Часть 5. Яблочко от яблоньки
21 января 2019 г., 14:37
Бард зачарованно разглядывал убранство гостевых покоев, которые должны были стать его домом на время пребывания во дворце Лесного Короля. Он чувствовал себя словно нищий, по нелепой случайности оказавшийся в царских хоромах, где каждая мелочь кричала о роскоши, а к шёлковым простыням и подушкам огромного ложа и вовсе страшно было прикоснуться, не то что спать на них.
Боясь даже представить себе, сколько всё это великолепие стоило, мужчина рухнул на кровать, окунувшись в мир роскоши с головой, чувствуя, как прохладный шёлк приятно холодит ладони. Память услужливо подкинула воспоминание, как всего несколько месяцев тому назад он вот так же комкал шёлковые простыни на походном ложе Короля Эльфов, наспех развёрнутом в развалинах Дейла, и задыхался от страсти, что обрушил на его не готовое к такому напору тело древний эльф. Он и не заметил, затерявшись в сладких воспоминаниях, как провалился в забытье, застыв где-то между сном и явью, прокручивая в голове события, предшествовавшие сладкому мгновению оглушающей тишины перед кровопролитной битвой.
***
Бард и Трандуил ещё долго прелюбодействовали в тронном зале. Короля совершенно не заботил тот факт, что данное помещение было каким угодно, но только не располагавшим к уединению, не говоря уже о недвусмысленной позе, в которой мужчина очутился, придя в себя после невесомого, невероятно нежного и бесконечно долгого поцелуя. Бард ожидал чего угодно, но только не этого, и списал внезапный порыв нежности Лесного Короля на недавно пережитый оргазм. — Какая жалость, что нельзя остановить мгновение и остаться в нём навсегда, — затерявшись в своих мыслях, пробормотал любовнику в губы Трандуил, не желая покидать свой увенчанный ветвистыми рогами престол. — Сомневаюсь, что твой драгоценный трон превратится в тыкву, когда часы пробьют двенадцать, — отпустил прозаичный комментарий Бард. — Совершенно исключено. Но, признайся, тебе ведь понравилось. — Возможно, — уклончиво ответил Бард, хотя, чего уж греха таить, ему понравилось. — Меня всегда терзал вот какой вопрос, твоя надменность — это врождённая черта характера, или же ты становишься таким, стоит твоей жопе усесться на трон. — Надменный, значит… Что же ты замолчал? Продолжай, не стесняйся. Каким ещё ты меня считаешь? — нахмурил густые брови Трандуил и ощутимо толкнул любовника локтем в бок. — Выкладывай! — Дай-ка подумать, — скользя пальцем по совершенным губам насупившегося эльфа, протянул Бард. — Кажется, в моём мозгу проносились эпитеты «тщеславный ублюдок», «доминантный кусок дерьма», «хренов манипулятор»… — палец любовника переместился на острую скулу Короля. — Список весьма внушительный. Ты уверен, что хочешь услышать его полностью? — Нет. Полагаю, я уловил суть, — остановил его Трандуил и с любопытством уставился на дерзкого смертного, вальяжно развалившегося на его коленях. — Тщеславный ублюдок, значит? Спасибо за комплимент. А теперь сделай милость, свали с моих колен. У меня накопилось много неотложных дел, которые я не в силах более откладывать. — Я не вправе тебя задерживать, — пропустив сквозь пальцы шёлк платиновых волос, Бард спрыгнул с колен Трандуила и галантно протянул изумлённому любовнику руку. — Помочь вам подняться, Ваше Величество? Вы выглядите как лимон, из которого выжали весь сок до последней капли. — Благодарю, — звучно расхохотался Трандуил, приняв руку помощи. За исключением сына, никто не смел разговаривать с ним в столь фривольной манере. После удушающего лизоблюдства придворных подхалимов, Бард был подобен глотку свежего воздуха в сточной канаве, и Трандуил не устоял против искушения испробовать эти дерзкие губы на вкус ещё раз.***
По правде говоря, Бард думал, что Трандуил перепоручит его кому-нибудь из слуг, но он заблуждался. Эльф приобнял его за талию, притянул к себе и увлёк в неизвестном направлении сквозь череду бесконечных коридоров. По пути им встретилась горстка стражей, слуг и советников, но, к удивлению Барда, они и бровью не повели, а из их уст не вылетело ни единого словечка, что натолкнуло мужчину на неприятные размышления. — Трандуил? Могу я спросить тебя кое о чём? — свернув в уединённый альков, где никто не смог бы застать их врасплох, проворчал король Дейла. — Что тебя гложет, сын Гириона? — вопрошающе изогнув бровь, отозвался эльф. — Что не так с твоими стражами? Когда они сопровождали мою тушку в тронный зал, то болтали без умолку, а сейчас ходят как воды в рот набравши? Я что — так громко орал, когда мы… Думаешь, они слышали? — преодолевая врождённую робость, выдавил из себя мужчина и покраснел. — Возможно, — безразлично пожал плечами Лесной Король. — Но не думаю, что только лишь душераздирающие вопли, доносившиеся из моего шатра и услаждавшие их острый слух в ту чудную ночь, спровоцировали сей нездоровый интерес к твоей персоне. Тебе стоит расспросить об этом Леголаса. Мой сын всегда в курсе всех дворцовых сплетен. Как ты уже успел справедливо заметить, при мне мои подданные не позволяют себе подобные вольности, — Король Эльфов звонко рассмеялся. Мысль о том, что мудрая раса бессмертных созданий может слепо верить в такую чушь, как древнее пророчество, да ещё поддаться массовой истерии по этому поводу, его забавляла. Синие глаза хищно сверкнули в полумраке, а хриплый голос еле слышно добавил: — И не безосновательно. — Что ж, тогда придётся пытать твоего сына. — Это излишне. Леголас с радостью выложит тебе всё как на духу. Кстати, он составит нам компанию за ужином, если ты не возражаешь. — А должен? — удивился Бард. Он пересекался с Леголасом пару раз, когда Король Дейла был ещё никому неизвестным лучником, и принц произвёл на мужчину самое что ни на есть приятное впечатление. — Поверь мне на слово, если бы ты имел несчастье получше узнать моего отпрыска, твой ответ с большой вероятностью был бы отрицательным, — рассмеялся Трандуил, заметив смятение Барда. Признаться, королевская семья Эрин Гален всегда была для мужчины тайной за семью печатями. Порой создавалось впечатление, что отец и сын любят друг друга до беспамятства, а спустя секунду между ними уже летали молнии, а в глазах бурлила ничем неприкрытая ненависть. — Позволь открыть тебе глаза, что мой сын представляет из себя на самом деле, король Дейла. Когда Леголас того желает, он может быть очарователен и мил. При поверхностном знакомстве с моим отпрыском создаётся впечатление, что перед тобой невинный агнец. Но то лишь одна из его многочисленных масок. Сладкие, как лёгкое молодое вино, речи, открытость и дружелюбие, утончённые манеры и лёгкость, с которой он заводит новые знакомства, — всё это пыль. На деле же мой сын — избалованный, самовлюблённый и очень порочный мальчишка. — Яблочко от яблоньки, — съязвил Бард, расплывшись в широченной улыбке. Трандуил как будто не Леголаса, а себя описывал. — Следи за языком! — прошипел эльф. Проникновенный и дурманящий тембр в одно мгновение стал ледяным и убийственно спокойным. Но даже если Бард и заметил резкую перемену в тоне голоса Трандуила, он не придал ей значения, упиваясь игрой на нервах надменного эльфийского Короля. — Или что? — как ни в чём ни бывало поинтересовался нахал и озорно подмигнул древнему эльфу. — Бросишь меня гнить в подземелье? — Возможно, — пророкотал Трандуил и навис над мужчиной, как лев над ланью. Совершенные губы опалили шею Барда пламенем, а низкий хриплый голос промурлыкал прямо в ухо: — Но не в обычную темницу, а туда, где дерзких мальчиков учат вежливости и послушанию. Бард слабо представлял, что Его Величество подразумевал под «нестандартной» темницей, — он даже не был уверен в том, что подобное заведение в этих пещерах имелось — и всё же одно то, каким тоном это было сказано, заставило сердце мужчины трепетать от ужаса и, как это ни странно, любопытства. Он открыл было рот, чтобы задать вопрос, терзавший его черноволосую голову, но Трандуил коротко кивнул на массивные, украшенные искуснейшей резьбой, деревянные двери, за которыми скрывались гостевые покои. — Чувствуй себя как дома и постарайся отдохнуть с дороги. Этой ночью силы тебе понадобятся. Полагаю, объяснения для чего излишни? — мрачно ухмыльнулся Король Эльфов и повернулся к Барду спиной, бросив на прощание многообещающее: — Я пришлю за тобой моих стражей. Они сопроводят тебя в мои покои. До скорой встречи, король Дейла.
