Райские цветы

       Подарок. Тебе нравится твой подарок?        Спустившись с сабли с беззвучным прыжком, Не Минцзюэ продолжал тихо ругаться, вспоминая вопрос Цзинь Гуаншаня. Тот факт, что он говорил о человеке, о мальчике, который вполне может быть его сыном, точно так же, как он говорил бы о вещи, вызывал гнев и отвращение главы Цинхэ Не. Неприязнь даже мешала ему наслаждаться обществом Лань Сичэня, вызывая невыносимую головную боль, которая усугубляла его плохое настроение.        Что еще хуже, Не Минцзюэ вспомнил слухи, что Цзинь Гуаншань владел частью одного из самых известных борделей в Юньпине, городе, известном своими самыми красивыми и опытными «райскими цветами». Оттуда пришел Мэн Яо? Цзинь Гуаншань лично выбрал Омегу? Мог ли он?..        Не Минцзюэ остановился как вкопанный, шипя сквозь зубы, разжимая и сжимая кулаки, чтобы успокоить ярость, которая разъедала его изнутри, как кислота. Через несколько минут он снова двинулся вперед и только тогда понял, что с тех пор, как пришел, не встретил ни одного ученика или слуги.        Сбитый с толку отсутствием людей, Не Минцзюэ пошел проверить внешний свет: еще не слишком темно, так что в это время в здании должно быть достаточно оживленно, пока ученики готовились выйти на ночные патрули. Минцзюэ сомневался, что его брат организовал прием на час раньше, чем обычно, поскольку он сам был, наверное, еще дома. На всякий случай он направился к жилищу Не Хуайсана, надеясь, что он там и не собирается на охоту, конечно.        Запах корицы обволакивал его почти физически, прилипая к коже, и от этого в горле пересыхало. Вынужденный остановиться Не Минцзюэ ахнул, впитывая аромат с каждым новым вдохом. Низкое рычание начало формироваться в груди, и, забыв о своем намерении найти Хуайсана, он изменил направление, чтобы пойти в сторону крыла учеников.        Но и в этой части он никого не встретил. Однако это уже не имело для него значения, поскольку он сосредоточился на запахе, который и так знал слишком хорошо.        Ему было любопытно: в целом, Мэн Яо был достаточно осторожен, чтобы его запах не распространялся. Не Минцзюэ заметил, что несколько учеников Альф оборачивались, когда омега проходил мимо них, бессознательно принюхиваясь к воздуху. Как следствие, глава Не приказал своему секретарю замаскировать естественный запах духами, что молодой человек выполнил в точности. Мэн Яо выпускал свой аромат только когда головная боль Не Минцзюэ была слишком сильной, и массаж не мог облегчить ее. Что заставило Омегу выпустить свою сущность так сильно, что она распространилась по всему дворцу?        — Чифэн-цзунь!        Не Минцзюэ прервал свой стремительный шаг, когда увидел женщину, выходящую из спальни Мэн Яо. Она была созданием с тонкими чертами лица, хрупким станом, подчеркивающимся сложной прической и элегантным зеленым шелковым ханфу с золотыми и красными драконами, вышитыми на рукавах и подоле юбки.        — Мы не ждали вас до завтра, — заявила она, прежде чем глава клана смог заговорить. — То есть ваш брат не ждал вас…        — Госпожа Фэй, — хрипло сказал Не Минцзюэ, узнав любовницу брата, — что вы здесь делаете?        — Э-э… случилось непредвиденное. А-Сан… Молодой господин Не попросил меня помочь. Почему бы вам не пойти в свои комнаты, а ваш брат подойдет к вам?        Не Минцзюэ прищурился: уже тот факт, что бета (танцовщица из Народного театра) осмелилась «предложить» что-то главе Цинхэ Не, был достаточно странным, но более того, она сделала это после того, как покинула комнату Мэн Яо…        — Глава Не! — женщина закричала, когда грубая рука оттолкнула ее. — Глава Не, лучше не входить!..        Не Минцзюэ окаменел, как только переступил порог.        В комнате стоял такой сильный запах корицы, что у Не Минцзюэ защипало в глазах. Тем не менее, что действительно впечатлило его, так это сцена, которую он увидел.        Не Хуайсан склонился над кроватью, поставив одно колено на матрас для равновесия. Одной рукой молодой бета держал миску, а другой сжимал подбородок Мэн Яо, пытаясь заставить его открыть рот.        Услышав крики Фэй Син, Хуайсан повернулся к двери и увидел старшего брата.        — Брат! — воскликнул он в замешательстве. — Ты не можешь… Ты не должен быть здесь. Это… Это неудобно. Мэн Яо… У-у него…        — Не трогай его.        Хуайсан несколько раз моргнул, ошеломленный. Слова вырвались из почти неподвижных губ Не Минцзюэ хриплым угрожающим рычанием.        — Брат Минцзюэ, — попытался объяснить молодой человек, — я должен дать ему настой, чтобы он смог контролировать…        — Не трогай его! — приказал Альфа, подходя ближе.        — Брат, я думаю, тебе следует уйти…        — Выйди.        — Что?..        — Убирайся! — взревел Не Минцзюэ, приближаясь к нему.        Младший из братьев Не поспешил прочь от кровати, бросив миску. Он проворно обошел своего старшего брата, который бросился в сторону кровати, но тот повернулся, чтобы догнать бету, заставив его бежать к двери.        — Брат, ты не в себе, — крикнул Хуайсан. — Это аромат Омеги! Он сводит тебя с ума. Дагэ, ты должен контролировать своего Альфу! — он предложил, повернувшись, когда был уже в безопасности за пределами спальни.        Не Минцзюэ захлопнул дверь у него перед носом.        — По крайней мере, нам удалось избавиться от других учеников, — вздохнула Фэй Син позади молодого человека.        — Син, я не знаю, что мой брат может сделать, — пожаловался Хуайсан. — Я никогда не видел, что бы он был…        — Без ума от Омеги? — девушка приподняла бровь. — Я уверена, что Байшао Яо справится.        Не Минцзюэ запер дверь стулом, убедившись, что никто не сможет войти. Только после этого он повернулся и снова посмотрел на парня в постели.        Мэн Яо был одет в белую рубашку, прилипшую к мокрому от пота телу. Одежда доходила ему до бедер, слегка приподнимаясь от полуэрекции, которую можно было видеть каждый раз, когда он двигал ногами в попытке изменить положение. Темные волосы, растрепанные и влажные, рассыпались по подушке. Широкий темный кожаный ошейник, украшенный блестящими металлическими застежками, обвивал его шею. Его руки были подняты над головой, и Минцзюэ обнаружил, что на спинке кровати его запястья связаны кожаным ремнем.        Приближаясь, глава Не заметил мелкие детали: румянец, покрывающий бедра и лицо Омеги, блеск на внутренней стороне бедер, то, как хриплое дыхание вырывалось из груди.        Альфа остановился рядом с кроватью и осторожно сел, стараясь не напугать Мэн Яо, который был слишком поглощен ощущениями, чтобы заметить его присутствие.        «Первым делом нужно снять ремни и освободить его, — подумал Минцзюэ. — Неужели Хуайсан сошел с ума?»        Да, он снимет ремни… чуть позже.        Не Минцзюэ протянул руку к кожаному ремню, но в этот момент волна аромата залила комнату, заставляя его хмыкнуть, показывая клыки. Инстинктивно он наклонился вперед, пока нос не коснулся виска Омеги, и продолжил спускаться вниз по подбородку. Он зашипел, наткнувшись на защиту на шее, но уже около груди, между воротником рубашки, снова нашел след запаха. Его пальцы вцепились во влажную ткань и потянули ее, пока не раздался приятный треск. Уткнувшись носом в кожу юноши, он проследил за линией между ребрами и, наконец, вдохнул рядом с пупком.        Когда он спустился, аромат стал сильнее. Не Минцзюэ почувствовал вкус корицы на языке, когда уткнулся лицом между левым бедром и туловищем Яо. Он медленно понюхал основание его члена, его яички были твердыми и гладкими. Минцзюэ запустил руки под бедра Омеги и поднял его с кровати, чтобы вдохнуть запах ниже, рядом с мокрым и пульсирующим входом. Он высунул язык и медленно слизнул жидкость, вытекавшую из узкого входа.        В комнате раздался сдавленный стон. Мэн Яо корчился в руках Альфы, пытаясь освободить руки. Когда язык снова исследовал его вход, молодой человек откинул голову назад, выгибаясь и судорожно глотая воздух.        Не Минцзюэ продолжал лизать и сосать. От дрожащей расщелины он перешел к тщательно выбритому паху и теперь полностью стоящему члену. Он хотел поглотить его. Он хотел поглотить этот запах, завернуться в него и в то же время получить все.        Мэн Яо инстинктивно толкнулся, погружаясь в горячую влагу, которая окутала его член. Палец легко проник в его сфинктер, вызывая стон.        — Больше! — умолял он, мотая головой. — Больше, пожалуйста… Больше. Я хочу — я хочу больше…        Глава Не сел, гортанно рыча, и Мэн Яо безутешно мяукнул, когда его рука и рот покинули его. Не отрывая взгляда от дрожащего обнаженного тела, Не Минцзюэ потянулся к своей одежде, пока ему не удалось снять достаточно, чтобы обнажить торс и освободить эрекцию.        Несмотря на подготовку Омеги и естественную смазку, его тело сопротивлялось толстой длине, которая вторглась в него. Прерывистое дыхание, застрявшее в горле Мэн Яо, сопровождало продвижение члена, который воспламенял его внутренности, пока между ними не осталось места. Только тогда Не Минцзюэ воспользовался моментом, чтобы насладиться великолепной узостью, прежде чем начать двигаться быстрее, глубже.        Глядя вниз, Альфа встретился взглядом с почти золотыми глазами Омеги, ясными и яркими, идеально сфокусированными. С животным шипением, Мэн Яо повернул запястья, чтобы схватить кожаный ремень и использовать его в качестве опоры, чтобы толкнуться бедрами навстречу глубоким толчкам, которые заполняли его, все еще глядя на другого мужчину.        Не Минцзюэ на мгновение затерялся в этих ясных глазах: они были прекрасны, как золотые озера, в которых он мог утонуть. Он опустил голову, уперся лбом в лоб Омеги и закрыл глаза, сосредоточившись на том, как его член набухает внутри парня. Влажное прикосновение к губам заставило его вздрогнуть, но когда он попытался отстраниться, язык Мэн Яо прикоснулся к его губам. Открыв глаза, Минцзюэ встретился взглядом с медовыми глазами, позволяя юркому языку проскользнуть между губ.        Больше, чем поцелуй, это был сладострастный и сводящий с ума танец, полностью противоположный дикому ритму их бедер. Мэн Яо прикусил нижнюю губу альфы, а затем откинул голову назад, кончая с хриплым криком. Не Минцзюэ задохнулся от зрелища и тепла, которое разлилось по его животу. Схватив Омегу за голову, он с силой его поцеловал, в то время как снова погрузился в его тело, прежде чем обильно кончить.        Все еще тяжело дыша, Не Минцзюэ заметил, что он все еще был тверд внутри парня. Он двигался медленно только для того, чтобы почувствовать, как стенки узкого прохода пульсируют вокруг его члена.        — Ммм… — Мэн Яо промурлыкал, снова привлекая его внимание к неожиданно ясному взгляду.        В менее смущенном состоянии Не Минцзюэ был бы удивлен тем, насколько расширены зрачки Омеги, но сейчас он мог только осознавать, что аромат корицы снова наполнил воздух, когда Мэн Яо поднялся, чтобы прошептать в его губы:        — Отпустите меня, господин. Позвольте мне показать вам все, что я умею делать руками и ртом. Позвольте мне показать вам, в чем еще хороша эта скромная омега, Эр-гэгэ.        Не Минцзюе слепо потянулся к кожаному ремню и щелкнул им. Мэн Яо немедленно обнял его за шею и поцеловал с медленной чувственностью, прежде чем полностью посвятить себя избавлению главы клана от одежды.        Несколько часов спустя Не Хуайсан нервно обмахивался веером, слушая стоны, которые раздавались по коридорам и комнатам, как греховные заклинания. Кто бы мог подумать, что у такой маленькой омеги будет такой мощный голос?        — Боже мой! — воскликнул молодой человек. — Они вообще не устают?        В ответ на его вопрос голос главы эхом разнесся по помещениям в непристойном стоне.        Фэй Син расхохоталась, когда ее любовник снова обмахнулся веером, задыхаясь и краснея.