Галя в стране анонов (это предположение)

Чжулю никогда не был великим полководцем, но простые правила войны он знал хорошо: если не знаешь откуда нападет враг – занимай круговую оборону, если твоя оборона не способна его сдержать – беги. Вэнь Чжулю бежал уже четвертый день. Самое первое, самое страшное нападение он пропустил. Молодой господин отправил его в патруль, а он предпочел не спорить. В конце концов, Вэнь Чао оставался в безопасности. Когда Вэнь Чжулю вернулся – над надзирательным пунктом облаком зависли эманации темной энергии а изнутри тянуло холодным инь мертвецов. Вэнь Чао нашелся в одной из комнат, с искалеченными ногами и признаками безумия на лице. Тогда он бросился на помощь, раздумывая: он не чувствует ничьего присутствия потому что противник ушел, или потому, что он не позволяет себя заметить? Следовало подать сигнал бедствия и ждать помощи, но Чжулю понимал, что это безумие. Злые знаки исказившие защищающие заклинания лучше всего показывали, что теперь это уже не их территория. Все лошади были убиты вместе с солдатами, почтовые голуби исчезли, и поэтому Вэнь Чжулю собрал все что могло пригодится им в пути и вышел прочь, лишь бросив равнодушный взгляд на мертвое тело служанки господина, раскинувшееся в одной из комнат. Путь на мече до ближайшего селения занял втрое больше времени: с Вэнь Чао на руках и так следовало забыть о скорости, так его и стоило им подняться в воздух как вокруг закружилась воронья стая, так и норовящая выклевать глаза. Чжулю использовал ограждающий амулет. «Флейта! Флейта!» - скулил молодой господин и требовал, – «пусть он замолчит!». И не уточнял, кто. Любая попытка расспросить вызывала лишь новый виток истерики. По прибытию, Чжулю отдал Вэнь Чао лучшему из имеющихся целителей, и отправился к местному чиновнику, носящему знак клана Вэнь. Тот ужасался рассказанному и послушно велел перевести гарнизон на боевую готовность и поднять защитные барьеры. Все принятые меры продержались ровно полдня. А потом Вэнь Чжулю мчался от лекаря, к которому он зашел за инструкциями, к покоям господина и рубил мертвую Ван Линцзяо, а она тянула к нему руки с заострившимися когтями и скрипуче хохотала окровавленным ртом. Искаженные талисманы на стенах глумливо усмехались. Чжулю не стал задерживаться. Враг был неизвестен, но чудовищен, и вряд ли ему могли что-то противопоставить местные заклинатели. Единственная надежда была на Безночный город. - Да. Да! Отвези меня к отцу! Он разберется! – твердил Вэнь Чао тонким голосом, а его телохранитель спешно седлал лучшую лошадь. Совсем скоро они уже выезжали за ворота, не зная, что местный чиновник вдруг скорчился от невыносимой боли в начавших кровоточить цицяо. *** На пути к следующему городу пришлось сделать привал в лесу. Следовало заварить лекарство для господина, чтобы его раны не начали гнить. Вэнь Чао послушно глотал горький отвар с кошмарным запахом, а потом заснул, сморенный добавленным снотворным. Чжулю всю ночь просидел у костра, чувствуя лопатками чей-то ледяной взгляд. На ветвях деревьев сидели почтовые голуби со свернутыми шеями и хлопали крыльями. Позже оказалось, что рассчитывать на подкрепление нельзя. В городе их ждали мертвецы, чинно маскирующиеся под живых. А когда навстречу вышел градоправитель с потеками крови на лице, Сжигающий ядра сумел прорваться сквозь толпу, но один из мертвецов, пытающихся стянуть Вэнь Чао с коня, успел дохнуть тому в лицо ядом прежде, чем Чжулю срубил ему голову. Молодой господин потерял сознание почти сразу, а на его лице расползались кровавые язвы. На очередном привале Чжулю накладывал бинты на искалеченное лицо Вэнь Чао, а у того выпадали волосы, клочьями сыплясь на одежду. Вэнь Чжулю не знал откуда ждать нападения. Нечисть скрывалась в воде и ветвях деревьев. Любой встречный человек мог оказаться замаскированной демонической тварью, будь то старик или женщина. Вэнь Чао скулил, не спал из-за кошмаров и растерял всю свою напыщенность. Когда они оказались близ еще одного подконтрольного Цишань Вэнь городу, над их головами закружилась, роняя перья, очередная погань. Она все снижалась и снижалась, пока не стало возможным рассмотреть сквозь ее прогнившую грудную клетку погасшую сигнальную ракету с характерными знаками. Враг добрался до очередного оплота Вэнь раньше них. Больше они не пытались выйти к людям. *** До исконных земель клана Вэнь они добрались на четвертый день. Мерзких сюрпризов, порожденных темной энергией стало меньше, словно их преследователь тоже выдохся. Накопившаяся усталость давила на плечи, глушила эмоции и иногда казалось, что если бы не это – Вэнь Чжулю скулил бы о пощаде не хуже молодого господина. За их кошмарный путь к Безночному городу тот превратился в полубезумный и дрожащий кусок мяса. То, что сам телохранитель оказался невредим, казалось злой насмешкой. Боятся того, что у него все может быть впереди, у Чжулю недоставало сил. Что ж, он никогда и не считал себя всесильным. Он уже не мог верить, что они сумеют добраться до Господина, милосердней казалось добить искалеченного Вэнь Чао и зарезаться самому. Но молодой господин с плачем требовал доставить его в безопасное место. А Вэнь Чжулю всегда хорошо выполнял приказы. Вот и сейчас он, с трудом, но шел по лестнице на второй этаж почтовой станции, намереваясь расположиться на отдых и заняться лечением господина. - Он же нас не найдет? – спрашивал тот, кутаясь в плащ, как в кокон. – Мы же уже далеко? - Возможно. – соглашался Вэнь Чжулю, рутинно подготавливая лекарства. Хотелось верить, что силы противника действительно ослабли на землях Цишаня, но что-то не позволяло. Важные ученые мужи учат: если противник не знает с кем сражается, он будет ждать подвоха отовсюду. Если он будет ждать подвоха отовсюду – он рассредоточит силы. Если силы будут рассредоточены – их будет недостаточно для боя. «Что ж,» - думает Сжигающий ядра, отмахнувшись от причитаний Вэнь Чао, – «видимо, пора узнать для чего хватит моих». - Рискну попробовать. – спокойно говорит он в глаза тому, кто должен был давно умереть. Тому, кто сейчас пришел убивать их. Воскресший из мертвых Вэй Усянь спускает своих тварей. Вэнь Чжулю собирает все силы для своего последнего боя. Сил, как он и предполагал, для победы недостает.