ГЛАВА V. Аркадий Мрачновский покоряет новые горизонты, разумы стимов... и сердца стимок
1 марта 2019 г., 20:06
— Итак… в пункте нашего назначения находится секретный город-тюрьма для гетерохромов, переизбыточных стимов и преступников. Там же находится ваш родственник, как я полагаю, — дождавшись кивка Петра, Аркадий потёр переносицу, поморщился от доносящегося из многочисленных палаток лагеря храпа разбойниц. — Вы уже пытались проникнуть внутрь, на основании чего мы можем судить об охране данного объекта. С ваших слов, она в основном представлена так называемыми драгмерхами — механическими ящерицами — двух видов, меньший из которых примерно в три среднестатических роста алхима или стима. Больший — в четыре или пять, — Мрачновский-младший выдохнул, медленно произнёс, — при этом последний вид способен… атаковать энергетическими разрядами на средних расстояниях… и закован в мощную броню… недоступную для большей части физических атак алхимов… — при каждой паузе, сопровождающейся очередным кивком невозмутимого Рыцаря, в глазах Аркадия становилось всё больше отчаянья. — Безумие! Нет, я с самого начала считал, что всё это… хм, не совсем разумно, но… — юный алхим, вскочив с полена, начал кругами бегать вокруг костра, заламывая руки. — Абсурд! Абсурд! Абсурд!!!
— Что это с ним? — шёпотом спросила Селана у жарящего палочку с мясом Стража.
— Не видишь, что ли? Нервничает чело… гм, алхим. Переживает, так сказать, осознание ситуации, в которую влип. Не мешай, короче, — широко зевнул дебук, не отводя глаз от мерцающих язычков пламени, так и норовивших облизнуть веточку с провизией.
Аркадий замер, словно в стекло врезавшись. Крутанулся на пятках, вперил мрачный, беспокойный взгляд в иномирца. Тот невольно вздрогнул и настороженно нахмурился. Юный алхим в несколько шагов сократил расстояние между ними. Дебук попятился, занервничал, открыл было рот, но Аркадий решительно взмахнул рукою с самым безумным видом:
— Да! Этот вызов принят! Я буду не я, если не решу эту задачу!
Повисла тишина, нарушаемая лишь сверчками, треском поленьев в огне, храпом всё тех же разбойников да тихими напевами какой-то ночной птицы. С тёмно-оливковых небес озадаченно моргала россыпь звёзд. Аркадий продолжал стоять в той же позе, задумчиво смотря куда-то вдаль, ища решение возникшей проблемы. Селана пыталась спрятаться за Стража, сам дебук переводил озадаченно-укоризненный взгляд с Мрачновского-младшего на покрывшееся чёрной хрустящей корочкой мясо.
Аркадий, перестав изображать нерукотворный памятник, бросил на ближайший свободный пенёк большой платок из нижнего левого кармана камзола и устроился на облюбованном месте. Затем отобрал у всё ещё пребывающего в состоянии некого ступора Стража палочку с останками горелого мяса и принялся что-то чертить ею на земле. Рука юноши то и дело замирала, он хмурился, качал головой и решительно проводил ногой по только что изображённым им схемам. Через сорок две попытки Мрачновский-младший издал тихий стон досады и перевёл раздражённый взгляд на Петра:
— Слишком мало информации! Я знаю, что снаружи стена круглая. И мне известно про ящеров. Всё! Это… слишком мизерно, — Аркадий вскочил, в очередной раз прошёлся туда-сюда, затем резко повернулся к бывшему Рыцарю. — Расскажите хотя бы, что находится возле тюрьмы! Кто доставляет туда провизию? Сбегали ли оттуда? Из чего сделаны стены? Сколько ворот? А стражников? Когда происходит смена караула? — после каждого вопроса юноша делал шаг в сторону задумчиво чешущего в затылке мужчины.
Тот резко взмахнул рукой:
— Тих-ха-а! Мелочь, соблаговолишь не жужжать над ухом? — Аркадий мгновенно замолчал и теперь, скрестив руки на груди, не отрывал от мужчины тяжёлого взгляда. — И отвернись, Парацельс тебя излечи! — юноша стал к разбойнику полубоком, продолжая на него смотреть. — Тьфу на тебя, неблагодарный ты отпрыск молодого поколения… Значит, соседи Теренго? Да та же Тетеревка! Деревенька маленькая, с населением грустно — большую часть мужиков забрали тюрьму эту строить. Так они там и остались — видать, чтоб не болтали. Так что живут в Тетеревке бабы, девки, мальчишки да старики. Некоторые мужики, правда, сбежали, теперь со мной по лесам бродят, свою долю семье несут — коли честным трудом зарабатывать начнут, тут же стражники на них выйдут. А Император стимский мужик грозный, Королю нашему не чета, как стройка Теренго началась, указ издал о том, что уклонистов кары всякие жуткие ждут. Вот и бродят мужики… Гм! Провизию водят редко, большими партиями, внутри тех самых мелких драгмерхов. Как те скачут, как скачут-то! Говорят, что в них стима-водителя вообще нет — перегрузок бы не выдержал. И я, как тот, что некогда со всякими-разными имперскими тварями сражался, верю. Механики Империи… они и до такого дойти могли. Эх-х, переживаю я за родное Королевство! — с чувством выдал Багрянцев и помрачнел, заметив скептические взгляды Стража и Аркадия. — Аргх, да что я тут вообще распинаюсь! Ты желаешь решение найти, разгадать задачу, не так ли? Ну тогда встал и пошёл лицезреть арену будущих действий, стратег желторотый!
Юный аристократ, сузив глаза, кивнул:
— Действительно. Добуду информацию из… более надёжного источника, чем предложенный, — с вежливой улыбкой протянул он почти издевательски. — В конце концов, наш союз не из тех, что существуют долго. Завтра же мы отправляемся. На этом я удаляюсь — перед столь важным делом следует восстановить силы, — спокойным шагом Мрачновский-младший покинул поляну, испуганно оглядывающаяся Селана последовала за ним. Хлопнул люк чудо-кареты.
Пётр с интересом посмотрел вслед молодому алхиму, перевёл насмешливый взгляд на Стража:
— Даже так? Он столь сильно оскорбился, что решил смыть такой «позор» собственной кровью? Алхим, отправившийся к вратам секретной стимской тюрьмы, — бывший Рыцарь хохотнул. — Вызови он меня на дуэль — шансов выжить было бы несравненно больше. Ах, как же жаль мальчика-энциклопедию… Но ведь не он тебя призвал, верно? При ритуалах подобного рода появляются те, кто по духу подобен проводящему действо. Дочь Великого элементаля ветров — да, тут я согласен. Причём призвана недавно, так как явно не может пока находиться далеко от своего контрактника, на которого похожа характером… А ты… хм, возможно, если бы я провёл ритуал призыва в своё время, то сейчас мы бы сидели не здесь, а в тронном зале… Жаль, что всё сложилось иначе, и мы всего лишь временные союзники, причём я ещё и повязан Сердечным Договором, условия которого не в силах нарушить…
Страж с философским выражением лица зевнул, взял ближайшую веточку и начал нанизывать на неё остатки очередной птичьей тушки. Затем, немного подумав, отправил мясо вместе с палкой в рот и, с хрустом и треском шевеля челюстями, отсалютовал главарю разбойников и неторопливо пошёл в сторону Мрачновского-младшего.
— Если ты сейчас скажешь, что у тебя за это время не появился очередной безумный и, пусть и криво-косо, но действующий план, то я серьёзно в тебе разочаруюсь, — предупредил дебук задумчиво рассматривающего видный через люк кусочек ночного неба.
— План? — Аркадий вздохнул и прикрыл глаза. — Я же сказал — мало информации… Завтра заглянем к ним на уголок и всё узнаем. А сейчас… Раз ты столь бодр, то будь добр подежурить первым, ладно?
— Пф, да хоть всю ночь, — Страж хмыкнул и более мягко добавил. — Знаешь, а давай так и сделаем? Поспишь, наберёшься сил — лишними не будут. А то твой дядя ни в жизнь не простит, если с тобой что-то случится. Да и мне не на ком будет тренировать свои остроты.
Аркадий слегка улыбнулся и покорно смежил веки. Съёжившаяся в самом углу Селана обняла свои колени, задумчиво оглядывая окружающую обстановку. Может, зря она бросилась в другой мир? Как в омут… Девушка осторожно покачала головой, понимая, что сделанного не воротишь — остаётся только идти вперёд, не оглядываясь назад, а то ведь и споткнуться можно на пути… Дочь Сильфа тихонько вздохнула и накрылась собственными крыльями, чутко вслушиваясь в ночные звуки. Не сказать, что она не доверяла своим новым знакомым, но, так как заснуть на новом месте всё равно не удастся, стоит побыть хоть чуть-чуть полезной. Хоть… попытаться… в кои-то веки…
***
К воротам подъехало механическое подобие кареты. Выпрыгнувший из него на ходу молодой мужчина помог выйти девушке с белыми волосами и юноше с русыми. Они степенно подошли к стражникам, стоящим под козырьком. Те в замешательстве уставились на трёх неожиданных визитеров, оценив благородный облик, дорогую одежду и средство передвижения. Потом один из стражников с самым суровым лицом вытащил из кармана тонкий ножик: — По какой бы то ни было причине вы не пришли, сначала пройдите проверку на расу. Нам нужно увидеть вашу кровь! Первым протянул свою руку мужчина, затем юноша и последней девушка. Кровь у всех была бурого, совершенно стимского, цвета. Один из стражников, явно борющийся с желанием растерянно почесать в затылке, с некоторым смущением спросил: — Цель вашего прибытия к охраняемому нами объекту? Гости выжидающе посмотрели на юношу, так как вчера они так и не услышали официальную причину своего прибытия в Теренго. Аркадий бросил на стражников пренебрежительный взгляд, бросив оскорблённо: — Мы по личному вопросу к главе. Стражники, смутившись ещё больше, переглянулись: — Так он же внутри, — они кивнули на ворота, затем указали на стоящий рядом с ними дверной проем. — Если сильно надо, можете попробовать тут пройти. Аркадий подошел к дверному проему и провел по еле заметной мутновато-радужной плёнке. «Однако, это же проявленная энергия типа «барьер». Такое недоступно фиэлам, здесь определенно поработал кто-то из низури. Отшельники помогают стимам? Это явно односторонняя система — если мы сможем войти, то уже не выйдем. А что же у нас ключ, допускающий внутрь, в город, хм? Учитывая интересный рисунок, фактуру и специфику… Ясно, пройти смогут только преступившие законы Империи и алхимы. Интересно, по какому из этих критериев подхожу я, если преграда меня пропускает? Я ведь принял состав для деформации организма, то есть я сейчас не алхим. Ладно, подумаю позже», — Аркадий обернулся к внимательно наблюдающим за ним стражникам. — К сожалению, эту преграду я преодолеть не могу, — соврал он с самым недовольным выражением лица. — В таком случае… прошу проводить нас к главе по охране периметра. Насколько мне известно, он должен находиться снаружи. — Как изволите, — страж дёрнул один из шнурков за спиной, что-то лязгнуло, и явился услужливый стим. Он провел визитёров через замаскированную в стене дверь, потом по длинной каменной лестнице доставил в небольшую комнату, большую часть которой занимал огромный письменный стол, заваленный какими-то чертежами. Над ними склонился светловолосый мужчина со шрамом на усталом лице. Он резко повернулся на скрип дверей, вопросительно взглянул на вошедших. Компания лжестимов несколько растерялась. Заметив данный факт, Страж решил использовать бессмысленную и беспощадную дебуковскую смекалку — ту самую, о которой в народе ходили легенды… и анекдоты. Лучше бы он промолчал. Жалобно глядя в стального цвета глаза главы по охране периметра, мужчина с лицом самым честным и открытым выдал: — Здрасьте, уважаемый, мы тут пришли родственников проведать, гостинцы передать и тому по списку подобное. На суровом лице главы появилось недоумение: — Каких еще… родственников? — спросил мужчина, садясь обратно в кресло и ощупывая столешницу в поисках кружки, стоящей с совсем другой стороны. — Ой, да одного дядю — возможно, коня — и ещё одного родственника некого подозрительного мужика, который тут рядом разбо… — Стражу ничего в голову не лезло, а молчать было подозрительно, поэтому он решил просто сказать правду. — Разбогател и решил помочь несчастному, что томится в тюрьме! — загробным голосом выдал Мрачновский-младший, перебивая откровения дебука. — Нам сообщили, что мы сможем его навещать. Мы пытались уточнить время визита, но на письма никто не отвечал! Вы вообще знаете, кто мы такие? — прибегнул к последнему аргументу юноша. Однако фраза, в пределах Королевства действующая без перебоев, здесь, в этом тесном кабинете с минимумом обстановки совершенно не оказала нужного влияния. — Не помню, чтобы получал какие-либо письма. Не помню, чтобы сюда вообще возможно было что-нибудь послать. Не важно, кто вы — здесь главный я и мой коллега внутри города, — отчеканил глава охраны — похоже, высокомерных аристократов он не любил — и рявкнул, рубящим движением указав на дверь. — Уходите, пока я не предпринял никаких жестких мер к вам! Аркадий удостоил собеседника брезгливым взглядом, возмущённо вскинул подбородок и гордой походкой удалился из комнаты. Селана и Страж, переглянувшись и нервно улыбнувшись скрестившему на груди руки главе охраны периметра, последовали за своим спутником. — Мы этого так просто не оставим! — пригрозил юноша уже из коридора — для полноты образа. Под взглядами стражников трио неспешно вернулось в карету, та затряслась, выпустила клуб пара и три струйки дыма, плюнуло в сторону крепостных стен города-тюрьмы снопом искр и с рёвом рвануло прочь. В самом средстве передвижения некоторое время царила тишина — Аркадий над чем-то раздумывал, изредка резко кивая своим мыслям либо отрицательно покачивая головой; Селана жмурилась, приобнимая юношу за спину. Наконец, когда они отъехали достаточно далеко, один из визитёров решил подать голос. — Ну и зачем это всё? Чего ты вообще добился? — закричал недовольно Страж из кабины механической кареты. — Я уж думал, что пора вас в охапку хватать — и дёру! Разве это стоило моих седых волос? — мужчина словно забыл тот факт, что подобные изменения в организме ему по расе не положены. — Интересно, все ли дебуки такие нервные? В книгах их обычно описывали как отчаянных хитрецов и авантюристов, готовых на всё, лишь бы получить побольше энергии! — задумчиво рассматривая люк над головой, словно бы в пустоту спросил Аркадий. — В том-то и дело, что меня совершенно не кормят! Я стараюсь и страдаю в поте лица своего, но нет! Я на такое совершенно не подписывался! Ты садист, алхимыш! Вот скажи, зачем было заставлять меня учить порядок действий на огромное количество случаев, в том числе и откровенно бредовых?! — повысил голос дебук. Мрачновский-младший нахмурился, продолжая рассматривать люк: — Я же не знал, как именно всё произойдёт! Нам следовало быть готовыми ко всему! А те случаи, которые ты назвал «бредовыми», на деле являются просто маловероятными! Страж захохотал из недр кабины: — Да?! А описание моего поведения на случай, если глава окажется женщиной и начнёт строить мне глазки? Или то, как я должен с ней заигрывать, если она не начнёт первой?! Я непонятный мужик со странным чувством юмора, каким образом незнакомая женщина должна воспылать ко мне невообразимыми чувствами через пару секунд после первой встречи?! — в голосе дебука слышались отчаяние и громкий ужас. — Хочу заметить, что в прочитанной мною литературе на тему приключений с возможным летальным исходом и личных встреч с врагами подобный поворот событий имел место быть достаточно часто, — не согласился с излагаемыми претензиями всё ещё невозмутимый юноша. Страж закашлялся, потом замычал, явно собираясь сказать что-то на тему сомнительности повторения сказочных событий в реальной жизни, но вспомнил, что говорит с… несколько оторванным от этой самой жизни индивидом-книголюбом, из-за чего тему развивать не стал, ограничившись только одним вопросом: — Но почему я?! Почему не ты?! — Меня отношения с дамами… столь сильно превосходящими меня по возрасту, совершенно не привлекают. Кроме того, я практически не имею общих черт со стандартным архетипом героя-рыцаря-путешественника-борца за справедливость, представленного в том жанре книг, где женщины-антагонисты имеют обыкновение внезапно испытывать страсть к протагонисту, — на одном дыхании практически пропел Аркадий и жёстко усмехнулся. — Поскольку глава оказался всё же мужчиной, то тема нашего разговора отныне не имеет большого значения. Мы держим курс в Тетеревку! Время стать катализатором для бурной реакции народных масс! — предвкушающе прищурился юноша, со всех сторон рассматривая в своей голове новую задачку. Понявший, что Мрачновского-младшего так просто не сбить, Страж прекратил развивать тему о собственной негероичности и сомнительной романтичности, и дёрнул один из рычагов, увеличивая подачу угля. Огороженный конвейер заходил ходуном, пламя печи радостно взметнулось вверх, зашипела вода в очередном стремительно опустошающемся чане…***
— Я должен был… стараться больше, — выдавил Страж, нервно осматривая собравшуюся на базаре толпу. — Интересно, наш юный, умный и от реальности оторванный вообще понимает, что я такую кучу народа не одолею? О-ох… — бедному дебуку оставалось только понадеяться, что воодушевлённо ораторствующий Аркадий не сдаст свою алхимскую природу перед стимами. — А вы что вылупились? Радуйтесь, что просветлению на старости лет! Дураками уже не помрёте, ага! — прикрикнул пребывающий не в самом лучшем расположении духа мужчина на валяющихся у его ног связанных мужчин, ранее следящих за порядком в деревне. — Внемлите давайте, нечего мне тут рожи корчить, я себя с утра не боюсь, а уж вас — и подавно! Съёжившаяся рядом Селана с внушительным свёртком в руках бледнела и краснела, не отрывая восхищённого взгляда от разглагольствующего юноши: — Я… я и не знала… чт-то он может так… — Он в своей стихии, вот и всё, — зевнул Страж. — Аркадий у нас мальчик домашний, в непривычной обстановке, конечно, старается в грязь лицом не ударить, но он гораздо полезнее в чём-то многословном, где нужны знания, а не жизненный опыт. Смотри-ка, даже не замечает особо, как рискует. В иной ситуации был бы уже весь на иголках, с платочком у лба и десятком успокоительных таблеток, — хмыкнул дебук, отмечая, что мальчик-то подрос. Мрачновский-младший располагающе улыбнулся: — Конечно, сложившаяся ситуация ужасна… безнадёжна, но… в любой ситуации всегда есть выход! — он прижал к груди ладонь правой руки, словно собираясь клясться в чём-то. — Так не должно продолжаться! Хватит терпеть это беззаконие, попрание всех обязательств, что нам пророчил Император, восходя на свой престол! Про нас, про нашу трагедию — забыли? Что же… — юноша резко посерьёзнел, ладони его сжались в кулаки. — Мы напомним! Напомним так, что отцам, братьям и сыновьям не придётся прятаться по углам, не придётся добывать себе и своим семьям пропитание… разбоем! Стимки охнули, старики посуровели, мальчишки и девчонки смотрели на Аркадия восторженными глазами. Похоже, юный алхим был первым, кто столь громогласно объявил о давней злободневной проблеме, да ещё и высказался касательно такого радикального её решения. Мрачновский-младший не сомневался, что в глубине души эти уставшие, давно ни на что не надеявшиеся стимы с ним согласны. Вполне возможно, что порою они и сами говорили нечто похожее на слова юноши. Не слишком ли долго в них накапливалось недовольство? В любом случае, развеянные Селаной по ветру аэрозоли уже должны начать своё действие… Милейшие вещества. Ничего смертельного или токсичного. Мягкое, обволакивающее действие. Повышение внушаемости и доверчивости. Конечно, прямо сейчас они не кинуться на осаду тюрьмы ценой собственных жизней, но до послезавтра времени ещё много, так что уговорить наивных крестьян уж точно удастся. Полное мрачной решимости лицо Аркадия вновь стало располагающим. Он улыбался, расписывая будущие изменения к лучшему, вселял надежду. Главное — верить в свои слова самому. Юному аристократу было почти не стыдно манипулировать своими слушателями. Алхим отслеживал реакцию толпы, с внутренним удовлетворением замечая восторг на лице Селаны. Первоначально сильфа не хотела использовать свои силы для подобного рода помощи в убеждениях. Но сейчас эта горделивая идеалистка тоже попала под влияние аэрозоля, более того, она находится ближе всех к источнику вещества. Значит, ей можно доверять немного больше, чем до этого. Перехвативший взгляд Мрачновского-младшего Страж подмигнул. На дебуков практически не действуют никакие химические соединения, однако Аркадий не сомневался в поддержке мужчины. Как бы хранитель не дурачился, не изображал из себя душу компании и простоватого парня-лентяя, он оставался истинным представителем своей расы, уважающим лишь условия контракта, собственную выгоду и вверенное под попечительство тело — собственно, Аркадия с его дядей. Сам же юный алхим… был воспитан предприимчивым дебуком, о чём совершенно не жалел — жить с присущим обитателям Дна взглядом на мир было проще. — Однако закругляемся, — прищурился Страж, не сводящий внимательного взгляда с окружающих. — Сейчас будем собираться к нашим недо-союзничкам… А потом заливать чаны, ага. Селана моргнула, недоумённо нахмурилась: — Чаны? Укрепляющими зельями, да? Но откуда у нас столько? Не хватит же… — Всё хватит, не беспокойтесь, милочка. Мы имеем дело со стимами. А концентрация имеющихся реактивов крайне высокая — ибо на алхимов рассчитано. Разводишь водичку в крупной ёмкости, капаешь, немного щаманишь… И готово! Несите, так сказать, кружки, — дебук сделал несколько шагов вперёд, замирая за правым плечом Аркадия. — Ну, ваше книголюбшейство? Мне машину запускать? — юноша кивнул. — Какая прелесть, а то у меня уже все мышцы затекли, эх… Я же так до штурма не доживу, при сложившемся-то рационе питания и ожидания, м-да… Жители Тетеревки в большинстве своём решили поддержать совершенно незнакомого мальчика с горящими глазами и такой открытой улыбкой. В скромной деревушке начались приготовления к штурму города… — Они кажутся действительно вдохновлёнными, — пробормотала Селана, через окно одного из домов наблюдая за происходящим. Аркадий промолчал, помешивая раствор в котле специальной ложкой. И изо всех сил не замечая заглядывающих в выделенную гостям комнату через двери и свободные окна юных и не очень стимок. У проблемы с мужским населением совершенно неожиданно нашлась иная сторона. — Страж, будь добр… — юноша медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы, совершенно не меняя приветливого выражения лица, — раз уж тебе настолько смешно, потешайся не так открыто! Дебук улыбнулся ещё шире, уворачиваясь от отравленного дротика. Аркадий обречённо вздохнул, а Селана как можно незаметнее скорчила гримаску особо наглой стимке, пытающейся лбом пробить окно. Стимка не прониклась. Тогда дочь Сильфа с каменным лицом провела ребром ладони по горлу, добиваясь наконец своей цели и заслуживая задумчивый взгляд Стража. Дебук прищурился, прикидывая способы нейтрализации полуэлементалей в полевых условиях. И послал очередную улыбку одной из немногих женщин, что не заинтересовались Аркадием из-за возраста. Сам юный алхим с грустью подумал, что ошибся маршрутом поездки — с такими спутниками надо было сразу отправляться в сумасшедший дом. Продолжить размышления на данную тему помешали наконец достигнувшие однородной консистенции реактивы в котле.
