Я балансирую на грани

Надрывая легкие от судорожного кашля, Мэллори пыталась понять, что произошло, и где она сейчас находилась. Взрывная волна, снесшая несколько стен, отбросила девушку в груду меловых обломков, на которых виднелись следы крови. Удивительно, как ей вообще удалось остаться живой. Лишь спустя несколько секунд Уотсон заметила острую боль в ноге, что стала еще сильней, как только она попыталась пошевелиться. Вот же проклятие! На сломанной ноге точно далеко не убежишь, хотя судя по звукам, доносящимся над крышей здания, отсюда следовало сматываться как можно скорее. Мучительно застонав, девушка попыталась приподняться на локте, подтягивая за собой ноги. Не бежать, но хотя бы ползти то она еще может… — Мэллори!.. Неожиданный крик, раздавшийся гулким эхом, заставил Мэллори подскочить на месте, в то время как сердце вспыхнуло надеждой и радостью. — Господи, ты жива, — сиплым шепотом проговорил Майкл, падая рядом с девушкой на колени и до хруста в ребрах прижимая ее к себе, — прости… — Все хорошо, — рыдая от накатившего облегчения, пролепетала она, обнимая мужчину за плечи, — зато я этой гадине руку отстрелила. Невольно засмеявшись, Лэнгдон уткнулся лицом в растрепавшиеся волосы девушки, целуя ее в макушку. Его маленький храбрый котенок: даже несмотря на все обстоятельства, она не побоялась отвесить сдачи Верховной. Впрочем, в отваге своей жены Майкл никогда и не сомневался. А что до Хансен — пускай только попадется ему сейчас на глаза… Если, конечно, эту тварь не успело разнести взрывом по потолку и стенам — вполне заслуженная участь. — Надо уходить, — проговорил мужчина, мягко придерживая Мэллори, — попробую перенести нас отсюда… — Не так быстро, — вдруг перебил Лэнгдона задыхающийся, но все еще узнаваемый ехидный голос Хансен. Вздрогнув всем телом, девушка еще крепче прильнула к Майклу при этом боязливо оглядываясь на Верховную. С покалеченной рукой, с ног до головы покрытая пылью и копотью, Хансен все еще была слишком опасна и непредсказуема, чтобы так просто о ней забыть. — Еще шаг, и я твою башку взорву к чертям собачьим, — прошипел Лэнгдон сквозь зубы, тем временем пытаясь сконцентрироваться на магии, дабы переместиться из атакуемого здания сразу домой, — проваливай отсюда! Твоя стая все равно уже разбежалась. Злобно прищурившись, ведьма с выжигающей ненавистью взглянула на Мэллори, которую так трепетно и заботливо удерживали руки мужчины. Вот же мерзкая гадина… Одолеваемая ревностью, Хансен резко сжала кулак, отчего девчонку снова отбросило в сторону, а путь к ней преградило высокое пламя, вспыхнувшее почти до самого потолка. Чувствуя, как от нахлынувшей ярости потемнело в глазах, Майкл обрушил в ответ удар такой силы, что если бы не энергетический блок, поставленный Верховной в последний момент, ее плоть бы начисто сорвало с костей и унесло в дальний угол. Быстро оглянувшись в сторону, мужчина в панике посмотрел на Мэллори — похоже, она потеряла сознание. По крайней мере, Лэнгдон отчаянно надеялся, что все обойдется просто обмороком. — Майкл, пожалуйста, идем со мной, — неожиданно меняясь в голосе, проговорила Хансен, стараясь подойти ближе, — просто возьми меня за руку… Даже не дослушав ведьму, Майкл снова швырнулся в нее заклятием, на этот раз надеясь уже сжечь эту мразь дотла. Вот только мстительным планам мужчины оказалось не суждено сбыться, ибо уже через мгновение, над головой снова раздался знакомый угрожающий свист. Едва не оглохнув от грохота, Лэнгдон рухнул на пол, чувствуя, как тот содрогнулся и пошел глубокими трещинами. Прижимая дрожащие ладони к ушам, Мэллори, вглядываясь сквозь мутную пелену, пыталась отыскать глазами мужа. Только бы им обоим выбраться отсюда живыми… Снова закашлявшись от пыли, сгибаясь почти пополам, девушка лишь спустя минуту смогла увидеть Майкла вдалеке. Держась за покосившуюся колонну, мужчина, заметно хромая, старался как можно скорее подобраться к Мэллори, но… — Майкл, слева!.. — срывая голос, выкрикнула девушка, заметив кинувшуюся вперед Хансен. Увы, было уже слишком поздно. Впившись в запястье Лэнгдона, Верховная тотчас испарилась вместе с ним в воздухе, уносясь неизвестно куда. … Ощутив, как судорожно сдавило легкие, Майкл не сразу успел осознать, что произошло. Звуки и яркие пятна, кружась в нестихающем вихре, метались перед глазами, вызывая приступ тошноты, и только холодные пальцы, все еще отчаянно сжимающие его руку, возвращали мужчину к реальности. Уже понимая, что Хансен пыталась сделать, Лэнгдон рванул пространство назад. Ведьма явно хотела как можно скорее унести свою задницу с поля боя, а заодно еще и прихватить желанную добычу, но черта с два! — Отвали от меня, сука! — с рычанием выпалил он, стараясь стряхнуть с себя намертво вцепившуюся Эмили, — я без нее никуда не уйду! — Но она тебе не нужна! — отчаявшийся голос девушки, в котором уже заметно звучали слезы, прокатился эхом в водовороте пространства, где они оба застряли, — умоляю, просто идем со мной, ты сразу все поймешь!.. — Пойму, что ты больная на всю голову?! — в бешенстве проорал Майкл, еле сдерживаясь чтобы не двинуть Хансен локтем по лицу, — прекращай уже этот гребаный цирк! Твои приятели нас чуть не подорвали, большая часть Ковена и Совета — уже трупы! Не закончим эту грызню сейчас, и тогда все сляжем в могилу! Уже начиная захлебываться в рыданиях, Хансен продолжала из последних сил тянуть мужчину за руку, пока вокруг не начали проступать смутные очертания старого кладбища под густыми кронами деревьев. — Лоренс, прошу тебя… — Что? — на секунду растерялся Майкл, слыша, как девушка обратилась к нему чужим именем, — Хансен, мать твою, да отцепись ты уже!.. И тут произошло то, чего Лэнгдон меньше всего ожидал увидеть. Продолжая заливаться слезами, Верховная обессиленно упала на колени, с дрожью прижимаясь к его ногам. — Я сделаю, что угодно, только останься, Лоренс, — сбивчивым шепотом произнесла она, — я больше не могу без тебя… Умоляю, пусть все будет так, как раньше… Остолбенев от потрясения, Майкл даже с места сдвинуться не мог, а тем временем, краски все ярче проступали вокруг, пока к ним не присоединился громкий шелест листвы. Мужчина не знал, куда Хансен утащила их обоих, но похоже, что это фамильное древнее кладбище находилось невероятно далеко от Калифорнии, где по-прежнему под смертельной угрозой оставалась Мэллори. — Видишь, мы снова дома, — с маниакальным блеском в глазах, просипела Хансен, вскидывая полный надежды взгляд, — больше не нужно никуда бежать… Помнишь, как мы играли здесь раньше? Только ты и я… Пока мисс Солсберри не звала нас на обед. — Я не… — начал было Лэнгдон, уже совершенно не соображая, что происходит, как вдруг его взгляд зацепился за надгробную плиту, стоящую прямо за девушкой: «Лоренс Хансен. 1889–1908 год. Покойся с миром, любимый брат. Мое сердце навеки с тобой» — …А потом будем сидеть у камина и играть в шахматы, как ты любил, — словно не замечая оторопело застывшего лица мужчины, продолжала Эмили, — и когда стемнеет, в комнате снова будут летать синие мотыльки… Ты помнишь, Лоренс? Прошу, скажи… Наверное, еще никогда в своей жизни Майкл не находился в настолько смешанных чувствах. Недостающие фрагменты происходящего встали на свое законное место, вырисовываясь в мрачную, сумасшедшую, но в то же время рвущую душу картину. Хансен и правда была больна… Вот только Лэнгдон и представить себе не мог масштабов бедствия, и во что невольно оказался втянут, равно как и многие другие, попавшие под жестокую руку Верховной. Вопреки его домыслам, Эмили Хансен отнюдь не стремилась к разрушению и хаосу: на самом деле, она как никто другой искала покоя. Но вот только какой ценой… Мужчина не знал, чувствовал ли к ней хоть каплю жалости после всего, что неожиданно открылось для его понимания, но, возможно, сейчас он наконец-то смог разглядеть в Хансен что-то человеческое. Отчаявшееся, больное, сломленное, но все же роднящее ее с простыми людьми, а не с бездушными монстрами, за кого ее так давно принимал Лэнгдон. — Эмили, пожалуйста, отпусти меня, — хрипло произнес Майкл, первый раз за много лет назвав ее по имени, — твой брат давно мертв… — НЕТ!!! — протестующе выкрикнула она, еще крепче обнимая его колени, — ты здесь. Я больше никогда тебя не оставлю… Ты же обещал! Понимая, что пытаться доказать Хансен обратное не было уже никакого смысла, Лэнгдон, настойчиво потянув ее за запястье, твердо добавил: — Нам нужно вернуться обратно, сейчас же. Когда снова будем в Лос-Анджелесе, мы обо всем этом с тобой поговорим, я клянусь. — И п-потом мы снова уедем домой? — с надеждой переспросила Эмили, глядя на мужчину совершенно незнакомыми заплаканными глазами. Договариваться с шизофренией Хансен было проще, чем с ней самой, однако не передать словами, как же гадко у Майкла было на душе от необходимости сейчас ее обманывать. — Да, — сухо отозвался он, наконец вздергивая девушку на ноги, — только идем, скорее! Воздух снова выбило из легких, как только Лэнгдон направил импульс энергии, утягивая их вместе с Эмили обратно к отправной точке. Только бы здание конгресса не успело уже взлететь на воздух вместе с редкими выжившими, оставшихся в его стенах. Молясь про себя всем возможным богам, в которых не верил, Майкл на секунду зажмурился, прежде чем его ноги снова ощутили под собой что-то твердое. Резко выпустив руку Хансен, мужчина сразу же окинул тревожным взглядом нижний атриум, как вдруг послышался нарастающий треск. В ужасе отшатнувшись в сторону, больно ударившись о мраморные плиты, Лэнгдон успел услышать истошный вопль, пока грохот осыпающихся камней не заглушил их. Закрыв голову руками, чувствуя, как сверху успело прилететь несколько увесистых валунов, мужчина рискнул пошевелиться лишь спустя несколько секунд, к тому же, неподалеку от него уже раздались обеспокоенные и испуганные голоса: — Майкл!!! — Боже правый… — Быстрей, вытаскивайте его! Все еще не до конца сориентировавшись, Майкл, выползая из-под обломков с помощью чьих-то чужих рук, рассеянно оглянулся. Шабли с кровавым месивом на месте правого глаза, Миртл Сноу, густо покрытая копотью, судорожно вздрагивающая Зои, и Мэллори, которую он еще никогда не видел настолько испуганной и бледной. Громко всхлипнув, девушка подалась вперед, падая на колени поверх каменных руин и кидаясь к Лэнгдону на шею. Она едва рассудок не потеряла, когда мужчина неожиданно пропал вместе с Верховной. За те несколько минут, что его не было, Мэллори смогли найти оставшиеся в живых ведьмы вместе с одиноким колдуном, изрядно покалеченным взорвавшимся снарядом. Потерянные и избитые, они хотели как можно быстрей выбраться из здания, однако Уотсон ни в какую не соглашалась уходить отсюда без своего супруга. И вот, ведя ожесточенный спор с мисс Сноу, они наконец дождались его возвращения. И как ни странно, Майкл появился здесь вместе с Хансен… Вот только неожиданное обрушение западной стены, похоже, окончательно схоронило под собой бывшую Верховную. — Давайте-ка отложим эти сантименты, пока не окажемся подальше от бомбардировки, — сварливо произнесла Миртл, глядя на Мэллори, — больше ведь мы никого не ждем? — Хансен… — тихонько проговорила Зои, наблюдая за чем-то в стороне. Продолжая растерянно гладить Уотсон по волосам, Майкл проследовал за взглядом ведьмы, замечая бледную подергивающуюся руку, видневшуюся из-под завалов. — Там ей и место, — холодно добавила мисс Сноу, сощурившись, — живо все, на выход! — Майкл, вы идете? — с тревогой переспросил Шабли, как только Миртл вместе с Зои устремились к тому, что осталось от широких парадных дверей. — Да, сейчас, — хрипло откашлявшись, отозвался он, успокаивающе прижимая всхлипывающую Мэллори к груди. Услышав удаляющиеся шаркающие шаги колдуна, Лэнгдон шумно вздохнул, на секунду утыкаясь лбом в теплое плечо девушки. Как же он невыносимо устал… — Как ты? — тихонько пролепетала Мэллори, чуть отстраняясь и нежно проводя ладонью по его щеке, — она ничего тебе не сделала? — Не больше, чем остальным, — глухо пробормотал мужчина, покачав головой и снова невольно обернувшись в сторону завала камней, — не возражаешь, если я сделаю кое-что? — Что? — шмыгнув носом, переспросила девушка, размазывая по лицу слезы вместе с пылью, в то время как Майкл поднялся на ноги. Медленно обойдя разгромленную стену, мужчина опустил взгляд. Захлебываясь от крови, бьющей изо рта, Хансен все еще оставалась в сознании, пускай жизнь из нее и убывала с каждым последующим мгновением. Нелепая и мучительная смерть для того, кто всеми силами пытался отравить жизнь всем, кто попадался ей на пути. Заслуженная ли? Более чем. Но вот желал ли ее сейчас Майкл? На этот вопрос ответить было уже гораздо сложнее. Возможно когда-нибудь он еще подумает об этом, но только уже не здесь, и не сейчас. Нехотя встретившись взглядом с Эмили, мужчина чуть повел рукой, раскрывая ладонь, с которой плавно взлетело несколько синих мотыльков, шурша тонкими крылышками. Глаза Хансен, на миг озарившись искренней радостью и ни с чем не сравнимым восторгом, неподвижно застыли уже спустя несколько секунд. — Что это было? — слабым голосом проговорила Мэллори, глядя на синие искорки от растаявших в воздухе мотыльков. — Уже не важно, — с усталым вдохом ответил Майкл, наклоняясь и заботливо поднимая девушку на руки, — идем домой...