Wherever You Are

Каждый день мы сталкиваемся со своими страхами. Кто-то каждую ночь сталкивается со своим страхом темноты, так как именно в ней всегда живут твои самые ужасные мысли и худшие предположения. Кто-то идет в школу, где обитают самые злостные говнюки твоей жизни, которые навсегда переломили твое представление о себе или мире в лучшую или худшую сторону. Кому-то ежедневно приходится находиться среди людей и взаимодействовать с ними, мечтая как можно скорее вернуться домой и заварить себе чай, молчать наедине со своим питомцем, потому что из тебя все силы выжимают говорливые люди. А кто-то боится прийти на назначенное место встречи и не увидеть там человека, о котором ты думаешь каждую минуту. Возможно прямо сейчас кто-то боится взять трубку и услышать там ужасную новость, мысли о которой он всегда старался отогнать подальше от себя. А кто-то боится не успеть зайти в кофейню перед началом рабочего дня, а увидев паука на стене, негромко взвизгнет, попросит кого-то убить его, думая о том, что это самое ужасное потрясение за неделю. И у каждого человека этот страх разный: один будет рвать волосы на голове и ничего не слышать, кроме своего громко бьющегося сердца, а другой просто закатит глаза. Перемены — это тоже всегда страшно. Даже если ты их очень хочешь. И не важно, покупаешь ли ты новый дом, думая, насколько сильно тебе придется экономить теперь, или же красишь волосы в надежде, что новый оттенок будет тебе к лицу. Джерард не боялся. Спонтанные решения всегда были самыми классными и лучшими в его жизни, и покраска волос — не самое худшее, что могло бы с ним произойти. Но червячок сомнения грыз его сознание где-то глубоко, далеко и еле ощутимо. «Вдруг он сделает из меня чучело, чтобы потом смеяться надо мной вместе со всей школой?», — Думал Уэй, глядя на серые многоэтажки впереди себя. — Ты красил волосы до этого? — спросил Фрэнк, подыскивая место для парковки. — Ты думаешь, черный — мой натуральный цвет? — с ухмылкой на лице спросил тот, напяливая куртку. — Разве нет? — Точно нет. Еще я пробовал красить волосы в синий, но вместо этого получил бирюзовые корни… — Но, должен признать, тебе идет черный. Фрэнк припарковал автомобиль недалеко от салона, в котором планировалось провести эксперимент над внешностью Уэя. Убедившись, что машина закрыта, парни вошли в здание со светящейся вывеской сверху. — Здравствуйте, надеюсь, у вашего парикмахера найдется время на окрашивание волос этого ангелочка, — Фрэнк облокотился на ресепшн, глядя девушке прямо в глаза. Девушка привстала, чтобы посмотреть на, так называемого, «ангелочка», и удивленно хлопнула ресницами. Джерард состроил милейшее личико в его арсенале, после чего девушка выдала: — Одна девушка не смогла прийти на мелирование, так что через пятнадцать минут мастер сможет принять вас. Присядьте на диван, — она указала пальцем на предмет мебели чуть поодаль, и снова скрылась за ресепшеном.

***

Сидя в уютном заведении, где ты можешь просто остановить ход своих мыслей и поглазеть на людей, не чувствуя себя при этом неловко, всегда находишь вдохновение. Сразу хочется выложить свои идеи, которые слагаются в красивые и такие правильные предложения, лучшему другу в смс, или разобрать бардак на столе, превратив кучу ненужного хлама в домашнюю обстановку. Они договорились встретиться здесь, в кондитерской. Тут продавали разного рода выпечку и сладости, и здесь же ты можешь сесть за небольшой столик со своей семьей и разделить вечер за вкусным пирожным. Она находилась прямо напротив парикмахерской, так что потерять друг друга было невозможно. Фрэнк смотрел на маленькую чашку чая прямо перед его носом, периодически проверяя время на наручных часах. «Я хочу, чтобы в случае катастрофы я успел спрятать это в пакет или под шапку, так что свали куда-нибудь.», — Джерард шустро вытолкал друга из здания в объятия ледяного ветра. Но теплая улыбка пока еще черноволосого Уэя заставила Фрэнка забыть все придуманные им проклятия и маты, а после этого и ретироваться вовсе. Прошло более трех часов с момента, когда они приехали сюда. Продавщица давно стала косо поглядывать в сторону парня, а его зад стал квадратным от сидения на этом, казалось бы, удобном стуле. Фрэнк уже боялся не успеть, нервно теребя в кармане билеты, но дверь кондитерской открывается более резко, чем обычно. «Либо все слишком хорошо, либо мне стоит писать настоящее завещание…» — думает про себя Айеро, глядя своими большими ореховыми глазами на пустоту в проеме открывшейся двери. Несколько секунд — и в здание заходит парень, чье лицо озаряет такая уверенная в себе ухмылка, а в глазах чертики водят хоровод и жгут чучело. От него пышет чем-то, что заставляет абсолютно каждого в этом заведении поднять на него глаза. И нет, на него смотрят не так, как обычно смотрят на зеленоволосых девочек в маленьком городе, а как на парня, которого обычно считают королем вечеринки. Челюсть Фрэнка пробивает дыру в кафеле, проникая в ядро земного шара, когда он понимает, что этот парень с пожаром на голове — есть его друг. Вечно невзрачный Джерард Уэй приковал к себе десятки пар удивленных глаз. Отыскав взглядом знакомую фигуру, пытающуюся прикрепить свою челюсть на место, Джерард направился за столик. Темно-синий стул плавно отъехал от стола, приглашая парня сесть. Его тощая рука потянулась к миниатюрной чашке, после чего Джерард пробует чай. — Тфу, он холодный, ты знаешь? А еще совсем несладкий, — парень плюется, утирая губы. — Пока я сидел там, мне предложили кофе, и я согласился. Теперь я знаю, что мне не стоит соглашаться на кофе в салонах красоты, потому что он там отвратный. Но он помог мне не уснуть. Удивленно хлопая глазами, Фрэнк не сводил взгляда с лица Уэя, которое излучало что-то новое, до сего момента неизведанное. Новая непонятная эмоция, не появлявшаяся на его вечно унылой моське. — Ты… Тебе очень идет новый цвет, ты знаешь? — отстраненно промямлил Фрэнк, наконец отрывая взгляд от его ярко-красных волос. — Конечно, я знаю. Я даже сам не ожидал увидеть в зеркале такого сексуального красавчика, вместо обыкновенного чучела, только красноволосого… Айеро непонимающе оглядел друга. — Согласись, теперь я стал еще более сексуальным, да? — с ухмылкой от уха до уха проворковал Джерард, манерно заправляя прядь волос за ухо. Чуть было не сказав «да», Фрэнк вовремя очнулся: — Не бери на себя слишком много, — отмахнулся Айеро, улыбаясь. — Не забывай, чья это заслуга! — гордо улыбнувшись, Фрэнк встал. Его ноги, казалось, совершенно забыли, как нужно функционировать, так что потянувшись и размяв конечности, он схватил никак не налюбующегося собой Уэя за запястье и потащил в машину. — Дяденька, Вы бы хоть спрашивали, может я занят сегодня, — хитро улыбнулся Джерард, и сел в автомобиль. Сев на водительское сиденье, Фрэнк завел машину и они поехали вперед. — Итак, сейчас половина четвертого. Мы успеваем! — радостно объявил Фрэнк. — Куда успеваем? — удивился Джерард, думая, что что-то более грандиозное ждет их явно не сегодня. — Оу, так ты не знаешь? — как ни в чем не бывало спросил тот, доставая из кармана куртки две глянцевых бумажки. Разглядев название знакомой группы, Джерард не веря в происходящее взял в руки билеты, читая каждую строчку. — Билеты на концерт Green Day… Чувак, еще не поздно показать мне, где ты прячешь камеру. — Это настоящие билеты, успокойся. — Но… откуда? — Я часто бываю на разных концертах, так что для меня это в порядке вещей. Для меня достать билет на концерт, это то же самое, что для тебя послать учителя в самые далекие места, — Айеро перевел взгляд с дороги на Джерарда. Глаза, в болотном цвете которых утром читались только загадка и недоверие ко всем вокруг, затем переменившие все это на желтых чертят, которые остались крапинками, доныне не видных, теперь излучали детскую радость, восторг и счастье. Казалось, что если бы сейчас было темно, то глаза Джерарда могли осветить им путь лучше любых фар. — Не знал, что ты тоже их любишь… — Ты шутишь? — с нескрываемым возмущением удивился Фрэнк. — Я учился играть на гитаре, потому что восхищался Билли, я хотел играть, как он. Я знаю каждую их песню наизусть. Я, в конце концов, залип на твои плакаты в комнате минимум минут на десять, не говори, что не заметил! — Неа, — улыбнулся Джерард. Небольшое молчание прервалось счастливым возгласом Джерарда: — Я не верю, что прямо сейчас мы действительно едем на концерт нашей любимой группы! Клянусь, сегодня я сорву себе глотку!

***

Народу было действительно много, потерять друг друга не составляло труда. Они стояли примерно в середине, но Джерард вечно ворчал из-за того, что кто-то посягнул на его личное пространство. Когда он начинал просить рядом стоящих не подходить к нему ближе, чем на три метра, Фрэнк отчитал его, улыбаясь какой-то девушке. Парень говорил, что на концертах стоит забыть о каком-то расстоянии между людьми, и так же сказал отблагодарить за то, что они не попали в первый ряд. «Если бы ты стоял в первых рядах, бро, ты бы больше точно не захотел на концерт!» — утверждал Фрэнк, посмеиваясь над реакцией Уэя на очередную шутку солиста. Когда последняя строчка песни «Holiday» была пропета, Джерард потерялся из виду, скрывшись в толпе. Фрэнк заметил это не сразу, и зная, что этот чудак может не найти выход отсюда и сделать свой собственный, незамедлительно отправился на его поиски. В клубе было довольно жарко — парень ощутил это так сразу, как только отвлекся от выступления кумиров, которые уже начинали исполнять следующую песню. Концерт близился к завершению, и Фрэнк не хотел тратить возможность спеть оставшиеся песни в один голос с самим Билли Джо Армстронгом, но то, что из-за его желаний может появиться новая дыра в стене концертной площадки, заставляло напрячься. Проталкиваясь через людей, Айеро все больше хвалил себя за то, что выбрал красный, потому что куда легче найти красную макушку среди толпы народу в основном с натуральным цветом волос. Увидев знакомый цвет, Фрэнк быстро сменил направление в сторону находки, но когда он вытянул руку, чтобы схватить за плечо, красный свет прожектора переместился с блондинистых шелковистых волос какой-то девочки, которая скромно подпевала любимой песне. А в зале стало совсем душно. Или так и было? Хотелось пить, найти Уэя, а еще на ручки и чтобы кто-нибудь сел за руль вместо него… Но больше всего пить. Махнув рукой на поиски друга, решив, что если проголодается, то сам найдется, Фрэнк пошел к бару, где собирался купить газировки. Свет в зале погас, а затем все прожекторы устремились на сцену. Группа выстроилась в ряд и дружно поклонилась, прежде чем Билли подошел ближе и отблагодарил пришедших на концерт ребят, которые пели вместе с ним и делились своей безудержной энергией со всеми ними. Услышав это, Фрэнк вспомнил, как Джерард чуть ли не залез ему на шею, когда заиграла «Kill the DJ». Он поднимал руки вверх и радостно пел куплеты любимой песни, и пел очень даже хорошо. В его глазах искрилось счастье, такое настоящее и яркое, что это восхищало. — Ох, эту песню любят все! — недовольно сказал Айеро, пытаясь не завалиться назад вместе с сидящем на его спине Джерардом. — Разве ты не любишь? Как можно спокойно слушать это, без толики желания махнуть головой в такт? Когда они шли сюда, Фрэнк рассказывал, как он бывал на концертах других групп, а Джерард, наверное, впервые в жизни, заинтересованно слушал. А затем по-детски наивно произнес: — Я тоже возьму автографы у ребят! — Мечтай. А теперь концерт закончился, ребята покинули сцену, а толпа уже скучковалась у входа. А он так и не нашел своего драгоценного Джерарда. Идея позвонить такая элементарная, но пришла не сразу. Фрэнк достал телефон из кармана джинс и нажал на знакомое имя. Гудки теперь можно было услышать, так что вся надежда возлагалась, но то, что телефон Джерарда не сел. Оплатив бутылку воды, Айеро отошел в сторону, мысленно заставляя Уэя взять трубку. На том конце провода послышались шорохи вместо гудков, а потом до ушей Фрэнка донеслось полупьяное «Фрэнки!». — Джерард? Ты где, какого хера ты ушел не предупредив меня? Я тебя везде ищу! — Ой, ну все! — уместно было бы сбросить вызов, думал Джи, но Фрэнк явно не закончил. — Где ты? — В гримерке… — невинно ответил тот. — Где, прости? В гримерке? — Когда я заходил сюда, здесь было написано «Гримерная комната». А сейчас не знаю, может они переименовали комнату, пока я сидел здесь… Кстати, ты говорил, что я не возьму автографы Green Day. А я взял! Даже в трех экземплярах! — Зачем тебе три экземпляра? — Ну, один тебе, а два — мне. — Оставайся на месте, я сейчас подойду. — Ага, — сказал Джерард и вышел из гримерки. Если идти дальше по коридору, то там наверняка можно найти кучу всего интересного. Туда то, вперед по коридору, и отправился искать приключения мистер Уэй.

***

Спустя сорок минут тщетных поисков Джерарда около гримерок, он наткнулся наконец на единственную гримерку, в которой было совсем тихо. Тишина могла означать лишь одно: группа уехала отсюда, и дверь теперь заперта. А так как дверь была заперта, значит Джерард должен быть снаружи, около гримерки. «Господи, я правда надеялся, что он послушает меня?» — спрашивал сам себя Фрэнк, скатываясь вниз по стене. Прошел целый час после окончания концерта, и время, проведенное здесь, вымотало его. Думая о том, что ему необходимо покурить, Фрэнк было встал и направился в сторону выхода, как услышал пьяный смех из-за угла. Почему-то ему подумалось, что это мог быть Джерард, так что ненадолго отложив свою идею с порчей легких, Айеро отправился на источник звука. За углом был своеобразный тупик. Старое окно было настежь открыто, а на подоконнике сидел Уэй в обнимку с фикусом. — Так что да, бро, эта стерва просто взяла и не продала мне сигареты… А как ты покупаешь? — Джерард блаженно прикрыл глаза и в своей обычной манере закинул голову вверх, медленно выдыхая дым. Фрэнк сначала испугался, но быстро вспомнил, с кем имеет дело. — Эм, Джи? Ты в курсе, что ты болтаешь с… растением? — осторожно произнес Фрэнк, подходя ближе. Парень, казалось, совсем не замечал друга до того момента, пока он не подал голос. Он резко встрепенулся, фокусируя взгляд на Фрэнке, а потом выдал: — Ты перебил Шона, теперь он не помнит, о чем говорил! — О, прости меня, Шон, впредь я буду более внимательным, — Фрэнк неожиданно оказался около Уэя и выдернул остатки сигареты из его цепких пальцев. — Эй! — Отстань, я искал тебя почти час, где ты был все это время?! — заставив Джерарда забыть об утрате, Фрэнк наконец задал интересующий его вопрос. — Ну, сначала я пошел попить воды, потому что в зале было душно, да и слова той песни я не помнил. Потом я пошел в туалет, потому что пока я пытался вернуться обратно, вода прошла свой путь через мои почки и я захотел… — Тебе не обязательно пояснять! — перебил Фрэнк, желая быстрее услышать главную мысль. Джерард устремил удивленный взгляд на Айеро, а затем продолжил: — …и я захотел отлить. А потом я встретил банду девчонок, которые сказали, что у меня классные волосы, и они предложили мне бутылку с чем-то… Черт, Шон, что это было? — на полном серьезе спросил он у фикуса. Фрэнк прикрыл свою улыбку рукой. — Чего ты там лыбишься? — с подозрением спросил Джерард, на всякий случай поправляя волосы. — О, точно, похоже было на мартини! Шон, ты умничка! — он потрепал цветок по самому большому листку. — О, ну потом я попробовал, и мне понравилось, поэтому я выпил много. Но не все! Шон, куда ты дел ее? — Джерард закрутился вокруг себя в поисках бутылки. — Шон, все ты себе прибираешь! Это для Фрэнка! Окей, вот, что успел выяснить Фрэнк за последние минуты: пьяный Уэй — забавный Уэй. И ему определенно будет что напомнить ему, когда тот протрезвеет. Тем временем Джерард нашел полупустую бутылку мартини и гордо протянул Айеро. — Как ты тут с цветком очутился? — Я шел из туалета, но заблудился, и я просидел там долго, поэтому когда я пришел, ребята были уже здесь! В общем, я зашел к ним в гости и потом позвонил ты… А потом я ушел оттуда… — Но я же сказал тебе ждать там! — напомнил Фрэнк. — Правда? Тяжелый вздох со стороны Фрэнка, после чего Джерард продолжает: — А потом я увидел его, — Джерард помахал листом фикуса Фрэнку, но нечаянно отломал его. — О черт, Шон, кажется у тебя оторвалась рука!!! — он вскакивает и прячется за друга. — Фрэнк, что ты наделал!!! — Это ты вырвал руку своему новому другу! — А у меня совсем другая информация, посмотрим, кому поверит суд… — Так, ладно, — Фрэнк затягивается в последний раз и выкидывает окурок в открытое окно, после чего захлопывает его, — нам пора. Пока, Шон, было приятно оторвать тебе «руку»… Пойдем, Джи, — он дожидается, пока Уэй встанет и соберет свои вещи, после чего парни медленно идут в сторону выхода.

***

Джерард мирно сопел на сидении, в одной руке сжимая алкоголь, в другой — билет на концерт, который он забрал у Фрэнка «на память». Фрэнк еле слышно включил музыку, ведя машину навстречу ночному мраку. Наслаждаясь компанией спящего друга, он чувствовал себя так хорошо и так свободно, как не чувствовал, наверное, никогда. Наблюдать детский восторг Джерарда на вещи, которые Фрэнку давно стали обыденными, было лучшим занятием из всех. Джерард проснулся, когда они уже были в черте города. — Оу, мы почти приехали… — констатировал он, запуская руку в волосы, которые даже не запутались после их сногсшибательного концерта. — Ох уж эти шампуни из салона красоты, наверняка здесь замешана черная магия. — Ну что, как тебе твой новый цвет? — с улыбкой спросил Фрэнк. — Крутой. Он явно делает меня круче. И сексуальнее. Да, это точно так, — сказал Джерард и случайно ударился головой об окно. — О да, мистер крутой! — рассмеялся Айеро. — А ты сегодня очень уж добрый… — вздохнув, Джерард потянулся, сладко зевая. Он отвернулся от Фрэнка, так что тот уже подумал, что он снова провалился в сон, как Джерард снова заговорил: — Фрэнки? — М? — Я сейчас чихну. После этих слов Джерард действительно чихнул, подобно маленькому котенку. — О Боже, я не ожидал, что после того, как ты чихнешь, от моей машины хоть что-то останется… — Иди ты! — тот пихнул его в плечо, и Фрэнк рассмеялся. — О, я вспомнил, что мне снилось! — Оу, тебе даже что-то снилось.? Рассказывай. — Мне снилось, как я пришел в школу, и ребята увидели какой я стал классный, они сделали меня королем школы. Но не таким, как ты мог подумать, я просто мог брать в нашей столовой что, сколько и когда захочу, и совсем бесплатно… — Твой новый цвет волос не откроет тебе столько дверей, чувак, — Фрэнк не прекращая улыбаться говорил это Джерарду, глядя на дорогу. — Как думаешь, что такое сон? — спросил Уэй, скатываясь. — О-о-о, началась пьяная философия! Я где-то читал, что это психическое заболевание. — А я думаю, что сны, это то, что твой мозг выдумывает тебе, чтобы развлечься, исходя из твоих воспоминаний и мыслей. Или то, о чем он знает, что произойдет с тобой в будущем, и он рассказывает и показывает это, ну или намекает… Они проехали мимо школы, что означало, что с минуты на минуту они окажутся дома. — Хей, а мы прогуляли школу, — весело сообщил Уэй, будто бы это выяснилось только что. — Вот это да, поверить не могу, неужели мы действительно прогуляли учебу, вау! — съерничал Айеро, подъезжая к своему дому. Он вышел из машины и открыл гараж. Ночь была холодной, по-настоящему осенней. Через пару недель уже должна настать календарная зима, так что… — Я не планировал ночевать у тебя, похотливый ты жук, отвези меня домой, — деловито сказал Джерард высунувшись из окна. Он напялил на себя солнечные очки, которые, по всей видимости, нашел в бардачке, и теперь строил из себя звезду. — О, я не планировал, чтобы ты у меня оставался. Прогуляемся до твоего дома вместе, так и быть. — Тебе что, бензина жалко? — надул губы Джерард, поднимая очки, потому что Фрэнка не было видно в ночной темноте. — Для тебя мне ничего не жалко, дорогуша, — Фрэнк подошел к Джерарду, щелкая пальцем по его аккуратному носу, а затем засовывая красную макушку в салон. — Закрой окно, Джи, все тепло из машины выгонишь. Как только Фрэнк сел обратно на водительское сидение, загоняя машину, Джерард все же сказал: — Что же тогда? — Тебе надо проветриться, а мне надо выпить то, что ты всю дорогу не выпускал из рук, чтобы я попробовал тоже. — А я, может, не тебе вез, — сказал Джерард, обнимая стеклянный сосуд. — Я все равно отниму это, — заявил Айеро. — К тому же, ты полбутылки высосал уже, а я еще трезвый. Не будь задницей и просто отдай мне это. Джерард хмыкнул, открывая дверь и выходя из машины. Холод поймал бедного парня, забирая его тепло в заложники. Теперь здесь было намного холоднее, чем утром, но Джерард не растерялся. Он открывает бутылку, заставляя обжигающую жидкость согреть его тело, но потом бутылка пропадает из его рук. — Хей! — Клянусь, если ты начнешь возмущаться, то я посажу тебя в мамин цветочный горшок! Уэй стартанул в сторону друга, но тот моментально заметил движение и бросился вперед. Но они не пробежали больше десяти метров от дома, потому что Джерард, который вовремя схватился за Фрэнка, был пьян, и его ноги напомнили ему об этом. Упав на сырую траву, они оба разразились хохотом, пихая друг друга руками. Фрэнк в один присест допил мартини, которое показалось ему совсем невкусным, но это хотя бы немного согрело его. — Теперь мы оба пьяные, — констатировал Джерард, развалившись звездочкой в траве. — Блин, правда? — серьезно спросил Фрэнк, вставая на ноги. — Смотри, какое сегодня небо… Так трагически красиво… Кладбище звезд. Фрэнк задрал голову вверх, чтобы посмотреть, но под градусом он начал заваливаться назад, хотя выпил он не так уж и много. — Вставай, ты заболеешь. Еще неделю в школе без тебя я не вынесу, к тому же, ты должен показать всем, что ты круче, чем они думают, — Айеро подмигнул, протягивая руку. Джерард принял помощь и встал. Голова закружилась, но это было терпимо, так что они направились к дому семьи Уэй. Уличные фонари хорошо освещали им дорогу, но луна все равно преданно была их спутницей почти до самого конца. Было совсем тихо. Айеро достал телефон, чтобы посмотреть время, но обнаружил, что телефон сел. Его рука переместилась в карман Джерарда, и, нащупав телефон, он достал телефон и посмотрел на время. «23:27». Конечно, было тихо. Было бы удивительно, если бы сейчас все водили хороводы, плясали и пели песни. Встречные машины проезжали совсем редко, ослепляя парней светом фар. Джерард недовольно бурчал на это, а Фрэнк глупо улыбался глядя на звезды. Джерард достал из кармана последнюю сигарету и поджег ее. Удовлетворение заполонило разум, и, казалось, сейчас так хорошо, быть пьяным рядом с этим парнем… Прямо сейчас они были свободны, как птицы в небе, могли делать все, что захотят. «Ему давно надо было разбудить меня в пять утра…» Джерард глянул на Фрэнка, который был менее пьян, но не менее доволен сегодняшним днем. «Ему определенно идет красный.» Парни пришли к до жути знакомому им обоим дому и плюхнулись на крыльцо. Фрэнк ловко забрал сигарету, явно не собираясь отдавать. Стряхнув пепел, он сказал: — Из-за тебя, засранца, я стал больше курить. — Вот это заявление! Я тут ни при чем. — Глядя на тебя мне тоже хочется, ты плохо на меня влияешь, дяденька, — Фрэнк улыбнулся. — Кто на кого плохо влияет. Из-за тебя я стал больше прогуливать, — Джерард вернул сигарету, жадно вдыхая никотин. — Досадно, но ты все равно все сдашь, а здоровье мне никто не вернет, — Фрэнк выдохнул струю дыма в кусты. — Ладно, пойду я. До завтра? — Ага, наверное… Если меня не будет мучить похмелье, — рассмеялся Уэй, который наивно в это верил. Фрэнк встал и сунул руки в карманы. Он почти ушел, как Джерард окликнул его: — Эй, Фрэнк? Парень оглянулся. — Спасибо, — он мягко улыбнулся, зная, что ему даже не стоит уточнять. Ответом ему послужила дерзкая ухмылка: — Ты оставил у меня в машине жвачки, — он злобно рассмеялся и исчез за углом. Спустя пару минут скорби Джерарда по жвачкам, он поднялся и вошел в дом. Дверь была открыта, его явно ждали. «Хоть бы Майки, хоть бы Майки!», — молился Уэй-старший. Он не терял надежду, так что быстро и как можно «тише» разувшись, он поспешил в свою комнату, но голос матери, раздавшийся из гостиной, разрушил эту надежду так же быстро, как умение бегать. — Стоять! — требовательно воскликнула мама, подходя ближе. Вот она выходит из комнаты и смотрит на сына. Странно осмотрев его с ног до головы, миссис Уэй сделала пару шагов назад, скрывшись за углом. Затем она снова вышла: — Ладно, похоже мне не кажется. Со стороны лестницы послышался скрип половиц, и теперь перед Джерардом стоит его брат. — Воу, Джи… — Майки расплылся в улыбке, и, подойдя ближе, потрогал его красные пряди. — Пока мама тебе ничего не сказала, я заверю, что тебе очень идет. — Джерард… — строго произнесла женщина. — Ты… Ты пьян? — удивилась она. — Чш-ш, только не говори моей маме, — заговорщически шепнул парень, прикладывая палец к губам. Майки попытался скрыть смех, прикрыв это кашлем. — Ну как скажешь.