Я балансирую на грани

— Майкл! — окликнул парня Джон Генри, — ты вообще меня слушаешь? Майкл чуть вздрогнул и поднял растерянный взгляд. Собрание Совета шло уже битый час и парень немного успел выпасть из обсуждения. — Я что-то пропустил? — Немного, — хмыкнул Августус, — мы хотим, чтобы в эти выходные ты съездил в Париж для встречи с одним важным лицом. — Важное лицо? — усмехнулся парень, — а что, больше подробностей не будет? — Пока это дело проходит под грифом строгой секретности, Майкл, — добавил Джон Генри, — к сожалению, несмотря на твое членство в Совете, пока мы не можем полноценно тебя в него посвятить. — Тогда почему бы не поехать кому-то из вас? — вскинул бровь Майкл, — почему именно я? — Местный Совет уже хорошо нас знает, и если заметит наше присутствие на их территории — это может вызвать ненужные подозрения, — осторожно протянул Ариэль, — с тобой же, Майкл, им встречаться еще не доводилось, так что, ты не привлечешь к себе внимания. — Ладно, — вздохнул парень, откидываясь на спинку стула, — сегодня тогда проедусь до порта... — Не стоит, — покачал головой Джон Генри, — я уже об этом позаботился и купил билет до Парижа. Номер в отеле тоже уже забронирован на твое имя. — Даже так? — ухмыльнулся Майкл. Похоже, дело и правда было важным, раз мистер Мур развел такую спешку. … В последний раз Майкл был в Париже еще лет пять назад, когда приезжал сюда в составе цирковой труппы. И как же было непривычно и странно, что сейчас он ехал в этот город в поезде первым классом, а не ютясь на полу грузового вагона, застеленного тонким слоем соломы. На все про все в Париже ему давался один уикенд. Требования к Майклу в этот раз были невелики — встретиться с неким Лоренсом Мартеном на территории закрытого клуба «Фауст», передать документы, а самое главное — не отсвечивать, чтобы местный Совет магов не заметил какой-то непонятной суеты у себя под носом. На самом деле, парень был не прочь задержаться в городе и подольше. Все же, шумный Лос-Анджелес за последние годы уже успел ему порядком надоесть, хотелось внести хоть немного свежести и разнообразия в пейзажи вокруг. К тому же, что и погода, несмотря на небольшую прохладу, выдалась чудная. Когда Майкл сошел на перроне вокзала Гар де Льон, его сразу же ослепило яркое весеннее солнце. Не застегивая пальто, парень, вместе с пестрым потоком людей, направился к выходу в город. Повсюду мелодично разливалась французская речь, из которой Майкл иногда выхватывал знакомые слова и фразы. За время, проведенное в академии, он успел немного повозиться с этим языком. Не то чтобы ему сильно было это нужно, но от скуки чего только ни придумаешь. Покинув здание вокзала, Майкл оглянулся в сторону башни с часами. Время уже медленно шло к закату, а значит, у него оставалось еще пара часов на спокойные сборы до отъезда в «Фауст». Быстро поймав такси, парень откинулся на спинку сидения и на миг закрыл глаза. Из открытого окна машины в лицо летел прохладный ветер, в котором ощущались запахи черного кофе и свежей выпечки из ближайшего кафе. Такси поехало к отелю по знаменитой улице Риволи, которую Майкл запомнил еще со своего прошлого визита в Париж. Мимо окон проносились величественные дома с аркадами и вычурной архитектурой, невероятно дорогие бутики, рестораны… и парень до сих пор с трудом мог поверить, что подобная жизнь теперь была ему вполне по карману. Дорога заняла не больше двадцати минут, и когда такси остановилось у здания отеля «Ла Мерис», Майкл удивленно повел бровью. Должно быть, двое суток здесь обошлись в целое состояние. Отель находился в роскошном дворцовом здании, находясь прямиком между площадью Согласия и Лувром. Лэнгдон прошел через арку, миновав двух швейцаров в красной форменной одежде, что сразу же раскрыли перед ним стеклянные двери. Небрежно поправив волосы, он быстро окинул взглядом огромный холл отеля с невероятным количеством позолоты и зеркал. Такие слова, как скромность и умеренность — явно были незнакомы владельцам этого отеля. Уже слыша издалека хрипловатый звук пластинки, проигрывающей ныне популярную «La vie en rose», Майкл неторопливым шагом направился к стойке ресепшн. Его взгляд мельком пробежался по хрупкой девушке в бордовом платье и с пепельно-белыми волосами, что сейчас заполняла какие-то бумаги стоя напротив администратора. Майкл тяжело вздохнул. Надо бы не забыть, что он сюда, в первую очередь приехал работать, а не клеить местных барышень. — Вonjour, monsieur, — вежливо улыбнулся свободный администратор за стойкой. — J’ai réservé une chambre double au nom de Michael Langdon, — устало ответил он и тут же услышал рядом с собой какой-то стук. Похоже, что девушка, стоявшая рядом, только что выронила ручку на мраморный пол. Вздохнув, Майкл наклонился, поднимая явно дорогую коллекционную ручку и протянул ее владелице, но как только его взгляд коснулся ее лица, парень застыл как вкопанный. Короткие волосы с идеальной «холодной волной», белое лицо с ярко-алыми губами и огромные карие глаза, что сейчас смотрели на него с потрясением и ужасом. Впрочем, ее замешательство продлилось недолго, выхватив ручку обратно, девушка тут же отвернулась с невозмутимым видом. — Где еще расписаться? — спокойно спросила Мэллори у администратора, глядя в бумаги. Майкл продолжал смотреть на девушку остекленевшим взглядом, пока за стойкой его не окликнули: — Месье, прошу подпишите здесь и здесь… Пока шла регистрация и заполнение документов, парень ощущал себя как на иголках. Какого черта Мэллори делала в Париже? И почему была одна?.. Хотя, на ее руке он, все же, разглядел обручальное кольцо. — Прошу, ваш ключ, — сказал администратор, протягивая ключи Майклу, — 403-й номер, четвертый этаж. — 404-й номер, четвертый этаж, — послышалось рядом от второго администратора, что выдал ключи Мэллори. — Я провожу вас, — кивнул метрдотель, что только что подошел к стойке. Мэллори шла неподалеку от Майкла, всеми силами игнорируя его существование. Парень чувствовал, как она старательно смотрела сквозь него, словно он был пустым местом. Зайдя в лифт, Майкл прижался спиной к стене, ощущая боковым зрением, как девушка встала рядом. В тесном пространстве деваться особо было некуда и на таком расстоянии парень мог услышать знакомый запах ее духов и тяжелое нервное дыхание. Наверное, эти несколько секунд, пока лифт полз до четвертого этажа, показались Майклу самыми долгими в его жизни. Когда лифтер, наконец, раскрыл двери, девушка тут же рванулась вперед, громко стуча каблуками. Парень вышел следом и направился по коридору. Уже издалека разглядев, где находился его номер, Майкл молча выругался — он находился прямиком напротив комнаты Мэллори. Девушка судорожно прокрутила ключ в замке, который все никак не хотел поддаваться, и пока Майкл за ее спиной открывал свою дверь, она, наконец, влетела в номер и так яростно хлопнула дверью, что это показалось красноречивей любых слов, что она могла бы ему сейчас сказать. Войдя в свою комнату, Майкл прислонился спиной к двери и прижал ладонь к лицу. Вот только этого сейчас не хватало… … Шваркнув дверью о косяк, Мэллори яростно топнула ногой в изящной туфельке. Майкл Лэнгдон… здесь, в Париже. В самом дорогом отеле города. В пальто от Чарли Джеймса и с часами от Картье. Да какого дьявола?! Схватившись за голову, девушка начала нервно вышагивать по комнате. Это была случайная встреча, которую она ожидала и хотела меньше всего на свете. Похоже, что закон подлости сработал с Мэллори в лучших своих проявлениях. Стоит только забыть о чем-то, что мучило тебя на протяжении четырех лет, как оно объявляется перед тобой самым наглым образом на блюдце с голубой каемочкой. Девушка ехала в Париж, дабы забыться и расслабиться, а вместо этого… Мэллори до боли прикусила губу и почувствовала, как комок предательски подкатил к горлу. Нет, плакать нельзя. Нельзя вообще подавать вид, что она узнает этого человека. Он умер для нее слишком давно и нечего теперь откапывать покойников. Стащив с себя шелковые перчатки и яростно швырнув их на кровать, девушка громко всхлипнула. Этого не должно было случиться! Неужели, за все это время она страдала недостаточно, чтобы избавиться от Майкла Лэнгдона насовсем? От мысли, что он находился сейчас за соседней дверью, Мэллори стало тошно. А вместе с тем, еще и страшно. Вероятно, ей стоило сейчас же перебраться из этого отеля куда-нибудь еще, пока не стало слишком поздно. Девушка не знала, с каким целями он приехал сюда и как надолго. Судя по его удивленной физиономии, он явно не ожидал встретить здесь старую знакомую и вряд ли у него могли быть какие-то планы на нее… И все же, Мэллори боялась возможных последствий. От переживаний, когда девушка резко сжала кулаки, настольная лампа в стиле арт-деко, тут же разлетелась вдребезги. Судорожно копаясь в маленькой сумочке, Мэллори вытащила оттуда маленький пузырек с белыми таблетками и закинула в себя сразу три. Пусть ненадолго, но это сможет успокоить нервы, а уж вечером в «Фаусте» она оторвется по полной программе и плевать на все. Майкл Лэнгдон ей поездку в Париж уж точно не испортит! Испорченной им жизни было уже более, чем достаточно. … Майкл невидящим взглядом смотрел в стену, пока не услышал громкий шум за дверью, словно что-то неожиданно взорвалось. Со стоном выдохнув, парень потер лицо ладонью. Это просто… нарочно не придумаешь. Конечно, в глубине души Майкл надеялся, что однажды сможет еще встретить Мэллори, но точно не сейчас. Стоило только посмотреть на нее пару секунд, чтобы понять, что он не был готов к этой встрече, впрочем, как и она сама. Лэнгдон понятия не имел, как повести себя дальше. Принять ее правила игры и притвориться, что они незнакомы, или же, попытаться поговорить? Хотя, едва ли, ей эти разговоры были нужны. Судя по тому, что Майкл успел заметить, будь воля девушки, он бы уже, наверное, горел на медленном огне. Наверное, лучшим выходом будет просто не усугублять то, что уже имелось, если это вообще было возможно. А еще, ему явно стоило теперь попросить номер где-нибудь подальше от комнаты Мэллори, во избежание очередных неловких встреч… Тем временем, Майкл неспешно начал собираться ко встрече с месье Мартеном. Вытащив из багажа небольшой запечатанный конверт, парень нерешительно покрутил его в руках. Скорей бы уже весь этот парижский уикенд закончился… Вероятно, сегодня, сразу после того, как Лэнгдон вручит конверт получателю, он поедет на вокзал и уедет первым же поездом. Медленно оглянувшись в сторону двери, парень нервно стиснул зубы. Главное не успеть натворить глупостей, о которых потом опять придется сожалеть. Да только вот Париж явно был не тем городом, где люди вели себя сдержанно и с холодным рассудком. За окном послышалось глухое эхо от боя часов на старой башне, что возвещали о наступлении пяти часов вечера. Пора приниматься за работу.