Я балансирую на грани

Рекомендую читать под зацикленную композицию: Max Richter Orchestra, Lorenz Dangel - On The Nature Of Daylight Предупреждение к главе: СТЕКЛИЩЕ _____________________________________________________________________________________________________________ — Так, вот здесь все твои документы и билет, — сказал Джон Генри, протягивая Майклу увесистый конверт, — отъезд у нас завтра рано утром, так что, не проспи. Парень молча кивнул. Мистер Мур с удивительной скоростью решил все вопросы по отъезду Майкла в Лос-Анджелес, словно готовился к этому уже очень давно. Они все еще находились в отеле и парень был удивлен, как это его до сих пор никто не хватился. Майкл был уверен, что как только он покинет академию, Корделия погонится за ним вслед, однако, похоже, что-то мешало ей обнаружить его местонахождение. А еще Майкл опасался визита Мэллори… он надеялся, что сможет покинуть Новый Орлеан, не объясняясь с ней напоследок. Парню все равно больше нечего было ей сказать, а ее очередные оправдания он слушать уже не хотел. Но оставался еще один незакрытый вопрос, который Майкл не собирался так просто бросать. — Милый, ты звал меня? — послышался за спиной женский голос и в следующую секунду в дверях появилась Мэдисон. Впрочем, как только она заметила, что в комнате Мура находился еще и Майкл, у нее тут же вырвалось обеспокоенное: — Оу… здравствуй, Майкл. И ты здесь? Девушка не горела желанием повторной встречи с парнем, когда Джон Генри уже вправил ему мозги обратно. И судя по выражению лица Майкла, опасалась она отнюдь не зря. — Я выйду поговорю с Монтгомери, — криво улыбнулся парень в сторону Мура и пока девушка не успела сбежать, грубо впился пальцами в ее предплечье, потащив по коридору за собой. Мэдисон тихо шипела ругательства, пока Майкл, оставляя синяки на руке, втолкнул ее в комнату с табличкой «27». Не желая терять лицо, девушка надменно взглянула на него, вскинув бровь. — Ну и что ты мне теперь сделаешь, сладкий? — усмехнулась она, — отплатишь той же монетой? Майклу на ее ехидство было уже плевать. Одним резким движением он заломил девушке руку за спину, тут же услышав ее болезненный крик. На самом деле, изначально парень думал обойтись парой другой пощечин, но когда Мэдисон уже оказалась здесь с ним в закрытой комнате… а какого черта? Швырнув ведьму на пол, Майкл опустился позади нее на колени. — Что, так понравилось, что хочешь трахнуть меня еще раз? — съязвила Мэдисон, чувствуя, как он задрал на ней платье. Впрочем, ее саркастичный тон прервался сразу же, как парень резко вошел в нее по сухому и сжав волосы на затылке, грубо и болезненно впечатал лицом в пол. — Блядь… — со злостью прошипела Мэдисон, чувствуя, как все тело сотрясалось от слишком глубоких и резких толчков, которые не приносили ничего, кроме боли. Майкл еще никогда в своей жизни не скатывался до изнасилования и трахая сейчас девчонку, кроме возбуждения чувствовал нарастающее отвращение к самому себе. Сколько б он не внушал себе, что это было оправдано и он всего лишь возвращал ей долг, меньшей мразью в собственных глазах он не становился. И все же, сквозь протестующие крики, ругань и оскорбления, парень довел дело до конца. Тяжело дыша, он застегнул брюки и брезгливо отступил от Мэдисон. — Неплохо, — огрызнулась девушка, тут же переходя в свой привычный защитный сарказм, — хотя, как-то уж слишком быстро… Не дав ей договорить, Майкл резко щелкнул пальцами, отчего Монтгомери тут же отшвырнуло в сторону и разбив собой окно, девушка вылетела на улицу. Парень даже не оглянулся. Второй этаж. Ничего, подобные суки всегда живучие, как тараканы. … Продолжая бежать, расталкивая людей локтями, девушка все в большем отчаянии понимала, что совершенно не представляла, куда ей идти. Она уже успела заглянуть и в шотландский бар и даже в антикварную лавку, где раньше работал Майкл, но парня нигде не было. Что касается магазина, тот и вовсе оказался закрытым и забитым досками с внешней стороны двери. Остановившись на очередном перекрестке, Мэллори беспомощно посмотрела по сторонам. — Леди, вам чем-нибудь помочь? — учтиво спросил полицейский, что стоял на углу. — Нет, благод… — начала было девушка на оборвалась на полуслове, услышав вдруг оглушительный звон стекла откуда-то сверху. Люди на улице испуганно замерли и в следующую секунду, вместе с осколками на тротуар рухнуло чье-то тело. Полицейский, что стоял рядом с Мэллори, тут же кинулся вперед. На земле, вся в порезах и ссадинах лежала молодая светловолосая девушка и приглядевшись, Мэллори с удивлением узнала в ней Мэдисон Монтгомери. Несмотря на падение из окна, девушка не выглядела сильно травмированной. По крайней мере, почти сразу после приземления, она вполне спокойно села, потирая голову рукой. Вокруг Мэдисон тут же собралась любопытная толпа и Мэллори, пробившись в первые ряды, опустилась рядом с девушкой на корточки. — Что произошло? — в недоумении спросила Мэллори. — А, это ты? — с удивлением и легким смешком спросила Мэдисон, подняв взгляд, — вот уж не ожидала встретить… Мэллори подняла взгляд вверх и увидела разбитое окно на втором этаже. Как оказалось, это было здание отеля «Монтелеон». — Твой ласковый мальчик немного разошелся, — усмехнулась Монтгомери, отряхивая с себя стекло, — но в любом случае, то, что у нас с ним было, ему уже назад не отобрать. — Было что? — упавшим голосом спросила Мэллори. — Да так, я с ним немножко порезвилась, пока тебя не было, — ядовито улыбнулась девушка, поднимаясь на ноги, — ты ведь не против? Мэдисон взвизгнула, как только по ее щеке прилетела болезненная пощечина. — Ты просто тварь, Монтгомери, — прошипела Мэллори, чувствуя внутри закипающую злобу. — Я это как-нибудь переживу, — ехидно пропела Мэдисон, держась за щеку, — а тебе, как понимаю, нужна комната 27… … Поднявшись по лестнице с нервно бьющимся сердцем, девушка подбежала к двери с металлической табличкой с выбитыми цифрами «27». Несмотря на то, что сейчас она отчаянно хотела найти за этой дверью Майкла, вместе с тем, ей с каждой секундой становилось все более страшно. Словно в предвкушении чего-то действительно ужасного, о чем она еще не знала. Когда она толкнула дверь, то увидела знакомый силуэт, что стоял рядом с разбитым окном. — Майкл! — с облегчением выдохнула Мэллори, тут же кидаясь вперед и заключая парня в объятия, — господи, я боялась, что уже тебя не найду… Майкл не пошевелился и не произнес ни слова, будто даже не заметил девушку. Уже чувствуя неладное, Мэллори медленно отстранилась, неуверенно поднимая взгляд. Парень стоял перед ней с совершенно каменным лицом, словно изо всех сил сейчас старался не выплеснуть на девушку рвущуюся злобу. — Ты что-то хотела? — спокойно спросил он настолько ледяным голосом, что по коже Мэллори пробежали мурашки. — Майкл, я не… — Если сказать нечего, сделай одолжение, свали отсюда к черту, — прошипел он сквозь зубы. Сердце Мэллори испуганно пропустило удар, а ноги немного подкосились. — Что я сделала? — еле слышно произнесла девушка. — Да ничего, — ядовито усмехнулся Майкл, садясь на подоконник, — впрочем, как обычно. — Я не виновата, что с тобой это сделали, Майкл, — еле выговорила девушка, чувствуя как к горлу подкатил комок. — Ну да, — хмыкнул он, судорожно закуривая сигарету, — это ведь не ты решила сделать из меня ходячий овощ, ты просто молча согласилась, когда это предложили. — А что я еще могла сделать?! — беспомощно воскликнула Мэллори, — Корделия сделала бы это независимо от того, хочу я этого или нет! — Меня уже тошнит от твоих отговорок, Мэллори! — рявкнул парень, резко оглядывая и швыряя дымящуюся сигарету на ковер, — все блядь вокруг виноваты кроме тебя одной! Нимб свой поправить не забудь, а то еще вдруг отвалится! — Хватит! — со злостью крикнула девушка, отчего в комнате разлетелось вдребезги еще одно окно. — А что, не нравится? — съязвил Майкл, — ничего, терпеть тебе не долго осталось, когда там твой корабль в Лондон? — Что? — одними губами произнесла Мэллори, чувствуя, как все внутри сковало страхом. — Катись уже к своему Трэверсу, а с меня хватит! — припечатал он, — с того гребаного дня, как я тебя опять встретил, вся моя жизнь полетела к чертовой матери! Хотела с моей помощью свалить от семьи и своего прекрасного брака? Нет уж, блядь, теперь выкручивайся сама как хочешь, я в этом больше не участвую! Парень встал и со злостью пнул ногой рядом стоящий стул. Мэллори казалось, что ее грудь только что пробили насквозь, оставив там пульсирующую рваную дыру. Даже дышать стало больно. — И знаешь что, когда я вернусь сюда в следующий раз, я, все-таки, сделаю то, что обещал, — оскалился Майкл, — я спалю вашу гребаную академию вместе с Корделией и всеми ведьмами, каких только найду! А тебя оставлю в живых, чтоб было, кому на это посмотреть! — Майкл, умоляю, прекрати… — Хотя, убивать тебя я не стал бы в любом случае, — тихо добавил парень, приблизившись к девушке, — потому что мне тебя настолько жаль, что ничего кроме отвращения ты уже не вызываешь. Пол медленно уплывал из-под ног, а звук голоса Майкла слышался словно эхом, врезаясь в память каждым сказанным словом. — Отрыдайся тут, если хочешь, — ядовито добавил он, глядя на слезы, застилающие большие глаза, — но когда я снова вернусь в эту комнату, чтобы и духу твоего здесь больше не было! С этими словами, Майкл обошел девушку и вышел за порог, яростно хлопнув дверью. Мэллори упала на пол, словно ей отрезали ноги. Воздух вокруг превратился в липкую душную массу и хоть девушка судорожно дышала ртом, она чувствовала, как все больше начинала задыхаться. Разговор с Майклом прошелся по ней, как удар гильотины по шее. Впрочем… лучше бы это и правда была гильотина, тогда бы не было сейчас этого ужасного разрывающего чувства в груди. … Девушка не помнила, как и когда она вернулась домой. Все вокруг — люди, знакомые улицы, проносящиеся мимо машины казались чем-то из другого мира, который никак ее уже не касался. Звучали чьи-то голоса, кто-то звал ее по имени, но Мэллори не могла выйти из ступора. Удивительно, как в один короткий миг все могло развалиться на части. С такой легкостью и глупым пренебрежением… Так грубо и нелепо, что хотелось и смеяться и рыдать, но ни на первое ни на второе у девушки уже не осталось сил. Боль внутри нее вопила до хрипа, жгла ядом и осколками воспоминаний врывалась в сердце, что все еще как-то продолжало биться. Но наружу больше не прорывалось ничего, ни слезинки, ни крика. Казалось, Мэллори впала в кому, из которой никак не могла выбраться. Постепенно пейзаж перед ее глазами сменился со стен родного дома на каюту корабля, а после, из густой завесы тумана показались темные крыши Лондона. Но даже тогда девушка так и осталась ко всему безучастной. Не осталось ничего достаточно весомого и важного, что могло бы отвлечь ее от бесконечной промотки в голове событий, которые больше никогда не повторятся, образов, что ранили снова и снова, но Мэллори была не в состоянии их отпустить. Они были последним, что еще было ей дорого. … — Еще никогда не ездил на поезде? — с улыбкой спросил мистер Мур, сидя напротив Майкла в вагоне купе. — Только в грузовом вагоне с труппой когда-то, — пробормотал парень, уперевшись лбом в стекло и глядя на проносящиеся мимо деревья. Джон Генри тихо хмыкнул и обернулся, когда услышал, как открылась дверь в купе. — Свежую газету, сэр? — спросил юноша в форменной одежде. — Да, прошу, — кивнул мистер Мур, протягивая пару монет проводнику. Мельком взглянув на заголовки, мужчина оставил газету на сидении и поднялся на ноги. — Я скоро вернусь, — сказал он Майклу, выходя за дверь. Парень ничего не сказал, будто и не слышал. Когда дверь захлопнулась, Майкл бросил взгляд в сторону газеты и прищурился. Потянувшись, он взял ее в руки и развернув страницу, до боли стиснул зубы. «НА СВАДЬБУ НАСЛЕДНИКА ДОМА ТРЭВЕРСОВ ПРИГЛАШЕНЫ БОЛЕЕ 200 ГОСТЕЙ! САМОЕ ГРАНДИОЗНОЕ ТОРЖЕСТВО В ЛОНДОНЕ ЗА ПОСЛЕДНИЕ СОРОК ЛЕТ!» Швырнув газету в угол, парень судорожно прижал ладони к лицу и вздрогнул всем телом, пытаясь заткнуть рвущийся наружу крик. … — Мисс Мэллори Уотсон! — настойчиво повторил священник уже в третий раз, — ваш ответ! Девушка, вздрогнув, словно пробудившись от долгой дремы, подняла на Отца Роберта безжизненный взгляд. Вся церковь замерла в тревожном ожидании, а вот Мэллори, похоже, ждать было уже нечего. — Да, — еле слышно сорвалось с ее губ.