Галя в стране анонов (это предположение)

      Вэй Усянь стоял у мозаик, изображавших жизненный путь нынешнего Главы, начиная с «добычи тайных сведений». Проследив пальцами линии изображения, он невольно вспомнил как все началось для них.       Он помнил, как они с Цзян Чэном возвращались к лагерю после очередного боя, мечтая только об коротком отдыхе. Ну, и о припрятанном кувшине вина, конечно же.       Тогда он заметил печально бредущего от родника юношу чисто случайно. Тот, подойдя поближе к пещере где расположились бродячие заклинатели, постоял в нерешительности, а потом ушел в сторону, где и устроился со своим скудным пайком и водой.       Они тогда переглянулись и заинтересованно подобрались поближе. Тогда он оставил непонятного парня на «наследника клана Цзян» который явно смотрел на него с выражением… ну, с его обычным, цзянчэновским выражением для чужаков, и бесшумно подобрался поближе к расположившимся в пешере людям. - А когда понял, что даром никому из Цзиней не нужен, прибежал обратно, как миленький! Конечно, перед войной Юньмэн Цзян брали на обучение всех, хоть на что-нибудь способных! Но ты посмотри, как он все пытается выслужиться! Никак не смириться что семя Цзинь Гуаншаня не оценили и не возвысили! - Да ладно тебе! – рассмеялся другой голос. – Пока вся оценка его полезности заключается в том, чтобы доверять ему таскать нам воды!       Тогда все закончилось тем, что он в возмущении утащил Яо к ним в палатку, делиться вином и шутить глупые шутки. А оставшимся заклинателям Цзян Чэн наговорил такого, что наверняка отбил им аппетит.       Потом было очередное обострение конфликта с Вэнь, и сведения, поступающие с той стороны фронта. Тогда они уже разделились. Он поднимал мертвецов почти на другом краю мира, когда до него дошли вести. Из-за ошибочных сведений наследник Цзян попал в руки Вэнь Жоханю. Он бы не успел, даже если бы гнал армию мертвых напролом и без продыху. О том, что там случилось ему позже рассказал сам Чэн – громко и с возмущением. -…И срубает ему голову! – орал он, размахивая руками. – Даже в лице не поменялся стервец! У меня на глазах! Это я должен был его прикончить! Яо сидел рядом с ним, потягивал вино, и улыбался своей спокойной улыбкой. Убить главу вражеского клана, чтобы тот не казнил глупого побратима? Легко! Почему бы и нет?       Потом были прения с советом и Яо, зачем-то вцепившийся в уголовника. - Ну зачем он тебе? А? Почему он стоит всех проблем?       Зажатый в угол названный брат мертвел лицом и молчал. С его стороны это было очень наивно – надеяться избавиться от Вэй Ина таким образом. После четверти часа тряски он сдался (ха, иные локвы Ин и дольше тряс!), отцепил от одежд его руки и уставился в сторону. - Он… может быть невероятно полезен… - тихо проговорил он. – Есть задачи, которые можно доверить только таким людям…       Смотрел Ляньфан Цзунь с вызовом и обреченностью. Это он его хотел ручным убийцей шокировать? Вэй Ин слишком долго воевал, и слишком много мертвых поднял, чтобы ужасаться подобному. Он резко шагнул вперед и звонко чмокнул зажмурившегося побратима в макушку – тот от такого жеста всегда тихо и сдержанно… невероятно бесился! - Ну, хочешь, я тебе из него лютого мертвеца сделаю? И с кланом Не все уладишь и предать он тебя не сможет?       Потом была гора Луаньцзан, и Цзян Чэн в ярости, и мертвые, и что-то еще, что упорно расплывалось в памяти. Вэй Ин узнал, что тогда братья поссорились до рукоприкладства - Чэн, кто же еще. И прекращения отношений - Яо всегда пытался быть до ужаса дипломатичным. Из-за него поссорились…       Вэй Ин прошелся взглядом и по четырем мозаикам Цзинь Цзысюаня и поспешил за Лань Чжанем, который уже наверняка злится на его задержку и, наверняка, станет бурчать. А еще совсем немного времени спустя он стоял за плечом Ванцзи, смотрел на Верховного заклинателя и улыбался.       «И тот человек, который с тобой» - сказал им Яо и так на него посмотрел, что Ин понял что один брат все еще на его стороне.