Иллюзорна мгла. Часть первая. Довакина нет, но вы держитесь

      Дорога до Вайтрана пролегала через сосновый лес, ютящийся у подножья крутых горных хребтов. Она петляла по склону вдоль реки, а затем спускалась вниз к фермерским угодьям, облепившим со всех сторон высокие каменные стены величественного города, до которого, как показалось, рукой подать. На фоне насыщенного голубого неба, украшенного легкой дымкой перистых облаков, очертания дворца казались сказочным миражом.       Я в восхищении остановилась на склоне, любуясь открывшимся видом. Свен встал рядом, мурлыкая себе под нос весёленький мотивчик.       – Впечатляет, правда? – спросил он. – Это Драконий Предел, там живет ярл Балгруф.       – Там? – переспросила я, мысленно укоряя себя за наивность. Неужели думала, что правитель поселится в скромном доме на окраине?       Бард утвердительно кивнул.       – А почему «Драконий»? – что-то слишком много драконов в последнее время вокруг меня.       – Ну, – замялся Свен. – По легенде Олаф Одноглазый пленил в этом замке дракона.       Никогда не приходилось слышать про Олафа Одноглазого, поэтому я только вскинула брови, показывая спутнику своё удивление, и мы неторопливо продолжили путь.       – А что ты будешь делать в Вайтране? – Свен был очень разговорчивым собеседником, что одновременно являлось как плюсом, так и минусом. От него я многое узнала о местных порядках, но он был чересчур любопытен.       – Свен, а ты веришь в драконов? – я с интересом взглянула на парня, который ответил кривой ухмылкой.       – Ты что, слышала, как моя мама кричала на весь Ривервуд?       – Да, слышала, но, честно сказать, я тоже видела дракона, и он спалил Хелген дотла, – призналась, наблюдая, как в глазах юноши рождается недоверие. – В общем, Алвор попросил меня сходить к ярлу, чтобы попросить для деревни побольше стражников на случай непредвиденных обстоятельств, а потом… – я вздохнула, пытаясь осмыслить собственный план действий. – Буду торговать зельями и попробую как-нибудь устроиться в городе.       – Там есть хороший постоялый двор – «Гарцующая Кобыла», – поделился сведениями Свен. – Думаю, тебе понравится там.       – Мне уже нравится то, что я вижу...       Я была горожанкой до мозга костей. Мне нравились высокие каменные стены, окружающие поселения. Они означали безопасность, а я, как человек осмотрительный, не любила, когда что-то нарушает размеренный ритм жизни. Не любила таких дней, как позавчера. Поэтому теперь внимательно разглядывала сторожевые башни со стражниками, глубокие рвы, выкопанные у основания стен, и отмечала для себя, что штурмовать этот город наверняка непросто. Разве, что дракон сожжёт и это чудесное место.       На перекрестке, где не только дорога, но и русло реки делало поворот налево, внимание привлекла цветущая лаванда. Естественно, я не стала терять времени даром и набрала немного для себя. Это ценный ингредиент, растёт и в Сиродиле, обладает свойством защищать от магических воздействий. Разве можно оставить такое бесхозно цвести на безлюдном перекрестке?       Собирая лаванду, вдруг услышала странный непрекращающийся звон, заполнивший мою голову. Я покрутилась на месте в поисках источника, но никак не могла определить, откуда именно он исходит. Я вскоре приметила слабое свечение слева на берегу. Стоило только двинуться в его сторону, как звон усилился, приманивая меня к загадочной цели.       У самой кромки воды сиял слабым белым светом корень Нирна. Раньше я их только на картинках видела – невысокий побег с короной из пильчатых листьев, издающий тихий звон. Я потянула свои загребущие руки к обнаруженному растению, благодаря Кинарет за ниспосланную удачу, но Свен резко одернул меня за рюкзак, издав сдавленный крик.       Не успела возмутиться, как заметила движение на одной из ферм, разместившихся слева от дороги. Там развернулась битва с великаном.       От страха язык прилип к небу, я вытаращилась на высоченное бородатое существо с непропорционально маленькой головой по отношению к могучему телу. Рост его равнялся фермерскому дому. Снующие у его ног воители едва доставали ему до бедра, а то были суровые норды повыше моего провожатого. Великан махал массивной костяной дубиной, топал ногами, поднимая тучи пыли, и я догадалась, что сумбурное движение воинов вокруг него имело своей целью отвлечение гиганта.       Девушка-лучница с боевой раскраской в виде трёх полос на лице, метко стреляла по великану, целясь в голову. Она уверенно держала оружие, и рука её при выстреле ни разу не дрогнула, копна её блестящих медью рыжих волос развевалась на ветру. Гордо выпрямившись, девушка выудила из колчана очередную стрелу. Снаряд со свистом устремился к своей цели и пронзил глаз великана.       – Это Соратники! – с восторгом в дрожащем голосе проговорил Свен. – Герои Скайрима…       – Герои?       – Они живут Йоррваскре, истребляют диких зверей и монстров, нападающих на людей, и ловят преступников, – судя по всему, бард прямо сейчас готов был спеть этим воителям хвалебную оду.       Великан пал, и Соратники разразились радостными криками, объявляющими всем об их победе. Лучница заметила нас и отсалютовала зрителям с тонкой улыбкой триумфатора.       – С этим покончено, – с самодовольным видом изрекла она. Совсем молодая девушка, может даже младше меня, только непонятно красивая или нет – почти все лицо зелёной краской залила.       Я махнула на неё рукой и оторвала желанный корень Нирна. Как только растение оказалось в моей руке, звон резко прекратился.       – Всех монстров не перебьёшь, – проворчала я в адрес Соратников.       – Им за это платят, – скосился на меня Свен.       – Тогда, какой в этом героизм? – я убрала корень Нирна в рюкзак. – Они самые обыкновенные наемники.       – Не всякий человек в здравом уме может в одиночку броситься на тролля, – неожиданно глубокомысленно изрёк бард. – Я бы даже за тысячу септимов не смог!       – За тысячу? – призадумалась я. Потом, конечно, решила, что моя жизнь должна стоить подороже. Хотя бы пять тысяч.       Мы добрались до конюшен, где характерно пахло сеном и навозом. Здесь около повозок крутились и спорили самые разные люди, эльфы и даже один аргонианин. Наёмники, купцы, странники, пилигримы ходили и договаривались о ценах с кучерами, гомон толпы сливался с протяжным ржанием лошадей. Даже в Бруме было потише. Нам пришлось буквально протискиваться сквозь толкотню к внешним воротам с подъемным мостом.       – Здесь всегда так шумно? – поинтересовалась я у Свена.       – Да, – отозвался бард. – Вайтран – сердце Скайрима! Я пойду с тобой в город, там, в лавке Белетора, куплю какой-нибудь подарок для Камиллы, а потом домой.       – А к ярлу со мной не пойдешь? – мне стало волнительно. Неужели придется одной идти к правителю владения чужой для меня провинции?       – Я, честно сказать, не думаю, что тебя к ярлу пропустят, – с сомнением ответил Свен и жизнерадостно улыбнулся.       Меня одолели суровые думы – а что, если и впрямь не пропустят?       У ворот Вайтрана дежурили два стража. Оба в глухих шлемах стояли как истуканы, скрестив руки на груди.       – Стой! – сурово выдал тот, что слева. – Из-за драконов город закрыт, проход только по официальной надобности!       «И как же это интересно ворота спасут от драконов?!» – пронеслось в голове, однако взяла и ляпнула:       – Я свидетель нападения на Хелген, у меня срочные новости для ярла!       – Правда? – засуетился стражник и, судя по голосу, несколько растерялся. – Проходи! Сейчас я открою ворота.       Стражник потянул кольцо двери, вделанной в одну створку окованных железом ворот, на себя, пропуская нас с бардом в город.       Широкие каменные улицы, дома с двускатными крышами, красивые резные деревянные фасады, цветов на улицах – тьма!       Справа у городской стены находилась кузница, где о чем-то горячо спорили женщина в фартуке кузнеца и имперский легионер. Припомнив предупреждение Хадвара насчет встреч с легионерами, я потянула Свена вперёд по улице. Он не понял моей спешки и выглядел вполне довольным жизнью.       Городская улица вывела нас прямо к круглой рыночной площади, заставленной лотками, за которыми позади широчайшего ассортимента товара виднелись фигуры торговцев, не жалеющих глоток, чтобы заманить к себе покупателей:       – Нежнейшее мясо!       – Украшения!       – Свежие овощи!       По рынку время от времени проходила стража, у лотков толпились горожанки с плетёными корзинками. Я чуть не позабыла, что нужно следить за кошельком.       – Вот гляди, – Свен осторожно взял меня под локоток и отвёл в сторону под навес крыльца близстоящего дома. – Здесь лавка Белетора, – затем он указал на соседний дом справа, над которым я приметила вывеску. – Это «Котелок Аркадии», она там продает всякие растения и зелья, а там за рынком – «Гарцующая кобыла».       Я разглядела красивый белый фасад высокого дома с раскачивающейся на цепях табличкой над порогом. Таверна стояла на холме, и к её резным дверям вела деревянная лестница.       – Ну, а Драконий Предел наверху за храмом Кинарет и Йоррваскром, – напоследок добавил Свен. – Не потеряешься?       – Очень постараюсь, – решительно кивнула я.       – Отлично, – бард протянул мне руку. – Заходи в гости, если окажешься в Ривервуде.       Я по-дружески хлопнула ему по ладони.       – Надеюсь, пригласишь на свадьбу! – после моих слов Свен сделался красным, как спелый помидор на овощном прилавке.       Так мы и разошлись по своим делам.       Я решила начать с алхимической лавки, сквозь дверь которой на улицу просачивался стойкий травяной аромат.       Внутри горящий очаг давал тусклый свет просторному залу с алхимическим столом у дальней стены.       – Добро пожаловать! – немолодая женщина за прилавком радушно улыбнулась мне, но вдруг стала серьёзной. – Что-то вид у тебя бледноватый... Похоже, это атаксия!       – Что? – поначалу испугалась, но потом вспомнила, что тоже целитель. – Нет, не думаю. При атаксии, как правило, ощущается непривычная тяжесть в ногах, а я ничего такого не чувствую.       Торговка продолжала смотреть с приветливой улыбкой, но после моих слов радости в её взгляде немного поубавилось.       – Знай, что у меня есть средства от всех болезней! – добавила она.       – Значит, ты целительница? Аркадия?       Эта встреча несказанно обрадовала меня. Может, смогу чему-нибудь научиться у опытного целителя?       Она тоже определенно была счастлива видеть нового покупателя, и её весьма заинтересовали изготовленные мною зелья. Аркадия скупила все по восемь монет за каждый флакон, включая найденные мною растения, а я, получив сто четырнадцать септимов, не могла вновь не вспомнить слова Эстора, что если бы торговала зельями, то сколотила бы состояние. Интересно, жив ли мой старый друг?       На улицу вышла с деньгами, но огорченная воспоминаниями. Ещё Аркадия ясно дала понять, что конкуренция ей в городе ни к чему, и тем более, она не собирается учить каждую встречную поперечную землячку изготовлению лекарств. На первое время у меня есть почти две сотни монет, но придется подыскать другие источники дохода.       Прошло всего два дня, а казалось, будто сменила целую жизнь. Стоя на рыночной площади Вайтрана, я собиралась направиться к ярлу, чтобы предупредить его о драконе, спалившем Хелген до голых камней, и попросить помощи для Ривервуда, о существовании которого на прошлой неделе даже не подозревала.       Теперь нужно брать себя в руки, зарабатывать деньги и пытаться осесть здесь, или вернуться в Сиродил... Но что ждёт меня там, кроме комнаты в постоялом дворе, запаха дешёвого вина, нищеты и больных? А здесь есть надежда на то, что смогу неплохо устроиться, также как и Аркадия. И мне было жутко стыдно – как я после всего появлюсь перед Эстором? А что если он погиб из-за меня?       Я миновала рыночную площадь, поднялась по крутой лестнице и очутилась под сенью ветвей прекрасного дерева, усыпанного нежно-розовыми цветами. Вокруг дерева стояли скамейки, на одной из которых сидела маленькая девочка в поношенном зелёном платьице. Заметив меня, она встала, преградила путь, заглянула прямо в душу огромными серыми глазами и, протянув худую ладошку, еле слышно спросила:       – Тётенька, монетки не найдется?       С монетками было туго, но я достала септим из кошеля, подала ей и пошла дальше. Сиротка рассыпалась в благодарностях, и мне самой стало легче на душе – ни дня без добрых дел! Позавчера спасала Хадвара, вчера не позволила Камилле Валерии связать свою жизнь с босмером, а сегодня вот – насыпаю деньги страждущим от щедрот своих. Ну, разве я после всего этого не герой? Бесспорно лучше каких-то там Соратников!       Йоррваскр находился напротив храма Кинарет с правой стороны и очень напомнил мне своими нелепыми формами перевернутый корабль. Возможно, так оно и было. Перед Йоррваскром, слева от лестницы стояла заросшая мхом статуя Талоса, перед которой громогласно распинался тощий проповедник в коричневой жреческой рясе с капюшоном. Бесстрашно и очень глупо, учитывая обстановку в Империи.       Я быстро прошагала мимо жреца, стараясь на него не смотреть. Лучше всего таких людей обходить стороной. К Драконьему Пределу тянулась еще одна лестница, а у высоких дверей замка ждало очередное препятствие.       – Стой!       Стражи здесь было много, что не могло не успокаивать мою пугливую натуру. Я прошла, ссылаясь на необходимость поведать ярлу про Хелген, и меня впустили, вопреки опасениям Свена.       Величественный зал Драконьего Предела поразил меня высотой своего потолка. Название замка вполне оправдано – дракон тут с лёгкостью бы поместился. Наверх к тронному залу вела очередная лестница, а потолок поддерживали исполинские резные колонны, стоящие вдоль стен.       Я, озираясь по сторонам, обходя стражу и прислугу и с интересом разглядывая золотисто-жёлтые гобелены с изображением головы белого жеребца, поднялась наверх и споткнулась на последней ступеньке, приземлившись прямо перед огромным горящим очагом, который обрамляли с двух сторон длинные обеденные столы. Надменные лица придворных переменились, вытянулись от изумления, когда перед ними с грохотом (а поскольку в зале до этого была тишина, моё падение стало именно грохотом) упала женщина.       – Что за бесцеремонность?! – ко мне тут же стрелой подлетела серокожая красноглазая эльфийка, данмерка, в кожаной броне и стальным мечом наголо. – Ярл Балгруф не принимает посетителей!       – Я... Э... – замямлила я, медленно поднимаясь и с опаской глядя на острое лезвие меча, замершее перед носом. – У меня есть новости о нападении на Хелген!       – Айрилет! – приятный бас ярла эхом разлетелся по залу. – Я хочу услышать, что она скажет.       Эльфийка нехотя убрала оружие и впилась в меня подозрительным взглядом. Её глаза стали похожими на узкие щели.       Сквозь дым очага, наконец, разглядела ярла, вальяжно сидящего на троне с резной высокой спинкой. Над троном, поражая воображение, висел гигантский драконий череп. Я сразу вспомнила, извергающую пламя пасть того монстра, что спалил Хелген.       Ярл Балгруф, облаченный в богатые меховые одежды, шитые шёлком, в золотом обруче с рубинами, венчающим его голову, своим видом ничуть не уступал нашему местному брумскому графу Карвейну. Норд средних лет с длинными светлыми волосами и короткой бородой, заинтересованно смотрел на меня, хмуря густые брови, и ждал моего увлекательнейшего во всех смыслах рассказа.       Я в своём повествовании решила опустить все детали моего попадания в Хелген, но Балгруфа больше интересовало то, что произошло при нападении дракона, а не перед ним. За весь рассказ правитель и данмерка даже не шелохнулись, а вот стоявший по правую руку ярла имперец с залысиной, которого я мысленно обозвала советником ярла, взволнованно затрясся, даже не пытаясь этого скрыть.       – Я немедленно отправлю несколько солдат на защиту Ривервуда! – распорядился ярл, когда я дошла до просьбы Алвора. – Айрилет! Сходи, выбери достойных воинов.       – Но господин! – вмешался советник дрожащим голосом. – Ярл Фолкрита может решить, что мы пошли на него войной!       – Нет, я не оставлю своих людей без защиты, – твердо ответил Балгруф, чем несомненно вызвал моё восхищение. – Айрилет, ты слышала приказ.       – Да, господин! – данмерка кивнула и удалилась прочь, а ярл поднялся с трона.       – Ты заслуживаешь награды. Большой смелостью было найти меня, – изрек он. – Провентус, дай этой женщине немного денег за хлопоты.       В этот момент моё уважение к ярлу перевалило через край, и я забормотала какие-то невнятные благодарности его светлейшей персоне. Советник отправился наверх по боковой лестнице. Я рассудила, что там, наверное, расположены покои ярла и знати.       – Иди со мной, – продолжал Балгруф. – Я познакомлю тебя с человеком, который очень хочет узнать о драконах побольше.       В комнатке справа от тронного зала около большого стола, заваленного свитками и камнями душ, стоял маг в синей робе с капюшоном, задумчиво изучающий подробную карту Скайрима, прикреплённую к стенду. Мой взгляд срезу зацепился за алхимическую лабораторию и настоящий алтарь зачарования, о котором прежде только в книгах читала. Притягательно блестела синяя пентаграмма под зеленым магическим шаром, в котором клубились туманные змеи.       – Фаренгар! – окликнул мага ярл. – Я тут привел тебе кое-кого, кто может рассказать о драконах.       Лицо мага было наполовину скрыто капюшоном, и было сложно понять, к какой именно расе он принадлежит. Только надменный взгляд на вытянутом лице угадывался сразу. Увидев простую крестьянку, а только так можно было сейчас меня воспринять, он немного огорчился, но все же заговорил:       – Как твоё имя? – он скрестил руки на груди и принял весьма напыщенный вид.       – Я – Джулия Октавия, алхимик, – выпалила я, не подумав.       – Так значит, ты в какой-то степени маг, – он пару секунд размышлял.       – Пожалуй, я вас оставлю, – усмехнулся ярл, и эта его странная усмешка меня обеспокоила. – Думаю, вам здесь найдется, что обсудить.       – Благодарю вас, ярл! – слегка кивнул правителю Фаренгар, в то время как я застыла перед картой Скайрима, читая названия владений и столиц.       В самом центре располагался Вайтран, самые ближайшие города к нему – Фолкрит, обозначенный гербом с головой оленя, и Морфал, отмеченный узором из трёх переплетённых линий. Севернее и дальше столица Скайрима – Солитьюд со щитом с головой волка на гербе. Сразу всплыли в моей памяти страшные истории про королеву Потему, которые мне рассказывал дед. Вдоль побережья на запад тянулась надпись – Море Призраков. Оно омывало побережье Данстара, с рассветной звездой, похожей на крест, и Винтерхолда, на гербе которого была изображена корона с тремя зубьями. Виндхельм, обитель Ульфрика Буревестника, отмечала голова рычащего медведя. Он располагался на северо-западе провинции, а южнее находились владения Рифта, на гербе которого красовались два скрещенных клинка. На самом востоке Скайрима среди гор Предела лежал Маркарт, отмеченный изогнутыми бараньими рогами. По всем владениями находились также небольшие деревушки и чернели угольные отметки, оставленные, по всей видимости, самим Фаренгаром. Одну из них я узнала сразу – тот самый Ветреный Пик, о котором Хадвар по пути рассказывал страшилки.       – Вот это провинция! – с интересом дотронулась до синего флажка около Данстара, и он отвалился. – Ой, прошу прощения! – я сделала попытку воткнуть флажок обратно, но тот снова упал.       – Оставь себе, – махнул рукой Фаренгар. – Площадь Скайрима велика...       – А сколько здесь всего растёт! Могу себе представить! – восхищённо произнесла я, пытаясь незаметно положить флажок на угол стола мага.       – Ты из Сиродила, насколько я понимаю?       – Да, недавно неудачно переехала в Хелген.       – Расскажи мне всё о драконе! Какой он был? Цвет, размер, количество шипов на голове? Он двурогий, как Нуминекс? – Фаренгар так сыпал вопросами, что я едва успевала отвечать.       – Вроде двурогий... Я это плохо помню. Кто?       – Дракон Нуминекс, пленённый здесь давным-давно королём Олафом Одноглазым... Это его голова висит над троном ярла.       – Чья? – перепугалась я. – Олафа?       Фаренгар провел рукой по глазам и обречённо выдохнул.       Выдав магу всё, что знала и запомнила, поняла, что тоже хочу о многом его расспросить. Однако, он, подобно прочим магам, неохотно делился знаниями. В конце концов, он изрёк сакраментальную вещь, от которой я едва ли преждевременно не поседела:       – Мне нужно, чтобы ты сходила в Храм Ветреного Пика и достала оттуда драконью скрижаль, которая там лежит, а может и не лежит... Конечно, там может быть опасно.       – Фаренгар, – теперь настала моя очередь складывать руки на груди и пронзать его долгим тяжелым взглядом. – Кажется, ты смотришь на меня, а видишь короля Олафа Одноглазого, пленившего дракона Нуминекса, чья голова висит над троном. Я – алхимик, а не Соратник! Если нужно исследовать руины, найми лучше их... Я здесь только потому, что обещала жителям Ривервуда.       – Стало быть, не пойдешь? – переспросил маг, растерявшись. – Даже за награду?       – Смерть не стоит наград, уж извини, – я развела руки в стороны.       – Я продам тебе защитные чары, – предложил Фаренгар. – Со скидкой! Отдам Дубовую плоть за сто двадцать септимов!       – Не многовато? – кажется, это заклинание какой-то другой Школы магии. Иллюзии что ли?       – За сто, – вздохнул маг, и вытащил из-под стола книгу в кожаном коричневом переплете с изображением дерева.       «Изменение», – я с недоверием смотрела на книжку. Отдать почти все деньги за знания?       – По рукам, но я не полезу ни на какой Ветреный Пик! – я, скрепя сердце, потянулась к своим септимам. – Ты же понимаешь, что я там помру, да?       Фаренгар пораскинул мозгами, а я уверена, что они у него были, и отстал.       – Сделка отменяется, – недовольно буркнул он, сгребая со стола книгу заклинаний.       – Джулия Октавия? – окликнул меня советник. – Ваша награда здесь.       Я попрощалась с магом и его книгами, и поспешила к имперцу, бросив последний взгляд на карту Скайрима.       – Ярл высоко ценит вашу заслугу и премного благодарит… – монотонно забубнил учтивый Провентус. Я с открытой улыбкой приняла награду и побрела к выходу из Драконьего Предела, терзаемая одним единственным вопросом. Сколько мне дали денег?       Кошель увесистый, наверное, там около сотни. Что ж, на комнату в таверне точно хватит, но что если не снимать комнату, а наняться в помощницы на кухню?       Мечты о грядущих заработках меня радовали и согревали. Моё бытие меня уже не так удручало.       День склонился к закату, со стороны Йоррваскра раздавался лязг мечей и смех тренирующихся наёмников. Сверху, с лестницы Драконьего Предела, окинула взглядом спокойный город, лежащий передо мной. Вспомнила Хелген и почувствовала, как сердце уколол страх. Представила на мгновение, как дракон уничтожает это мирное место, а по спине пробежал неприятный холодок. Борясь с тёмным наваждением, пугающим и неотвратимым, захватившим весь разум, я спустилась вниз к храму Кинарет и коснулась шершавой коры цветущего дерева.       «Боги нас защитят!» – мысленно уверив себя в том, что высшие силы точно нас не оставят, покосилась на проповедника Талоса, всё ещё надрывавшего глотку. И куда, спрашивается, смотрит стража?       На рыночной площади стало гораздо меньше людей, чем было пару часов назад. Взглянув на прилавок с мясными вырезками, ощутила, что голодна как волк, и таверна, пусть даже я туда иду наниматься, будет очень кстати.       В зале «Гарцующей Кобылы» меня оглушило пение нескольких наёмников аккомпанирующих барду:       – За юность мы пьём! Прошлым дням наш почёт!       Голоса их были пьяные, в тон они не попадали, но пели с душой, громко и рьяно, тряся над головами кружками и пританцовывая на месте. Оживлённое местечко, что и говорить, не какая-то там деревенская забегаловка!       Сквозь басы нестройного хора доносились отчётливые звуки драки. Я несмело прошла к стойке трактирщицы и заметила, как в дальнем конце зала огромная женщина, на голову выше меня, в стальном пластинчатом доспехе приподняла за грудки какого-то щуплого доходягу, который, видимо, по глупости своей вздумал к ней пристать, и швырнула его на стол, разломав в щепки хлипкую мебель. Вышибала стоял рядом и громко ржал над всем этим, вместо того чтобы разобраться с нарушителями порядка.       – Наливай! – завопил пьяница в обносках, стуча жестяной кружкой по стойке.       Ошалев от ужаса, забыла, зачем сюда пришла. Трактирщица, нордка средних лет в простом платье с фартуком, заметив меня, наполнила кружку пенистым душистым элем и поставила передо мной.       – Добро пожаловать! – приветливо улыбнулась она, словно вокруг не творятся бесчинства. – Ищешь, где перекусить?       – Меня зовут Джулия Октавия, – представилась я. – Мне нужна оленья отбивная с печеным картофелем и работа кухарки.       – А ты готовить-то умеешь? – наклонилась ко мне хозяйка.       – Я уже работала кухаркой, – на всякий случай решила не уточнять, где именно. – Если не кухаркой, то могу быть официанткой или посудомойкой… Я всё по хозяйству умею.       – И сколько ты хочешь за свою работу?       Я некоторое время выжидала, прежде чем ответить. Наемники позади меня закончили свою песню, завопили, кто во что горазд, засвистели и захлопали. Когда крики стихли, я облокотилась на стойку:       – Спальное место и чаевые.       – Звать меня Хульда, – сказала трактирщица, а после кинула быстрый взгляд в толпу. – Садия! Подойди сюда, милая!       Я обернулась. Через весь зал к стойке, покачивая бедрами и уворачиваясь от ловких рук наемников, тянущихся к женским прелестям, неторопливо плыла симпатичная стройная редгардка примерно моего возраста с тёмной шоколадной кожей и короткой стрижкой.       – Да, госпожа, – голос этой девушки прозвучал сладко и тягуче как расплавленная карамель. Даже у меня во рту почему-то сделалось приторно.       – Это Джулия Октавия. Будет жить с тобой в комнате и помогать мне на кухне. Объясни ей, как у нас всё устроено, и выдай фартук из сундука.