Всего лишь пятнадцатый принц

      Ли Цзяоао чувствовал, что их процессия уже приближалась к месту назначения, и что скоро их с Е Вэньсянем приставят к стенке. Точнее, к ответу. На самом деле, у него также уже был ответ на вопрос, что случилось в империи Дун. Он в глубине души не хотел смотреть в глаза этой проблеме. Проблеме под именем Кана Хинохимэ, императрице Мэйнюй.       Карета остановилась. Ли Цзяоао оставил короткий поцелуй на щеке спящего Е Вэньсяня, который тут же рефлекторно наморщил нос, и вышел.        - Ваше высочество, - Мин Канги уже был тут как тут и поклонился ему с почестями. Они остановились не на территории северной резиденции. - Я вижу и понимаю ваше замешательство, но мы не можем далее двигаться с армией. Злоумышленник не дремлет. Потому позвольте мне проводить вас к моему непосредственному начальнику и всё объяснить.        - Передайте Хинохэмэ-цзе, что я согласен вести с ней переговоры только в присутствии Сюй Яня, - сказал, как отрезав, наследный принц.        - Её императорское величество сейчас в Ми, - покачал головой генерал. - Однако, его величество император-консорт готов принять вас, - Мин Канги сощурился. - Но только если господин Сюй Янь подождет Ваше Высочество снаружи.        - Насколько снаружи? - настороженно спросил Ли Цзяоао.        - Достаточно будет находиться рядом с покоями под стражей. Однако, один неверный шаг или ход со стороны вашего высочества, и Сюй Янь умрёт, - Мин Канги угрожал прямым текстом.        - Я согласен, - кивнул Ли Цзяоао. - Только дайте нам с ним немного времени подготовиться.        - Конечно, готовьтесь, сколько душе угодно, - генерал еще раз поклонился. - Мин Канги будет ждать вас рядом.       Ли Цзяоао скрылся в палатке. Всё произошло так, как он и думал. Их увезли не к Ким Хану и не к Ким Чжеюну. Их увезли прямо в ловушку императрицы Мэйнюй - в руки к её мужу и истинному наследнику трона Дун. Ли Цзяоао пока что не знал, чего добивается эта женщина, власти ли над Дун или же у неё были другие планы, однако ясно как белый день было одно - она преследовала свои собственные цели, отличные от целей императора Ци. С другой стороны, лучше попасть в лапы двоюродной сестры, чем Е Сяолуна.       Е Вэньсянь проснулся от поцелуя кронпринца и мысленно уже обругал Ли Цзяоао на чём свет стоит, стараясь избегать проклятий. Но злился он больше от того, что испугался остаться один. Однако, как только наследный принц вернулся в карету-палатку, молодой господин Е неожиданно для себя бросился не бранить его, а обнимать.        - Ты меня напугал, разве не ты просил не отходить от тебя ни на шаг?! - спросил он, утыкаясь в широкие рукава кронпринца.        - Мин Канги подчиненный Мэйнюй, - с порога сказал Ли Цзяоао. - Моя теория подтвердилась, мы не в руках Ким Хану или Ким Чжеюна. Мы в руках Каны Хинохимэ. Если быть точнее, именно сейчас - в руках её мужа.        - Это плохо? - спросил Е Вэньсянь, не совсем осознавая масштаб проблемы.        - Очень, - кивнул Ли Цзяоао. - Мой меч всё ещё при мне, но если они захотят убить нас, они это сделают. Так что слушай и делай всё, что они тебе говорят.       Молодой господин Е сглотнул.        - И не забывай то, что я сказал тебе утром, - прошептал кронпринц, и вслух договорил: - Идём.       Им предоставили лошадей и не позволили взять никого из людей Фаншэнь. Е Вэньсянь трясся и снова не мог нормально взобраться на животное. Ли Цзяоао, воспользовавшись этим, уговорил Мин Канги позволить им двоим ехать вместе. С кропринцем молодому господину Е было немного спокойнее, но он всё равно продолжал паниковать на счёт собственной жизни и нервно сжимал свою сумку с лекарствами. В голове было слишком много страшных сценариев их смерти, но уверенно державшийся Ли Цзяоао немного внушал ему, что хотя бы до встречи с представителями Мэйнюй они доживут.       Е Вэньсянь отметил про себя, что природа действительно соответствовала северной части империи Дун, и их не увезли на восток или обратно на юг. До северных гор, казалось, рукой подать, но смогут ли они добраться до них - оставалось загадкой. Молодой господин Е не хотел погибнуть в первой же стране их путешествия и собирался делать всё так, как ему велел Ли Цзяоао. Хотя ему было вовсе невдомек, что может произойти. У него было несколько предположений, однако, все казались ему довольно бредовыми. Е Вэньсянь был уверен, что если Ким Хану и мертв, то убили его и правда люди его брата, а не Мэйнюй. В конце концов, как бы ни был император-консорт Мэйнюй, Ким Юнбин, предан своей жене, он всё ещё оставался принцем Дун, которому был заверен престол по его возвращении в страну. И это значит, что сейчас он обладал наивысшей властью в этой империи.       Ли Цзяоао казался уверенным и непоколебимым. Молодому господину Е это немного внушало доверие, но с другой стороны он осознавал, что у них совсем разное восприятие и разные страхи. Возможно, у кронпринца был план, в который он его не посвящал. В любом случае, Е Вэньсянь планировал делать всё, что ему говорят и по возможности ни на шаг не отходить от Ли Цзяоао.       Охраны было немного, но настроена она была, как Е Вэньсюаню показалось, довольно враждебно. Люди Мин Канги следили за обстановкой очень чутко, и некоторые из них крайне настороженно отнеслись к тому, что лекарь и кронпринц Фаншэнь в итоге поехали на одном коне. В принципе отношение Ли Цзяоао к нему они не понимали. Генерал, возможно, догадывался о причинах, но тактично молчал.        - Не смотри на них, это вызывает подозрения, - шепнул наследный принц в ухо Е Вэньсяня еле слышно. Тот вздрогнул от такого действия, но уклоняться не стал, потому что немного боялся, что это вызовет у охраны ещё больше подозрений.        - Скоро мы будем у северной резиденции его величества, - сообщил Мин Канги, приблизившись к ним и слегка спугнув Е Вэньсяня. - Надеюсь, ваше высочество будет сговорчивым.       Ли Цзяоао промолчал. Молодой господин Е уже жалел, что попросил его связаться с императором Дун, но одновременно представлял, как они могли бы закончить, если бы этого не сделали. Будто прочитав его мысли, наследный принц наконец ответил:        - Если вы гарантируете безопасность Сюй Яню, я обещаю быть немного сговорчивее.        - Гарантировать не можем, но постараемся, - заверил его Мин Канги. - Я лично возьму его под охрану.       Е Вэньсяню не очень хотелось под охрану к этому человеку, но, возможно, это было лучше, чем остаться с незнакомыми людьми. Он также отметил, что траектория пути была довольно странной, зачем-то им пришлось обходить резиденцию с севера. Ли Цзяоао тоже это заметил и рассудил, что, возможно, в этом был какой-то скрытый смысл.       Дворец появился в поле зрения уже очень скоро. Спустя ещё час они наконец-то приблизились к нему. Их встретил даже не скромный северный, а крошечный черный вход на северо-востоке. Лишних вопросов оба старались не задавать, но всё это казалось очень странным.        - Мы прибыли, ваше высочество, господин травник, прошу вас спешиться, дальше мы пойдём пешком, - сообщил генерал.       Ли Цзяоао без лишних вопросов спустился и протянул руки, чтобы помочь Е Вэньсяню. Тот слегка нахмурился от такой опеки, но всё же воспользовался предложением помощи. Он спрыгнул прямо на кронпринца, и тот аккуратно притянул его к себе за талию, но тут же отпустил. Молодой господин Е, по правде говоря, немного боялся от него отрываться, но кронпринц в подтверждение, что не отпустит, крепко сжал его руку.        - Следуйте за мной, - кивнул Мин Канги и приоткрыл чёрный ход.       В коридоре было довольно темно, несколько стражников грубо схватили Ли Цзяоао и его спутника, чтобы они не вырывались. Е Вэньсянь почему-то вспомнил коридоры дворца в Шанди. Он предпочёл бы сейчас оказаться там, но приходилось идти по темноте северной резиденции императора Дун на встречу неизвестно чему. Возможно, смерти, возможно, спасению. Коридоры показались ему менее запутанными, чем в императорском дворце Фаншэнь, но менее гостеприимными. Когда яркий свет ослепил их, молодой господин Е не был к этому готов. Он сначала зажмурился, а потом в удивлении открыл глаза и заметил, что они находятся в просторной зале с открытыми дверьми. Далее мин Канги повёл их уже по улице, к главному зданию скромной северной резиденции. Одно радовало, ведут их, очевидно, не в темницу. В здании генерал провёл их ещё через пару залов и их немногочисленная процессия остановилась.        - Мы пришли, - молвил генерал. - Ваше высочество, травнику придётся остаться и ждать вас здесь. Также извольте сдать оружие, - он кивком указал на меч принца.        - Раз Сюй Яню придётся остаться здесь, я бы хотел доверить свой меч ему, - сказал Ли Цзяоао. - Он не умеет обращаться с оружием и не предоставляет опасности.       Мин Канги с сомнением посмотрел на лекаря. Потом на меч кронпринца. Оружие выглядело тяжёлым для худощавого юноши.        - Хорошо, - согласился он. - Надеюсь, его высочество не будет против, если этот генерал останется с Сюй Янем, проследить, что он ничего не сотворит?        - Я согласен, - кивнул Ли Цзяоао и снял меч с пояса, протягивая его Е Вэньсяню.        - Цяньбэй, - прочитал молодой господин Е на ножнах, ближе к рукояти. - Смирение?        - Поговорите потом, а сейчас извольте войти, ваше высочество, - прервал их Мин Канги. - О вас уже доложили его величеству.       Наследник Фаншэнь скрылся за дверью. Е Вэньсянь подумал: "Смирение - это вовсе не про тебя, Ли Цзяоао".       Пред глазами кронпринца предстала следующая картина: за столом сидел мужчина старше него лет на десять, не очень красивый, но уверенный, и пил чай. За его спиной стояло двое вооружённых людей, оба смотрели на него с подозрением. У дверей тоже оказалось ещё двое вооружённых. Ким Юнбин неспроста не скрывал охрану. На кровати в дальнем углу лежало тело, не известно, всё ещё живое или уже нет. Человек был прикрыт лишь одеялом, значит, скорее всего, живой.        - Ким Юнбин рад видеть вас, ваше высочество Ли Цзяоао, - мужчина встал из-за стола и поклонился. - Присаживайтесь, вы дорогой гость, и разговор предстоит долгий, - он указал на стул напротив.       Кронпринц сел на указанное место, стараясь не глазеть по сторонам.        - Смотрю, вы заметили старшего брата, - продолжил мужчина. - Мне еле удалось спасти его жизнь. Вынужден признать, что если бы не вы, мне бы и не удалось.       Наследник Фаншэнь сощурился с подозрением.        - Хотите спросить, что это значит? - Ким Юнбин улыбнулся. - Вы остановили передачу юнюань дэ шуймянь, которой меня собирались отравить. Думаете, откуда я об этом знаю? Хинохимэ-саме о многом известно.       Ли Цзяоао продолжал молчать и слушать.        - Вы правильно делаете, что сидите, не двигаясь, и молчите, - кивнул мужчина, подходя ближе к кронпринцу. - Я уверен, вас терзают сомнения касаемо старшего брата. Хотите посмотреть на него ближе? Не бойтесь, можете встать и последовать за мной.       Ли Цзяоао встал и сделал за Ким Юнбином несколько шагов в сторону кровати. Он наконец смог посмотреть в лицо спящего. Тот действительно дышал, грудь еле заметно вздымалась. Император-консорт империи Мэйнюй осторожно снял со старшего брата одеяло и глазам обоих предстала довольно страшная картина: с ног до головы Ким Хану был перемотан бинтами, кое где проступала кровь. Красивое лицо было искажено болью.        - Можете задать свой вопрос, - голос Ким Юнбина слегка дрогнул.        - Зачем вы показываете мне его? Это угроза? Почему он так изранен и что это за раны такие? - наконец подал голос Ли Цзяоао. - Кем было совершено нападение и каким образом? От простых ран вам не пришлось бы перематывать его полностью.        - Его высочество многое понимает и станет мудрым правителем, - отвлечённо начал Ким Юнбин.       «Если выживу», - с усмешкой мысленно продолжил за него наследник Фаншэнь.        - Это не простые раны и не простое покушение, - продолжил мужчина, проигнорировав первые два вопроса кронпринца. - Я думаю, вам отлично известны многие методы пыток. Однако, характерный почек семьи Е вам вряд ли знаком. Разве что… яд, которым отравили старшего брата, вам должен быть известен.        - Яд? - Ли Цзяоао перевёл взгляд на стоявшего рядом императора-консорта. Он был ниже Е Вэньсяня, но всем своим видом источал какую-то добрую опасность. - Что вы хотите этим сказать? Что его сначала отравили, потом попытались убить, пленили и пытали? А потом вы пришли и спасли его, как любящий младший брат?       «Вздор», - добавил он мысленно.        - Интересный сценарий, но далёкий от действительности, - Ким Юнбин прикрыл брата одеялом и направился обратно к столу, указывая Ли Цзяоао следовать за ним. - Всё было совсем не так. Брата сначала ранили, и только потом отравили.        - Юнюань дэ шуймянь? - кронпринц сел на то же место, где сидел минутами ранее. Ким Юнбин отрицательно кивнул. - Тогда я не знаю, что это за яд.        - Этот яд срабатывает не сразу, и спустя время у отравленного сбивается пульс, позже он начинает кашлять кровью… точно этот яд вам не знаком? - император-консорт сощурился, и его глаза стали напоминать глаза самого Ли Цзяоао.       Кронпринц нервно сглотнул, стараясь держать себя в руках и не подавать виду, и ответил:        - Точно.       Ким Юнбин склонился над столом и приблизился к Ли Цзяоао, всматриваясь в его лицо. Тот смотрел холодно и отстранённо.        - Хорошо, я поверю вам, - мужчина улыбнулся, но доверия эта улыбка не внушала.       Ли Цзяоао в душе рвал и метал, обещая себе убить Е Вэньсяня сразу как только тот вылечит его отца. Но с другой стороны, у него не было доказательств, и всё ещё теплилась надежда, что тот не причастен к произошедшему. Хрупкое доверие улетучилось тут же, но откуда-то изнутри голос твердил ему, что кто-то из двоих лжёт и, скорее всего, именно Ким Юнбин.        - Кто отравил его? - Ли Цзяоао слегка перевёл тему, стараясь убедить себя в том, что с Е Вньсянем он позже разберётся.        - Они уже мертвы, - исператор-консорт опять улыбнулся. - Однако, брату осталось недолго.        - Почему вы взяли меня и Сюй Яня в плен? - раз ему развязали язык, кронпринц продолжил допрос. - Что вам от нас надо?        - Ваше высочество и правда мудр, - Ким Юнбин наконец-то сел. - Дело в мостах.        - Если вы позволите мне и Сюй Яню сделать все наши дела в Дун и покинуть страну живыми, вы получите мосты, как и хотели, - серьёзно сказал Ли Цзяоао. - Если у вас всё готово, я подпишу бумаги.        - Нет нужды называть молодого господина Е Сюй Янес, - сказал Ким Юнбин, разбивая всю их маскировку вдребезги. - Мы не отпустим вас, пока не получим мосты.       Выражение лица императора-консорта приняло совершенно новый вид, будто он наслаждался ситуацией и вовсе не дорожил пострадавшим братом. Он с забавой в глазах смотрел на Ли Цяолао. Тот вдруг тоже в ответ ухмыльнулся.        - А если я скажу, что Сюй Янь способен вылечить Ким Хану? Вам не придётся жертвовать братом-марионеткой, чтобы держать страну в руках, но в качестве платы за то, что мы его излечим, вы нас отпустите.       Это задержит их, но в долгосрочной перспективе всё же позволит успеть. Если прокатит.        - Вы заставляете в третий раз назвать вас человеком, который станет мудрым правителем, - Ким Юнбин аж захлопал в ладоши. - Я дам вам ответ завтра утром, а пока отдохните в комнате.       Как только Ли Цзяоао скрылся за дверью, Е Вэньсянь осел прямо у стены под недовольные взгляды стражи. Мин Канги только махнул им рукой, в знак того, чтобы они не смели его трогать. Молодой господин Е, обнимая Цяньбэй, старался не думать о плохом и каждую секунду напоминал себе о смирении. Время тянулось долго, и глаз стражники с него не сводили. Е Вэньсянь весь извёлся, пока пытался подслушать происходящее за стеной, но не мог сосредоточиться, в следствие чего ни слова не расслышал. Он с опаской поглядывал то на генерала, то на вооружённую стражу, и никто из них не сводил взгляда с его рук, обнимающих Цяньбэй.       По взмаху рукава Ким Юнбина, стража наконец вывела Ли Цзяоао за дверь. Е Вэньсянь подскочил на месте и бросился к нему, но охрана тут же схватила его, скрутив руки за спиной.        - Отпустите его, - сказал Мин Канги. - Не видите, он весь извёлся?        - Ваше высочество! - молодой господин Е наконец обхватил Ли Цзяоао в объятиях, но кронпринц, забрав Цяньбэй, оттолкнул юношу и хмуро на него посмотрел. Е Вэньсянь ошарашенно отступил на несколько шагов, покачнувшись. Удар был несильным, но преисполненным не то отвращения, не то неприязни.        - Отведи их в их комнату, - сказал Ким Юнбин, закрывая за собой дверь.        - Как прикажете, ваше величество, - генерал, сложив руки, поклонился императору и махнул подчинённым, чтобы схватили обоих. - Завяжите им глаза на всякий случай.       Стража грубо схватила Е Вэньсяня, и глаза его тут же перекрыло повязкой.        - Ваше высочество, - пока ещё видел что-либо, он бросился к Ли Цзяоао, и тот всё же взял его за руку, пусть и не так нежно, как делал это ранее, но всё же молодой господин Е почувствовал, что это именно его рука, а не кого-то из стражи.       Спустя множество поворотов их обоих бросили в какую-то комнату и гулко хлопнули дверью. Оказавшись без охраны, Е Вэньсянь поспешил стащить с глаз повязку. Сняв её, он увидел вполне обыкновенную, небольшую и скромную гостевую спальню с встроенной в стену кроватью, столом и двумя стульями. Ли Цзяоао со всё ещё завязанными глазами стоял рядом и, кажется, не собирался снимать повязку. Молодой господин Е посмотрел на свои запястья и чуть содрогнулся от оставленных на них синяков. Стража его перепугала донельзя.        - Е Вэньсянь, - холодно позвал кронпринц, всё ещё не снимая повязки с глаз.        - Что? - спросил молодой господин Е, вопросительно глядя на него.        - Е Вэньсянь, - Ли Цзяоао всё же снял с глаз повязку. Во взгляде читалась нескончаемая ярость. - Скажи мне, Е Вэньсянь, что тебе известно о происходящем?       Кронпринц схватил молодого господина Е за воротник и прижал к стене, всматриваясь в глаза.        - Не притворяйся незнайкой, - шипел Ли Цзяоао.        - Я не понимаю, о чём ты... - Е Вэньсянь положил ладони на его руки, машинально поглаживая и при этом дрожа. - Расскажи, что происходит?        - Это ты мне расскажи, - кронпринц всё сильнее давил на молодого господина Е, тому медленно становилось больно.        - Не знаю, о чём ты меня спрашиваешь, но не забывай о смирении, как гласит твой меч! - выпалил Е Вэньсянь, и Ли Цзяоао тут же отпустил его. - Я правда понятия не имею, что произошло, но не удивлюсь, если ты сейчас скажешь, что его величество Ким Хану отравили, он при смерти, и яд этот сильно похож на какой-нибудь мой!        - Что ещё тебе известно? - уже усмехаясь, спросил Ли Цзяоао, - снова хватая молодого господина Е за одежду. - Выкладывай!        - Значит, мои предположения оказались верны, - прохрипел Е Веньсянь. Дышалось тяжело, кулаки наследного принца давили на его рёбра достаточно сильно, чтобы сломать их. - Не знаю, что там за яд, но разве стал бы я рассказывать тебе о яде, узнав о котором ты можешь меня заподозрить? Рассказал бы тебе про другой, непохожий на тот, которым его отравили!        - Что ты сказал? - переспросил кронпринц. - Повтори.        - Если бы я имел какое-либо отношение к отравлению Ким Хану, я бы не стал рассказывать тебе про яд, которым его отравили, и рассказал бы про какой-нибудь другой! Тем более, разве я рассказывал тебе о симптомах? - Е Вэньсянь еле выдавливал каждое слово, но продолжал говорить. - Я отравил Мао Ши двумя ядами. Один становится ядом только при контакте с алкоголем и вызывает кровавый кашель, а другой, который я дал тебе, вызывает учащённый пульс, лихорадку, тяжёлое дыхание и повышенное потоотделение. Действует он не сразу и убивает незаметно. Если подсыпать ещё один компонент и отравленный будет пить алкоголь, это убьёт через пару недель. Если не добавлять, отравленный протянет и пару месяцев. Доволен? Отпусти!       Ли Цзяоао крепче сдавил одежду Е Вэньсяня и прижал только ближе к стене.        - А если действует не сразу и вызывает кровавый кашель?        - Таких много! - Е Вэньсяню всё ещё было тяжело говорить, но он старался кричать. - Неужто ты, будучи наследным принцем, так несведущ в ядах?! Тебя же каждый день могут пытаться отравить!        - Довольно! - Ли Цзяоао кинул молодого господина Е на кровать и ногой прижал его к ней. - Говори, сможешь его вылечить?!        - Да откуда я знаю, я понятия не имею, в каком он состоянии! - ответил Е Вэньсянь. - Не так давно ты клялся, что доверяешь мне, а теперь так груб!        - Я не клялся, - сказал кронпринц. - Ким Хану в тяжёлом состоянии. Весь в бинтах и крови. Ранен и отравлен. Это всё, что мне известно, - наконец, слегка выпустив пар, он сел на кровати рядом с молодым господином Е, который тут же отполз в дальний угол кровати. - Говори, сможешь вылечить?!        - Может да, а может и нет, - Е Вэньсянь поджал колени, совсем отдаляясь от кронпринца. - Если б я только знал, кто и чем его отравил.        - Если не ты, тогда твой брат, - логично заключил Ли Цзяоао.        - Или Ким Юнбин, - предположил Е Вэньсянь. - Может, он хочет от него избавиться.        - Хотел бы - убил бы на месте, - хмыкнул наследник Фаншэнь. - Хоть немного думай головой.        - Я думаю! А тебе надо остыть.       Е Вэньсянь слегка дрожал, а на Ли Цзяоао медленно начинала накатывать вина. Он безосновательно обвинил лекаря, доверие которого всеми силами старался заполучить последние несколько дней, и в одночасье потерял всё, что смог заслужить.        - Прости, - выдавил он из себя.        - Не принимаю извинения от людей, которые думают, что прощение можно заслужить одним лишь словом, - хмыкнул Е Вэньсянь. - Ах как жаль, что мы с тобой сейчас в одной комнате, лучше бы я маялся один.       Ли Цзяоао промолчал. Что бы он ни сказал, Е Вэньсянь не поверит. В самом деле, тот был лишь наивным и неприспособленным к дворцовым интригам юношей, когда Ли Цзяоао привык к предательствам и подставам. Им предстояло провести в этой комнате вместе ещё половину этого дня и ночь. Однако оба были не в настроении разговаривать друг с другом или даже смотреть друг другу в глаза.