Два возвращения

В центральной больнице Дахура, в охраняемой палате молодая женщина разглядывала свои руки. Незнакомые руки. Руки, которым пристало держать кардассианскую винтовку — но не для того, чтобы стрелять из нее по кардассианским солдатам. А женщина помнит кардассианскую винтовку и кардассианских солдат у нее под прицелом. Если ее руки когда-нибудь стреляли по баджорцам, она не вынесет. Но этого не было, Пророки, скажите, что этого не было. Только будут ли слушать ее теперь Пророки? Что ж, по крайней мере, это руки скульптора. Они помнят желтоватую кость, какой не видывали на Баджоре, тончайшие инструменты, каких не знала Арита Джакса. Но они помнят также походный нож и бесформенные куски дерева, которые даже в холодные зимние ночи сберегала для нее ячейка Ленариса. И они помнят работу над «Последней битвой». «Последней битвой»… Этим ли рукам изображать Эмиссара Пророков? Но замысел в ее голове так ясен, он так же ясен, как и прежде, и сделать осталось совсем немного… Она должна закончить работу. Только сперва нужно понять, кто же она. ***

— А теперь, энсин, расскажите мне про Девятый круг. Я читал Данте. Дело ведь не просто в том, что член вашего экипажа оказалась кардассианским агентом? Курс на Баджор был зафиксирован, правительственное сообщение прочитано. Перед Баширом дымилась чашка чая из красных листьев. — Разумеется нет. Нет, доктор. Мы научились бы с этим жить. И с ней. Нам просто пришлось бы. Но мы узнали правду, когда она ушла от нас. Не просто ушла — предала нас. Связалась с местными варварами и обучала их, как нападать на нас. Едва нас не погубила, а скольких мы из-за нее потеряли. Мы были там одни среди всего Дельта-квадранта, наши прежние разногласия остались здесь, позади. Но она говорила не на том языке, что все мы, и Звездный Флот, и маки. Построить силовую базу, брать под контроль сектор за сектором — ну, вы понимаете. — Еще бы… За последнее время этот язык надоел нам до смерти. — Что, если эта женщина, к которой мы едем, из таких же?.. — Это только один из вариантов, энсин. Не будем делать выводов заранее. — Конечно. Они немного помолчали. — Сэр, у меня вопрос, наверное, глупый… — Это обещает быть интересным. Спрашивайте, спрашивайте. — Что за мяч у капитана Киры на столе? Никогда таких не видел. — Никогда не слышали про бейсбол? Впрочем, неудивительно. Да и неважно. Этот мяч — наша надежда на возвращение капитана Сиско. — На возвращение Эмиссара? — Можно и так сказать. Компьютер, снизить скорость до четверти импульса. Курс на провинцию Дахур. Забыв обо всем, Гэррон прильнул к обзорному экрану. Баджор…

***

— Сестра, можно мне зеркало? Медсестра, ранее относившаяся к Джаксе со всей сострадательностью, какую требует учение Пророков, теперь, когда она казалась здоровой, не скрывала холодной враждебности. — Вот. Смотрите. Кардассианка. Да, она кардассианка. И это лицо вспоминается, и даже вспоминается, что им восхищались, и всплывают в памяти слова, произнесенные ненавистным голосом: «Ты вернешь свою красоту. Вместе мы остановим терроризм на Баджоре.» Пророки, да кто же она? Что же она такое? — Сестра, специалисты Звездного Флота прибыли, — раздался голос из коммуникатора. Медсестра окинула Джаксу быстрым, внимательным взглядом, поправила сползшую с плеча тунику. — Пусть заходят. Вошли двое в «синих» формах: лейтенант лет под сорок, землянин, и энсин лет двадцати пяти, баджорец. Едва увидев Джаксу, старший застыл как вкопанный. На лице его было — нет, не удивление или не только удивление, скорее… узнавание. Из оцепенения его вывел только голос медсестры. — Сестра Марика Сулан. Младший вздрогнул. — О, простите, сестра. Доктор Джулиан Башир. Это энсин Гэррон Лаан. А вас, — тут он повернулся к Джаксе, — полагаю, следует называть миз Арита? — Так называли меня вчера. Сегодня я не знаю своего имени. — Мы разберемся, обещаю вам. Трикодер ожил в его руках. Он смотрел то на нее саму, то на прибор, и Джакса чувствовала, что для него сейчас не существует никого и ничего другого. И каждый взгляд дарил ей надежду, что этот человек поможет ей, кем бы она ни была. — Тень Сферы, вне всякого сомнения. — Что вы можете знать о тени Сферы, доктор? — Сестра, я семь лет был врачом капи… Эмиссара. — Простите, доктор. Как я могла забыть. — Все в порядке. А теперь рассказывайте, миз Арита: вы обратились к Сфере Памяти, чтобы вернуть свои воспоминания, и… — И, едва взглянув в Сферу, я увидела, как преобразилась мои руки, я почувствовала, что вся преображаюсь. И дальше ничего не помню. И по-прежнему не знаю о себе ничего. Трикодер ожил снова. — Вы, без сомнения, кардассианка. Вас изменяли. Не только вашу внешность, но и ваше сознание. Похоже, Сфера вернула память вашего тела. По моему опыту, действия Пророков иногда трудно понять. — Доктор, ведь вы что-то знаете. Вы посмотрели на меня, словно узнавая.  — Скажем так, у меня есть догадка. Не спрашивайте, сперва я должен ее проверить. Сестра, откуда я могу связаться со станционным компьютером? — Охранник вас проводит. — Хорошо. И нужно выяснить в точности, что натворили с вашей памятью. Энсин, дайте, пожалуйста, мою сумку. Спокойно, миз Арита, это не больно. Теперь лежите тихо, не вертите головой и надейтесь на лучшее. Сестра, если зеленая лампочка изменит цвет, вызывайте меня. Энсин, вы подождете здесь или?.. — Подожду, сэр.