Падение

Снова оказавшись в мире, окруженным шумом и суетой, Мэллори и Майкл все сильнее стремились поскорей найти уединение. Разговоры, толпы людей, пробки на дорогах — все вызывало раздражение и страшно давило на психику. Поставив точку в делах Ковена, они с Майклом на время перебрались в пригород Бостона — здесь находилась маленькая квартирка Мэллори, что досталась ей по наследству от бабушки и где она обитала, пока не переехала в академию. Как и ожидалось, в первое время пришлось совсем туго. Мало того, что оба находились, мягко говоря, в подавленном эмоциональном состоянии, так теперь, к нему добавились еще и бытовые проблемы. Ни Майкл, ни Мэллори не привыкли сосуществовать в живом мире. Долгая изоляция сказалась на многих привычках и теперь, приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы перестроиться. Но куда больше сложностей вызывало то, что с момента возвращения из Святилища, они так и не смогли заставить себя обсудить все случившееся. Боль от пережитого была слишком свежа, а у Мэллори, вдобавок ко всему, еще и затаилась обида на Лэнгдона. Головой девушка, конечно, понимала, что Майкл сделал все, что смог, но сердце отказывалось смириться с тем, что он позволил их дочери так просто исчезнуть из этого мира. Ее больше не существовало и ни одна магия не была способна вернуть девочку. В итоге, оба сделали худшее, к чему можно было прибегнуть в подобной ситуации — промолчали, сделав вид, что ничего не произошло. По этой же причине, мужчина заметно замкнулся в себе, предпочитая теперь проводить большую часть времени в одиночестве и отвечая на все вопросы односложными фразами, а Мэллори, тихонько рыдала в подушку по ночам и всячески сторонилась любого физического контакта с Майклом, при этом пытаясь сохранять иллюзию, что все нормально. Однако, вечно отсиживаться по разным углам, закапываясь в собственной боли они не могли себе позволить. Вокруг снова царила суровая реальность, где для ежедневного выживания требовалась покупка еды и оплата счетов. И все это медленно подводило их к тому, что на горизонте вставал вопрос поисков работы. У Мэллори были кое-какие сбережения, оставшиеся после ее работы офис-менеджером в маленькой фирме, где она успела проработать пару лет после окончания колледжа. Но надолго их все равно не могло хватить. Здесь-то и пришлось столкнуться с первой и большой проблемой — у Майкла не было никакого официально оконченного образования, что уж говорить об опыте работы. Конечно, это было неудивительно. За десять лет жизни, никому из его опекунов не пришло в голову отправить антихриста хотя бы в среднюю школу. Мэллори знала и видела, что Майкл и без ее намеков чувствовал себя весьма смущенным и даже униженным подобным раскладом. По большому счету, Лэнгдон ничего не умел и не был приспособлен к самостоятельной жизни в мире без апокалипсиса. Но все же, как-то выкручиваться пришлось. Девушка практически сразу устроилась на первую попавшуюся работу официанткой в ближайшем баре. Майкл же, кое-как, смог найти себя в сфере копирайтинга. Его тексты отличались хорошим слогом — это Мэллори успела подметить еще в период своей жизни в Святилище, когда сталкивалась с отчетами Лэнгдона. К тому же, в подобной работе был еще один неоспоримый плюс — мужчина мог выполнять ее не выходя из дома. Пусть Майкл и не хотел признавать этого вслух, девушка замечала, что каждый новый выход на улицу он воспринимал как серьезный стресс. Похоже, что депрессия на почве недосказанности, все больше делала из мужчины социопата. Впрочем, была еще одна причина, почему Майкл не хотел лишний раз высовываться за порог — культисты. В отличие от Ковена, который, пусть и со скрипом, но позволил Мэллори сложить обязательства, секта прислужников Сатаны продолжала донимать Лэнгдона всеми возможными способами. Они подстерегали его у дома, преследовали в метро и любом общественном месте, пытаясь завести с ним разговор. И если поначалу, мужчина просто пытался их игнорировать, то после их дальнейших выходок, у антихриста все сильнее начали чесаться руки избавиться от сектантов более радикальным методом. Похоже, прознав про Мэллори, сатанисты сделали вывод, что девушка сильно мешает их повелителю, из-за чего, он так яростно отказывался вступать с ними в контакт. Все началось с того, что Мэллори, однажды, нашла в почтовом ящике дохлую, истекающую кровью крысу с вырезанным перевернутым распятием на спине. Узнав об этом, Майкл весьма однозначно высказался, что пора бы ему наведаться к этим уродам и спалить их церковь дотла вместе со всеми последователями. На этой почве, между Лэнгдоном и Мэллори вышла крупная ссора. Девушка была против того, чтобы Майкл снова скатывался до убийства, особенно в таких глобальных масштабах. Она боялась, что если мужчина снова войдет во вкус, то все сможет повториться заново. И культисты, и ядерные бомбы и апокалипсис… Лэнгдон же в тот вечер психанул до такой степени, что ушел из квартиры хлопнув дверью, всю ночь промотавшись по городу, пытаясь хоть как-то успокоиться. Теперь преследования начались еще и за Мэллори. Девушка, то и дело, замечала людей в темных одеждах, что неодобрительно косились в ее сторону. Однажды, эти чокнутые даже заявились в бар, где она работала, начав требовать от официантки свалить от антихриста куда подальше, пока они не придумали, как с ней получше расправиться. Мэллори терпела так долго, сколько могла, вплоть до той злосчастной ночи накануне Хэллоуина… — Ты куда? — сухо спросил Майкл, оторвав взгляд от ноутбука и увидев, что несмотря на поздний час, девушка начала переодеваться. — Взяла вечернюю смену, — не глядя на него, откликнулась Мэллори, натягивая свитер. Мужчина недовольно скривился. Если раньше ему только казалось, то сейчас, он уже был убежден, что девушка специально набирала себе прорву смен, лишь бы поменьше находиться дома рядом с ним. Его мрачный вид и молчание давили на нее, равно, как и на Лэнгдона давил тот факт, что девушка уже полгода отказывалась к нему прикасаться. Конечно, Майкл понимал, что сразу после возвращения в эту временную точку, с учетом всего случившегося, Мэллори будет какое-то время его сторониться и он ни на чем не настаивал. Но по прошествии полугода так ничего и не изменилось, даже напротив, стало только хуже. Майкл почти безвылазно сидел в квартире, девушка же, сбегала отсюда при любой возможности. Ни поговорить, ни даже поругаться, у них уже не получалось. Мэллори старательно игнорировала все конфликтные поводы, но от замалчивания проблем, никому из них не становилось легче. — И когда вернешься? — мрачно спросил Лэнгдон, когда девушка взяла с тумбочки ключи. — Сегодня Хэллоуин, так что, смена до утра, — равнодушно сказала Мэллори, проворачивая ключ в замке и выходя за дверь. Спустившись с крыльца, девушка шмыгнула носом, вытирая выступившую слезу рукавом. Последнее время, порыдать у подъезда — уже стало почти ежедневным ритуалом для Мэллори. Накопившихся эмоций в ней было столько, что они начинали выбиваться через край, но все же, девушке не хотелось, чтобы Майкл наблюдал за ее истериками. Ведь тогда, скорей всего, им, наконец, придется поговорить, а Мэллори уже слишком давно и старательно этого избегала. Поправив сумку и скрестив руки на груди, девушка вышла на тротуар, проходя мимо шумных компаний в маскарадных костюмах. Звякнул колокольчик на двери и Мэллори с понурым видом вошла в бар. С учетом праздника, сегодняшняя смена явно обещала быть не из легких. В зале уже толкалось изрядное количество захмелевшего народа, а ведь сейчас было только восемь вечера. Ближе к полуночи, девушка, почти не чувствуя ног, скрылась в подсобке, чтобы хоть немного передохнуть. Глаза слипались и Мэллори все больше клонило в сон, но ее рабочий день должен был закончиться только к шести утра, так что, еще слишком рано расслабляться. — Эй, Мэллори, будь котиком, сгоняешь к Джеку за текилой? А то наша закончилась, а я вчера забыл оформить заказ… — проговорил Тони, заглядывая в подсобку. Девушка невольно закатила глаза. Джек — владелец соседнего бара, у которого они, периодически перехватывали алкоголь взаймы, пока поставщик не привезет к ним новую партию. Впрочем, если бы Тони каждый раз вовремя проводил инвентаризацию, таких бы ситуаций и вовсе не случалось, но перевоспитать безалаберность бармена, пока еще никто не смог. — Ладно, — недовольно сказала Мэллори, возвращаясь обратно в зал. Бар Джека находился буквально за углом, так что, девушка не стала накидывать куртку поверх своей рабочей формы, что состояла из короткого черного платья с белым логотипом бара на спине. Холодный октябрьский ветер пробежался по ногам и Мэллори тут же поежилась. Может, и стоило одеться потеплее… Дойти до бара быстрее всего, можно было через внутренний двор и девушка, не задумываясь, свернула сквозь арку на тесную безлюдную улочку. Стук ее шагов эхом отдавался от высоких кирпичных стен и когда на одной из них, Мэллори почудилась странная тень, девушка ускорилась, пытаясь как можно быстрее выйти на оживленный тротуар. Однако, планы оборвались вместе с сильным ударом тупым предметом, что прилетел по затылку. … Очнулась Мэллори уже в чьей-то машине. Точнее, так она предположила, судя по звуку двигателя и тому, как ее немного пошатывало на сидении, ибо глаза девушки оказались завязаны какой-то тряпкой. На запястьях ощущался холод наручников и Мэллори, надеясь что за ней сейчас никто не наблюдал со стороны, осторожно применила магию, расстегивая их. Почти не дыша, девушка стянула повязку с глаз. На переднем сидении оказалась пара немолодых мужчин в черной одежде, что тихо переговаривались друг с другом. На лобовом стекле на короткой цепочке болтался крест святого Петра, так что, Мэллори не пришлось гадать о том, кем оказались ее похитители. Все еще стараясь не издать ни звука, девушка направила магию на мужчину, что сидел за рулем, заставив его резко остановиться. Послышались громкие испуганные крики и высокий свист тормозов. Не дожидаясь, пока кто-то из них поймет, что произошло, Мэллори выскочила из машины, тут же кинувшись бежать по шоссе. Ее уже успели вывезти из города и по обе стороны от дороги виднелся лишь густой лес. Понимая, что выбора нет, девушка быстро свернула с трассы в темные заросли. Здесь ее явно будет сложнее найти, чем на пустой дороге. Сквозь ветки ели, Мэллори лихорадочно смотрела, как мужчины, ругаясь и крича друг на друга, начали озираться по сторонам, пытаясь найти беглянку. — Эта сука, наверное, в лес убежала. — Я туда не полезу! — И что мы теперь Изабелле скажем?! Теперь еще год до следующего Самайна ждать? Ну уж нет, бери фонарь с машины и пошли! Нервно сглотнув, девушка попятилась назад, а после, рванула сквозь деревья. Похоже, эти больные на голову, решили провести с ее участием какой-то ритуал. Вот уж черта с два. … — Эй, крошка, тебе помочь? — с удивлением и сочувствием спросила смуглая девушка из проезжающей мимо машины. Мэллори, вся исцарапанная замерзшая и грязная, устало плелась по обочине. Спустя какое-то время, ей удалось оторваться от преследователей и выйти на более оживленную трассу. — Сможете подбросить до Бостона? — охрипшим от холодного воздуха голосом, спросила девушка. — Не вопрос, залезай, — улыбнулась незнакомка. Мэллори крупно повезло, что девушка, которую звали Алишей, подвезла ее не только до города, но и прямиком к дому. Все же, мир не без добрых людей. — Удачи тебе, — сказала она, когда Мэллори выбралась на улицу, — уверена, что не нужно обратиться в полицию? Видок у тебя уж больно потрепаный, даже для Хэллоуина… Девушка со слабой улыбкой покачала головой. Добравшись до квартиры, Мэллори только сейчас вспомнила, что ее ключи, как и все остальные вещи, остались в подсобке бара. Обреченно вздохнув, девушка постучала в дверь. Как бы ей ни хотелось сейчас незаметно прошмыгнуть домой, похоже, сделать этого не удастся. Квартира была совсем маленькой, так что ее стук Майкл точно должен был услышать. Спустя несколько секунд, послышался скрежет ключа в замке и дверь распахнулась. Стараясь не столкнуться с мужчиной взглядом, Мэллори быстро протиснулась за порог. — Ничего объяснить не хочешь? — язвительно прошипел Лэнгдон, громко захлопнув дверь. — Я хочу спать, — тихо сказала девушка, надеясь отсрочить объяснения хотя бы до утра. — Издеваешься, да? — прищурился Майкл. — Майкл… — устало протянула она, закрывая лицо ладонями. — Что «Майкл»?! — рявкнул он, подходя ближе, — только попробуй сейчас заикнуться, что ничего не произошло. — Ладно! — не сдержавшись, прорычала ответ Мэллори, топнув ногой, — произошло! Но что бы там ни было, я в состоянии сама с этим справиться! — Что-то не похоже, — огрызнулся Лэнгдон, скрещивая руки на груди. — Лучше уж так, чем если ты в это влезешь и кто-нибудь снова умрет! — выкрикнула девушка. По лицу Майкла пробежала темная тень. — Вот, значит, как, — процедил сквозь зубы мужчина, — зато когда я поехал в Нью-Йорк, чтобы разделать Кларка как свинью, ты что-то не слишком возражала. — Это другое… — попыталась оправдаться Мэллори. — С чего это вдруг? — все больше выходил из себя Лэнгдон. — Я не хочу говорить, — дрогнувшим голосом сказала она, отворачиваясь и направляясь в сторону спальни, но не успела и пары шагов пройти, как Майкл сжал ее предплечье, грубо разваривая девушку к себе лицом. — Или сейчас ты все выскажешь, или я ухожу отсюда к чертовой матери, — с яростью прошептал мужчина. Он уже был почти на грани того, чтобы ударить Мэллори, настолько ему успело вымотать нервы. На глазах девушки выступили слезы, а лицо исказилось от гнева. — Высказать что?! — со злостью прокричала она, — то, что я боюсь, как бы ты не начал снова устраивать холокост или то, что я не могу забыть, как ты бросил нашу дочь умирать, не сказав мне ни слова?! В глазах Лэнгдона на миг отразилась такая ненависть, что Мэллори уже не сомневалась — сейчас он ударит ее. Однако, вместо этого, мужчина лишь с силой отпихнул девушку от себя, роняя ее на пол. Пройдя мимо, Майкл направился к входной двери и в эту секунду, в груди у Мэллори все замерло от страха. А что, если он и правда больше не вернется? — Майкл, стой! — тут же в панике закричала она, подрываясь с пола. Мужчина уже успел схватиться за ручку двери, когда руки Мэллори судорожно обвились вокруг его талии, а она, дрожа всем телом, прижилась к его спине. — Пожалуйста, не уходи, — сквозь всхлип прошептала она. В ту ночь они проговорили до самого рассвета. Все наболевшее, наконец, вырвалось наружу. Майкла несколько раз успело пробить на слезы, в то время, как сама Мэллори плакала почти не переставая. Высказалось и прозвучало очень многое… И события, что касались Святилища, и Эсси, и все обиды, что успели накопиться за эти полгода молчания. Девушка боялась, что от подобных разговоров они лишь еще больше поссорятся, однако, вопреки ее ожиданиям, им обоим значительно полегчало. — Прости, — еле слышно сказала Мэллори, лежа на плече мужчины и уже замечая, как из окна стали пробиваться первые солнечные лучи, — ты не виноват, что все так случилось… Лэнгдон устало потер рукой покрасневшие глаза. — Пошли спать, — тихо сказал он, поднимаясь с пола. Они несколько часов просидели здесь, подпирая спинами край дивана. Майклу сегодня к вечеру нужно было сдать несколько еще неготовых работ, но сейчас он был просто не состоянии думать о чем-либо, кроме сна. Мэллори не стала возражать. Переодевшись, она залезла под одеяло, уже в упор забыв, что в ее волосах до сих пор остались мелкие веточки и листья, после побега через лес. Лэнгдон лег рядом и девушка робко прижалась к нему, утыкаясь лбом в плечо. Она уже и забыла, когда они в последний раз спали в одной кровати. Видя, что Мэллори старательно его избегает, Майкл все чаще оставался ночевать в гостиной. Тяжело выдохнув, мужчина повернулся на бок, притягивая девушку к груди. Как же было приятно снова ощущать тепло ее тела и его запах… И тут, раздался звонок телефона Мэллори. Вздрогнув, девушка обернулась. Судя по рингтону, звонили с работы. — Возьмешь? — спросил Майкл, глядя на вибрирующий смартфон на прикроватной тумбочке. Мэллори, подумав секунду, отрицательно покачала головой. Сегодня она больше не ответит ни на один вызов и вообще возьмет отгул, которых она не позволяла себе уже долгое время. Потянувшись, девушка нежно поцеловала Лэнгдона в шею, после чего, медленно поднялась к его губам. Пора было вернуть все на круги своя. Пусть и в новом мире, который как и постапокалипсис, навалился на них своими проблемами и сложностями. Но, в конце концов, они проходили через вещи и пострашнее. Несмотря на усталость и сонное состояние, Майкл с таким рвением вдавил Мэллори в кровать, что та нервно хихикнула. Их первая близость после такого долгого перерыва вышла довольно быстрой и сумбурной, но это было не столь важно. Прижимаясь к вспотевшему крепкому телу, чувственно проводя руками по широкой спине, девушка, наконец чувствовала, что вернулась домой. … За время, прожитое бок о бок с Мэллори, Майкл усвоил одну вещь — честность и отсутствие тайн друг от друга — сильно переоценивают. С того злосчастного Хэллоуина, девушка больше ни разу не встретила преследующих ее сектантов. И все по той причине, что Лэнгдон, не поставив в известность Мэллори, тайком выкосил всю эту свору и, стоило признать — не без удовольствия. Да, девушка не хотела, чтобы он снова залезал руками в кровь по самый локоть. Однако, для себя же Майкл понял, что вряд ли смог без этого жить. Похоже, что убийство, было одной из его базовых потребностей, таких же, как сон, еда или секс. По этой причине, мужчина научился скрывать от Мэллори то, что ей было знать необязательно. Впрочем, Лэнгдон теперь уже не убивал бездумно. В собственном сознании, он предпочитал расценивать это как некое правосудие. Он спокойно наказывал зарвавшихся ублюдков, в особенности тех, кто имел большую власть и влияние в обществе. Майклу было приятно, да и обществу он, тем самым, оказывал неплохую услугу, пусть и в зоне весьма серой морали. … Так прошел целый год. Они продолжали свою тихую спокойную жизнь на окраине Бостона. Девушка по-прежнему работала официанткой, хоть теперь брала смены по более гуманному графику, чтобы уделять время еще и Майклу. Лэнгдон все также занимался копирайтингом, тихо радуясь тому, что у него уже появились более серьезные и платежеспособные заказчики. И неизвестно, как все шло бы дальше, если бы в один день, Мэллори на глаза случайно не попались наработки Майкла, что явно не имели никакого отношения к его фриланс-заказам. Как оказалось, мужчина в свободное время, в особенности, в периоды своих бессонных ночей, писал небольшие рассказы. Хотя, стоило девушке его об этом спросить, как Майкл тут же смутился, попытавшись увести разговор на другую тему. И все же, несмотря на реакцию мужчины, Мэллори рискнула тайком скачать и отправить одну из его работ в несколько малых издательств. Она не слишком-то надеялась на ответ, но каково же было удивление девушки, когда в один прекрасный день, ей решили позвонить. Еле успокоив Лэнгдона после скандала, что разразился от этой новости, Мэллори чудом удалось уговорить его сходить на встречу с одним из главных редакторов. И отсюда, в их жизни начался совсем неожиданный виток… Уже спустя несколько месяцев, книгу Майкла издали небольшим тиражом, а еще через пару месяцев, тираж пришлось резко увеличить из-за внезапного спроса покупателей. Лэнгдон с трудом мог поверить в происходящее, а Мэллори искренне забавляло его недоумение на собственную популярность. Впервые в жизни, Майкла оценили за то, что он сделал самостоятельно, без чьей-либо подсказки, и что уж говорить, это явно ему льстило. Прошел еще год и на выручку от продажи двух первых книг, а также, добавив сюда деньги от продажи квартиры в Бостоне, Майкл и Мэллори решили рискнуть, воплотив в жизнь свои давние планы о переезде в Исландию. Жилье здесь было баснословно дорогое, а уж получение гражданства — так и вовсе оказалось головной болью. Но сейчас, их уже мало, что могло напугать. К тому же, Лэнгдон, тайком от девушки, иногда проворачивал некоторые дела с документами посредством магии, немного упрощая им жизнь. Переезд и обустройство на новом месте, заняло порядочно времени и сил, но, все же, выглядывая каждый день из окон на залив Норвежского моря, они нисколько не жалели о своем выборе. Доходы от продаж книг росли и, вскоре, у Мэллори уже отпала острая необходимость где-то подрабатывать. А с учетом, что Майкл трудился исключительно из дома, девушка решила забросить свою трудовую книжку куда подальше, посвящая теперь свое свободное время куда более важным и приятным вещам. … Лежа позади Мэллори, Майкл осторожно поглаживал ее по округлившемуся животу, что уже явно выдавал положение девушки. Когда она сообщила Лэнгдону о своей беременности, тот, казалось, и дышать на нее боялся. И вообще, будь его воля, закрыл бы Мэллори в комнате на весь девятимесячный срок, пока не пришла бы пора рожать и ехать в больницу. Конечно, девушке была приятна его забота, хоть иногда, Майкл и переходил в крайности. В первые дни, мужчина практически не отходил от нее ни на шаг словно боялся, что Мэллори может случайно упасть или пораниться об воздух. И все же, несмотря на нервы и паранойю, девушка видела, насколько он сейчас был искренне счастлив. Спустя несколько месяцев, на свет появилась девочка и родителям уже не нужно было задаваться вопросом, как ее назвать. Честно сказать, поначалу, Мэллори ощущала неподдельную ревность от того, что Майкл, в отличие от нее самой, с первого раза понимал Эсси, пока она еще была не способна что-то сказать словами. Казалось, между ними с самых первых дней возникла странная и невероятно глубокая связь, которую невозможно было объяснить простым языком. Когда девушка смотрела, как Лэнгдон держал дочь на руках, как Эсси улыбалась каждый раз, когда он входил в комнату, у Мэллори создавалось впечатление, словно их дочь знала намного больше, чем они оба могли представить. Еще через два года, в их маленькой семье родился Питер Лэнгдон. Маленькое исчадие ада, в отличие от его спокойной и довольно тихой сестры. А еще, взрослея, он становился столь точной внешней копией Майкла, что Мэллори это иногда начинало пугать. А вот с взрослением Эсси, родители все больше узнавали в ней знакомые черты друг друга и еще, одной маленькой девочки, с которой они попрощались однажды, но сейчас, словно встретились снова.