Падение

Наверное, во всем мире мало, что представляло такую ценность, как тепло и нежность материнских рук, особенно, когда ты чувствуешь их впервые в своей жизни. Закрыв глаза и боясь пошевелиться, Эсси прижималась щекой к теплой груди, пока ее коротко отстриженных волос касались невероятно мягкие и ласковые ладони. Пожалуй, для девочки это был один из самых счастливых моментов, что произошли с ней за все двенадцать лет. Пусть все вокруг рассыпалось на части, а там, за порогом палаты, за ней уже спешила вооруженная охрана — неважно. Ее семья была здесь, а о большем, Эсси никогда и не смела мечтать. Мэллори трясло крупной дрожью. Почти не чувствуя боли в пробитой скальпелем ладони, она изо всех возможных сил обнимала маленькое болезненно худое тельце, чье нервное дыхание сейчас касалось ее кожи на ключицах. Девушка забыла о том, что она до сих пор частично привязана к кушетке, а неподалеку, валялось разломанное тело Кларка, что в любой момент мог прийти в себя. Все это на время утратило важность. Лишь увидев Эсси впервые, Мэллори практически сразу поняла и прочувствовала, кем она была для нее. В этом бледном испуганном личике, в удивительной гармонии сочетались черты матери и отца — даже сложно было определить, на кого девочка вышла похожей больше. Утыкаясь носом в ее макушку, Мэллори с упоением вдыхала запах волос дочери, в котором ощущалось что-то невероятно нежное и неповторимо родное. — Мое солнышко, — сквозь слезы прошептала девушка, целуя девочку в висок, — все будет хорошо. Я никуда тебя не отпущу, обещаю… Майкл, что стоял чуть поодаль, казалось, уже выглядел как живой труп. А еще, с каждой секундой, он все больше походил на того человека, которого Эсси так часто видела в пепельном доме. Безысходность и отчаяние, что все сильнее отражались в его глазах, были до боли знакомы девочке. — Мы умрем здесь? — мужчина вздрогнул всем телом, вдруг услышав в своей голове тихий надломленный голос. Он медленно перевел взгляд в сторону девочки, увидев, что та почти спокойно смотрела на него из-за плеча матери. — Я не смогу это остановить. — Прости… Это все из-за меня. — Если кто-то здесь и виноват, то только этот ублюдок, что валяется на полу, — с болью в глазах отозвался в мыслях Майкл, отворачиваясь к стене и отходя на несколько шагов, — а еще, видимо, я. — Почему? — тихо переспросила Эсси. — Не знаю, что там случилось в будущем, но раз все сложилось именно так… Видимо, паршивый из меня получился отец. Впрочем, этого стоило ожидать, — прислонившись рукой к той части стены, что еще не успела покрыться трещинами, Майкл шумно выдохнул, судорожно стиснув зубы. — Это не правда, — прозвучал дрогнувший голос в голове. Лэнгдон прижал ладонь к лицу. Он гребаный антихрист с силами от самого дьявола, но все, что он мог сделать сейчас — это стоять и смотреть, как двое самых близких ему людей исчезнут вместе с вселенной, что превратится в одно большое Ничто. И даже мысль, что Кларк испарится вместе с ними, не приносила никакого облегчения. Раньше Майкл никогда не мог представить, что сможет оказаться на месте тех семи миллиардов человек, которых уничтожили по его приказу. Он не мог, а скорее, никогда не хотел вообразить себе их ужас и отчаяние, когда до конца оставались считанные минуты и ты понимал, что не способен ничего изменить. Не мог защитить никого, кто тебе дорог. Неотвратимое случится, а тебя, как ничтожную песчинку сдует с пути, как и все, что ты когда-либо любил в этой жизни. Мужчине хотелось орать до хрипоты от навалившихся чувств безнадежности и вины. Чтобы ни сказала девочка, которую он знал от силы час, Майкл все равно ощущал, что если бы не его глупость и опрометчивость, цепочка событий не привела бы их всех сейчас к подобному исходу. И вдруг, в сознании Лэнгдона на короткий миг будто зажегся свет, но сразу же погас, словно выгоревшая спичка. Нет, это все равно не поможет… — Не поможет что? — снова тихонечко проник в его мысли голос Эсси. — Неважно, — сухо отозвался мужчина, все еще молча таращась в стену. На самом деле, ему вспомнилась лишь одна вещь, что была слишком непредсказуемой и рискованной в исполнении, но единственной, что пришла ему в голову. Способ, о котором он достаточно много успел прочесть, когда узнал о планах Корделии. Лэнгдон изучил действие этой магии вдоль и поперек, но как бы Майклу ни хотелось найти лазейку, он понимал, что зашел в тупик. Темпус инфинитум мог отправить тебя назад в собственную физическую оболочку, самое большее — попытаться создать твою проекцию, что исчезнет спустя непродолжительное время, но эта магия не способна возродить что-либо из пустоты. В отличие от него и Мэллори, Эсси некуда было возвращаться, а если она последует за ними тем же путем, как проникла сюда — мир продолжит разваливаться уже в другой временной точке, пока не исчезнет и не избавится от источника разрушения окончательно. Как ни посмотри, Майкл не видел выхода для них троих. — Мне придется остаться? — на удивление спокойно спросила девочка. — Нет!  — рявкнул Лэнгдон, с яростью ударив кулаком по стене, отчего в ней осталась вмятина. — может, я и последняя тварь, но оставлять тебя умирать здесь… — Но тогда ты сможешь спасти маму и себя, — еле слышно добавила Эсси. — Майкл? — вдруг послышался голос Мэллори, что оторвавшись от дочери, оглянулась в сторону мужчины, — что с тобой? Что с ним было? Наверное, один из худших моментов, какой только можно представить. Антихрист думал, что нет ничего хуже, чем ждать неизбежной смерти? Подобная вещь была… А именно — взять на себя ответственность за решение, остаться вместе со своим ребенком, исчезнув в небытие, или же, попытаться хоть как-то спастись, бросив его здесь одного. Одна только мысль об этом казалась отвратительной. — Я не хочу, чтобы вы умирали из-за меня, — эти слова, Эсси неожиданно произнесла вслух, отчего Мэллори тут же встрепенулась. — Что ты, моя маленькая, никто не умрет, — быстро проговорила она, снова прижимая девочку к себе, — я рядом. Мы что-нибудь придумаем, вот увидишь… Мужчине после услышанного стало еще хуже. — Не говори ей,  — мысленно произнес он, обращаясь к Эсси, — я не хочу, чтобы она об этом знала. — Хорошо, — почти шепотом ответила девочка, и через пару секунд, добавила, — папа… Пожалуйста, уходите отсюда... Майклу показалось, что ему грудь насквозь проткнули чем-то раскаленным и ядовитым. Как бы он ни пытался извернуться, ему все равно придется сделать выбор. Самый страшный и невыносимый выбор в своей жизни… И единственное, что Лэнгдон еще мог сделать — это уберечь от него Мэллори. Он знал, что она не сможет так поступить с родной дочерью, а значит, всю тяжесть принятого решения, ему придется забрать на свою совесть. — Ты еще помнишь тот способ, которым пыталась меня убить? — упавшим голосом произнес Майкл, медленно оборачиваясь. Девушка, что все еще обнимала Эсси, озадаченно посмотрела на Лэнгдона. — Помню, — растерянно ответила Мэллори. Майкл судорожно взмахнул рукой, высвобождая щиколотки девушки из ремней на кушетке. — Идем, — еле слышно добавил он, направляясь к двери и изо всех сил стараясь не смотреть в сторону Эсси. В остекленевшем взгляде Кларка, что лежал на полу, уже начинало что-то проясняться. Пока он не очнулся окончательно, им нужно было успеть сделать то, что необходимо… И Лэнгдону оставалось надеяться, что Мэллори его когда-нибудь за это простит. Себя то простить, он уже явно не сможет. Толкнув дверь, Майкл тут же попятился назад. Пока он слишком долго думал, Святилище все больше поглощало пустотой. По полу расходились огромные разломы, что вели в никуда, а от пары верхних этажей, где раньше была его комната, похоже, уже ничего не осталось, судя по темноте, что простиралась рваными кусками по потолку. Но больше раздумывать было некогда. Мужчина быстро шел впереди, перебираясь через трещины под ногами и периодически бросая взгляд назад, где Мэллори, крепко сжав руку Эсси, шла следом. Им нужна была вода и Майклу приходила в голову лишь одна мысль, где они сейчас могли ее найти в достаточных количествах. В подвалах находилось хранилище для переработки воды, которую брали из ближайших рек. Если разлом еще туда не добрался, они смогут им воспользоваться. В здании творился настоящий хаос. Они видели, как люди, метаясь в панике, сами сталкивали друг друга в черные провалы и истошно кричали, пытаясь понять, что происходит. Люди Кларка уже не справлялись с паникой толпы и, кажется, скоро их просто затопчут или скинут в пустоту, как остальных. Проталкиваться сквозь бьющихся в истерике людей оказалось непросто, даже не смотря на силы Лэнгдона, что позволяли отшвыривать всех куда подальше. Вцепившись в запястье Мэллори, Майкл протаскивал ее сквозь бушующую толпу, словно пробиваясь сквозь штормящее море. Чужие отчаянные крики врезались в голову в то время, как Майклу и самому хотелось присоединиться к ним. Все его нутро разрывалось от боли, стоило только оглянуться назад и заметить взгляд девочки, что с выжигающим душу пониманием и сочувствием смотрела на него. Наконец, преодолев столпотворение, они выбежали на лестницу, что вела к нижним производственным этажам. Трещины продолжали расползаться и здесь, но повреждения еще не были катастрофическими. Они еще могли успеть. Но тут, позади снова прогремел залп выстрелов и Майкл едва успел поставить блок, чтобы оружия не разрядись в них троих. — Иди вниз! — прорычал Лэнгдон, глядя на Мэллори, что испуганно прижала к себе девочку, — быстро! К счастью, она не стала спорить, тут же кинувшись по ступенькам, уводя за собой дочь. Топот охраны сверху оборвался резкими, полными боли воплями. Майкл поджег их одним движением руки. Несколько секунд, и от пары десятков человек остались лишь горстки пепла. Когда мужчина спустился вниз, его обоняния тут же коснулся запах застоявшейся воды и тины. Здесь, в большом углублении находилось некое подобие бассейна, из которого вода отправлялась на переработку. Похоже, здесь-то все и закончится… В этом подгнивающем болоте, в которое им придется нырнуть с головой. И почему-то Майкл был практически уверен, что он сам из него уже никогда не выплывет. — Ты уверен, что все получится? — нервно спросила Мэллори, глядя на мужчину. Лэнгдон надеялся, что сейчас его способность врать не подведет в последний и самый нужный момент. Девушка явно была не так сильно осведомлена о Темпус инфинитум, как он сам, и это играло на руку. Мэллори ничего не заподозрит до самого последнего момента… И Майклу совсем не хотелось сейчас его себе представлять. — Иди, мы сейчас, — безжизненным голосом сказал мужчина, кивнув девушке в сторону воды и уже опускаясь на пол перед Эсси. — Но… — попыталась возразить Мэллори, но Лэнгдон бросил на нее такой тяжелый взгляд, что та решила молча сделать, что сказано. Еле заставив себя поднять глаза, Майкл посмотрел в лицо ребенка. Почему он не видел в ее взгляде разочарования или злости? Он это заслужил. Но, похоже, в этой девочке было куда больше от ее матери, чем от него самого. Несмотря на собственную страшную участь, она боялась не за себя, а за родителей, которых едва знала. По крайней мере, так казалось Лэнгдону. Если она родилась и выросла в лаборатории Кларка, значит, ни его, ни Мэллори, больше не было рядом. И по какой бы причине они не исчезли, их это не оправдывало. И что же в итоге? Теперь, когда Эсси, наконец, встретила их, они прощались навсегда? Ради чего эта девочка прожила двенадцать лет подопытным кроликом мессии? Чтобы умереть, глядя, как ее отец сбежал как последняя сволочь не в состоянии хоть как-то помочь? Чем больше Майкл погружался в эти мысли, тем сильнее ощущал свое невольное сходство с обоими отцами, с которыми ему не посчастливилось однажды встретиться. Похоже, он был ничем не лучше их. Не дожидаясь, пока мужчина хоть что-то скажет, девочка, дрожа, потянулась вперед, обнимая его за шею и утыкаясь лбом в плечо. — Я люблю тебя, — едва слышно прошептала Эсси. К горлу Майкла подкатил тугой комок, а в глазах защипало, но если он сейчас даст слабину, Мэллори поймет, что что-то не так. — Прости, — только и смог шепотом выдавить из себя Лэнгдон, судорожно обнимая девочку в ответ. Поднявшись на ноги, он взял Эсси за руку. Мэллори уже спустилась в воду, зайдя в нее по пояс и тревожно оглядывалась на них. Холодная вода тут же свела судорогой ноги, но Майкл уже и бровью не повел. Не глядя ни на кого, он оторвал от своей футболки внизу небольшой клочок ткани. Тоже самое сделала и девушка со своим подолом платья. — Так ты сможешь найти нас, когда мы уйдем отсюда, — тихо сказала Мэллори, вкладывая в руки Эсси кусочки их одежды, — и, Майкл… Куда мы собираемся вернуться? Мужчина нервно сглотнул. Хотел бы он ответить сразу, но сейчас ему и пару слов связать было сложно.  — Четыре дня в лесу, — вдруг послышался осторожный голос Эсси, что подняла на него взгляд, — ты рассказывал когда-то… «Тогда еще можно было что-то изменить». Лэнгдон снова вздрогнул. Сейчас бы ему такая мысль не пришла в голову, но, похоже, она придет спустя тринадцать лет… — Казнь Мисс Мид., — глухо проговорил Майкл, нервно комкая в руке обрывок платья Мэллори, — ты помнишь, что было после? — Вы встретились с Корделией… — Да, возвращайся туда, — сухо добавил он, пытаясь не столкнуться с девушкой взглядом. Сверху послышался грохот и посмотрев в потолок, мужчина увидел ползущую со всех сторон черноту. Пора. Опустив руку под воду, Майкл незаметно для Мэллори сжал ладонь Эсси. — Мне не страшно, — мысленно произнесла девочка, пытаясь ободряюще улыбнуться Лэнгдону, — правда… Но… У мужчины внутри все натянулось тугой струной перед этим хрупким «Но». — Не забывай меня, пожалуйста, — хоть девочка и улыбалась, в ее глаза стояли слезы — и скажи маме, что я ее люблю. Слезы Майкла растворились в воде, когда он резко опустился вниз и последнее, что он почувствовал — маленькая ладонь, что выпустила его руку. … Когда Лэнгдон судорожно вдохнул воздух, ему в нос ударил запах травы и хвои. Открыв глаза, мужчина сощурился от яркого солнечного света, что пробирался сквозь высокие кроны деревьев. Грязные волосы упали на лицо, когда Майкл, тяжело дыша согнулся на пентаграммой, начерченной им на земле. Дрожа всем телом, антихрист посмотрел на свои грязные руки, что упирались в сухую почву, а после, нервно оглянулся вокруг. Никакой черноты, никаких разломов, лишь апрельское солнце и щебет птиц, что раздавался издалека. Вцепившись в волосы и согнувшись пополам, антихрист издал столь страшный и болезненный вопль, что, казалось, его могли услышать даже в аду. … Мэллори очнулась, словно от пощечины. Подскочив, девушка тут же посмотрела вокруг. Знакомые светлые стены, раскрытое окно, из которого доносилось пение пересмешника, запах лилий в вазе на прикроватной тумбочке… Академия мадам Робишо — все та же, как и в тот день, когда Мэллори проснулась здесь утром несколько лет назад. Быстро скинув одеяло, девушка кинулась к двери, тут же сбегая вниз. — Мэллори? — удивленно спросила Корделия, заметив, как ученица в одной ночной сорочке неслась по ступенькам с испуганным видом, — что случилось? — Где они? — уже почти срываясь на истерику, выкрикнула Мэллори. — Кто? — недоуменно нахмурилась женщина, но молодая ведьма уже не обратила на нее внимания, несясь к входной двери. … Майкл шел как во сне, совершенно не замечая косых взглядов, что пробегались по его грязной от земли одежде и лицу. Яркое солнце, что продолжало палить с безоблачного неба, сейчас казалось каким-то издевательством. Лэнгдона словно злило и возмущало до глубины души то, что вселенная даже не заметила, что ее едва ли не разорвало на части. Никто из мимо проходящих людей не догадывался, какую цену кому-то пришлось заплатить, чтобы они сейчас спокойно брели по улицам, смеялись и обсуждали друг с другом свои ничего не значащие проблемы. Мир продолжал свою глупую суету, и, наверное, это было закономерно… Когда-то Майкл не заметил смерть семи миллиардов, а сейчас, не мог смириться с равнодушием вселенной от смерти всего одной живой души. Когда впереди показалось знакомое белое здание за металлической оградой, мужчине захотелось свернуть на дорогу и кинуться под ближайший автомобиль. Пусть это его и не убьет, но отсрочит хоть немного момент, когда ему придется признаться Мэллори, что они выбрались из западни ценой жизни собственной дочери. Не глядя, Майкл взмахнул рукой, убирая к чертовой матери силовое поле, что было наложено на ворота академии. Это так-то Корделия собиралась от него защищаться после их весьма неоднозначного разговора у эшафота? Впрочем, сейчас антихристу было уже не до сарказма. Уже проходя по центральной мощеной дорожке, мужчина услышал звон стекла. Окна на первом этаже вылетели с такой силой, словно там что-то взорвалось. И Майкл уже догадывался, что… Крики, шум, топот и, наконец, входная дверь резко открылась, когда на крыльцо выбежала Мэллори в ночной сорочке. Ее взгляд тут же уцепился за Майкла. На какую-то долю секунды в глазах девушки зажглась радость и облегчение, но когда она вгляделась в глаза Лэнгдону, эти чувства растаяли без следа, сменившись болью и ужасом. — Где она, Майкл?! — закричала она, босыми ногами сбегая вниз, — почему ее нет?! Каждое слово девушки вонзалось в него как ножом, но все, что Майкл сейчас мог сделать, это молча стоять на месте, глядя, как Мэллори со слезами приближалась к нему. — Что происходит? — изумленно спросила Зои, выходя на крыльцо вслед за испуганной Корделией, что уже успела направить энергетический импульс, чтобы поставить барьер между девушкой и антихристом, пока еще не стало поздно. Однако, Мэллори расшибла этот барьер с одного удара руки. Глядя в лицо Майклу, она уже понимала, что услышит в ответ, но не хотела в это верить, просто не могла… — Господи Иисусе… — пробормотала Миртл, что стояла по правую руку от Верховной, поправляя очки, — кажется, мы пропустили что-то интересное… Вид антихриста, что судорожно прижимал к себе ведьму, пока та заходилась в оглушительной истерике, был для Корделии настолько невероятен, насколько можно было себе представить. Подобное зрелище никак не хотело укладываться у нее в голове. Впрочем, равно как и у всего Ковена, что выбрался на крыльцо взглянуть на происходящее. — Другого выбора не было, — надломленным голосом произнес Майкл, из последних сил стараясь не разрыдаться самому. Мэллори вздрагивала в его руках, задыхаясь от всхлипов, но мужчина знал, что сейчас у него не найдется уже ни единого слова, чтобы ее успокоить. Эта не та боль, которую можно унять разговорами. Как ни банально, теперь здесь могло помочь только время. Заметив, как Корделия, наконец, справившись с первоначальным шоком, выдвинулась вперед, Майкл бросил на нее предупреждающий злобный взгляд, в котором так и читалось: «Только попробуй что-то сделать, и я здесь все до фундамента разнесу». — Мэллори, — тихо, но уверенно произнесла она, глядя в затылок девушки, — чтобы там ни было, тебе придется нам всем объяснить, что здесь творится. — Отвали от нее, — тихо рявкнул Лэнгдон. — Ты здесь не распоряжаешься!.. — Только дай мне повод и я… — с нескрываемой угрозой начал он. — Хватит, — хрипло оборвала Майкла девушка, отстраняясь от его груди и оборачиваясь к Верховной, — вряд ли я смогу быстро это объяснить… Если вообще смогу. … С долгих уговоров Мэллори, Корделии, все же, пришлось позволить Лэнгдону войти в дом, хоть мужчину и чувствовал всю массу защитных заклятий, которой она молча попыталась от него отгородиться. Не имея уже ни желания ни сил огрызаться, Майкл молча уселся в одном из кресел, прижав ладонь к лицу, всем своим видом показывая, что в дальнейшей беседе он принимать участия не собирался. Лишь изредка, Лэнгдон поглядывал в сторону Мэллори и остальных ведьм. Кажется, девушке решили устроить тотальную проверку на все возможные чары, под которыми та могла находиться. Даже в самую экзотичную магию им было поверить проще, чем в то, что их сестра добровольно могла держать антихриста за руку. — Долго вы еще свои танцы с бубном собираетесь проводить? — не сдержавшись, устало спросил Майкл спустя час, — оставьте ее в покое. Корделия явно была в замешательстве, а Миртл на нервной почве уже задымила своим вейпом всю гостиную до такой степени, что комната утонула в белом тумане с запахом ментоловой вишни. — И что дальше? — тихо спросила Верховная, потерянно глядя на ученицу, сжимая ее холодные ладони в своих, — ты ведь знаешь, кто он, Мэллори. Даже если сейчас он ведет себя иначе, его природа, рано или поздно, возьмет свое. Девушка, глядя на Верховную полумертвым взглядом, молча покачала головой. — Я знаю, что вы мне не верите, — ответила она, — и я не жду сейчас понимания. У меня только одна просьба — дайте нам уйти. Обещаю, больше вы о нас никогда не услышите, а если вдруг я нарушу это слово, можете смело идти и пытаться меня убить за предательство Ковена. — Уйти? — с едва уловимой улыбкой переспросила Миртл, глядя на Мэллори сверху вниз, — ты достаточно умна, дорогая, чтобы понимать, что далеко не от всех вещей в этой жизни можно так просто сбежать. А то, от чего бежите вы, боюсь, все равно вас настигнет. — Мы убежали от того, чего вы и представить себе не сможете, — едва слышно проговорила девушка, — и можете не сомневаться, мы за это уже расплатились сполна. … Несколько недель спустя, в новостях было объявлено о пугающем происшествии, в котором многие углядели ни то предзнаменование скорого Страшного суда, ни то доказательства, что в городе появился чокнутый маньяк-убийца, что поехал крышей на религиозной почве. В одном из наркопритонов Нью-Йорка, был найден труп, прибитый к стене сотнями грязных шприцов в форме перевернутого распятия. По показаниям следователей, жертва умирала не меньше семи дней, пока не скончалась здесь от обезвоживания и болевого шока. Никаких улик на месте преступления не было найдено, словно убийца растворился в воздухе, не оставив за собой следов. Впрочем, было в этом кошмарном преступлении и положительная сторона — полиции, наконец, удалось накрыть притон, что так долго умудрялся отмазываться от своей преступной деятельности вместе со своим владельцем Джейсоном Кларком, чей труп был похоронен после многочисленных судмедэкспертиз.