между тем, мужчина продолжал водить ладонями по его бокам, словно что-то выискивая.       — А мне давно уже не восемнадцать, — шепнул он парню на ухо, — и я знаю, что это, — Сергей вытащил из кармана Позова пачку сигарет и ткнул ее в лоб Димы, — тебя убивает. О себе не думаешь, так хоть о матери подумай.       С губ парня сорвался смешок. Затем еще один. А через несколько секунд он зашелся в истеричном смехе и, оттолкнув от себя мужчину, сполз вниз по стене.       — О, поверь, о ней я подумал в первую очередь, — сквозь смех произнес Позов, откинувшись головой на стену. Теперь он смотрел на Сергея снизу вверх, но от этого его взгляд не стал менее насмешливым. Словно он знал то, о чем Матвиенко даже и не догадывался. — Ну, что еще очевидного расскажешь? Что наркотики — это не игрушка?       Дима ходил по краю. Он ведь знал, что Матвиенко работает в полиции. А еще догадывался, что тот ведет дело о Виктории. Это было очевидно. Ясно, как день.       И сейчас, сам будучи наркоманом, Позов затронул тему наркотиков. Он буквально дразнил Сережу. Махал хвостом перед носом хищника, если хотите.       И это было круто. Круто водить за нос полицию, медперсонал, учителей. Круто знать, что ты нарушаешь закон и ничего тебе за это не будет.       — Про наркотики я лучше промолчу, — хмуро отозвался мужчина, — но, думаю, ты и сам все об этом знаешь, да?       Он посмотрел на Позова в упор. На секунду парню даже показалось, что это конец. Что все — мама, Антон, Паша и даже этот чертов Матвиенко — все они знали, что Дима сидит на Виктории. Не просто сидит, он увяз в ней и медленно тонет, как тонет в болоте брошенный людьми скот.       Сергей засмеялся и ободряюще хлопнул парня по плечу.       — Да расслабься ты, чего так занервничал? — весело произнес он, — я же знаю, что ты умный пацан и не будешь заниматься такой хренью.       Дима нервно усмехнулся. Его пальцы все еще мелко дрожали, поэтому ему пришлось спрятать их в карманы, насупившись и изображая искреннее недовольство.       — Тупая шутка.       Телефон в кармане Сергея зазвонил, отчего проходившая мимо медсестра бросила на мужчину презрительный взгляд. По правилам в это время в больнице должен быть тихий час. Ну и, по сути, Позов давно должен быть в постели.       Все еще улыбаясь, Матвиенко вытащил мобильник и приложил его к уху.       — На связи.       — Чтоб ты знал, я пиздецки устал, но покончил с отчетами, — голос Попова действительно звучал хрипло и устало, — сейчас еду за Шастуном. Кстати, я говорил тебе, что Дима Позов (тот парень, что постоянно таскается с Антоном) стоял у нас на учете?       — Да ты что? — мужчина покосился на парня, который за время разговора успел сесть на подоконник и теперь нагло болтал ногами, глядя на Сережу исподлобья.       — Ага. Ударил одноклассника в прошлом году. Был такой скандал… В общем, тут написано, что во время драки он был под чем-то. Думаешь, Дима до сих пор употребляет?       Матвиенко еще раз взглянул на Позова. Тот злобно зыркнул на него в ответ, видимо, не нравились ему подобные разглядывания.       — Даже не знаю… Мне за ним приглядеть?       Дима не слышал этого разговора. На самом деле, он вообще не понимал, почему до сих пор здесь сидит и бесцельно пялится на армянина вместо того, чтобы (ну допустим) помириться с Шастом.       В любом случае, Позов сам был виноват в драке. Если Антон вбил себе в голову, что Арсению Сергеевичу можно доверять, то он будет верить в это до конца. Доверчивость и верность. Такие ужасные качества для того, кто дружит с наркоманом.       — Слушай, Попов, я, конечно, не ты, и детей не обольщаю, но уж информацию добыть смогу, — Матвиенко засмеялся, — Арсе-ений…       Услышав знакомое имя, Позов напрягся. Может ли школьный учитель обществознания быть как-то связан с полицией? Вряд ли. Но, учитывая всю эту шумиху с Викторией…       — Твою мать, — Дима вытащил из кармана куртки телефон, — блять. Это же, блять, очевидно. Вы: Я все еще злюсь на тебя, но предупредить должен: не верь Арсению Сергеевичу       Тем временем, Матвиенко уже завершил звонок и, улыбаясь, обернулся к парню.       — Эй, очкарик, прогуляемся?