Ошибка в суждении

      Я приметила его сразу, еще в первый день, как только все в классе заняли свое место. Его звали Ваня. Один, за крайней у стены парте. Худой, ничем не примечательный парень. На перемене все собирались в кружок по интересам, а он всегда оставался один. Ни с кем не общался, и отвечал односложно, а смотрел на всех так, словно ему было нас жалко.       Еще с прошлой жизни я замечала, что девчонки всегда обращают внимание на чем-нибудь выделяющихся из группы парней. И не важно чем, лишь бы был не таким как другие. Вот сидит молчун в дружной компании, как он тут же становится тайной для них, хотя на самом деле он просто стеснительный или того хуже - заика. Наверное, оттого все мальчишки и пытаются переплюнуть друг друга в имидже или чубом на голове.       Ваня, как и я, был переведен из другого класса и многие считали его "недалеким", но через месяц уже было ясно, что он очень умный, прямо как я когда-то. Нет, я и сейчас была среди первых отличников в классе, но это среди девочек.       На второй месяц учебы у меня началась с ним негласная гонка за первое место. Наши учителя только смеялись, наблюдая за нами, как мы стараемся перепрыгнуть в отметках друг друга. Мне было интересно соперничать с ним, хоть мы ни разу и не общались. Учиться так было весело. У меня было много подруг, я была в центре внимания, но вместе с этим были и проблемы.       Проблему звали Петей. Невысокий, но широкий в плечах местный хулиган нашей школы. Из того, что мне нашептали девчонки, он держал в страхе весь местный двор, так как его отцом был какой-то уголовник, отсиживающий сейчас срок. И этим Петр во всю пользовался, запугивая своими связями всех школьников.       Началось все с того, что Петр зашел на перемене к нам в класс к своему знакомому и, приметив меня, распушив хвост, стал всячески приставать ко мне. Один раз даже угрожал мне при всех, когда я отказала ему погулять вместе. С того времени прошла уже пара недель, и я надеялась, что он это не в серьез, так как было страшно возвращаться одной. Детдом находился совсем в другой стороне от жилых кварталов, и с подругами мы разбегались еще на остановке.       Но в один из таких дней, когда я уже забыла о нем, выйдя из школы, наткнулась на него, который ждал меня у входа с друзьями.       - Настенька, я уже устал тебя ждать, думал и не увижу сегодня.       Не желая с ним разговаривать, я попыталась его обойти, но он ловко ухватился за локоть.       - Отпусти! Что тебе от меня нужно? - нервничая, смотря как его, и меня обступают мои одноклассники, спросила я.       - Как что? - наигранно удивился он. - Отдохнуть пригласить. Даже друзей позвал, чтобы ты меня не боялась!       Один парень не выдержал и засмеялся трактовке старого друга.       - Вот с ними и развлекайся. Не маленькие, сообразите на троих! - чуть смелее огрызнулась я, понимая, что они ничего не посмеют мне сделать у дверей нашей школы.       - Ты поменьше п... курица! Знай, с кем разговариваешь!       - Некогда мне, меня друзья ждут! - бегая глазами, выискивая среди снующего потока хоть одного знакомого, ответила я, пока не наткнулась на удаляющуюся спину Ивана.       - Зубы не заговаривай! - сплюнув, процедил тот.       Я же гордо развернулась, и быстрым шагом догнав Ваню, схватила его под руку.       - Меня ждешь?! - озорно улыбнувшись, безапелляционно заявила я и, не дав опомниться, повела вперед. - Ну, тогда пошли.       Я не знала, будут ли дружки Пети и он сам догонять меня, но в след мне никто не кричал, и это было хорошим знаком, разве что не могла отделаться от чувства недоброго взгляда мне в след.       - Ты зачем это сделала? - услышала я, когда мы вышли на тротуар.       - Прости, - отпуская его руку, тихо сказала я, опуская взгляд. - Я не хотела тебя подставлять, просто не было выбора.       - Ладно! - махнул он рукой, своим движением напоминая меня. Худой, слегка сутулый, умный и, наверное, с таким же большим...       Подумав об этом, я встала на месте, прикрыв рукой рот. Не дай бог сказать это вслух.       "Господи, как я могла об этом подумать?" - успокаивая душевную дрожь, попыталась я себя оправдать.       - Что с тобой?       - Все хорошо! Просто задумалась.       - Тебя проводить?       Я не знала, стоит ли ему говорить, ведь никто не догадывался что я из детдома. Все думали, что я из малообеспеченной семьи, потому и хожу в школу в одной и той же одежде: джинсы да свитер. Но мне всегда казалось, что этот наряд скромницы и привлекал ко мне всеобщее внимание остальных.       - Ни хочешь, не надо!       - Нет, постой... я хочу!       Он посмотрел на меня проницательным взглядом, пытаясь уловить фальшь в словах и глазах, но я смотрела на него открыто и чисто. Почему-то я была уверена, что он оставит все в тайне. Он умный, не такой как другие.       Ваня молча подставил мне руку, предлагая снова за нее ухватиться, как сделала я вначале. Мне стало стыдно, что я вообще сделала это, но он был так похож на меня, потому отбросив смятение, я прижалась к нему, словно мы на свидании.       - Не слишком крепко?       - Нет! - даже не взглянув на меня, коротко ответил он.       Мы шли по дороге молча. Я могла сесть на автобус, но побоялась, что у него может не быть проездного, и решила прогуляться пешком, хоть путь оказался не близким. Я надеялась, что он первым начнет разговор, но кажется, он стеснялся меня. Оно и понятно. Первая девушка в классе, красавица, отличница, и он - замкнутый в себе одиночка, помешанный на учебе, или как его за глаза называли: "неудачник с большой дороги". Почему именно с большой дороги, я так и не поняла, наверное, это из какого-то фильма.       - Вот мы и пришли, - подойдя к воротам, я выпустила его руку.       Он обвел строение взглядом, остановившись на табличке с названием: Государственное учреждение Ярославской области "Рыбинский детский дом"       - Прости, я не знал... - смутившись, отвел глаза Ваня, чтобы не смотреть на меня.       - Теперь знаешь!       - Я никому не скажу!       - Я знаю! - поцеловав его в щеку, гордо ответила я, подтверждая свои ощущения. В прошлой жизни я была абсолютно такой же. Умной, независимой, честной и... одинокой.       Не знаю, кто из нас смутился сильнее, но я уже скрылась за оградой ворот, не желая встречаться с ним взглядом. На сегодняшний день впечатлений было достаточно.       Уже оказавшись в комнате, я позволила себе облокотиться к двери и облегченно вздохнуть.       - Фух... что это со мной... словно школьница на первом свидании! Хотя... - потрогав живот, внутри которого нервно сжимало, я подняла руку выше, пройдясь по груди. - Скорее всего, так и есть!       Нафантазировать глупостей мне не дали, сильно толкнув дверь, которую я подпирала собой.       - Настька, ты чего заперлась! - недовольно рявкнула Люда.       Сопротивляться такому напору попросту не было сил, и я пропустила подругу.       - Да так, просто...       - И что это за сморчок, что тебя провожал?       - Мой одноклассник! - обиженно ответила я. Мне не понравилось то, как она его назвала, может быть в прошлом и меня за глаза обзывали также.       - А чего это ты надулась?! Влюбилась? - плюхнувшись на диван, широко раскрыв глаза, удивленно спросила она.       Когда она делала так, ее лицо менее всего походило на хрюшку.       Ничего не ответив, я не раздеваясь легла на кровать закрывшись подушкой. Во мне бушевало множество чувств, и все их объединял мой нелепый поступок.       "Зачем я поцеловала его?"       Поняв, что я не в настроении с ней разговаривать, Люда отстала.       На следующий день я сухо поздоровалась с Ваней, стараясь вести себя, как ни в чем не бывало, но взгляд каждый раз возвращался к нему. Он ни делал никаких попыток как-то привлечь к себе мое внимание, словно забыл, что вчера между нами было, заставляя злиться на него. В этот момент я начала больше понимать чувства девушек.       Все уроки я провела, наблюдая за ним. Необщительный, отстраненный и такой одинокий. Моя обида заменилась грустью, и мне стало жалко его. А после окончания занятий я набралась смелости и снова подошла к нему, мотивируя себя тем, что снова могу столкнуться с "неблагонадежными" элементами этого учебного заведения.       - Ваня, ты избегаешь меня? - прямо спросила я, когда прозвенел последний звонок.       - Нет, просто не хотел, чтобы в классе о тебе шли всякие сплетни. Думаю, ты подумала так же, раз не стала со мной при всех разговаривать, - оправдывая меня в своих глазах, уверенно ответил он. Я не стала рушить иллюзию, но понимала, что отношения одноклассников к каждому из нас разное, потому согласилась с доводами.       - Ты проводишь меня?       - Конечно!       С этого дня начались наши совместные прогулки по городу, от школы до детского дома, под конец которых я одаривала его дружеским поцелуем. С каждым днем я совершала все больше и больше глупостей свойственные только женщинам и... мне это нравилось, однако на большее пока была не готова. Но к концу текущего месяца моей учебы, все изменилось.       В субботу нас отпустили пораньше, и раньше оговоренного воспитательницей часа меня в детдоме не ждали, потому вместе с Ваней мы решили провести это время вдвоем.       Оказывается, он в тайне готовился к этому дню и копил деньги, чтобы когда-нибудь сводить меня в кинотеатр. Я не стала портить ему настроение и согласилась принять ухаживания, хотя в прошлой жизни уже видела этот фильм. Потом мы зашли в недорогое кафе, покачались на качелях, а когда время подошло к концу, я была так вдохновлена его вниманием ко мне, что у самых ворот, обняла его и полноценно поцеловала. В ответ он обнял меня, не позволяя себе ничего лишнего, и мы просто стояли так, наслаждаясь взаимностью чувств.       К сожалению, моя выходка не осталась незамеченной и когда я оказалась внутри, то предалась всеобщему порицанию своих соседок, которое не нашло отголоска понимания во мне.       "Какая мне разница, что они думают..." - ложась вечером спать, думала я, вспоминая теплые губы.       А ночью мне снился сон, в котором Павлик и Настя любили друг друга, но после, мое прошлое воплощение сменилось Иваном, и вот уже он обнимает меня.       Я в полудреме погладила грудь, крепче сжимая бедра, вспоминая о нем, после чего опустила руку в трусы.       "Как влажно... Влажно? ВЛАЖНО???" - я резко откинула одеяло и увидела, что последние трусики уже окунулись в пучину кровавого воскресенья. Только так я могла охарактеризовать начало выходного дня.       - Катя, - чуть слышно окликнула я соседку, как единственную хомячку женских принадлежностей. Не помогло. Пришлось вставать и трясти ее за плечо.       - Ну, чего тебе? - огрызнулась та, поворачиваясь от стены.       - У тебя тампоны остались?       - Расковыряла что ли?       - Оно само... - попыталась я оправдаться, не имея детальных познаний женской анатомии.       - У меня в тумбочке посмотри. Должна была последняя штука остаться.       - А трусы? - попыталась я закинуть еще одну удочку, пока она добрая.       - Так, все! Завтра же вы со мной идете в магазин! - безапелляционно заявила подруга.       - У тебя есть деньги?       Живя в равных условиях, мы с Людой знали, что наша Катерина была единственной, у которой вещей имелось больше, а иногда даже лучше, чем те, которыми снабжало нас государство. Поначалу мы думали, что ее таинственный парень, которому, как она говорила, должно было уже исполниться семнадцать лет, финансирует ее, но что-то мы его так и не видели, да и наличности у соседки тоже не наблюдали.       - Вот потому то, вы и щеголяете в обносках! - заявила она, снова поворачиваясь к стенке.       Ну что ж, затычка получена, трусы постираю, а со всем остальным разберемся завтра.       К сожалению, выбраться в магазин мы сумели только во второй половине дня, пока не внесли еженедельный вклад в уборку женской половины детского дома, после чего на пару часов были отпущены погулять.       - Катя, - позвала я ее, когда мы оказались в гипермаркете, среди снующих туда-сюда покупателей, - зачем ты привела нас сюда, если все равно денег нет?       - Учитесь, пока я жива, - сказала она, раскрывая упаковку с тампонами и вынимая одну, тут же пряча ее в карман.       Мы с Людой переглянулись, единогласно принимая решение. Раньше мне не доводилось воровать, так как даже при плачевном финансовом положении у меня всегда оставался запасной вариант. В данном случае, вариантов не было.       "Простите меня!" - мысленно перекрестилась я, вскрывая упаковку, пока Люда своим широким тазом и грудью прикрывала меня от чужих глаз и камер.       Затем наше трио направилось в вещевой отдел, где женское белье просто валялось в громадной корзине. Выбирай - не хочу. Ну мы и выбрали... Каждая по труселям, срывая бирки и пихая под куртку. Эх бедная женская доля.       Через кассу проходили уже с красными рожами. Кроме Катьки. Для нее это дело привычное. Ну а "дома" уже примеряли обновки, хвастаясь на чьей попе бельишко смотрится лучше.       - Хороша... - проводя рукой по своим округлостям, констатировала Катя, любуясь бодро оттопыренной попкой в новеньких трусиках.       Я как и она, тоже поспешила скинуть белье, оставшись перед ними в футболке, беря со стола скомканную "покупку", но надеть я ее не успела. Катя зашла со спины и, повиснув на шее, положила ладонь мне на причинное место.       - Эй ты чего... - взвизгнула я, освобождаясь из неожиданного захвата.       - Ой, какие мы нежные... - надулась подруга, дефилируя передо мной своей обнаженной грудью.       - Катька, тебе чего, своего парня не хватает? - заваливаясь на кровать, смело заявила Людмила, разворачивая честно сворованный сникерс.       - Не твое дело... - ответила подруга, собираясь разразиться гневной тирадой, но тут же замерла, водя носом. - Людка, ты что, пёрнула?       - Я флуфайно, - с набитыми щеками, жуя шоколадку, промычала подруга.       "Эх, - мысленно вздохнул я, глядя на Катерину, снующую по комнате с трусами в руках, размахивая ими словно флагом, капитулируя перед газовой атакой противника, - вот так и рушатся мифы о том, что девочки ни пукают и ни какаяют, а если и какают, то исключительно зефирками".       Стараясь глубоко не дышать, я рассмеялась, глядя на своих подруг. Это были чудесные выходные.