От ненависти до любви одно слово...

      Бакуго шел по пустой улице. Возвращаться не было желания, к тому же ночь такая теплая. Плевать, что потом Айзава-сенсей вынесет мозг. Сейчас его тут нет, и Слава Богу, что нет. Его еще не хватало. Бакуго погрузился в свои мысли. На его лице застыли недовольные и задумчивые складки . Перед глазами парня стояла Урарака. Он ведь терпеть ее не может, тогда почему решил помочь? Может, потому что не хочет быть в долгу перед ней, она ведь все таки спасла мать парня?.. Да, наверное, так оно и есть. Всему есть логическое объяснение. Он просто возвращает долг. Так Бакуго пытался успокоить себя и дать своим действиям хоть каплю последовательности, хотя на самом деле он давно уже утратил нить, и сейчас хватался хоть за что-то, чтобы не сойти с ума окончательно.       В общежитие Кацуки вернулся, когда все уже спали. Лишь только Киришима сидел на кухне, грызя ногти. Он уже успел передумать столько вариантов, что один другого хуже, ведь, зная характер Кацуки, он запросто мог во что-то вляпаться. Хоть Киришима и не показывал, но он на самом деле переживал за товарища, потому что не мог не заметить, как изменился подрывник последнее время, как сильно закрылся в себе. Киришима резко повернул голову, когда услышал звук открывающейся двери. Он невольно выдохнул, увидев Бакуго живым и здоровым. - Ты вообще головой, когда начнешь думать?! Отбой был четыре часа назад! – начал его отчитывать ответственный Киришима. - Слышь, хоть ты мне мозг не еби, хорошо. – раздраженно проговорил Бакуго.       Киришима никогда не думал, что так обрадуется открытой агрессии подрывника. «Фу…. Слава Богу! Бог агрессии меня услышал!» – подумал про себя Киришима, чуть не возведя руки к небесам. Он был готов поверить в существование такого бога. - Ладно-ладно… Где ты хоть был? – проговорил Киришима, поставив перед Бакуго чашку кофе. - Мозг на место вставил. – отшутился подрывник и отпил из кружки, навернув сразу пять печенек, что так удачно стояли на столе. - А… Ну понятно. Значит, все таки есть надежда на то, что ты скоро начнешь думать перед тем, как что-то натворить? – усмехнулся парень с акульими зубами. - Завались! – буркнул блондин, оперевшись спиной на стену и положив локоть на стол. - Тихо-тихо. Попридержи свой пыл. Тебе кстати нового напарника выбрали. – проговорил Киришима. - Что? Кого? – немного разочарованно проговорил Бакуго, посмотрев боковым зрением на друга. - Минето. – проговорил Киришима, который отчетливо расслышал в голосе собеседника нотки разочарования. - Ты сейчас так вот пошутил?! – взревел Бакуго. – Скажи мне, что это шутка! Скажи, что мне дали не этого мелкого и мерзкого извращенца! – Бакуго почти взмолился. - Нет, не шутка. Айзава-сенсей сказал, что, если что-то не устраивает, разбираться с ним лично. – Киришима пожал плечами – Качан, тебе не угодишь! Дали ему Очако – слаба, видите ли! Поменяли на Минето – мерзкий! Ты уж как-нибудь определись. – Киришима решил поиздеваться. Когда еще такой шанс выпадет. Он полностью разделял точку зрения Бакуго по поводу Минето, но устоять перед соблазном постебать не смог. - Да что тут думать! Пусть вернут мне Очако и баста! – Бакуго в бешенстве хлопнул рукой по столу. - Тихо ты. А кто еще недавно возмущался, мол, слабая... Тебе что, хочется возмещать ущерб за порчу государственного имущества? Ты мне-то уже должен, как земля колхозу, хочешь еще и государству задолжать? – продолжал подшучивать над взбешенным подрывником Киришима. Ему стеб, как это бывает у лучших друзей, доставлял особое удовольствие. - Пшел нах! – буркнул блондин, поняв, что его открыто стебут и чуть успокоившись.       Киришима не выдержал и рассмеялся в голос. У парня от смеха даже слезы появились. Он буквально угарал со смеху. Одно лицо Бакуго, когда над ним стебутся, не могло не вызвать взрыв смеха. - Господи, Качан, тебя так легко довести… – проговорил сквозь смех красноволосый, взявшись за живот, который просто банально разболелся от безудержного смеха. - Да заткнись ты уже! – буркнул Бакуго, кинув в него подушку, которая лежала на соседнем стуле. Сейчас уже смехом разразился сам Бакуго. - Эй, вы че тут делаете?! – проговорил Ида, который услышал шум и спустился. - Да так… – максимально стараясь не смеяться, проговорил Бакуго – Чаи гоняем… – однако хватило его ненадолго. Бакуго закрыл лицо рукой не в состоянии сдержать хохот, когда Киришима уже чуть ли не лежал на столе в конвульсиях. - Чаи гоняете? В половину третьего ночи?! Вы совсем охренели?! – глаза Иды стали, как блюдца, когда он осознал, что из его уст слетело бранное слово. В ужасе от ситуации Ида, как всегда, начал что-то бубнить про честь семьи.       Двое неуправляемых, которым было и без того плохо со смеху, видя эту сцену, заржали еще больше. Им была даже не нужна марихуана, чтобы угарнуть. Ида лишь посмотрел на них и, чисто по инерции заразительного смеха, тоже рассмеялся. Они так и уснули, сидя за столом. Для полноты картины не хватало только бутылки русской водки и тарелки с хлебушком и огурчиком.       Утром, когда уже все начали стягиваться на кухню, ребят разбудила шумиха и хихиканье остальных учеников. Изуку заботливо дал им всем водички, но все же тоже не сдержал дружеский смешок. Ида устыдился своего «непотребного и непростительного» поведения, Киришима лишь развел руками, а Бакуго сделал вид, что ничего не было.       Все начало возвращаться на круги своя. Вернулся привычный всем активно-агрессивный Бакуго, стебать которого - одно удовольствие. Этот самый, знакомый всем, подрывник достал Айзаву-сенсея так, что тот не выдержал и вернул ему в пару Урараку. Бакуго, гордый своей победой, спокойно стал готовиться к экзамену, который перенесли на неопределенный срок из-за болезни одного из участников.       Ребята продолжали навещать девушку в больнице. А вот Бакуго стал приходить к ней отдельно ото всех. Порой народ стал находить на прикроватном столе второй букет, но от кого он, оставалось только гадать, потому что неуловимого поклонника никто никогда не видел в палате, лишь только букеты.       Спустя месяц, в общую комнату, где преспокойно сидели ученики, занимаясь кто чем: от повторения домашки, до пустой болтовни, вбежали Яойрозу и Тодороки. Они явно были чем-то взволнованны. - Что-то случилось? – спросил Изуку за всех, спустя три минуты молчания. - Помните Исцеляющая девочка говорила, что у Урараки редкая группа крови и у них нет подходящего донора? – начала Яойрозу. - Ну да, конечно, мы тогда все не подошли. – проговорил Киришима. - Так вот. Нам сегодня сказали, что нашелся идеальный по всем параметрам донор. – проговорил Тодороки. - О… И кто же он? – спросили хором остальные, заинтересованно смотря на парочку. - Может тайный поклонник Очако? – проговорила в шутку Ашидо. - Мы хотели это у вас спросить... – проговорили разом оба пришедших, ошарашенно смотря на товарищей. - Какая разница, кто он. Нашелся и нашелся. Вам-то что с того. Не вам же будут кровь переливать. – проговорил Бакуго в своей грубой манере, поднимаясь к себе в комнату. - В конце концов он прав, какая нам в сущности-то разница. Нашли донора – отлично. Значит, Очако скоро вернется. – проговорил Киришима, улыбнувшись и уходя наверх.       В общей комнате повисло молчание. Все лишь смотрели на лестницу, по которой один за другим поднялись Бакуго и Киришима. - Что это сейчас было?... – проговорила Ашидо, указав на лестницу. - Да черт их разберет. – ответила Яойрозу.       Все начали расходиться по своим делам. В студенческое общежитие вернулась привычная суматоха, которая с приходом двух Тодороки поутихла. Порой студенты в шутку называли Яойрозу фамилией Шото, потому что все уже давно знали, что у этих двоих давние и крепкие отношения, которые рано или поздно приведут к логичному финалу.