Я балансирую на грани

— Мэллори, — спокойным тоном сказала Корделия, выслушав запальчивую речь девушки, с которой она прибежала с утра в директорский кабинет, — я понимаю твои чувства. Двери нашей академии всегда будут для тебя открыты и ты можешь оставаться здесь столько, сколько посчитаешь нужным, однако, я не могу прятать тебя здесь, если твоя семья против. — Но… — слабым голосом откликнулась Мэллори. — Я не имею права идти поперек мнения твоих родителей, Мэллори, — мягко, но уверенно добавила мисс Гуд, — миссис Уотсон тоже ведьма и имеет свое право голоса. И если она считает, что ты должна выйти замуж и уехать в Лондон — значит, так тому и быть. Девушка громко шмыгнула носом и отвела взгляд вниз. — Мне жаль, милая, но сейчас я ничем не могу помочь, — с сочувствием сказала Верховная, — к тому же, я уже говорила с твоей бабушкой этим утром, она звонила в академию. Мэллори невольно вздрогнула. Она уже представляла, какой поток негодования и ругани обрушился в уши Корделии, когда та ответила на звонок. — Быть может, лет через тридцать или пятьдесят, положение женщин в семье, наконец, претерпит изменения… однако, на сегодняшний день нам все еще приходится пожинать плоды патриархата, — проговорила женщина, сплетая пальцы между собой, — единственное, на что я надеюсь, что ни смотря на этот брак, ты не забросишь магию, как поступила когда-то твоя бабушка. Девушка тяжело вздохнула. Как бы ей ни то, что магию не бросить после этого брака, а руки на себя не наложить. После возвращения в академию, Мэллори почти всю ночь прорыдала в подушку. Отчасти от жалости к самой себе, отчасти от обиды на Майкла… хотя, девушка даже себе не могла до конца признаться, обижалась ли она на грубость или на горькую правду в его словах. Парень не постеснялся высказать ей в лицо то, что Мэллори знала и так, хоть и боялась в этом признаться. Да, всю свою жизнь она делала то, чего от нее ждали другие. Все воспитание и взросление девушки было выстроено на исполнении чужих желаний и стремлений. Мэллори с малых лет вложили в голову мысль, что ее мнение и право выбора — вторичны перед мнением родителей. Бабушка всегда мечтала, чтобы внучка умела играть на скрипке? Девочка закончила музыкальную школу с отличием. Нужно читать стихи на французском, чтобы подруги умилялись и аплодировали? Несколько лет занятий с репетитором и год жизни в Париже. Стоило же девочке однажды заикнуться о своем желании заняться балетом и завести кота — миссис Уотсон мигом затоптала эти идеи в зародыше. И так на протяжении всех девятнадцати лет… Сейчас Мэллори с трудом могла представить, как могла бы сложиться ее судьба, не иди она на поводу у бабушки и отца. К чему бы привел ее собственный выбор? Ответа на этот вопрос она уже никогда не сможет узнать. Но хоть упущенных лет и не вернуть, станет ли она вмешиваться в ход своей жизни сейчас? Была ли она вправе что-то менять, или же, Мэллори оставалось лишь молча согласиться, как она делала это все эти годы?.. … — Чего это с тобой? — удивленно спросил Флин, увидев перекошенное лицо Майкла, — опять с девкой своей поцапался? Парень закатил глаза. Хозяин лавки уже успел сделать свои выводы, касаемо его общения с девчонкой из академии. Впрочем, какая разница? Пусть себе думает, что хочет. — С ума сойти, кого принесло, — неожиданно присвистнул мистер Флин, глядя через стеклянную дверь, — в последний раз, как эту бабу встречал, так она назвала меня грязным шарлатаном и жуликом… можно подумать, я когда-то кому-то доказывал обратное. Когда дверь со звоном колокольчика открылась, Майкл настороженно покосился на светловолосую высокую женщину. Он никогда не видел ее раньше, но отчего-то ему показалось, что она здесь сейчас по его душу. — Мистер Флин, — кивнула она хозяину с невозмутимой улыбкой, — не будете ли вы так любезны позволить мне поговорить с вашим работником? С этими словами, внимательный взгляд карих глаз устремился на Майкла. — А вам зачем? — хмыкнул старик, опираясь рукой на прилавок, — и потом, не вы ли говорили, что к моему магазину и на пушечный выстрел не подойдете? — Не советую вам испытывать мое терпение, мистер Флин! — жестко произнесла женщина. Майкл прикусил губу, глядя на незнакомку. Похоже, с такой дамочкой спорить — себе дороже. Старик, раздраженно фыркнув, вышел в подсобку, а женщина медленно развернулась в сторону парня, что сидел перед ней на стуле, сложив руки на груди. — Дайте угадаю, — с усмешкой протянул Майкл, прищурившись, — вы тоже сюда заявились сказать, что я какой-то особенный и мне здесь не место? — А я смотрю, у тебя дерзкий язык, — хмыкнула женщина, — будь на моем месте Фиона, она бы уже зашила тебе рот и оставила так ходить неделю. — А сами-то вы кто? — фыркнул парень, вскинув бровь вверх. — Мое имя Корделия Гуд, — прохладно произнесла женщина, продолжая прожигать его взглядом, — я директор академии мисс Робишо. — Сильно же вам припекло, раз сами пошли меня искать, — съязвил Майкл, — одна из ваших все пыталась меня к вам загнать, да только в гробу я видел и ее и вас и вашу академию! После хамского заявления парня, на лице Корделии появилась снисходительная улыбка. — А ты, похоже, к ней неравнодушен, не так ли? Майкл удивленно уставился на женщину. — С чего вы это взяли? Вместо ответа, Корделия вдруг вытянула руку и мягко коснулась его лица, очерчивая пальцами линию подбородка. Майкл хотел было отпрянуть, но почему-то застыл на месте как вкопанный, не в состоянии отвести взгляда от темных глаз. Парень сам не мог понять почему, но эта женщина его пугала до такой степени, что у него даже дыхание сбилось. — Ты придешь в академию, Майкл, — вкрадчиво произнесла Корделия, все еще поглаживая пальцами его щеку, — нам с тобой незачем быть врагами. С загадочной улыбкой, женщина отвела руку, а Майкл так и сидел, не в силах пошевелиться или сказать хоть слово, будто какая-то неведомая сила, что расползалась внутри, парализовала его. … — Ты действительно полагаешь, что это он? — деловито спросила Миртл, беря с блюда печенье кончиками пальцев. — Я чувствую на нем мощный барьер, что действует в обе стороны, — ответила Корделия, раскладывая вещи письменном на столе, — даже мне еле удалось прорваться в его сознание, чтобы заставить прийти сюда. — Однако, мальчишки я здесь пока так и не вижу, — хмыкнула Миртл, глядя на женщину из-под стекол больших очков. — Это не займет много времени, — спокойно пожала плечами Верховная, — мысль, что я оставила в его голове, рано или поздно возьмет верх. Мальчик должен думать, что принял это решение по своей воле, силой мы здесь его все равно не удержим. — Похоже, сын пошел характером в мать, — с усмешкой добавила Миртл, — та еще была сучка! — Если на него как следует надавить и потратить время — то станет просто шелковым, — улыбнулась Корделия, опускаясь в кресло за столом, — конечно, если бы Ковен подобрал его еще в детстве, все оказалось бы куда проще. — В этом случае, с ним бы пришлось нянчиться Фионе, — покачала головой Миртл, — и я боюсь представить, какой бы маленький дьявол вырос из мальчишки с ее воспитанием. — Да, в этом смысле нам повезло, — с тихим смехом ответила Верховная, — вместо дьявола у нас всего лишь наглый и неотесанный грубиян, которого явно мало пороли, когда это было необходимо. — С этим уж ты точно справишься, дорогая, — с улыбкой проговорила Миртл, отпивая глоток горячего кофе. … — Новую партию привезли, — хмуро сказал Флин, пиная ногой ящик, вталкивая его в подсобку — разбери пока барахло, а я покормлю Людвига, будь он неладен. Свин, услышав заветные слова, тут же радостно захрюкал, подскочив с места. Усевшись на табуретку перед ящиком, Майкл начал медленно сортировать вещи. Что-то сразу летело в мусор, что-то откладывалось в сторону для дальнейшего согласования с хозяином лавки. Добравшись до дна ящика, парень вдруг резко одернул руку. Похоже, он случайно напоролся на что-то острое. Взглянув на ладонь, Майкл увидел, как на пальце выступила капля крови. Прищурившись, парень снова нырнул в ящик и вытащил из груды хлама что-то блестящее. Увидев вещицу, брови Майкла удивленно взлетели вверх. И откуда здесь только такое взялось? В его ладони лежала крупная серебряная брошь с темно-синим камнем. По всей видимости, застежка у нее сломалась, и парень случайно укололся об открытую булавку. Странно, такое чувство, словно он уже когда-то видел эту вещь, хоть и не мог представить, где. Брошь явно была дорогая и напоминала чью-то фамильную реликвию. Оттого было совершенно не ясно, каким образом она угодила в ящик с хламом, что каждую неделю поступал в магазин Флина от его друзей-поберушек. Майкл провел пальцем по гладкому холодному камню. Тот был настолько идеально отшлифован, что парень мог видеть в нем свое отражение. И вдруг в голове возникло такое чувство, словно в нее раскаленную иглу воткнули. Парень резко прижал руку ко лбу, зажмурив глаза… — Т-щ-щ-щ… мой маленький, не бойся, — ласково сказала женщина, склоняясь над детской кроваткой, — я скоро вернусь, вот увидишь. Светловолосый кудрявый мальчик смотрел на женщину со слезами на глазах, пока та нежно гладила его по голове и целовала в лоб. Перед взглядом малыша в свете свечей блеснула синяя брошь, приколотая на груди к ее светлому платью. Встрепенувшись, Майкл ошалело оглянулся по сторонам. Это что сейчас такое было? Парня до сих пор трясло, словно его только что ледяной водой окатили. Проведя рукой по лицу, он заметил выступившую под носом кровь. … «А ты хоть раз в жизни делала то, что хочешь сама, а не то, что требовали другие?» — продолжало повторяться в голове Мэллори снова и снова. Уже настало время ужина, но девушке кусок в горло не лез. Мэллори целый день игнорировала настойчивые звонки бабушки, опасаясь, как бы миссис Уотсон не нагрянула в академию с личным визитом. Интересно, мистер Трэверс до сих пор ныл и канючил о том, что невеста посмела его обидеть? Как бы там ни было, извиняться перед ним Мэллори не собиралась. Весь дом по-прежнему был завален букетами, что Трэверс прислал ей вчерашним утром, и несмотря на то, что девушка любила цветы, сейчас они стали ее раздражать. — Мисс Корделия, — вдруг послышался за столом голос Мэдисон, что вальяжно откинулась на спинку стула с бокалом вина, — у меня сегодня состоялась одна крайне любопытная встреча и я полагаю, мне стоит задать вам один вопрос. — О чем ты хотела узнать, Мэдисон? — спокойно спросила женщина, подняв бровь. — Имя Джон Генри Мур — о чем-нибудь вам говорит? — с хитрой ухмылкой спросила девушка. Миртл, что в этот момент нарезала стейк, подняла растерянный взгляд на Мэдисон, а Корделия, хоть и не изменилась в лице, издала немного нервный смешок. — Не припомню, чтобы слышала о нем раньше, — равнодушно ответила Верховная, снова взявшись за столовые приборы. — Любопытно, — протянула девушка прищурившись, — а он отзывался о вас так, словно вы хорошо знакомы. — Поговорим после ужина в моем кабинете, Мэдисон, — настойчиво произнесла Корделия с натянутой улыбкой, — не стоит отвлекать девочек от трапезы. Монтгомери насмешливо ухмыльнулась, но умолкла. — Что-то больно она довольная, — прошептала Коко на ухо подруге, глядя на Мэдисон, — похоже, успела разнюхать какую-то гадость. Думаешь, Корделии есть, что скрывать? — Наверняка, — тихо ответила Мэллори, пожав плечами, — но нас это не касается. — А вот я бы подслушала, — с усмешкой добавила Коко, — мисс Гуд прям побледнела, тебе не кажется? Девушка украдкой взглянула на Верховную. На самом деле, Коко была права, Корделия явно сидела как на иголках. Когда ужин подошел к концу, Сполдинг передал Мэллори только что привезенную телеграмму. Девушка нехотя опустила взгляд на пропечатанные буквы. «24 АПРЕЛЯ ЯХТА =ПЕРСИВАЛЬ= В 18 ЧАСОВ ТЧК ЕСЛИ НЕ ПРИДЕШЬ ЗПТ Я В ТОТ ЖЕ ДЕНЬ ЗАБИРАЮ ТЕБЯ ИЗ АКАДЕМИИ И БОЛЬШЕ ТЫ ТУДА НЕ ВЕРНЕШЬСЯ ТЧК = МИССИС УОТСОН=» — Что там? — с любопытством спросила Коко, заглядывая подруге через плечо, — ого, «Персиваль»?! Мы с семьей как-то отмечали на ней мой день рождения, яхта просто роскошная! Мэллори издала ни то мучительный стон, ни то рычание. — Интересно, а если я оттуда в океан сброшусь, меня, наконец, оставят в покое? — сквозь зубы процедила девушка, сминая в руке телеграмму. Двадцать четвертое апреля было субботой следующей недели. Быть может, Мэллори еще удастся что-то придумать до этого дня…как ни посмотри, отправляться на морское дно, в попытках сбежать от Трэверса, ей не слишком то хотелось. Вернувшись в свою комнату, девушка громко хлопнула дверью и обернулась к окну. Медленно подойдя к нему, Мэллори отодвинула тяжелые занавески и взглянула за стекло. На улице уже зажигались фонари, а с хмурого неба издалека слышались приглушенные раскаты грома. Похоже, на Новый Орлеан надвигался сильный шторм. Невольно опустив взгляд, девушка посмотрела на пыльные окна антикварной лавки напротив. За грязными стеклами все еще горел свет, значит, магазин, несмотря на поздний час, еще продолжал свою работу. Глубоко вздохнув, девушка прижалась разгоряченным лбом к прохладному окну. По стенам дома и стеклу медленно забили тяжелые дождевые капли и Мэллори унылым взглядом смотрела на мокрые дорожки, что побежали вниз по прозрачной поверхности. Снова бросив взгляд на антикварный магазин, девушка прикусила губу. С самого утра в ней зрела странная решимость. Было ли это попыткой бросить вызов устоям своей семьи, или же, искреннее желание совершить то, на что она никак не могла набраться смелости — уже не важно. В одном Мэллори была уверена наверняка — если уж потом она и будет об этом жалеть, то пусть уж лучше о сделанном, чем о не сделанном. — Мэллори, а ты куда? — удивленно спросила Зои, заметив, как девушка с лихорадочным румянцем спускалась к выходу по парадной лестнице, — там же как из ведра льет. Не слушая разумное замечание, Мэллори толкнула двери, вылетая на улицу. Ливень и правда шел стеной, а она даже не подумала взять зонтик. Склонив голову и подобрав руками подол, девушка побежала к воротам. Выскочив за ограду, она быстрым шагом пошла вдоль трассы, как вдруг мимо проехал автомобиль, на полной скорости прокатившись по луже на обочине. Вода взметнулась вверх, окатив Мэллори с ног до головы. Девушка потрясенно застыла на месте, вздрагивая от холода. Капли стекали с ее волос и одежды, но сейчас Мэллори, похоже, было уже плевать. … До конца смены оставалось не больше десяти минут и Майкл уже начал сворачиваться. Он не рассказал мистеру Флину о том, что при разборе барахла умыкнул одну найденную вещь. Отчего-то ему не хотелось, чтобы к этой броши еще кто-то кроме него притрагивался. Бережно завернув ее в платок, парень спрятал брошку в карман брюк. — Дверь закрыть не забудь! — как всегда окликнул Майкла старик, поднимаясь вверх по лестнице из подсобки, где находилась его маленькая квартира. Услышав удаляющийся топот мистера Флина, парень вытащил из кармана сигареты. На улице сейчас накрапывал дождь и курить стоя под ним, Майклу как-то не улыбалось. Несмотря на то, что хозяин лавки и сам дымил как проклятый, среди рабочего дня им приходилось выбегать на улицу, так как у Патрика, что работал здесь охранником, была жуткая астма. Однако, сегодня Патрик взял выходной, так что, курить в магазине можно было сколько влезет. Обойдя прилавок с внешней стороны, Майкл прислонился к нему бедром и с наслаждением сделал первую затяжку. Дождь все усиливался, и через пару мгновений уже зарядил плотной стеной. Слушая, как капли барабанят по стеклу витрины, парень устало потер лоб рукой. В такую погоду и добрый хозяин собаку не выгонит, так что, лучше уж он переждет здесь, пока ливень не закончится. Сигарета уже почти полностью прогорела и швырнув ее в мусорное ведро, Майкл уже хотел потянуться за новой, как дверь в магазин резко распахнулась, впуская с собой прохладный воздух с летящими с улицы каплями. Парень с изумлением уставился на нежданную гостью. На пороге лавки стояла Мэллори, и вид у нее был такой, будто она только что из пруда вынырнула. Тонкое сиреневое платье прилипло к телу, а волосы, что всегда были уложены в идеальном порядке, сейчас мокрыми волнистыми прядями спускались вдоль бледного лица. Майкл был настолько удивлен, что на минуту даже забыл, что вчера вечером успел послать девушку к черту. — Ты сюда что, вброд шла? — спросил он, вскинув бровь. Мэллори ничего не ответила. Парень видел, как часто вздымалась ее грудь от тяжелого дыхания, а в огромных карих глазах плескался такой ужас, словно перед ней стоял не Майкл, а призрак прошлогоднего рождества. Парень хотел еще что-то спросить, но не успел. Сделав два нервных шага вперед, девушка вдруг крепко вцепилась руками в воротник его рубашки, настойчиво потянув на себя, отчего Майкл растерянно наклонился. Мэллори замерла, остановившись в сантиметре от его губ. Взгляд парня на секунду пересекся с ее напуганными глазами. Теплое дыхание девушки коснулось кожи и дрожа всем телом, Мэллори, наконец, коснулась его губ легким, едва уловим движением, словно спрашивая разрешения, ни то у Майкла, ни то у себя самой. Шумно выдохнув, парень медленно опустил руку ей на затылок, вплетаясь пальцами в мокрые волосы. Девушка робко подалась вперед, чувствуя, что губы Майкла прижались к ней, хоть и мягко, но куда более решительно. Мэллори была рада, что сейчас ей не пришлось ничего говорить и объяснять. Кажется, скажи она парню что-то словами, и все бы опять полетело к чертовой матери. Когда его рука крепко обхватила талию, девушка вжалась в его тело, прогнувшись в пояснице. Она прерывисто вздохнула, почувствовав, как язык парня аккуратно скользнул между ее губ. Сейчас уже не было той злой грубости, как в тот раз, когда Майкл накинулся на нее впервые и от его осторожных, но в то же время настойчивых прикосновений, по телу Мэллори пробегали мурашки. Майкл слабо соображал, какого черта нашло на девчонку. Но чувствуя сейчас ее тепло и то, как она доверчиво прижалась к его груди, о причинах и следствиях ему сейчас хотелось думать меньше всего.