attempt to live

      — Я чувствую тебя…       — П-правда? Ты серьёзно? — прошептал неверяще Юнги, накрыв своими ладонями руки альфы и сжав их, смотря с мольбой. Чимин закивал, ласково очерчивая щеки омеги и улыбаясь счастливо. — Запах… Какой он? — спросил неуверенно Мин, чуть померкнув.       Пак неопределённо пожал плечами и ответил, что что-то явно сладко-терпкое. И тут же последние сомнения отпали. Юнги тихо всхлипнул и прижался к Чимину, утыкаясь в его плечо и крепко обнимая. Альфа же, рыча утробно, никак не мог насытиться омежьим запахом, шумно дыша и вжимаясь носом в тонкую шею.       — Не принимай подавители хотя бы день… Я… Я тоже хочу тебя почувствовать…       — Я боюсь, что не смогу сдержаться, когда почувствую тебя в полной мере… — усмехнувшись, произнес Чимин, приподнимаясь, и ласково провел по волосам Юнги, смотря с нежностью, а его зрачки были чуть расширенными из-за омежьего запаха. — Мне сейчас было трудно себя сдерживать, а уж если убрать подавители, я и подавно не смогу. А там — дорога, где нельзя отвлекаться, как бы мне этого ни хотелось.       Вздохнув, Чимин поднялся с кровати, быстро поправляя штаны и натягивая футболку. Собрав одежду омеги, он присел рядом и, приподняв его, помог одеться. Ведь никто не знает, когда им придется сорваться с места. Стащив простынь и взяв одеяло, Чимин вновь лег рядом, обнимая и укрывая тут же прижавшегося к нему Юнги, целуя в висок.       — Обещаю, как только мы прибудем на базу, я прекращу их принимать. Я тоже хочу чувствовать тебя в полной мере. А теперь давай спать, солнце. Завтра будет долгий день.       Улыбнувшись, Юнги кивнул и прижался к груди альфы, прикрыв веки. Вскоре они оба заснули, вымотанные, но счастливые. И даже во сне Чимин продолжал вжиматься носом поближе к ушку, а Мин иногда мелко вздрагивал от его жаркого дыхания.        Утро для обоих наступило быстро, с тихим стуком в дверь. Оба, уже наученные рывком подскакивать, тут же проснулись. За окном только начинало светлеть. На первом этаже уже все собрались. Сунвон успел добежать до магазинчика буквально в пятидесяти метрах и вернуться со всей едой, которая не успела испортиться. Так что завтрак у них был вполне сытным, но немногим меньше, чем раньше. Было принято решение начинать постепенно уменьшать порции, чтобы легче перенести возможный голод. Кто знает, что их ждёт впереди. А запасы не бесконечны.       За столом стояла гробовая тишина. Взгляды всех метались от невозмутимого Чимина к явно смущённому Юнги, пытавшегося прикрыть испещрённую засосами шею от любопытных взглядов.       Вскоре Чимину все это надоело, и он, подняв взгляд, исподлобья посмотрел на сидящих за столом, низко, угрожающе рыча и невольно придвигаясь к Юнги ближе. Командир, Сунвон и Альфа Миен напряглись, но отступили перед его сущностью. Резко накалившаяся атмосфера вновь приняла нормальное состояние и за столом поднялся тихий гвалт разговоров, а внимание с них переключилось.        Повернувшись к Юнги, Чимин улыбнулся уголком губ и подмигнул, вызвав теплую, облегченную улыбку.

***

      — Так. Следующий перевалочный пункт будет примерно через три дня. Придется спать в броневике, а вам, солдаты, сменять друг друга за рулем.       Когда все собрались в прихожей, командир быстро раздал все указания. Кивнув, Чимин закатил рукава куртки и открыл дверь, осматриваясь. Выйдя на улицу, все погрузились в транспорт, а он, достав из-под сидений винтовку, протянул ее Юнги, что забирался последним.       — На следующем привале я поучу тебя, как с ней обращаться, если нужно, — коснувшись в быстром поцелуе губ омеги, Чимин закрыл двери и взобрался на водительское место, отправляясь в дорогу.       Юнги вновь уселся прямо за водительским сиденьем, не собираясь отдаляться от Пака даже в машине. Люди уже начали привыкать к ощущению опасности и разговаривали спокойно, изредка вздрагивая на кочках или странных звуках. Иногда Сунвон с Чимином менялись. Альфа больше не вёл машину до последнего и, чувствуя усталость, говорил об этом. Иногда с полей выползали заражённые, бывшие когда-то фермерами, и кидались за их броневиком, но нагнать их не могли. Хотя, Юнги подметил, что чем дальше в ранее заражённые земли, тем быстрее они становятся. Похоже, скорость их зависит от заражения.       Вскоре случилась первая неприятная ситуация.       Путь их лежал через заброшенную ещё десять лет назад деревеньку. Ловить там естественно нечего. Но… Там оказались твари. Причём немало. Откуда они тут — вот что пугало. И они ползали по дороге. Сунвон, бывший в то время за рулем, выругался и вдавил педаль в пол, срываясь с места. Твари не растерялись, кинувшись на машину. Они бились о стекла, царапали бронированные стены, ломая в мясо ногти и пальцы. И цеплялись за любой выступ. Тогда мужчина открыл всем, и себе в том числе, талант фристайлера. Крикнув «держитесь», он выкрутил руль, круто разворачивая броневик и скидывая тварей. Выбраться удалось с успехом и все смогли наконец выдохнуть спокойно.       — Твою мать, Вон, ты что, стритрейсером был? — отдышавшись, с восхищением спросил Чимин, подменяя выдохшегося товарища.       Тот лишь усмехнулся и пожал плечами, как бы говоря, что все может быть. Дальше все было спокойно. Твари все еще ползли на них, иногда бросались прямо под колеса, чуя плоть, но шипованные колеса и бронебойный корпус с легкостью с ними расправлялись.       День сменился другим.        Все были уже изрядно вымотаны постоянной тряской и нервами, так что командир решил найти место, где можно хотя бы ненадолго покинуть броневик. Такое нашлось к концу второго дня. Небольшая поляна с выкопанными под фундамент ямами, видимо, так и не появившегося на свет поселения.        Проверив все закоулки, военные позволили покинуть броневик. Чимин, размяв затекшие ноги, тут же подошел к спрыгнувшему на землю Юнги, обвивая его талию и затягивая в такой желанный поцелуй. Все тихо переговаривались, наслаждаясь кратковременным отдыхом.       Получасом позднее они вновь стали собираться в путь, но тут произошла вторая неприятная ситуация. Старик Вонхо как раз ковылял к броневику, когда из ямы на него кинулся полуразвалившийся мертвяк, утягивая к земле. Никто даже среагировать не успел, когда старик закричал не своим голосом. Испуганные, шокированные, все разом ввалились в броневик, а Сунвон, что хотел было кинуться на помощь к старику, силой был втянут в него, ведь ему уже не помочь.        Следующий отрезок пути прошел в горьком молчании, а в ушах каждого все еще звучал, как наяву, крик Вонхо и булькающий звук из его прокушенной шеи.       Юнги молчал остаток пути. Как и остальные. Старика все любили. Мин вспоминал, как Вонхо трепал его по волосам, иногда называя «внучок». Миен он не раз подсказывал по поводу беременности и воспитания, вспоминая своего омегу. Их старик был очень и очень хорошим. Добрым и мудрым. Но помимо траура присутствовало ещё кое-что.       Страх. Невероятный страх. После увиденного у всех от любого шороха вставали волосы дыбом. Ехали они ещё более осторожно, но быстро. Миен и Удон начинали коситься с недоверием в сторону военных. И это было намного хуже.        Наконец они доехали до следующей стоянки. Посёлок. Одни старики. Около пятисот жителей. Теперь никто не решался отойти от ближайшего с оружием.

***

       Остановившись у ворот поселка, Чимин заглушил двигатель, чтобы не создавать лишнего шума. Напряженно оглядев ближайший двор, он увидел мертвяка, что долбился о стену дома. Вздохнув, он повернулся к Сунвону, а после и к командиру. Тот отдал приказ зачистить.       — Ну, погнали? — усмехнулся не очень радостно Чимин и, прежде чем выйти, коснулся протянутой ладони Юнги, взглядом обещая, что все будет хорошо.       Но стоило только ступить на землю, как омега выбежал к нему, крепко сжимая винтовку в руках и смотря на него огромными глазами.       — Черт, Юнги, вернись в броневик. Это опасно. Уже поздно.       Но омега лишь покачал головой и сказал, что не отпустит одного. Вздохнув и поймав взгляд командира, Чимин получил команду вместе с Юнги зачистить восточную часть деревушки и, по возможности, создать меньше шума. Сунвон двинулся на юг. Командир — на север. А Удон остался рядом с броневиком, защищать жену и детей. Проверив крепление мачете, Чимин кивнул Юнги и первым двинулся за ближайшие дома, подсвечивая дорогу фонариком.       Юнги не решался что-то говорить, зная, что твари могут быть хоть где. И боялся он не за себя, а за Чимина. Осторожно поправив сумку на плече и поудобнее перехватив винтовку, омега осторожно двинулся за альфой, внимательно глядя под ноги и за спину. Было без слов решено пока убрать автоматы и взять обычное оружие.       И тут в Чимине просыпается псих. Юнги дикими глазами наблюдает, как Чимин бесшумно подбирается со спины к заражённому и одним ударом мачете пробивает его размякшую от чего-то грибкообразного голову. Мина всего трясёт от ужаса, и он порывается ударить Пака, но вовремя себя одёргивает. Вскоре и ему пришлось убить. Вдвоём они действовали быстро и бесшумно. Пока с места остановки не раздалась автоматная очередь. Твари кинулись в ту сторону. Тишину ночи вмиг разорвали ужасающий клёкот, хрип и визг.       Распахнув в ужасе глаза, Чимин быстро оборачивается к замершему Юнги и только открывает рот, чтобы что-то сказать, как со спины слышится почти что вой — нечеловеческий, пробирающий до костей. Выругавшись, он резко бросается вперед, снося выскочившей за Юнги твари голову, хватает омегу за руку и срывается с места, направляясь в сторону броневика. Сердце оглушающе долбит в ушах, тошнота подкатывает к горлу, а кровь стынет в жилах.        Отскакивая в стороны и все сильнее пропихивая Юнги вперед, закрывая собой, Чимин отстреливается, понимая, что уже нет смысла быть тихим. Неведомое число тварей надвигается смертельной волной, дышит в затылок, клацает зубами и тянет свои гнилые руки. А впереди — не лучше. Еще большее, казалось, число мертвяков надвигается прямо на их броневик. Сунвон и командир тщетно пытаются остановить напор, давая им фору, но Чимин видел, понимал, что они не успеют. Чертовски страшно — не за себя, за Юнги, что уже дышит тяжело и выглядит бледнее трупа. Зарычав, Чимин простреливает какой-то особо прыткой твари голову и кричит командиру. Тот вздрагивает, оборачивается и в ужасе раскрывает рот. И Чимин понимает, что у них нет шанса.        Потому как видит в глазах командира, что спасти людей сейчас важнее. Как в замедленной съемке они наблюдают, как Сунвон запрыгивает в броневик, бросает сожалеющий взгляд и срывает с места, оставляя их в Аду.       Схватив замершего Чимина за руку, Юнги из последних сил бросился в сторону, криво, неумело отстреливаясь. Срочно надо было затаиться. Срочно. Но сперва — оторваться. Как — неизвестно. Судорожно думая, Мин бежал, петляя по окраинам улиц. Адский клёкот звенел в ушах, хрипы — неизвестно, заражённых или самого Юнги — раздирали глотку. Твари были не слишком проворны. Но они не уставали. И это главная проблема.        Чимин, пришедший в себя, уже бежал рядом, крепко сжимая омежью ладонь. И стоило им немного больше оторваться от тварей, как Мин резко заворачивает на соседнюю улочку, петляет пару раз и вваливается в небольшой проем между двух домов, падая за мусорные баки и утягивая Пака к себе, тут же прижимая ладонь к его рту и затаивая в ожидании дыхание.       Прижавшись к Юнги, Чимин уперся ладонями в стену за его спиной и замер. Спина была напряжена до предела, ноги гудели, готовые в любой момент вновь унести его как можно дальше. Мотнув головой, убирая ладонь омеги с губ, Чимин вдохнул побольше воздуха в легкие и привстал, выглядывая.        Твари все еще там. Их все еще слишком много.        Зажмурившись на секунду, он стал судорожно осматриваться. Чуть дальше по улочке был двухэтажный дом с окном, выходящим как раз на их сторону. Заглянув в огромные глаза омеги, Чимин кивнул в сторону дома и, нашарив его ладонь, одними губами прошептал «бежим». Вздернув Юнги на ноги, он помчался к дому, едва не врезаясь в мертвяка, что появился из-за дома. Зубы клацнули в опасной близости от его плеча, и Чимин, выругавшись, подлетел к окну, выбивая его прикладом и почти заталкивая туда Юнги. Забравшись сам, он тут же, не без помощи омеги, загородил окно шкафом, а после, весь на адреналине, стал проверять дом, не отходя от Юнги ни на шаг.       Хлопнув Чимина, держащего автомат в полной готовности, по плечу, Юнги мотнул подбородком на мачете на его поясе и приложил палец к губам. Сам он тоже сменил винтовку на нож, и медленно двинулся за Чимином, успокаивая его ладонью на спине и страхуя сзади. Входная дверь оказалась приоткрыта, но на этаже никого не было. Альфа осторожно закрыл дверь и медленно, избегая небрежного щелчка, повернул ключ. Весь дом оказался абсолютно пустым. К счастью. Они действительно залезли в каждый уголок. Оставалось задернуть шторы и вести себя тише. Хотя, дом кирпичный, крепкий, явно новый. На улице не должно быть их слышно. Но осторожность не помешает. Только когда они убедились, что они временно, но в безопасности, смогли расслабиться, устало растянувшись на диване в уютной гостиной.       Отложив автомат, но не убирая его далеко, Чимин напряженно вглядывался в потолок, обдумывая все, что произошло. Их бросили. Оставили на съедение тварям. Даже карты не было, чтобы хоть как-то попытаться нагнать своих. Выдохнув, он повернул голову и увидел, как мелко дрожат ладони омеги, что обнимал себя за плечи. Вина больно кольнула под ребрами. Из-за него Юнги сейчас не в броневике. Из-за него он в шаге от смерти. Подкатившись к нему, Чимин взял дрожащие ладошки и прижался к ним губами, с силой зажмуриваясь и тихо прося прощения. Подняв взгляд с поволокой вины, он коснулся щеки омеги и прижался к нему, крепко обнимая и зарываясь носом в его волосы, что пропахли трупной вонью.       — Ты не виноват ни в чем, Чимин, — прошептал Юнги, чуть отстранившись, покачал головой и бледно улыбнулся дрожащими губами. — Я рад, что я сейчас с тобой. Лучше так, чем в безопасности и без тебя.       Положив перепачканную в пыли и земле ладонь на щеку альфы, Мин ласково огладил ее и коснулся губами его высокого лба.       — Я сам с тобой захотел пойти. И ты бы меня не отговорил. И в нашествии тварей твоей вины тоже нет. Не грызи себя попусту, — успокаивающе чмокнув Пака в губы, Юнги улыбнулся ободряюще и медленно сел, вплетая пальцы в его волосы, поразительно мягкие. — Сейчас задернем шторы, ещё раз проверим все и запрёмся в спальне. Нам нужен отдых. А утром уже и решим, что делать.       Вздохнув, Чимин кивнул и тоже сел, переплетая с Юнги пальцы и целуя его костяшки. Подняв на него взгляд, он слабо улыбнулся и, подхватив мачете, двинулся в сторону дальних комнат на первом этаже. Вскоре, перепроверив все, они поднялись на второй этаж и заперлись в спальне, перегородив окно и надежно заперев дверь.       Найдя в шкафу одеяло, Чимин расстелил его поверх пыльной простыни и, подойдя к закрывающему дверь омеге, обнял его за талию, утягивая на кровать. Прижав к себе Юнги, переплетясь с ним ногами, Чимин вжался в его губы, тут же получая ответ.       — Мы справимся. Вместе, — прошептал он, чуть отстранившись, и, поймав кивок и легкую улыбку, вновь коснулся мягких губ, после еще крепче обнимая Юнги и вскоре проваливаясь в беспокойный сон.       К Юнги сон долго не шёл. Сквозь тонкую полоску над шкафом, подпирающим окно, пробивался лучик лунного света. Омега смотрел на него, чувствуя как постепенно улегается буря в душе и приходит осознание. Их бросили. Среди нескольких сотен заражённых. Но злости не было. Лишь страх за Чимина. И за себя. За обоих.       В конце концов, и он уснул, вымотанный. Утро же для обоих началось почти днём. По ощущениям был полдень. Юнги проснулся первым и осторожно выпутался из объятий хмурящегося во сне альфы, принимаясь за сооружение скудного, но довольно сытного завтрака из того, что было в его сумке. Сейчас Мин невероятно радовался, что все же взял ее, в отличие от Чимина, у которого на руках были лишь автомат и мачете.       Сквозь сон пошарив рукой по кровати и не найдя Юнги, Чимин распахнул глаза и резко сел, судорожно осматриваясь. Поймав немного удивленный взгляд омеги, он шумно выдохнул и приложился лицом о ладонь.       — Твою мать… Я чуть коньки не отбросил от страха. Не уходи от меня так, — подняв взгляд, Чимин мягко улыбнулся и соскользнул с кровати, подходя к омеге, что тут же прильнул к нему, целуя в шею.        Притершись носом к щеке Юнги, Чимин так же скользнул по его шее, втягивая его запах, что сейчас ощущался сильнее из-за ослабшего действия подавителя. Коснувшись губами острой ключицы, он выпрямился и посмотрел на готовый завтрак.       — Сколько у нас осталось еды? — задумчиво спросил Чимин, присаживаясь за небольшой столик у стены и поднимая на омегу взгляд. — Нужно обшарить этот дом, а после и другие. Уверен, нам удастся найти что-то полезное. Нельзя тратить лишний раз патроны, так что зачищать улицу будем вручную. Ну, а дальше… Дальше двинемся в сторону базы. Я помню дорогу, но все же если мы найдем карту, нам несказанно повезет.       — Думаю, найдём, — улыбнулся ободряюще Юнги, поставив пару банок с рыбными консервами, тарелочку с порезанными остатками овощей и пару кусков хлеба. — Осталось еды немного, но тут точно что-то должно быть. Прорвёмся.       Коснувшись губами макушки альфы, Мин присел рядом с ним и немедля принялся за еду.       — Я решил, что сейчас стоит поесть поплотнее. Мы вчера потеряли много сил, а они чертовски необходимы, если мы хотим выжить. Дальше стоит быть поэкономнее. Все, кушай.       Чимин так же принялся за еду. Тишины не было. Они тихо переговаривались, стараясь обсуждать отвлеченные темы и не расстраивать друг друга реальностью. За завтраком последовали долгие объятия. Они словно подпитывали друг друга, накапливая тепло.       Отстранившись, Чимин ласково улыбнулся и коснулся подставленных губ своими, после отходя и закидывая автомат на плечи — на всякий случай. Схватив мачете, он направился к двери, слыша, как Юнги тихо идет следом. Приоткрыв входную, они быстро выбежали и спрятались в проулке между домами. Было принято негласное решение забираться в ближайшие дома, а уже после, когда наловчатся, осматривать дальние.       Первые три дома не принесли ничего полезного, кроме пары банок консервов, ножа и нескольких вязаных пледов. В четвертом и пятом удача им улыбнулась так же, как и трое мертвяков, обнаружившиеся в одной из комнат. Быстро убив их, они стали собирать продукты в кладовой, что еще не испортились. — Я нашёл тебе рюкзак, — тихо кинул Юнги, войдя в кладовую со свёртком в руках. — Большой, охотничий. Кажется, жилец был охотником.       Улыбнувшись, Мин расправил рюкзак и отряхнул его от пыли, после протягивая его Паку и начиная помогать ему сгребать все в него.       — Я вот думаю… — начал Мин, задумчиво кусая губу и проверяя продукты. — Тут ведь должно быть почтовое отделение. Наверное. Возможно, там есть карты. Надо посмотреть.       — Кажется, я видел флаг перед тем, как началась вся эта хрень, — пробормотал Чимин, хорошо затягивая и закрепляя рюкзак на спине. Взяв мачете, он осмотрел комнату, а после поднял взгляд на Юнги. — Но туда мы пойдем завтра. Уже темнеть начинает. Быстро проверяем следующий дом и возвращаемся. Рисковать лишний раз ни к чему.       Закусив губу, он подошел к омеге и, улыбнувшись, утер с его щеки грязную полоску, огладив нежную кожу пальцами.       — Запачкался. Ладно, идем. Отстранившись и вновь став серьезным, Чимин подошел к задней двери и, распахнув ее, перебежал за мусорные баки соседнего дома. Махнув Юнги, что тут же последовал за ним, он вдоль стены двинулся к главному входу, ступая как можно тише и вслушиваясь в хрипение со стороны главной улицы.       Осторожно поправив лямки сумки и винтовки, накрест перекинутые по плечам через шею, Юнги осторожно двинулся за Чимином, стискивая рукоятку ножа до побелевших костяшек. Вторая ладонь невольно касалась висящего на поясе штык-ножа. Альфа осторожно двинулся дальше. На тихий, полумертвый хрип Мин отреагировал первым, вонзив нож в голову твари, выползшей прямо под ноги младшего. Тот улыбнулся благодарно и, дав знак подождать, приблизился к двери дома, бесшумно дергая за ручку. Закрыто. Губы Пака изогнулись в беззвучном ругательстве, и он вернулся к Мину, скрываясь с ним за углом здания.       — За домом виднелась какая-то наружная лестница. Давай посмотрим, может можно через неё забраться, — едва слышно прошелестел омега в ухо парня, краем глаза следя за обстановкой.       Кивнув согласно, Чимин прижался к стене, тормозя Юнги рукой и тоже прижимая его позади себя. Пара секунд, и из-за угла вывалился мертвяк, медленно поворачиваясь к ним. Но даже хрипение не успело вырваться из его сломанной челюсти, как Чимин снес ему голову, отталкивая от себя. Вновь кивнув омеге, он первым обогнул дом, замечая ту самую лестницу. Ржавая, сильно скрипящая, но если поддержать ее снизу, можно залезть.       Оглядевшись, Чимин схватился за боковины и с силой прижал к стене. Юнги, опершись на его поставленное колено, взобрался на крышу. Услышав вой за спиной, Чимин быстро вскарабкался вверх, уже наплевав на скрип. Через крышу они смогли попасть в дом, в котором оказалось действительно много всего, начиная от теплых вещей и заканчивая аптечкой.       — Мы можем заночевать здесь. На крышу эти твари не заберутся, а двери первого этажа заперты. Проверим все и отдохнем. Здесь теплее и уютнее. Видимо, это дом старейшины.       — Да, давай, — кивнул Юнги, осматриваясь.       Поправив лямки на груди, неприятно впившиеся в шею, он осторожно двинулся вглубь дома, внимательно осматриваясь. Заражённых не было. Не было никаких разрушений, ни одно окно не было открыто. Дом был просто законсервирован изнутри. Осторожно омега спустился на первый этаж. И замер в шоке, глядя в просторную гостиную.        У потухшего камина стояло кресло-качалка. В нем — два тела. Пожилая пара. Женщина с перерезанным горлом сидела на коленях мертвого мужа, из чьей шеи торчала рукоятка кухонного ножа. Оба были в крови, только-только спекшейся. Окаменевшие мертвые пальцы были крепко переплетены. На серых лицах были слабые окровавленные улыбки. Поджав губы, Мин прикрыл веки и отвернулся, кладя ладонь на руку приобнявшего его Чимина, такого же хмурого.       — Они умерли вместе… Он помог любимой спастись от кошмара и спасся сам…       Взяв Юнги за плечи и мягко развернув к себе, Чимин обнял его, прижимая к груди и ласково касаясь губами висков.       — Иди наверх. Приготовь нам поесть и постель. Я похороню их на заднем дворе… Отстранив от себя омегу и коснувшись губами его лба, он подтолкнул его к лестнице, а сам, сбросив рюкзак на пол, подошел к старикам, с сожалением и теплой грустью смотря на их безжизненные, но светлые лица. Оглядевшись, Чимин вытащил из шкафа две простыни и аккуратно завернул в них тела, после вынося их на улицу и принимаясь копать. Общая могила. Чтобы даже после смерти они были вместе.       На удивление, твари не подходили к забору, ошиваясь где-то в другой стороне, так что он спокойно закончил все и вернулся в дом, сразу же натыкаясь на омегу, что крепко обнял его поперек груди, утыкаясь носом в шею.       — Они были вместе до конца… И я тоже не оставлю тебя. Ни в этой, ни в следующей жизни, — прошептал Чимин, обнимая Юнги в ответ.       — Не оставляй… — шепнул Юнги, прижавшись ближе к альфе.        Чуть отстранившись, он щекой улёгся на его крепкое плечо, глядя на окровавленное кресло и пол.       — Жаль, что их старость закончилась так… Где-то там могут бродить их дети, внуки… Не слышащие их голосов… — сорвавшись на горький шёпот, вспомнив своего сына, Юнги вздохнул и чуть отстранился, беря альфу за руки. — Идём… Я все приготовил… — бледно улыбнувшись, Мин потянул Чимина за собой, ведя на второй этаж в просторную, на удивление роскошную для такого маленького посёлка спальню.