elements of love

Фраза «изоляция окончена» звучит для Лекса и Билли оглушающим набатом, звонящим по покойнику. Причем такое впечатление, что головы обоих находились в это время в самом эпицентре нарастающего гула, или их использовали вместо увесистого языка, чтобы синхронно ударить в колокол. А для Петры, похоже, это был сигнал к спасению, потому как с этими двумя мудаками каши не сваришь. Кстати о еде, она, кажется, проголодалась или это отличный способ сменить обстановку и пойти умирать со скуки в другое место. Если заинтересованность в тройничке и была, то она давно уже выветрилась из Петры, как дурманящий запах клея из косметички. – Мне одному кажется, что «грустный мим» нас наебал? – монотонно цедит Миллер, глядя, как силуэт девушки-эмо скрылся за входной дверью. – Не называй ее так! – молвит Беннетт, обнимая себя за худые плечи. – Похоже, мы сами все проебали, столько времени потратили зря… – О, да! Чувак, у нас с тобой богатый опыт в лямур де труа! У тебя хотя бы нормальный секс был?! Не с собственной рукой, а с чужой?! Дрочка, минет?! Или тот, что был в Вегасе – ты попросту выдумал?! – А вот и нет! – Все мы языком чесать горазды, а когда до дела доходит – целку из себя строим! Если бы не ты, нытик, я бы ее в два счета уложил и оприходовал! – Да ты сам не знаешь, в чем больше нуждался: в мамкиной сиське или острых бугорках! И потом, Петра хотела нас двоих! – Да, и я готов был ею поделиться, придурок ты конченый, ведь это не меня пришлось долго уламывать! Моя пыхтящая рожа ему, видите ли, не в кайф! – Тогда что ты имел против моих качающихся шаров?! Можно подумать ты их в душевой не видел! – Ей вот хорошо, по ней ничего не видно, – пытается перевести стрелки Лекс, указывая рукой на закрытую дверь, имея в виду ушедшую Петру, – а нам то теперь что делать?! Что у тебя, что у меня – нехилый такой стояк! Жаль что сейчас не 4-е июля, а то было бы куда флаги повесить! Вот такая ебала, раздразнила и ушла, – обреченно констатирует Миллер. – Я вот не пойму, почему у нас его не было, когда Петра только предложила? – задумчиво тянет Беннетт, вороша ладонью свой зеленый хохолок. – Просто ты тут же в штаны слил, когда услышал подобное. Ну а мой вариант – видимо, культурно не получилось, и я опять переусердствовал, нанюхавшись клея. – Ничего я не сливал, – обиженно мямлит Билли, косясь на очевидный бугор в трусах, – я тоже нюхнул пару раз, и встал он у меня, когда ты про лесорубку и черный кофе заговорил. – А у меня, когда ты клялся избегать любых зрительных контактов со мной, и зачем-то погладил свой сосок. – Что?! Это произошло непроизвольно! А куда я должен был руку положить во время клятвы?! Себе на член?! – Блядь, я так больше не могу! – раздраженно взвыл Лекс, подрываясь с дивана. – А мы еще идиоты свет приглушили, секс-инструкцию впотьмах изучали! Поставьте ногу сюда, будто собираемся в гребаный «Твистер» играть! Так, в этой камасутре сказано, как избавиться от нежелательной эрекции?! – начиная лихорадочно листать страницы, не находя нужного результата. – Кажется нужно поприседать, поделать дыхательные упражнения и приложить к паху что-нибудь холодное, – неуверенно предложил Беннетт, вставая следом и пытаясь через голое плечо Миллера заглянуть в книгу. – Не, мой дружок определенно не упадет, если смотреть на эту иллюстрированную порнографию с тобой жарко дышащим в спину! – Слушай, Лекс, а может того-этого, сами доведем дело до конца? – Мы? А как же гей-паника? – Один раз – не считается. Наверное… – Заметь, нытик, не я это предложил, – выпалил одноклассник, лихо стягивая с себя и Беннетта белье. –И-и давай без поцелуев, – вяло настаивает Билли, только куда там, сосательный рефлекс у обоих остро дает о себе знать, побуждая чем-то занять рот. – Это что у тебя череп с ирокезом? – со стоном выдыхает Беннетт, оставляя на шее Лекса небольшой засос. – Сделал тату, залюбовавшись моей причей? – А не ты ли его сам себе выстриг и покрасил в зеленый, пуская слюни на мою татуху? – в тон ему отвечает Миллер, продолжая блуждать губами по худощавому телу Билли. – Не о тебе грежу, детка, так что обломайся, – без всякого изящества заваливая одноклассника на пол и накрывая своим голым телом. – Так куда там можно было палец вставить? – интересуется Беннетт, через силу потянувшись за пособием. – Смотри, Лекс, тут такая интересная поза есть, валетом, как в картах… – Что? А ну дай глянуть… *** Спустя время. – Эй, ты что, кончил мне на лицо?! – Подумаешь, всего пара капель, что ты хнычешь, как маленький? Оба начинают спешно утираться трусами, после чего лихорадочно натягивать на себя вещи. – Жрать пойдем? – спрашивает Миллер, стоя у выхода и заправляя рубашку в брюки. – Боюсь, меня вывернет, – чуть скривившись, отвечает Беннетт, поправляя воротник школьной формы. – Чувак, мысли мои читаешь. Идем тогда раскурим косяк на крыше, – в своей манере кидает Лекс, притянув к себе Билли за шлею галстука. – Кому-нибудь распизди́шь – мы больше не друзья. – Аналогично, – с прохладной ухмылкой отвечает Беннетт, быстро чмокая Миллера в губы. Да уж, во время изоляции случаются самые чумовые вещи.