Искупление

      В тёмном лесу я прожил достаточно долго — около месяца. В это время я лечил крыло, всяческими способами ускоряя восстановление, собирал ягоды и просто пытался выжить. Я понимал, что с каждым закатом солнца таяла возможность убить Найру пока она не набрала новых сторонников, однако я не мог прийти к ней неподготовленным, поэтому затачивал собственные когти, отрабатывал удары клинка, а когда крыло едва-едва восстановилось, то начал поднимать в воздух тяжести — палки, камни, чтобы развить свои маховые мышцы достаточно сильно, чтобы получить весомое преимущество, ибо видел на что эта стерва способна — как легко расправлялась с тренированными бойцами ночной стражи.       Из-за недоконченного лечения крыло ныло и болело при достаточно интенсивных нагрузках, либо при длительных, поэтому мне приходилось периодически останавливаться и отдыхать при выполнении упражнений, да и вообще при перелётах. В то время, пока я находился в Тёмном Лесу, кроме Ласки, я успел убить Енота, Варана и пиком моих возможностей стал Росомаха, победа над которым досталась достаточно тяжело и то с помощью крыльев, зато я сумел опробовать свои навыки и проверить свою силу. Конечно, я понимал, что тактика борьбы с Совами и наземными животными резко отличаются, но я тренировался с тем, что было.       И когда небо озарила полная луна, я решился. Прошло достаточно времени и я был уверен, что готов положить конец жизни Найры — совы, что одурманила меня и врала, настроив против собственной семьи. По большей части был виноват, конечно, я из-за бунтарского характера, но я понял, что изменился — стал более рассудительным и спокойным, ведь столько дней было проведено в одиночестве.       Я подошёл к ручью и взглянул на себя — некогда красную от ожогов кожу занял новый пух — неровный, местами топорщащийся и немного жёсткий, а мою морду затронуло лишь частично, но я решил постричь высокий пух на макушке клинком, оставив торчать лишь середину, сняв по краям. Получилось стрижка, отдалённо похожая на хохолок, которая значила, что я теперь совсем другой. Нет больше того самого Клудда, который хамил родителям, доставал брата и имел скрытую злость на сестру. Я понимал, что поступил неправильно, что семья — это те единственные совы, которым я мог доверять свою жизнь, а Клудд только пакостил, плюя им в лицо. Они любили его, прощали все прегрешения, а он нагло этим пользовался, думая, что всё сойдёт с его лап.       И под свет серебряной луны я улетел из Тёмного Леса, понимая, что за то время пребывания в нём стал единой с ним частью и было несколько грустно покидать его, но понимал, что великие свершения меня ждут.

***

      Моей следующей целю стал поиск следов Найры. Я помнил, что когда звал на помощь, они клином улетели на северо-восток, с уклоном к востоку, ближайшим районом к ему находилось лесное королевство Амбала, туда я и держал путь. Весомых отличий от своего родного царства, Тито, я не видел, но лесной массив был немного реже, а по сравнению с массивом Тёмного Леса, его вообще не было. Откуда-то я услышал, что там, на большом старом древе раскинулось поселение мирных сов. Там я решил начать поиски.       Это самое древо я нашёл сразу — оно, как обелиск, возвышалось над остальными другими, да и его крона была испещрена огнями, но это был не пожар — то был прирученный огонь, что означало присутствие жителей. Когда я приближался к нему, то невольно оглядывался — никто не сел мне на хвост? Вроде нет.       После долгого перелёта у меня сильно разболелось некогда сломанное крыло, поэтому приземлился я немного неудачно — на живот, чуть-чуть проехавшись на нём по деревянному настилу. Отряхнувшись, я встал.       — Ну куда ж ты так летел? — окликнул меня постовой, сидевший на сооружённой из веток засидке. Их листья его прикрывали и я его не заметил, а вот он меня видел. — С тобой всё в порядке?       — Нормально, спасибо — отмахнулся я       И чего-то меня понесло снова полетать. Ага. И сразу же врезался в грузчика, который переносил короб. И я снова упал, но теперь уже на спину.       — Тише, малахольный, здесь бесполётная зона!       — Простите, я не хотел. — отвечал я, скорее всего, на автомате, потому что не видел собеседника, а уставился взором в небо, приходя в себя.       Неожиданно надо мной нависла сова и стала смотреть на меня с хитрым прищуром. После недолгого обмена взглядами, он начал говорить:       — Ты новенький, да? Я тебя здесь раньше не видел…       — Ты что, всех наизусть знаешь? — оглядел я сначала его, а потом и всех тех сов, которые были вокруг.       — А то! Это моя работа. Я — регистратор, пойдём ты мне нужен. — он помог мне подняться и мы прошли за деревянную стойку.       — Ну, какое твоё имя? — спросил он, доставая перо и окуная его в чернильницу.       — Кл… Ай! — я вскрикнул от неожиданной боли выдернутого у меня пера. Маленькая птица принесла его Регистратору и тот принял его, всё ещё смотря на меня выжидающим взором. — Азазель. Так меня зовут. — почему-то на ум пришло только это имя. Сначала я хотел сказать своё настоящее, но вспомнил, что Клудд сгорел в огне алчности.       — Хм, интересное имя… — он написал его в пергамент и вложил туда моё перо. После этого он свернул лист в свиток и отдал той самой птичке, что выдернула у меня перо и та улетела. — Чем могу быть полезен?       — Скажите, у вас тут не пролетали большая белая сова и несколько поменьше, у них было боевое обмундирование и горящие красные глаза.       — Не. Никогда тут не появлялись. Очень хорошие приметы — если бы прилетели, я б заметил.       — А у вас тут ничего необычного в последнее время не происходило?       — Происходило. — многозначительно сказал он — У нас тут караваны грабят, с провизией. Мы их Га’Хуулу передаём, тамошним совам. Но возвращаться стали не все — говорят, пролетая через туман, только слышали крики, а вот ни увидеть нападавших, ни увидеть, как уносят наших, никто не видел. Мгновенно это происходит, понимаешь меня? — теперь он как дурень приблизился, вылупив на меня свои большие карие глаза и мне пришлось немного отступить.       — Постой-постой — опешил я — так это не легенда?       — Я тебе больше скажу, они больше чем легенда. Объявились ни с того ни с сего, потребовали, чтобы бы мы поделились немного мясом, мол много новых голодных ртов появилось — сами не успевают добывать. Ну мы им возразили сначала, но потом пришёл их главный — сова белая, здоровенная дылда такая, аж жутко стало, объяснил нам что к чему, ну мы и согласились немного поделиться.       — Ага — согласился я с ним — А не скажешь… когда отправляется следующий караван?       — Ты как раз вовремя — на закате полетит очередной.       — А кто занимается их охраной?       — Луна. Она тут главная. Но…не советую тебе вступать в охрану. Никто не хочет умирать зазря и ты вроде бы на самоубийцу не похож.       — Где мне её найти? — отрезал я       — Она на ярус повыше — обречённо выдохнул он — удачи тебе — сказал он, когда я уже уходил.       Поднявшись повыше и не забыв спросить дорогу у местных, я нашёл её. Вообще я ожидал гром и молнию, но никак не сову моих размеров, но было видно, что она немного старше меня. Её чёрное оперение и голубые глаза восхищали, но я отвлёкся.       — Здравствуйте, это вы — Луна, начальник охраны?       — Да, я. А кто спрашивает? — меланхолично ответила та       — Я Азазель, хочу записаться в охрану вашего каравана.       Та скептично посмотрела на меня, и отрезала:       — Не пойдёшь, маловат будешь.       Я задохнулся от такой наглости и настоял на своём:       — А я хочу! Даже жалованья мне не надо платить — просто запишите меня в караван.       — Слушай, пацан — ты маловат! За тебя родители, наверное, переживают — иди к матери под крыло, но забудь об этом! У меня уже только на этой неделе пятеро головы положили! Не хватало, чтоб ещё и ребёнок сгинул! — она отбросила уже всякие рамки приличия и головой начала напирать, отталкивая меня назад.       — А теперь ты послушай меня! Я не малолетка, я уже сталкивался с этим и если ты хочешь, чтобы все были целы — просто… отправь… меня… в этот… ГРЁБАННЫЙ КАРАВАН!!! — я не мог вытерпеть унижение и уже я проявил инициативу. Наверное, я перестарался, потому что она отвернулась и тихо произнесла:       — Хорошо. Если ты и правда сможешь помочь нам, то тогда ты нанят. Если умрёшь — значит умрёшь.

***

      Вообще, меня немного напрягал тот факт, что мы летим к Га’Хуулу. Ведь там находится мой брат, а он может преждевременно узнать меня, всё соотнести и обвинить меня в информаторстве… хотя, маловероятно. Я знаю его как облупленного — у него слабоватый характер, конечно, но когда речь идёт об ответственности, то его переполняют чувства благородства и его не остановить. Он всегда видит в совах только хорошее и я не стал исключением, когда дрался с ним. Он до последнего хотел меня вразумить, но я как упёртый его не слушался. И к чему это привело? Глупое упрямство!       Я был одним из охранников каравана, но взялся нести груз, который был всего лишь муляжом и состоял из нескольких палок. Кроме меня ещё была Луна, которая была остриём клина и двое ночных стражей позади нас. Если честно, то они меня немного нервировали — один был как егоза, и всё время донимал другого, но тот стойко не обращал на него внимания.       — А ты знаешь, как мы победили тех злых сов?       -…       — Мы полетели и одним щелчком разгромили их! Это было так эпично, такого я ещё никогда не видел — мы дрались не на жизнь, а насмерть, затаптывали врага, вырывали ему перья и выкалывали глаза, здорово, а?        — …       — Это было офигенно!       — Заткнись уже, тошно стало! — не вытерпел напарник, чем меня лично удивил. Мелкий отвернулся и замолк. Но заметил мой любопытный взгляд и радостно прилетел ко мне. Я обречённо повесил клюв, потому что знал, что страшная экзекуция сейчас состоится на мне.       — О, привет, я слышал тебе стало интересно послушать моих историй?       — Да истории действительно интересные, но послушай, — замолкни и встань в строй       Он услышал меня, но не услышал конец предложения, поэтому его улыбка стала ещё шире.       — Их были сотни, а нас было всего десять. Мы сражались как берсерки и не щадили врагов и представляешь… мы победили!       — Да… видно, что ты жив, но ты не преувеличиваешь? Мне казалось, что вас было примерно поровну.       — Откуда ты знаешь?       И вот тут я попался. Сболтнул лишнего, что называется. Но спасительный островок «мне казалось» мог вытащить меня из этой передряги и я хотел уже ответить, что я предположил, как…       — Прекратить разговорчики, мы входим в туманность. Эй, ты, мелкий, встань в строй!       — Хорошо. — послушно ответил он       Благодарю тебя, Луна, за моё спасение. Хотя ты не слышишь меня, и не хотела меня спасать, но я благодарю тебя.       Мягко говоря, мы не видели ничего. Была абсолютно нулевая видимость и я не смог ничего рассмотреть дальше своего клюва, но чуть-чуть погодя туман рассеялся и я стал видеть впереди летящего с грузом провизии. Хоть что-то. Но когда я повернул голову назад, чтобы посмотреть на тех, кто был сзади — то никого не увидел, но я мог поклясться что прямо за мной быа сова с провизией. А когда я повернул голову в исходное положение, чтобы сообщить об этом Луне, то осёкся на полуслове, так как и впередилетящего тоже не было.       В следующую секунду я почувствовал, что меня сбили с курса и схватили, но сделали это не совсем удачно — пузом к верху. поэтому я смог расмотреть нападавшего. Это был он, один из солдат Найры! Я знал его до обращения — мы были единым отрядом!       Мои действия были просты — я выщелкнул лезвие прямо в его брюхо и тот истошно закричал, обрызгав меня горячей кровью. Красноглазый выпустил меня и сам полетел вниз. В тот момент мы вышли из туманности и я увидел, как Луна дерётся с ещё одним. Она сумела выстоять и дать ему отпор! Вот это сила!       Я не стал мешкать и громко взмахнув крыльями, издав хлопок, нарушил главное правило сов — бесшумность, но мне было начхать. Быстро приблизившись к солдату, я воткнул лезвие ему в спину. Он быстро размяк и штопором полетел вниз. Луна удивлённо посмотрела на меня и на моё выщелкнутое лезвие и произнесла.       — Кто же ты такой? — она перевела свой взгляд на что-то, что было у меня за спиной и заголосила — Сзади!       Этот солдат возможно, последний и я не хотел его убивать. Моими мыслями были — выиграть в схватке, оглушить, допросить. Поэтому я защёлкнул лезвие назад и встретил противника ударом когтей. Тот пронёсся мимо меня и я догнал его, насев на него сверху. Тот пытался вырваться из-под меня, но я клюнул его макушку и тот прекратил трепыхаться и обмяк. Я попытался взять его за крылья и утащить с собой, но тут вдруг моё сломанное крыло отозвалось дикой болью. Ну почему прямо сейчас, в такой ответственный момент?       — Лун-а-а! Помоги! — позвал я её на помощь. Та прилетела ко мне и я аккуратно передал пленника ей. Та подняла всю его тяжесть и вернулась к прежнему курсу.       — Когда мы прилетим, ты объяснишь мне, в чём, мать его, дело.       — Обещаю, но он нужен нам живым.       И вдруг я вспомнил, что когда был солдатом Найры, наша разведгруппа состояла из четырёх солдат. Я убил двоих, одного оглушил. А где же четвёртый? Или же у неё не хватает сов?