А если это любовь? (LoveByChance)

— Никуда не пойду с тобой! Слышишь? НЕ ПОЙДУ! Ты человеческий язык понимаешь, Чомпу?! — Если бы я не понимала человеческий язык, разве ты смогла бы со мной разговаривать? Просто у меня есть ЦЕЛЬ — мне надо найти пи Э. А ты должна пойти со мной, потому что одной мне страшно. — А я тебе говорю, что никуда с тобой не пойду! Уроками надо заниматься, а не за мальчиками бегать! — А кто бегает? Две девчонки в школьной униформе громко спорили посреди широкой университетской аллеи, ведущей к стадиону, притягивая любопытные и насмешливые взгляды проходящих мимо студентов. Одна тянула другую за руку, а та вырывалась и пыталась оттащить подругу обратно ко входу в кампус. Это перетягивание каната завершилось внезапно и трагически. Бамс! Руки расцепились, и вторая девчонка, рвавшаяся прочь из кампуса, потеряв равновесие, шлепнулась на землю, вызвав насмешливые взгляды и веселое улюлюканье прохожих. — ЧОМПУ! — Ах, извините, мисс… — оставшаяся на ногах девчонка с фальшивым смирением протянула руку упавшей, сердито смотрящей на неё снизу вверх, но шаловливый язычок, высунувшийся между розовых губок, не оставлял у сидящей ни малейшего сомнения в неискренности озвученных сожалений: — Да поднимайся ты уже. Люди смотрят, неудобно! — Это ты натворила, вот и нечего тут! Сидящая на земле девушка в очках –Лимон (ударение на первом слоге), младшая сестра нашего старого знакомого — мартышки-сплетницы Кана — продолжала браниться на подругу, выразительно щурившую свои небольшие глазки, но та решительно возразила: — Все произошло исключительно по твоей вине. Надо было следовать за мной, а не упираться, как осёл. В конце концов, у твоего родного брата сейчас матч, и мы пришли его поддержать, а ты, бессердечная кукла, делаешь вид, что так занята учебой, что даже на близкого родственника времени нет! Чомпу, хитрая, ребячливая девчушка с остреньким личиком и волосами, собранными в высокий хвост, немного лукавила. В её планах посещение университетского матча было связано вовсе не с братом Лимон. Парень, завладевший её мечтами — очаровательный, белокожий принц — тоже был из какой-то футбольной команды, и она надеялась во время матча разыскать его. Лимон, прекрасно знакомая с футболистами университета через своего брата, не могла понять, о каком белокожем принце тут вообще может идти речь — эти мальчишки, гоняющие мяч под жарким солнцем, все, как один были загорелыми и грубыми, скорее похожими на дьяволов, чем на утонченных принцев, и никак не могли стать предметом пылких девичьих грёз. Бывает же, что некоторые несут просто непозволительную чушь! Тем более, что в школе их сейчас просто завалили докладами и презентациями, совершенно не оставляя времени на романтические чувства. Однако подруга знала, на какую болевую точку надо надавить — и Лимон поставили перед выбором — либо она парится над докладом в одиночку, либо идёт помогать Чомпу в поисках прекрасного принца. Да уж, в рациональности этой шантажистке не откажешь! Тем более после того, как проболталась, что брат — тоже футболист. — И какое тебе дело до этого дурацкого матча? — возмущалась очкастая, поднявшись с земли и сердито отряхивая юбку. — Можно подумать, тут чемпионат высшей лиги. Выйдут на поле грязные, загорелые, лохматые грубияны — и начнут пинать бедный, ни в чем не повинный мячик. И чем это поможет нам в учёбе? И никто из них даже не посмотрит в сторону трибуны. Как будто, конечно, кому-то это вообще нужно. Сама Лимон увлекалась, как и все мы, яоем — и её идеалом были нежные, белокожие, изящные мальчики, трепетно влюбленные… друг в друга. Откуда таким взяться в стае футболистов?! — Ах, так? Ну и не ходи тогда! — надулась подруга и устремила глаза прочь с великомученическим выражением на капризном лице. Лимон, девочка добрая и сердечная, как и её братец, только вздохнула при виде этого театра одного актёра — и, сдаваясь, покорно махнула рукой: — Ладно, пошли уже… негодница… Подожди меня, Чомпу! После её слов страдальческое личико мигом превратилось в счастливое, глазки засияли — и Лимон простила подруге этот нехитрый обман. Ну, что поделаешь — уж так ей хочется увидеть своего таинственного красавчика Э… — А ты уверена, что ты его узнаешь? Там будет полно народу! — Конечно, узнаю. Он в моих глазах — самый особенный! — От твоих слов хочется блевать… — фыркнула Лимон, немного завидуя. — Не сердись, Лимон, — Чомпу притащила её к трибунам и начала озираться вокруг. — Ты же тоже увидишь своего братца. — Кому он сдался, нещечко такое?! — досадливо притопнула ногой очкастая. — Толку с него, как с козла молока. И в мозгах — одна вода. Несмотря на эти недовольные слова, она внимательно сканировала поле, пытаясь отыскать хоть что-то подходящее для вечерних фантазий. Но… пока ничего стоящего, что могло бы оправдать потраченное на поездку время, не находилось. И вдруг… О, это волшебное вдруг, резко меняющее течение рассказа. ОГО! В поле зрения нашего исследователя вдруг вплыла фигура, достойная самого тщательного внимания и изучения! Лимон не удержала восторженного визга, заставив подругу обернуться на неё в изумлении, а затем перевести взгляд на юношу — и понимающе хихикнуть: — Аа! Не пи Пит ли это, часом??? — ТЫ ЗНАЕШЬ ЕГО?! — Конечно. Это хороший друг моего милого пи Э. Ах вот в чем дело! — Глаза Лимон хищно расширились, ноздри затрепетали. Вся натура заядлой яойщицы взыграла в ней при виде этой сладенькой конфетки в мужском обличьи. Ну, правда. Настоящий айдол, с лица только картину писать, кожа белоснежная, губки бантиком… Скажи ей кто, что он — записная знаменитость, поверила бы в ту же секунду. Чомпу же, зафиксировав цель, пошла на неё прямой наводкой с восторженно болтающейся на буксире подругой. Но не успели они достигнуть намеченного, как Лимон резко затормозила, дергая своего лоцмана за цепь… извините, за руку. — Ай! Лимон, больно же! — А ЭТО ЕЩЁ КТО?! При этом девушка так сильно стиснула руку подруги, что Чомпу не смогла сдержать болезненного вскрика. Однако Лимон совершенно не обратила на неё внимания — она не сводила глаз с того, кто шёл по направлению к Питу. Он был божественен! Просто нектар и амброзия в одном сосуде! Откуда здесь, на этом занюханном стадионе — такой крышесносный красавчик?! — Откуда я знаю? — с досадой ответила первая, мазнув взглядом по приближающемуся парню. — Наверное, это друг пи Пита. А мне нужно найти Э! Лимон посмотрела на напарницу, как на сумасшедшую, но тут же нашла выход из положения и запела сладко, как птичка: — Ну подумай сама! Для того, чтобы найти пи Э, надо сделать что? Надо спросить о нём у его прекрасного друга. А для этого надо подойти к нему поближе… к ним… то есть, конечно, я хотела сказать, к нему… Бормоча это, девушка бессознательным движением влезла в сумку, выхватила оттуда телефон и крепко зажала его в руках — глаза её напоминали в этот момент наркомана под дозой или зомби, увидевшего свежую человечинку. Теперь уже она тянула подругу вперёд, поближе к краю футбольного поля, где стояли оба интересующих её предмета. — А почему мы тогда так странно движемся? Как будто мы шпионы какие-то… резонно заметила Чомпу, немного смущённая странным поведением подруги. — Чшшшшш! — со страшным шипением очкастая дёрнула напарницу в сторону, прячась за автомобиль, стоящий неподалёку от сблизившейся пары парней. Чомпу, под напором грубой силы, но всё ещё изумлённая и заинтригованная, последовала за ней, не отрывая взгляда от предмета их таинственных наблюдений. Лимон корчила подруге угрожающие рожи, пытаясь призвать к тишине, ибо машина стояла уже в зоне прямой слышимости — и для раскрытия их шпионской деятельности было достаточно одного взгляда. — Тин, ты меня ищешь? — первый красавчик задал свой вопрос. Его голос звучал, как музыка, но Лимон сейчас больше интересовал второй — значит, его зовут Тин… Нацелив объектив телефона, она сделала снимок, чувствуя себя настоящим папарацци. Этот Тин — настоящий Ледяной принц. А второй — такая нежная милашка… теплый, как булочка с корицей… картинки вечернего фанфика завертелись у девушки в голове — столь соблазнительные, что она закусила нижнюю губку. — Я хочу встречаться с тобой. — Эээ… — милашка был явно не в восторге от такого предложения. Но ах –как же согрела эта фраза душу нашей яойщицы! Вот это да! А она ещё идти не хотела… Телефон чуть не выпал из рук очкастой — и придушенный восторженный взвизг сорвался с её губ. Хорошо, что она успела вовремя прихлопнуть рукой рот и почти шмякнуться на землю, скрываясь из вида парней. Ледяной принц, очевидно, услышав все-таки нечто странное, бросил недоумевающий взгляд в сторону стоящей рядом машины — но, не увидев ничего подозрительного, повернулся обратно к Питу, стоявшему с напряжённым, почти сердитым лицом: — Ты, наверное, шутишь… — У меня нет времени шутить с кем бы то ни было… Я абсолютно серьёзен. Тин говорил медленно, низким, гипнотизирующим голосом, отчего губы Пита дернулись в кривой гримасе — но даже с этой гримасой он был удивительно хорошеньким! «Прими, ну, прими же его предложение…» — мысленно умоляла Лимон, молясь всем богам яоя одновременно. — Я не могу быть с тобой! Тадам! Финита ля комедиа… Боги яоя жестоки! Огорченная и даже немного раздражённая девушка продолжала наблюдать за сценой, которая, к сожалению, разворачивалась вовсе не по лакорновым канонам. Лицо Ледяного принца тронула тень недовольства, и он немного повысил голос, гипнотическое мурчание переросло в давящий рык: — Так в себе уверен? Может, мне следует украсть тебя и присвоить себе?.. Пит шокированно распахнул глаза на эту тираду, а у Лимон выскочили из головы восторженные птички — «Да, да! Похить эту нежную принцессу, о ледяной великан!» Но Пит быстро взял себя в руки — и легкая улыбка проявилась на его губах: — Тин, ну, не шути так. Ведь я даже не нравлюсь тебе… по-настоящему… Может, я просто кажусь тебе странным… непохожим на других… но на самом деле, мы — просто друзья. И именно так я к тебе и отношусь. — Почему бы лучшим друзьям и не позаниматься чем-то… пикантненьким?.. — в голосе Ледяного вновь послышалось мурлыканье, но Лимон уже бы и сама не купилась на его обманчивое звучание. Она не могла оторвать глаз от холодного, красивого, замкнутого лица. Её ум в панике пытался оценить обстановку. Он, наверное, самый настоящий гей, никаких сомнений. Его отвергли, но он старается не терять лицо. Он любит сладкую конфетку, но теперь вынужден только любоваться им со стороны… Куча возможных сюжетов и томительных картинок фонтанировали в голове Лимон, сменяя одна другую. Ха-ха! Как же слепы люди вокруг нас! Друзья, знакомые, учителя этой маленькой очкастой девушки и не подозревали, что рядом с ними живёт Властительница Дум, преданная жрица богов яоя — представитель многочисленного в наше время народа– и имя этому племени фудзёси. Но до сих пор хватает чудаков, которые восклицают с возмущением: — Встречаться? Мужчина с мужчиной?! Да это же невозможно! И вот пожалуйста. Лимон дожила до того момента, когда видит это воочию, своими собственными глазами! Ведь если один предлагает другому встречаться, то ведь это для того, чтобы… — Ооой, кто это? Лимон, моя преданная сестричка? Пришла поболеть за своего братика?! Радостный вопль мерзкой мартышки прервал напряжённую беседу двух… потенциальных любовников… и они уставились на сидящую в засаде девушку. Вот же чёрт! Как всегда, невовремя… Небольшая шустрая фигурка, одетая в футбольную форму, мчалась к ним через все поле, радостно подпрыгивая. Маленькие глазки, лохматая голова. — Кан… — вырвался из горла любящей сестрицы досадливый вопль… Нет, теперь вы понимаете, почему я говорю, что у моего брата нет мозгов! Господи, пусть никто не узнает, что эта безмозглая нелепая мартышка — мой брат! Эти мысли проносились в голове Лимон, пока Кан, добежавший, наконец, до машины, за которой они с Чомпу сидели в засаде, обнимал сестру за плечи, хохоча и радостно болтая без остановки. Интересно, как мама затыкала его, когда он был младше? Но и сейчас остановить эту трепливую мартышку было практически невозможно: — Я так счастлив! Вчера лишь сказал дома, что наш факультет вышел в финал университетского чемпионата, до победы — полшага — и я не хвастался ни минутки! Когда твой брат на поле — за репутацию нашей команды можно не волноваться. Но вчера ты почему-то не приходила на игру? Что привело тебя сюда сегодня? Ооо, ты у меня крепкий орешек, умеешь хранить тайны! Если так хотелось поддержать игру своего любимого братишки, зачем скрывала это? Я могу организовать тебе самое удобное место на трибуне! Для своей милой сестрички я сделаю всё, что угодно… И… Хлоп! — ДОВОЛЬНО! — Лимон знала, как управляться с этой гиперактивной балабольной машиной, и повелительно махнула на него рукой, чтобы он, наконец, заткнулся. Под этим строгим жестом Кан затих и начал приходить себя… приходить в себя… и постепенно стал замечать и некоторые детали окружающего мира… сначала девочку с хвостиком — подругу Лимон… а затем… — АХ ТЫ УБЛЮДОК!!! Трясущейся рукой Кан ткнул в направлении Ледяного принца, слюна от возмущения опять полетела в разные стороны. Так бывало всегда, когда Кан излишне возбуждённо говорил, и Лимон передёрнулась от отвращения и злости на невоспитанного братца. «Ну, почему мой брат не может быть таким же джентльменом, как другие мужчины… например, этот конфетка Пит… или ледышка Тин…» Тем временем Кан, уже полностью игнорируя младшую сестру, злобно вперился в Тина, а Пит, крайне смущённый столь «вежливым» приветствием, стоял, сжавшись, с крайне неловким выражением на лице. Вот же вонючка! Приперся доставать Пита! А Пит — эээ… друг Э. А Э — мой друг! Прокрутив в голове эту цепочку логических рассуждений, мартышка-болтушка решительным шагом направился к парням, охаживая одного из них совершенно неласковым взглядом. — Что тебе здесь надо? Зачем ты пристаёшь к Питу? Проблем ищешь?! Вали-ка отсюда побыстрее да подальше, а то я наваляю тебе таких тумаков — до смерти не забудешь! Подлетев к высокому парню, Кан пихнул его со всего размаху, на лице написано «отвянь от моего друга срочно»! — Пит, я не шучу. Все, что я сейчас сказал — истинная правда! — Тин полностью игнорировал взбесившегося мартыша, глядя сквозь него на своего собеседника, оказавшегося позади мальчишки в футбольной майке. Такого пренебрежения Кан вынести не мог: — Эй ты! Урод расфуфыренный! С тобой сейчас GU (я) говорю! — Пи Кан! Проблемы сейчас ищешь именно ты, — младшая сестра не могла вынести такой грубости со стороны любимого родственника и поспешно подошла к группе парней, неодобрительно хмурясь. — Не поддавайся чарам красоты этого демона, Лимон! Я тебе точно говорю — он самый худший мерзавец из тех, кого я когда-либо встречал! — голос Кана дрожал от гнева, которому не давали выплеснуться, руки у него чесались так, что их пришлось сцепить за спиной, чтобы не кинуться в драку без промедления. Лимон, глядя на его злое, взбешённое лицо, только сжала губы и беспомощно потёрла виски — вот же источник всех траблов на свете! — Кан, не сердись, Тин ничего плохого мне не сделал, — это конфетка Пит решил смягчить напряжение. — Я знаю, что ты добрый малый, Пит, но ты взялся защищать не того человека. Для чего он за тобой ходит? Скажи мне, и я освобожу тебя от всех проблем! — Все совсем не так… — Этот парень разыскивал другого вовсе не для того, чтобы доставать его, старший брат Лимон. Он хотел начать с ним отношения! ЭЭЭЭ???? В разговор, и так граничащий с фарсом, вступил новый участник — всеми позабытая Чомпу, которая давно уже с недоумением взирала на все это светопреставление. Она видела, что старший брат Лимон явно не втыкает в ситуацию, считая, что ледяной красавчик прессует сладкую конфетку, и решила ему помочь. И хотя сама тема казалась ей неловкой, но истина — прежде всего! — Так что же здесь все-таки правда? Пи Пит — гей? Или пи Тин — гей — и тайно любит пи Пита? А пи Пит — натурал? А может, они оба… Ничего непонятно! — от слов девушки с хвостиком содрогнулись все участники беседы. Пожалуй, даже Лимон не ожидала от подруги подобной прыти. Ведь люди не всегда готовы к каминг-ауту на подобную тему. Пит содрогнулся от ужаса, представив, что эта информация дойдёт до его возлюбленного. А Тин… Тин понял, что нашёл проблем на свою шею — гневная мартышка раздувалась на глазах, превращаясь в бешеного боевого слона. Глаза Кана расширились, рот отвис, тело сжалось в тугую пружину — и вопль потряс окрестности: — ЧТО ТЫ СКАЗАЛА?!  — Я сказала, что этот предложил тому встречаться. Если вопль Кана уже мог создать небольшое землетрясение, то ответный крик Чомпу взметнул гигантское цунами: — Пи Пит, ты ГЕЙ?! — ЧОМПУУУУ! Девушка в очках, не в силах терпеть, взвыла сиреной. Ну, откуда у неё не только безголовые родственники, но и совершенно безмозглые друзья?! Неужели эта дура Чомпу не понимает, что они ПОДСЛУШИВАЛИ чужой разговор — и она не только не скрывает этого, так ещё и начинает сплетничать о чужих делах, которые её совершенно не касаются. Ну ни грамма стыда у людей! Лимон, не в силах справиться с угрызениями совести, схватила подругу за руку — и с силой потянула её за собой. — Лимон, что ты делаешь?! — Ты же говорила, что хочешь найти пи Э? Вот и пошли уже его искать. Мы пошли, пи Кан — удачи тебе в игре! И девушки удалились со сцены, оставив участников в полном раздрае. Лимон не осмеливалась обернуться и посмотреть на оставшихся парней, до которых должно было дойти то, что их подслушали. А в голове у неё крутились всевозможные варианты комбинаций отношений между ними — кто с кем, кто сверху, кто снизу… короче, девушке было чем занять свой острый ум. Пит относится к Тину как к другу, а Тин хочет большего и очень старается, чтобы этого добиться. Надо подождать, Пит смягчит своё сердце — и они будут счастливы вместе, а я буду так рада за них! Я сохраню ту первую фотку — когда они объявят о своих отношениях, она будет на вес золота. И тогда сотни фанов будут балдеть от моей фотки. Кстати говоря, я не ожидала, что у пи Кана такие классные друзья. Я думала, он зависает только со своими футбольными оболтусами. В то время, как две девушки спешили прочь, трио парней замерло в яростном противостоянии. Пит робко протянул руку и неловко коснулся плеча маленького футболиста: — Кан, это была просто шутка. В ней не кроется ничего серьёзного. Давай уже пойдём. Тебе же тоже надо играть сегодня? Я думаю… — Иди первым. Я видел, как Э тебя разыскивал повсюду, — голос Кана был напряжённым и серьёзным, как никогда ранее. — Если ты не найдёшь его до игры, он расстроится и может проиграть. И тогда не говори, что я тебя не предупреждал! От этого серьёзного, совсем взрослого голоса Пит остолбенел и уставился недоверчиво на своего обычно простецкого и весёлого друга. Он никогда не видел его в таком настроении. — Да, иди, Пит, — внезапно поддержал мальчишку ледяной, низкий голос. — Мне тоже надо сказать пару слов этой узкоглазой мартышке. Наедине! — ТЫ, паразит! Кто тебе сказал, что твои глаза шире моих?! Одни узкие глаза впились в другие — словно скрестились в смертельной дуэли две отточенные рапиры. Пит замер, глядя на противников — и неожиданно облегчённо улыбнулся. Что уж он там понял — бог весть. Но ему почему-то стало вдруг весело на душе, и с лёгким сердцем он побежал разыскивать своего ненаглядного. Пусть эти двое порвут друг друга в клочья, если хотят. Или, может быть, только Кан оттреплет нахального аристократа за загривок. Потому что Тин предпочитает другое оружие — он умеет одним надменным тоном унизить соперника, никогда не опускаясь до рукоприкладства. — Итак, что конкретно тебе от меня надо? — юный господинчик ледяным голосом открыл переговоры. — Мне нужно понять, что ТЕБЕ конкретно надо? На прошлой неделе ты бранил моих друзей геями, твердил, как это отвратительно, а сейчас пытаешься встать между ними? Я-то думал, что ты — гордый обитатель заоблачных высот! — Прежде чем начинать поливать помоями других, может, вспомнишь кое-что? — принц, как обычно, ушёл от прямого ответа, меняя тему разговора. Губы его немного дрогнули, словно по ним пробежала судорога, глаза сверкнули — и он наклонился близко к Кану, нависая над ним. — Ты забыл, что это дело — только между Питом и мной. Третий здесь лишний. Кан словно попал в западню — лицо Тина было слишком близко, его глаза, казалось, заслонили собой всё вокруг. И с чего он решил, что они узкие? Сейчас они были огромными, кипящими, как лавой, злостью и ещё чем-то… непонятным… Хотелось втянуть голову в плечи, покорно сложить лапки и склониться перед этой подавляющей силой, сопротивляться которой кто бы мог осмелиться? Но последние слова надменного принца словно разорвали морок, опутавший мальчишку, его глаза расширились от гнева — и рука сама собой взлетела и вцепилась в воротник затрещавший рубашки. (Даа, Тин, рубашек ты теперь не напасёшься!) — Да, я тут лишний, я сую нос не в свои дела, но он — мой друг, знаешь ли ты? А ты… говорил, что они отвратные, что ты ненавидишь геев — а сам? Таскаешься за Питом, лезешь в их отношения, пытаешься их разрушить? Что, мало других геев на этом свете? Найди себе какого-нибудь козла и окучивай его, а Пита оставь в покое! Кан был так зол. Казалось, он совершенно забыл, что ему надо идти настраиваться на предстоящий матч. Тин, напротив, тихий и внешне спокойный, произнёс задумчиво: — Пит — особенный, не похожий на других людей. — Но у Пита уже есть парень, и этот парень — МОЙ ДРУГ! — Кан никогда не сдавался. Просто не умел это делать. Быстрая, злая гримаска перекосила лицо Ледяного принца, и он метнул собеседнику провокационный вопрос: — Ты так жаждешь защитить своего друга? — ДА! — ответ Кана бухнул, как колокол — ни малейшей застенчивости или робости не было в нём. Его противник усмехнулся, склонился ещё ближе и… Кан никак не мог ожидать того, что произошло затем… Сильная рука взметнулась к его затылку, зафиксировав его — и губы этого… извращенца… вновь… второй раз крепко, почти болезненно прижались к его губам. Поцелуй был грубым, отчаянным, ошеломляющим. В голове у Кана что-то зазвенело, в глазах помутилось — ему показалось, что произошло внезапное солнечное затмение — так стало темно вокруг. Тело его словно одеревенело, оцепенев — дерзкий мартышонок замер, как мышь под веником. А аристократ, оторвавшись от насмерть зажатого рта, вдруг вцепился, как клещами, в его подбородок и с непередаваемо язвительной, порочной, оскорбительной интонацией почти пропел в самое лицо мальчишке: — Тогда, может, сам вместо него раздвинешь для меня ножки, дет-ка?! В голове у Кана звенела одна единственная мысль — «Опять… опять… опять…!» Он не понимал, что надо сделать, как отреагировать. Он чувствовал, что в этот раз ощущает чужие губы на себе… как-то иначе… Казалось, этот небольшой, пухлый, ненавистный рот проглотил его целиком, не оставив ни одного целого кусочка. Но… не надо недооценивать маленьких собак — они временами кусаются больнее, чем большие. Кан стремительным движением вырвал свой подбородок из цепкой хватки противника, отступил на шаг — глаза превратились в две пылающие щелочки– и заорал: — Катись в ад, с…н сын! Его небольшой, но крепкий кулак мелькнул в воздухе — и со свистом врезался в изогнутый уголок красивого надменного рта. БАЦ! Матерные слова, вылетевшие из уст мальчишки, казалось, ошеломили его самого. Он ожесточённо начал тереть рот, словно пытаясь уничтожить остатки ругательства на своих губах… или остатки этого оскорбительного, извращённого, ядовитого поцелуя… Он замолчал, отвернулся от замершего перед ним в полном изумлении Тина, зажавшего своими длинными красивыми пальцами кровавую ссадину на губах, и решительно двинулся к футбольному полю. Нет, ему не было стыдно. Несмотря на грубость своего поступка, он точно знал, что был прав. Но ещё он знал, что если он хоть на минуту задержится рядом с этим высоким, грязноротым засранцем, он совсем слетит с катушек и сделает что-то такое, за что потом очень легко вылететь из универа. Например, убьёт его. Надо направить свое бешенство в правильное русло. Ведь его ждут на футбольном поле — самое место для дивных ратных подвигов! Он шёл к команде, оставив противника за спиной, нисколько не интересуясь ни его состоянием, ни его возможными действиями. В это же время Тин стоял, приморозившись к месту, беспомощно прижимая пальцы к губам, ошалевшими глазами провожая это маленькое свирепое существо, которое сейчас никто не посмел бы — и сам Тин в том числе — назвать «мартышкой» или каким-либо другим уничижительным словечком. Тин был раздавлен — собственным безумным поступком, бешеной реакцией гордого мальчишки, этим жестоким, сильным, мужским ударом, от которого гудела голова и болезненно ныла челюсть — и внезапным, ошпарившим его восторгом. Восторгом от ощущения поддавшихся в какой-то коротюсенький момент под напором его озверелого рта неловких мальчишеских губ. Ты первый, кому удалось в этой жизни ударить меня дважды… не думаешь же ты, что это легко сойдёт тебе с рук? С этого мгновения Э мог больше не беспокоиться (хоть он и не подозревал об этом) о сохранности своего драгоценного Пита. Пит в качестве любовника напрочь вылетел из легкомысленной аристократической головы. Леопард выбрал себе для развлечения другую жертву.

***

СЧЕТ 3:1 Именно такой счет светился в данный момент на табло университетского стадиона. И он неоспоримо свидетельствовал о том, что одна команда проиграла — а другая убедительно выиграла. Переломить ситуацию на поле было практически невозможно — и все участники игры это прекрасно понимали. Матч шёл между спортивниками и инженерами — оба факультета претендовали на победу в чемпионате, у обоих были равные шансы, но…фортуна оказалась жестокой к команде Кана. — Мы продули? — Ага, продули вчистую… — МЫ ПРОИГРАЛИ?! — Ну да, мы, кто же ещё, по-твоему? — Но мы же сильнейшая команда СПОРТИВНОГО факультета! Трагически взирая на цифры на табло, футболисты утирали пот, струящийся по лицам и шеям, краями своих футболок. Никто никак не мог поверить в то, что это происходит с ними на самом деле. Кан оцепенело гипнотизировал ужасные цифры, словно надеясь, что вот-вот они сменятся на более утешительную картинку. Его товарищ по команде, сильно пихнув его в бок, грубо бросил: — Да, это мы продули. Спортивный факультет продул инженеришкам — позора не оберешься! Да ещё и с таким разгромным счётом. Слушай, а какого чёрта ты играл так, будто тут нам явилась тень отца Гамлета, ни фига не петрящая в футболе? Ты соображаешь, сколько пасов ты отдал вместо наших игроков чужой команде? Где вообще были сегодня твои мозги?! После этой угрюмой отповеди Кан стиснул кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Но что он мог возразить на это справедливое замечание? — Извините… Повинная голова свесилась горестно на грудь. Да, инженерный факультет сегодня стал чемпионом университета. Два последних года они проигрывали спортивникам — и вот удача, наконец, повернулась к ним лицом. Люди на поле орали, обнимались и плакали. Стадион улюлюкал, гремели барабаны и трещотки, визжали восторженные болельщицы. — Эй, Кан, ты в порядке? Его друг, почувствовав что-то необычное в поведении болтливой мартышки, озабоченно склонился к нему. Кан молча обошёл его и направился к краю поля. Душа его была растоптана, она покинула бренное тело и блуждала где-то среди звёзд, не желая возвращаться к своему бестолковому владельцу: — НЕ В ПОРЯДКЕ! — Послушай, не бери в голову. В спорте всегда один побеждает, а другой проигрывает. Такова суть игры. А это — всего лишь универсиада, плюнь и разотри… — Меня не заботит выигрыш и проигрыш. Меня душит ненависть к человеку, который сделал так, чтобы я продул. Чёртов ублюдок! Мальчишка бубнил, не переставая, не ожидая, чтобы друг, обеспокоенный его озлобленностью, утешил его. Он скрипел зубами, руки его тряслись от еле сдерживаемой злости. Ему смертельно хотелось навалять кое-кому по самое не балуйся… нет нужды разъяснять, кому именно… потому что именно он… высосал из Кана душу перед самым выходом на поле. А что хорошего может сделать бездушный футболистик для своей проигрывающей команды?! — Парень, ты о чём? Кан вперил взор в воздух перед собой и неожиданно изо всех сил долбанул туда свирепым кулаком: — Попомни… ты теперь мой враг, Тин! Самый настоящий враг! И тут же покинул поле, не дожидаясь остальных членов команды. — Ребя, о ком он тут толковал, кто знает? — Я не знаю, а ты? — Нет. — Слушайте, на кого это наш мартышок так взъелся?!

***

— Мои поздравления! — Но ты не выглядишь слишком счастливым! Пит, с улыбкой поздравляющий Э с победой, одновременно озабоченно поглядывал в другой конец поля, на поникшую команду спортивников. — Я надеялся, что ты выиграешь, но не хочу, чтобы Кан из-за этого грустил… — Да, он сегодня был на поле слишком тихим — совсем на себя не похож. Э видел, как его друг стремительно рванул с поля, полный печали. Очевидно, что он возлагал огромные надежды на этот матч — и они не оправдались. Он был разочарован и разозлён — но что-то было не так с самого начала игры. Весь матч он казался подавленным, отстранённым, погружённым в собственные мысли. — Ребята, не парьтесь! Такая гиперактивная мартышка не будет грузиться слишком долго. Уверяю вас, уже завтра он будет скакать тут, полный сил и энергии! — улыбающийся старший со спортивного факультета подошёл к ним поздравить с победой. — А, привет, пи Но! — Ты полностью контролировал игру моей команды, Э, — шутливо продолжал старший, — надеюсь, в следующем семестре ты выступишь за университет не менее блестяще, чем за родной факультет. Техно, будучи капитаном футбольной команды не только спортивного факультета, но и всего университета, уже строил планы на будущее. — Парни, вы тут не очень-то расслабляйтесь — следующие пару недель все будут заняты украшением зала для студбала. — Украшением зала? А почему опять мы? А некоторые будут, как обычно, стоять в сторонке и руководить? — Не стоять в сторонке — а рулить процессом. Я — капитан, в конце концов. — Есть, капитан! Служу родине, капитан… Эй, Э, что случилось с твоим другом Каном? Какая муха его укусила? — Я не знаю, но тоже заметил, что с ним что-то не так…  — Ладно, парни, хватит разводить сопли. Мы идём бухать в кафешку за универом — или как? — Я — пас, — коротышка футболист, герой сегодняшней победы — Э отрицательно покачал головой, глянул на стоящего рядом с ним застесняшку Пита — и решительно объявил: — Я собираюсь сегодня навестить семью своего бойфренда. — ЧТО?! Куча неверящих глаз впилась в стоящую в центре парочку, некоторые засвистели, кто-то охнул. Э легко стащил промокшую от пота футболку, отёр ею лоб и усмехнулся — победно, легко, открыто: — Да, вы всё услышали правильно. У меня сегодня встреча с матерью моего парня. Он развернулся и стремительно пошёл в раздевалку — во-первых, ему надо было собраться. Ну, а во-вторых, у него не было сил смотреть, как мучительно залился краской стыда этот самый его бойфренд. — Эй, Пит, ты не знаешь, кто его бойфренд? — любопытные старшаки вцепились в единственно оставшийся у них источник информации. — Не… Я не знаю… — Эй, ты в порядке? Ты же сейчас упадёшь в обморок! Почему ты такой потный и красный? — Эээ… наверное, солнцем напекло… И Пит поспешил за своим другом. Ну как он мог объяснить старшим, отчего он так покраснел? И что именно он… бойфренд Э…

§§