Красный Лис

В воздухе царил неприятный запах гари, отчего то и дело хотелось кашлять. Люди ночевали на улицах, полных грязи и запекшейся крови. Их дома либо полностью сожжены, либо внутри них была пролита кровь. Старейшины, как всегда, спокойно ходили по улицам, осматривая бедные семьи, кои потеряли хоть одного родственника. Все проделки Красного Лиса заставляли старейшину У Вэя злиться, но не показывать этого. Увидев сидящую на ступенях своего дома девушку с опущенной головой, У Вэй подошёл к ней ближе. — Ван Шу… — позвал он её старческим голосом, который девушка хорошо могла распознавать. Она тут же подняла голову, и старик увидел её слёзы. — Я соболезную. Не сумев ничего сказать, она вновь опустила голову, прижимая раненые ноги к груди, которые всё ещё дрожали. У Вэй уже собирался уйти, ведь такому горю никак не помочь, но тут зарёванная девушка всплакнула. — Где Ли Зеро? — тихим испуганным голосом спросила она. Старик знал, что они были очень близкими друг другу людьми, поэтому на его лице появилось сожаление, и это заметила Ван Шу. — Он погиб? — Нет, дитя. Скорее всего, он ещё жив, однако находится в плену у Красного Лиса. Мне очень жаль… У Вэй думал, что успокоил девушку, ведь Ким был и её другом когда-то, но тут она быстро вскочила, позабыв про слёзы, пусть и ноги ещё дрожали. — Когда вы собираетесь отправиться на его поиски? — воодушевилась она. — Я поеду с вами. Взгляд старейшины потускнел, хоть он и старался держать спокойствие, пока Ван Шу вся горела, неровно стоя на ногах с грязным измученным лицом. Он медленно опустил голову, нахмурив седые брови. — Сейчас нет времени его искать. Вся деревня превращена в прах. — Нет. Вы не можете! — возмущалась она. — Мы должны найти Ли Зеро. Мы должны! Ведь одному ему не справиться с шайкой бандитов! — Прости, но пока не можем. — На её глазах снова появились слёзы, а это значило, что старейшина У Вэй совсем потерял способность успокаивать людей. — Многие солдаты ранены, некоторые убиты. Сейчас наша главная цель — восстановить жизнь в Цзянлао, не пасть духом. Ван Шу прикусила губу, дабы не разреветься. Внутри всё ныло, в глазах мутнело, было сильное желание просто повалиться на землю и забыть обо всём, как о страшном кошмаре. Нет дома, нет семьи, нет друга. Вокруг сплошь беды и жестокость. В этом мире нет места жалким. Именно поэтому Ван Шу перестала дрожать, вытерев щёки тканью оставшейся нарядной одежды. — Спасибо, — более-менее ровно произнесла она, а потом встала и, отдышавшись, пошла вперед. У Вэй оглянулся, провожая взглядом девушку. — Куда ты идёшь, госпожа Ван? Решительно идя вперед, слёзы переставали литься. — Иду спасать Ли Зеро. «Ли Зеро — единственный дорогой мне человек, который остался в живых. Я не позволю тебе, Ким, отнять его у меня. Я найду тебя, Красный Лис, и заставлю поплатиться за смерть моих родителей. И ты вернешь мне друга, чего бы тебе это не стоило!» Увидев, что девушка идет в сторону конюшни, У Вэй предположил, что она поедет в город к своей тётушке Тань Мэй. Одна, без сопровождения солдат или друзей, по дороге, где, возможно, встретятся кочевники или бандиты. В любом бы другом случае он бы остановил её, но теперь, когда пропал её близкий человек, она вряд ли остановится. Тем более у неё нет выбора. Ван Шу обошла сгоревшие дома и направилась в оружейную отца. «Сначала я должна суметь защитить себя» В доме, где раньше жила семья Ван пахло до одури противно. Запах мертвецов и гари. Тем не менее, девушка уверенно прошла в оружейную, где висели мечи, доспехи и кинжалы. Это место дало вспомнить те времена, когда отец служил в армии. Он носил эти доспехи, сражался этим мечом, а потом драил его от крови соперников. Ван Шу не любила смотреть, как он это делает. Любая девочка отвернется, увидев кровь. И Ван Шу была не исключением. Постоянно запуганная, слабая, она представляла образ обычного ребенка, боявшегося сражений и смертей. Однако сейчас меч, которым отец убивал врагов, нужен, как ни что другое. Ван Шу прикоснулась к нему и сразу скорчилась. Из-за этого меча отец потерял глаз на войне. «Я не хочу становиться убийцей. Я не могу… Я лишь слабачка…» Она сжала лезвие в руке почти до крови, что создавало режущую боль. Стиснув зубы и распахнув глаза, девушка твёрдо взяла за золоченую рукоять меч и подняла его вверх. — Если понадобиться, я буду сражаться за честь своей семьи. — Перед глазами промелькнула вся жизнь. Собирание риса с мамой, нравоучения от папы, вечерние прогулки с Ли Зеро… Всё это просто кануло в лету. Больше не будет сладкой жизни. Брови самовольно сдвинулись. — И убью, если придется… Ван Шу собрала всё необходимое для поездки в город. Меч она спрятала под плотной одеждой, дабы, если что, напасть незаметно. И всё же, она боялась. Боялась, что придется впустить в ход этот отцовский меч. Лошадь была уже запряжена. Молодой конюх кивнул Ван Шу и пожелал удачи в пути. Аккуратно сев на лошадь, Ван Шу затянула потуже пояс и вытерла последние слёзы. Небо было серое, в нём всё ещё виднелся черный дым. Милая и цветная деревенька Цзянлао, как и говорил старейшина, превратилась в прах. Дышать всем становилось тяжело. Но тут подул холодный северный ветер. Ван Шу отправилась в путь. «Прощай, Цзянлао. Прощайте, старейшина У Вэй. Прощайте, мама с папой. Прощай… мой дом. Пусть Боги укажут мне путь»

***

Северный ветер подул на лицо Ли Зеро, стоявшего у палатки. От холода дрожь пробежала по телу, и юноша опечаленно вздохнул, опуская голову. Мысли о подруге заставляли побояться за неё. Хотелось бы ему вновь увидеть её, собирающую вишню в голубом халате и нежно улыбающуюся издали. Но руки были связаны за спиной. На рассвете отряд Лиса планировал двинуться к Юшенгу и пройти через крепость Минчжу. Ориентировались бандиты по направлению ветра, который почему-то именно сегодня сильно разбушевался, отчего волосы всех воинов развевались и путались перед лицом. Было холодно, в некоторых местах ещё лежал снег, а иней покрывал весеннюю зелень. Малыш Ян Лей играл с веревочкой на улице и казался бодрым, счастливым, обычным ребенком. Он был единственным дитя в отряде Кима, поэтому все мужчины относились к нему по-доброму, а многие даже играли и болтали с ним. У костра сидел Чжан Вэйж, читая какой-то свиток и периодически вставая и просматривая территорию. Из разговоров бандитов Ли Зеро услышал, как многие просили его что-то рассказать или написать. Видимо, он был самым начитанным и мудрым в отряде, пусть и весьма молодым. Иногда к нему подходил Красный Лис, и вместе они увлеченно о чём-то беседовали так, что никто не смел их тревожить по пустякам. С другими парнями играл Чен Фу, крича и хлопая в ладоши, когда чувствовал победу. Он был довольно общительным и искренним, хоть задирался часто и был туповат, по словам Чжан Вэйжа. Он был всегда открыт и прямолинеен, поэтому не умел лгать или кем-то притворяться. Ребята играли в кости, в которые когда-то играл и Зеро с Ван Шу. Прекрасные были времена, когда они с утра до ночи гуляли по Цзянлао, собирали урожай, учились, а вечером бродили у поместья Ли. «Как там сейчас Ван Шу и деревня…» В отличие от многих других, один из генералов и близких друзей Лиса Го Канг сидел в стороне, подальше от всех. Он был высоким, с длинными черными волосами, убранными в низкий хвост, и с тёмными мрачными глазами. Возрастом он был как и Чен Фу, а как и Ли Зеро он всегда был молчалив и хладнокровен, но даже такой, казалось бы, непоколебимый сильный человек беспрекословно выполнял любые приказы Красного Лиса. Как и все в его отряде. По рассказам из деревни Зеро думал, что бандиты — это люди с щетиной, иначе — мясники, рубящие всё подряд и не щадящие никого. Таким, как ни странно, оказался только Ким, да и то, в свободное время он по-простому общался со своими подручными. В лагере все разговаривали, смеялись, пили вино и пели песни у костра. Даже военные лагеря не всегда разрешают так отдыхать солдатам. Может, из-за этого некоторые мужья так страшатся армии. Но даже если так, Ли Зеро не один из них. Принятие в семью Ли сделало его настоящим воином, человеком чести, сильнейшим в Цзянлао. Ли Ганг несомненно гордится своим приемником, ведь именно он вырастил из обычной деревенщины настоящего мужчину. Который, несмотря на свою силу и хладнокровие, стоит связанным в плену. Несколько раз он пытался нападать в открытую, но, как ни странно, терпел поражение. Пару раз за ночь он пытался сбежать по-тихому, но Ким каждый раз замечал его и пинал под живот. Кажется, этот зверь ещё и не спит. Даже ночью выслеживает жертв, иногда уходя куда-то в глубь леса. Сухожилия уже болели от веревок. Маленький Ян Лей с улыбкой подбежал к Зеро, держа в руках деревянную игрушку. — Привет. Почему ты тут стоишь? — спросил он, рассматривая юношу. Тот, как всегда, был безэмоциональный и спокойный, а Ян Лей всегда улыбался и, кажется, ему хотелось, чтобы пленник улыбался тоже. — Пошли к ребятам, к костру? Надо хорошенько отдохнуть перед тем, как идти. Пленник всё хмурился даже на невинное дитя. — Нет, благодарю. Не думаю, что мне будет приятна компания головорезов. Такие красивые речи заставили мальчика умилиться, ведь все ребята в отряде не говорили так слаженно и вежливо. Кроме Чжана Вэйжа. После его отказа Ян Лей лишь засмеялся и потянул за руку Ли Зеро. Пусть тот и твёрдо стоял, из-за сильной тяги со стороны мальчишки он даже слегка шелохнулся. Этот ребенок был таким лучезарным. Что он вообще забыл в отряде Лиса? Приведя юношу к костру, где сидели Чен Фу, Го Канг, Чжан Вэйж и остальные неизвестные, Ян Лей посадил его на бревно, служившее для всех как скамья. Чен Фу, как только заметил, сразу закатил глаза и начал возмущаться. — Ян Лей! Зачем ты привел его сюда? Его место в оковах! — Он тоже человек, ему тоже надо поесть, — утверждал мальчик, тоже присаживаясь рядом. — Переставай злиться, Чен Фу. — И то верно, — подметил Чжан Вэйж. — Твоя необоснованная ненависть лишь доказывает то, что ты завидуешь Ли Зеро. От каждых слов молодого соратника Вэйжа Чен Фу начинал морщиться и даже вскакивать. Видимо, парень с павлиньим пером был ещё и тем, кто мог распознавать человеческую натуру. Значит, в Киме он тоже что-то разглядел. — Ничего я не завидую! То же мне… Завидовать этому дрищу… — Он харкнул в сторону, показывая, насколько ему неприятен Ли Зеро, которого это совершенно не задевало. Ему не понаслышке знакомо такое отношение. Они сидели так около часа, болтая, смеясь и поедая жареных крыс и рисовую кашу. Правда, пленника так ничего и не вымолвил. Лишь смотрел на этих бандитов, что общаются друг с другом, словно семья. Он редко видел таких людей. С детства Ли Ганг воспитывал его как гордого, вежливого, справедливого, правильного воина. Который не смеется с кем попало, который встает на защиту слабых, который не выпивает, не ругается, не применяет грубую силу в обыденных ситуациях, который всегда сохраняет спокойствие и не дает волю эмоциям. Таким Зеро привык быть. В то время как Ким был полной его противоположностью. И при этом, будучи невероятно странным и пугающим человеком, он мог быть совсем простым парнем среди своей стаи. Тлеющий огонь, более-менее тихие разговоры и ветер, — всё это понемногу успокаивало душу. Находясь в лагере Красного Лиса, никогда не знаешь, чего ожидать. Но так странно, что все здесь были весьма порядочными людьми, конфликтов между ними почти не было. Начало движения к Юшенгу показал рассвет. Над холмом, где располагался лес, в котором был устроен бандитский лагерь, в небе засияли красные, оранжевые и розовые оттенки. Восходящее солнце слепило глаза, и все начинали морщиться и прикрывать лоб. Однако этот рассвет был просто необыкновенно красивым. Весь лес будто игрался с багряными солнечными лучами. Изумрудные деревья облачились в розовые одеяния, а в их тени стояли палатки. Откуда-то из леса вышел Ким. Рука его лежала на мече у пояса, а глаза выражали уверенность. Все воины встали на окраине холма и начали смотреть на огненный рассвет. Ким стоял посередине, и все бандиты молча ждали его указаний. Недолго простояв в тишине, будто любуясь солнцем, Лис обернулся к товарищам и Ли Зеро, который всё ещё жаждал его убить, но по какой-то причине спокойно стоял напротив, будто смирившись с судьбой. — Ну что ж, товарищи… — начал довольно просто Ким. — Вперед. Все кивнули и принялись проверять, не забыли ли что-либо. Пока бандиты осматривали палатки, юноша стоял рядом с Красным Лисом со связанными руками и тёмным взглядом. — Ты так и не ответил… — сказал Ли Зеро, с угрозой глядя в глаза зверя, которого это точно не страшило. — А я и не обязан. — Злость пленника достигала предела, но честь не позволяла проявлять гнев. Ведь учения Ли Ганга — это единственное, чему следует Ли Зеро. Холод оправдывает мужество. Нападать тогда, когда нападают на тебя. Любить того, кто любит тебя. Мириться с теми, кто хочет мира с тобой. — Но ты наверняка уже знаешь, что убегать бесполезно. И не волнуйся, кролик, никаких пыток я устраивать не стану. Разве что… ты очень сильно меня взбесишь. — Я тебя не боюсь. Ким устало вздохнул и начал отходить от края холма и от Зеро. — Смотри не упади. Твой труп мне не особо не нужен. Его голос всегда был одинаково низок и протяжен. Но иногда его гадкая ухмылка, безумные глаза сменялись обычным человеческим видом и совершенно не пугающим говором, а голос становился более воздушным и безмятежным. Он мог кровожадно убивать людей, сжигать деревни, пытать пленных, а также мог играть с простым ребенком в веревочку, улыбаться, беспечно проводить время и помогать. Бесчестный, без каких-либо моральных ценностей и уважения, убийца и маньяк. И всё же, все бандиты его уважали и безоговорочно шли. Ему не было и двадцати, когда в Ките он сыскал славу как проклятый главарь. «Моя честь не позволит убить тебя, Лис. Но я должен избавить мир от такого монстра…» Пока Ли Зеро раздумывал, Ким позади вовсю торопил воинов. — Быстрее, черепахи, быстрее! — доносилось из леса. — Двигайте ногами, чёрт вас дери... Ох, Гао Чао, собери ты уже эти грёбаные мечи!.. «Зачем же ему я?» Когда все наконец собрались, Ким приказал двигаться вперед, к крепости Минчжу. Все запрягли лошадей, кроме Зеро. Он стоял поодаль и ждал, пока Лис ему что-то скажет. — Эй, Ли Зеро, — недовольно позвал его Ким, измучившийся от ожидания. — Чего ты там встал? Разве я не сказал, что мы отправляемся? — Мои руки связаны. Юноша ожидал, что Лис прикажет кому-нибудь взять его на своё седло, но он лишь хрипло рассмеялся, заставить пленника вместо очередной ненависти испытать удивление. — Ох, точно, — всё тихо смеялся он. — Чен Фу, развяжи-ка ему руки. — Э? — начал, как обычно, возмущаться мужчина. — Ты освободишь его? Вот так просто? — Ну да. — Ли Зеро побелел от такого заявления, как и Чен Фу. — Он же не глупец и не трус, не сбежит больше. — Руки уже были почти свободны, а Ким уже развернулся и перестал усмехаться. — Тем более, если так посудить... Лисы бегают быстрее кроликов… Сев на кобылу, Зеро наконец-то смог двигать руками. Впереди него ехал Ким, грязные длинные волосы которого трепались по ветру и будто светились под утренним солнцем. Красный лис явно выделялся своей пестрой внешностью. А как говорил Ли Ганг, — если главу армии можно отличить от обычного солдата, значит он хороший предводитель. Возможно, так оно и есть. Но может ли быть хорошим главарем этот безжалостный мясник Красный Лис? «… который играет в веревочки и смеется…»