Цветы на сердце и в груди

— Эй, Нокт, что ты… Но договорить Промпто не дали, приложив указательный палец к его губам: — Тсссс… Тихо, — слегка рассмеявшись, он убрал руку и тут же оперся ею, прислоняя к ней голову, устало или в полубреду прикрывая глаза, будто не замечая, как Аргентум упирается одной рукой ему в плечо, не решаясь применить грубую силу, чтобы столкнуть с себя. — Ты пил? — Ноктис пару раз моргнул, будто стремясь понять значение слов, а после медленно, с паузой, ответил: — Нет… Не пил. В том, что Ноктис не пьян Промпто не сомневался, запаха алкоголя не было вообще, но вот только чрезмерно большие зрачки глаз пугали и завораживали одновременно, а пальцами, которыми он всё ещё сжимал плечо, чувствовал жар даже через ткань. Что же это тогда? — А ты? — Спросили слегка прищурившись, и Аргентум невольно оставил свои мысли, услышав в голосе необъяснимое негодование, и устремился защититься от грядущего отчитывания ни за что: — Нет! Ноктис лишь слегка кивнул, будто поверив сразу, и, удовлетворённый ответом, отстранился и отполз к стене, обретая в ней опору для спины. — А где Игнис? — Спросил Промпто, возвращаясь в сидячее положение на краю кровати, настороженно оглядываясь и несколько нервно запуская руку в свои волосы на затылке. — Ушёл. — Куда? — Не помню. Промпто слегка удивился, но теперь, видя осмысленность в действиях принца, не сомневался, что тот говорит правду. — Это из-за болезни? Может прогуляемся? Но Ноктис лишь покачал головой, теперь избегая пересекаться взглядом: — Думаю, будет лучше остаться здесь… — В кого ты влюблён, Нокт? — Чёрт, что за странный вопрос он только что задал? И Кэлум действительно немного удивленно поднял бровь, теперь изучающе смотря на него. — Я… В смысле… У Игниса было предположение, что твоя болезнь связана с этим… Нокт?! Промпто обеспокоенно навис над съехавшим по стене и уткнувшимся лицом в подушку Люцисом. Повернув голову, Ноктис слегка дрожащей рукой едва коснулся скулы Аргентума и тут же убрал. — Голова болит и всё плывёт, — тихо пояснил он и закрыл глаза. — Э, нет, только не засыпай сейчас! — Что плохого в том, если Ноктис заснёт, Промпто в полной мере не понимал, просто ему было страшно, что тот может потом попросту не проснуться. — Да? — Ноктис приоткрыл глаза и слегка усмехнулся. — Поцелуешь? С этим, дремота тут же взяла верх над парнем, оставив Промпто наедине со странными мыслями. Бредит. И Аргентум, встряхнув головой, взглянул в окно, через которое в комнату попадали светлые лучи солнца. Стоит дождаться Игниса, он определённо подскажет что с Ноктисом. Однако эта ситуация так напоминала другую, когда принц решил поставить эксперимент над собой и узнать свой предел в распитии алкоголя. Разумеется, провернуть это он решил без ведома Игниса, и в какой-то момент запредчувствовав, что его могут спалить прямо на месте преступления, решил сменить местоположение и нагрянул в гости именно к нему. Сколько просидел искатель приключений до его прихода Промпто не знает до сих пор, но ситуация была слишком похожа на эту, вот только метил принц на большее, нежели поцелуй… — Не-не-не, только не отключайся, сначала дойди до дивана, — просил Промпто надеясь, что боги, да и сам Ноктис не оставят его с выполнением столь тяжелых усилий, как донести тело друга до указанной точки. — Какая забота… Брось на полу, — принц ещё мог говорить, хотя язык явно заплетался, а в голове шло противоборство с дурманящей пеленой, которой тот не сдавался лишь из-за внутреннего стержня выработанного годами тренировок и обязательств. — Нет, так не пойдёт, давай! — И видимо задавшись целью достигнуть великий объект, Нокт действительно неровно, но двинулся к цели. Промпто даже заметил улыбку принца, когда тот сел на диван. — Женюсь! — Что? На ком? — На тебе, — и видимо разморённый сладостью своего гениального решения в купе с эффектом от алкоголя, Люцис официально поддался бреду и сну, так как дальше слов уже было совсем не разобрать. После Ноктис довольно забавно пытался объясниться, совсем не помня своих слов. И Промпто усмехнулся, подумав что не прочь увидеть целый спектр красочных эмоций на лице друга ещё раз. Если, конечно, тому не станет хуже, когда проснётся.