Глава 13 с Пирожными, Балансом и Горячими Поцелуями.
2 августа 2019 г., 20:26
"Двадцать первое. Ночь. Понедельник. Очертанья столицы во мгле. Сочинил же какой-то бездельник, Что бывает любовь на земле." Анна Ахматова
Осознание того, что происходит, постепенно стало приходить ко мне. Сначала слышался какой-то отдалённый стук по голове, а теперь уже и вовсе что-то громко и требовательно просилось ко мне. Я выпала из реальности на несколько секунд, устремляя свой взор на восходящее осеннее солнце. В этих лучах сидела аккуратная и миловидная Гин, смотря с каким-то снисхождением на своего милейшего брата, у которого от шока пропала всякая способность говорить и выражать мысли. С губ срывались только какие-то звукоподражания и междометия, которые вызывали у сестры лёгкую улыбку. – Вот как-то так, – я развела руками и ещё раз оглядела всех. Лица присутствующих отличались комичностью: открытые рты, стеклянные глаза. Как хорошо, что с подобным выражением лица меня видел только Накахара полтора часа назад. Сбежать из морга оказалось проще, чем проникнуть. Многие кинулись к щиткам, и пока женщины нервно пытались убедить охранника, что в этом не виноват мелодраматический фильм, мы преспокойно выбежали с Гин из больницы. Слава Богу Ра, что на Чуе оказался какой-то длинный плащ, в который я потом нарядила Акутагаву. – То есть… вот просто… – Ну, конечно, не просто, – я отмахнулась и неуверенно хихикнула. – Ага, по тебе видно, – хмыкнул Рампо, показывая на мои поседевшие волосы. Теперь я ещё больше стала похожа на что-то паранормальное. Дед хотел вырастить из меня бандитку, а получил архимага Коллегии Винтерхолда. Коллегия Йокогамы, блин. – Ладно, – Дазай немного кивнул и хитро улыбнулся. – А ты там что делал? – А тебя это вообще не касается, чмырь! – Чуя сразу встал в защитную позу, автоматически прикрывая меня. – Где хочу, там и хожу! Это мой район, моя политика! Все взгляды обратились на невинного Осаму, который так и продолжал строить из себя очаровашку и играть глазами. – Я просто спросил! – он безобидно поднял ладошки. – Интересно же… Рюноскэ продолжал всматриваться в живую сестру, игнорируя любые наши разговоры и обращения к нему. Думаю, я бы также отреагировала, если вдруг передо мной восстал кто-нибудь из ныне умерших. Хотя, я бы не отказалась от компании какого-нибудь Уайльда. Осаму бросил кокетливый взгляд на меня, и я сразу поняла, что он хочет сказать. – Нет, если ты покончишь с собой, я возрождать тебя не буду, чтобы ты сделал это ещё раз. Не прошёл ты естественный отбор, и всё тут. Отстань. Разбираться в том, что все сейчас видели, нам пришлось ещё долго. В конце концов, Акутагава пришёл в себя и разревелся, падая в колени сестры. От такой чувственной сцены я тоже бросилась в объятия Накахары, думая о том, что, наверно, поступила очень правильно. Законы природы в этом мире нарушились в тот момент, когда этот Культ Древних вторгся со своими корыстными целями. А Гин была шагом к восстановлению равновесия. Внутренний голос мне учтиво подсказывал, что нужно всё всем рассказать. До встречи с Лавкрафтом мой рассказ мог получиться слишком сумбурным и достаточно непонятным, но теперь-то всё гораздо яснее. Белоглазые – это источники энергии, которая необходима для того портала, который создал Да Винчи. Одна человеческая жизнь ничтожна по сравнению с размерами вселенной, поэтому им понадобиться кучу времени для работы. Скорее всего, та облава в «Шато» тоже была частью кражи человеческой энергии. Мои глаза вмиг сделались сухими, и я отстранилась от Чуи. В голове ненавязчиво закружилась какая-то странная мысль. Она состояла всего из пары слов, всплывала и пропадала. Мысль не имела определённой формы, а только какие-то мазки и силуэты, плохо проглядывающиеся в собственной тёмной голове. Я с какой-то опаской снова положила голову на плечо парня. Тот невесомо провёл по моим поседевшим волосам и оставил руку у меня на затылке. Он не заметил моего резкого изменения в лице, чему я была несказанно рада. Вопрос, возникший у меня в голове, ещё требовал тщательного обдумывания. В любом случае, мне нужно подобрать слова, чтобы всем всё рассказать. Конечно, я могу поступить, как всегда – вывалить всё на всех, – но это же не семинар. Там ты рассказал, забыл и пошёл дальше на пары, а тут судьба мира решается. Один умный человек из популярно фильма моего детства говорил, что огромная сила требует огромной ответственности. Отношение к Тесле, к слову, у меня достаточно спорное. С одной стороны, он не мог предугадать, что выкинут его «старые друзья», но с другой стороны, наверно, было множество способов избавиться от этого проклятого Культа. Просто не смог этого сделать. Теперь всё лежит на моих хрупких плечиках… – Чуя! Да как ты… в такой ситуации… Я почувствовала, как мне стало что-то упираться. Накахара испуганно отошёл от меня и стал виновато пожимать плечами. Все ребята обернулись и с каким-то интересом посмотрели на нас. Особенно Гин, которая ещё в машине задавала какие-то странные вопросы по поводу наших отношений. Как она нам рассказала, её память оборвалась в тот момент, когда она накричала на Рюноскэ из-за разбросанных носков и ушла к ванную, чтобы поставить стирать бельё в машинке. Сестра Акутагавы оказалась приятной молодой девушкой. Она была очень благодарна мне за спасение. Она переживала за своего ненаглядного братца, что тот может совсем пропасть. После того, как я сказала ей, что он буквально недавно засосал Хигучи, у той в изумлении отвисла челюсть и потекла мужская слеза гордости за Рюноскэ. Смешные они все. – Я мужчина! Оно само собой! – стал оправдываться Накахара, разводя руки в разные стороны и пятясь к двери. Я покрутила около своего виска и щёлкнула парня по лбу, чтобы тот как можно скорее закрыл свой рот. Но тот понял это по-своему и продолжил издавать какие-то странные недовольные рычания, больше похожие кошачьи, когда те едят сырое мясо. Так дико и так забавно. – Секундочку, – Чуя резко успокоился и покрутил у меня перед носом своим изящным пальцем. – Ты помнишь, что обещала мне? – Как такое забудешь? – я хитро улыбнулась и подошла к нему вплотную, прижимая прямо к стене. – Такое не забудешь… Накахара задержал дыхание. Он, видимо, привык к тому, что я очень строптиво веду себя, а такая настойчивость его немного испугала. Мне кажется, что даже ребята сзади замолчали и уставились на нас, прерывисто дыша. Я схватила его запястье и сжала в своей руке. Влажными губами провела по шее и ощутила всем своим нутром, как внутри меня всё загорелось и опустилось куда-то вниз. Главное, не потерять голову. Чуя очень громко сглотнул и прикрыл в блаженстве глаза. Мои губы опустились прямо ему на шею. Я немного прикусила её и провела языком. Моё подсознание било тревогу и говорило мне остановиться. Проще говоря, у меня в подсознании сидела очень придирчивая мадам, которая вылупляется каждый раз, когда слышит слово «жопа». Поэтому я не особо сейчас обращала на неё внимания. Чуя млел и терял равновесие. Он попытался взять меня за талию, но схватила его руку и прижала к стене. Тому, видимо, понравилось, и он откинул голову, наслаждаясь всей махинацией, которую я проделывала на его шее. Я на несколько секунд присосалась к его шее, пытаясь соблазнительно стонать. Но вспомните, кто я такая и как со мной это слово совместимо. Но Накахара оказался очень странным молодым человеком, которому заходили даже мои недостоны. Чуя начал извиваться и тяжело дышать. Да и я начинала сходить с ума. Внутри всё переворачивалось вверх дном. Всё мутнело и искажалось. Запах парня сильнее стал ударять мне в нос, будто он только что воспользовался парфюмом. Потом я немного принюхалась и поняла, что это не туалетная вода. Это его самый настоящий родной запах. От этого закружилась голова, и я подумала, что не выдержу всего этого. Тем временем сзади нас все топорщили свои глаза в изумлении. Я отпрянула от шеи Накахара и прильнула к лицу. Тот поднял голову и встретился взглядом со мной. Голубые самодовольные глаза с вожделением глядели на меня. Соблазнительные розовые губы были немного приоткрыты, что грех был бы не впиться в них. Я медленно приблизилась к нему, провела языком прямо по его губам, готовая уже полностью потерять самообладание. Через секунду в офисе поднялся крик. – КСЮША! ТЫ СОШЛА С УМА? – с нижней губы Накахары стекала струйка крови. Я даже услышала, как щёлкнули зубы. Он удивлённо смотрел на моё довольное лицо. Пусть моя женская часть и немного расстроилась такому «облому», но всё остальное ликовало и радовалось. В помещении поднялся задорный смех, обладателями которого были Осаму и Гин. Накахара продолжал на меня смотреть с какой-то долей огорчения и удивления. Я посягнула на его самолюбие и, можно сказать, даже унизила его. Выставила себя самцом в этой ситуации. Даже засос оставила на шее, от которого он потом долго не мог избавиться. К слову, после этого укуса мы три месяца не разговаривали.***
Три месяца прошли абсолютно непродуктивно. У Портовой Мафии появились проблемы с какими-то индонезийскими поставщиками, которые некогда поставляли высококлассное оружие. Подробностей я не знала, но Накахара был там около недели. В Детективном Агентстве тоже дела шли не совсем так, как хотелось бы. Все были заняты всем, кроме белоглазых. Точнее, они бессовестно повесили всё это на меня. Однако почему-то и те не активничали. После этого разговора с Лавкрафтом они словно все пропали. Я до сих пор не могла никому ничего рассказать. Вечно какие-то внеземные силы останавливали мои порывы. До того меня разрывало внутри, что хотелось закричать посреди офиса. Один раз я попыталась что-то подобное выкинуть, но у Дазая случился внезапный приступ нежности, и он просто стал ко всем без разбора приставать. Не знаю, что именно он хотел этим сказать, но спустя час Куникида спустил его с небес края здания обратно на четвёртый этаж. Я погрузилась в депрессию, которую пыталась всячески скрыть. Мне хотелось домой. Внутри я чувствовала, что есть способ всё вернуть на свои места без последствий. В голове было слишком много мыслей, которые постепенно лишали меня сна. Я принимала таблетки от головы вместо завтрака и запивала это всё кофе. Я ощущала себя погружённой в огромный аквариум с рыбами, которые не могли понять меня. Самое смешное, что все настолько привыкли ко мне, что стали забывать о том, что я из другого мира. А мне об этом постоянно напоминали седые волосы и неспособность контролировать свою энергию. Когда я нашла в боковом кармане сумки мамину золотую цепочку с небольшим камушком, то обессилено упала и разрыдалась. Как я хочу домой! Хочу к родителям! Хочу всё вернуть обратно во что бы то ни стало! Но ведь я всё уничтожила, всё... Глупо и неосторожно. Неужели всё могло так получиться? Почему я просто не могу закрыть глаза и очнуться там, в университете? Лучше я вылечу из него, вернусь домой и попрошу прощения у родителей за всё то, что я сделала! Раз это проклятое дело стоит, то я должна сама найти этот Культ и вытрясти у них всё. Последний раз, когда я виделась с Чуей, мою голову посетила весьма странная мысль. Если все догадки верны, то Склодовская высосала из Чуи именно энергию. Я много раз прокручивала у себя в голове диалог с Азраилом и пыталась найти какую-то лазейку, которая сможет меня приблизить к ответу. Во-первых, я думаю, что это был вовсе не какой-то там проводник душ. Азраил был порождением моего больного сознания или был Теслой. Понимаю, звучит вовсе не убедительно, да и фактов почти нет. Скорее, я хочу разграничить эти виды смерти. Хомяк остаётся для меня полной загадкой. После того, как я возродила Гин, я решила попробовать свои способности на чём-то ещё. Как бы жутко это не звучало, но я нашла мёртвого кота прямо в парке за кустами. Тело было ещё свеженькое, неразложившееся. Но почему-то ничего не произошло, когда я пустила разряд. Только немного запахло палёным. Хочу сказать, что та "смерть" Чуи и смерть Гин были идентичны. Не уверена даже, что их тела были способны к разложению. Их физическая часть осталась бы неизменна, сколько бы они ни пролежали. На эту мысль меня натолкнули и рассказы Акико. Она как-то упомянула, что даже спустя такой период времени тела не начали даже разлагаться. Обычно запах мёртвого появляется на следующий день, а тут вообще никаких изменений. Однако хомяк продолжал быть белой вороной. Я попыталась узнать у нашего великого животновода Кенджи, откуда он его достал. Тот почему-то одарил меня весьма странным взглядом и удивлённым голосом спросил, о каком хомяке я вообще говорю. Джон Сноу жил у меня уже больше двух месяцев, но я не думала, что этот мальчишка настолько быстро забудет о нём! Он же легенда! К чему я так долго размышляла? Я считаю, что Чую возродил никто иной, как Никола Тесла. Точнее, тот самый Азраил и был Теслой в моей голове. Я не могла подобрать доказательства, чтобы яснее выразить свою мысль. Я просто была уверена. Подходило время Китайского Нового Года. Йокогама преобразилась до неузнаваемости. Даже воздух стал чище и свежее из-за нахлынувшего на людей благоговения и ожидания чего-то светлого. Я бы тоже хотела сейчас почувствовать себя счастливой и насладиться праздником. Не я ли говорила о том, что нужно наслаждаться каждому подарку судьбы? Акико стала замечать моё состояние, подкреплённое тем, что я начала курить. Я даже не помню, когда в моей куртке оказалась пачка сигарет, да и было абсолютно всё равно. Не сказать, что я сильно "пристрастилась", ведь я выкуривала одну-две сигареты в день. Однако Ёсано провела такую беседу со мной, словно я балуюсь наркотиками. Пусть она и сказала, что я взрослая и должна сама решать, но на некоторый период я о них забыла. Я стояла на балконе квартиры и всматривалась в огни вдалеке. В голову опять лезли какие-то неприятные мысли, и было невыносимо грустно. Обычно все праздники я проводила с родителями и другими членами семьи. Хоть члены Агентства и пригласили меня в город, чтобы развлечься, я всё равно осталась дома. Ничего абсолютно не хотелось. Почему только спустя какой-то период времени начинаешь реально оценивать события жизни? Проигрывая в голове эпизоды жизни, только сейчас я замечаю, как меня любили родители. Сменить школу? Да, детка. Не нравится, что комната с этой стороны? Давай поменяемся. Надоело в школу на метро? Давай папа отвезёт. Почему я считала себя обделённой? Родители были своеобразными людьми, и любовь была у них особая. Но они любили меня. Да, они могли ляпнуть какую-то хрень в духе: "Ты позоришь семью!" Но сейчас я понимаю, что и я должна была вести себя должным образом, чтобы ни у кого не было проблем. Я была жуткой эгоисткой. Почему была? Я и сейчас такая. Я уничтожила целую вселенную, своих родителей, знакомых, незнакомых и всё существующее там, а внутри словно всё мертво. Может быть, не выдавая себя, там живёт то, что вверяет мне надежду на лучший исход, а мозг этого не понимает? Я не знаю. Я уже ничего не знаю. Ещё и этот Накахара. Может быть, своими глупыми размышлениями я постоянно делала ему неприятно, а он из лучших соображений хотел быть со мной. Ведь, как ни крути, мне тоже было с ним...хорошо. Да даже если это проявление физического закона! Всё в мире подчинено им! Может, прийти к нему? – Бред какой-то, – я потянулась к карману куртки за сигаретой, но меня перебил звонок. Я достала из другого кармана телефон и, почти не смотря на экран, сразу ответила. – Гин? – спросила я, услышав знакомый голос. Девушка радостно что-то мне прокричала и засмеялась. Я украдкой улыбнулась и снова потянулась к карману с сигаретами. – С Наступающим! – голос Акутагавы звучал намного задорнее, чем обычно. Но от этого мне стало грустно. А за грустью последовал стыд. – Тебя тоже, –холодно отозвалась я и сунула в рот сигарету, а затем достала зажигалку. – Семьёй отмечаете? Гин промычала в ответ. – Ну, почти семьёй. Мы тут с Хигучи готовим, а Рюноскэ куда-то смылся. Надеюсь, он не напьётся и не отчебучит какую-нибудь хрень, как в прошлом году, – непринуждённо ответила она. – Хотели ещё кого-нибудь позвать, но никто не согласился. У всех давно были уже свои планы на Новый Год, – девушка устало вздохнула. – Накахару тоже звали, но тот сказал, что хочет побыть один. Поэтому я хочу узнать, не ты ли собираешься к нему? – Ч-что? – Я подумала, что вы могли бы вдвоём прийти к нам. Веселее же, – голос Гин переливался в тонких мелодиях и отголосках счастья, но мне снова стало неимоверно грустно и одиноко. – Я-я одна праздную, – неуверенно ответила я. Хотя на деле у меня даже выпить ничего не было. В холодильнике стояли только пирожные, которые Ёсано купила мне, чтобы я не померла от недостатка серотонина. – О-о-о, я поняла... Голос Акутагавы звучал излишне загадочно, но я до сих не могла понять, что навело её на столько странную реакцию. Только после того, как я отключилась, я поняла, что она имела этим ввиду. Проклятые шипперы! Мне снова стало невыносимо, и швырнула все сигареты и зажигалку на пол. С какой-то жестокостью и остервенением я топтала их, пока не почувствовала, как по щекам потекли горячие слёзы. Распустившиеся седые волосы мелькали перед моим лицом, и я просто взревела. Влетев обратно в дом, я схватила ножницы и кинулась в ванную комнату. Руки дрожали, слёзы застилали картинку мира, и я почти не видела своего отражения в зеркале. Несмелыми движениями я отрезала клочок волос, отсекая длину на уровне губ. Какое-то тупое чувство продолжало душить меня, отвязывая морально от всего существующего. Я смутно глядела на себя со стороны, а передо мной были совершенно чужие руки, словно и не мои, и отрезали монотонно мои волосы. Когда я опомнилась, то большая часть моих волос уже валялась в раковине и на полу. Я бросила ножницы на пол и присела на ванную, стараясь переварить. Однако отрезала я достаточно ровно, что парикмахер может позавидовать. Поняв, что я наделала, я разделась и залезла под холодный душ, чтобы сознание окончательно вернулось ко мне. Я подсушила волосы и немного припудрила себя перед тем, как ещё раз взглянуть в зеркало. Честно сказать, эта вспышка ярости пошла на небольшую пользу. Эти волосы в содружестве с этой длиной выглядели намного гармоничнее. Я даже подумала, что после этих праздничных дней наведаюсь в салон, чтобы мне их подравняли. Может быть, всё-таки сходить к Чуе? Извиниться перед ним. Не понимаю, правда, как мой укус мог его задеть? Но это же мужчина. Откуда нам, женщинам, знать, что у них в голове? Я достала из холодильника пирожные и аккуратно сложила их в контейнер. Времени была ещё очень много, но я решила поторопиться. От волнения я не заметила, как очень ускорилась и уже была на месте спустя всего двадцать минут. Я ещё толком не обдумала, что скажу ему, поэтому очень долго стояла возле подъезда в ожидании удобного случая, но в итоге только замёрзла. О, Боги! Из подъезда вышел какой-то дяденька и совсем по-отечески посмотрел на меня. Я была несказанно рада такому раскладу и сразу залетела в подъезд, вспоминая, в какой квартире живёт Чуя. Я поднялась на несколько этажей, пока не поняла, что его квартира на самом высоком этаже, и тут же вызвала лифт. Мне резко стало жарко перед дверью Накахары. Я не знала, как постучаться. То есть, сделать это настойчиво или робко. А может позвонить в звонок? Тут вообще есть звонок? Волнение сильно блокировало всякий мыслительный процесс в моей голове, пока я в отчаянии случайно не ударила дверь, подумав, что попаду в стену. – Рюноскэ, если это ты, то я... Ксюша? Накахара стоял в домашних штанах и майке, немного висевшей на нём. Его изумлённые голубые глаза уставились на меня, а сам он не мог что-либо сказать. Я молча протянула ему контейнер с пирожными и поклонилась, а тот чуть не уронил их. Мы несколько минут стояли молча, не зная, что сказать друг другу. – Привет, – начала я, чувствуя, как внутри всё резко забилось и затрещало. В глазах Накахары появился какой-то приятный блеск. Руки стали потеть, и я просто не знала куда их деть. – П-привет, – неуверенно ответил он. – Я не ожидал тебя, ну... – Я тоже не ожидала, – попыталась улыбнуться, но только сильнее смутилась. – Можно? Накахара кивнул мне и пригласил войти, быстро удаляясь куда-то вглубь квартиры. Я закрыла дверь и повернула замок, мысленно спрашивая у себя, правильно ли я поступаю. Квартира Чуи оказалось достаточно большой, по крайней мере для него. В квартире было удивительно чисто. Уж точно чище, чем у меня. Большие панорамные окна сразу приковали моё внимание, и я без стеснения подошла к ним и взглянула далеко, устремляя взор куда-то к огням города. Поблизости было достаточно темно, и я удивилась, как без страха пересекла эти тёмные закоулки. Чуя начал шуметь на кухне, приглушая даже работу телевизора. Было непривычно видеть его в таком домашнем виде. Хотя я тоже не выглядела сейчас, как супермодель. Я пришла в том же, в чём была дома, но только нацепила длинный пуховик Акико. Я вообще не до конца была уверена, что зайду к нему в гости. Я поправила свой тёмно-синий мягкий свитер и присела за стол. Накахара поставил две чашки и налил чай, не говоря ни слова. Мы были оба очень сильно смущенны и рассредоточены. Никто не знал, с чего начать разговор. – Сахар? – заботливо спросил он, протягивая упаковку с кубиками. Я отрицательно помотала головой и заметила, что парень немного приболел. Он немного шмыгал и вообще выглядел не особо хорошо. Сердце впервые за пару месяцев болезненно сжалось. – Температуры не было? – тихо спросила я, пытаясь уловить его взгляд. – Нет, всё в порядке. Просто немного простыл. Зима же. – Да, ты прав, - согласилась я и отпила чай, ощущая разлившееся по глотке тепло. Парень неторопливо делал глотки и почти не смотрел на меня. Он поставил пирожные посреди стола, но сам не притронулся, и я не посмела. Мы выпили несколько чашек чая, прежде чем начали вновь перебрасываться фразами. Но они оказались какими-то холодными и совершенно отрешёнными, что в душе появилось предательская мысль о нецелесообразности своего прихода. Я смотрела на Чую и не могла понять, что я чувствую. Руки дрожали, внутри опять что-то болело и ныло, требуя чего-то. Или кого-то. Я хотела его обнять, но не могла. Нет, не так. Я наконец-то почувствовала свою вину. Точнее, поняла, что именно его задело. – Прости, – еле слышно произнесла я, ставя на стол чашку и пряча взор от его голубых пронзительных глаз. Накахара промолчал, начав чаще дышать. А мне и вовсе стало очень тяжело делать хоть какие-то вздохи, поэтому я задержала дыхание, в страхе прислушиваясь к сердцу. Оно колотилось, отдавая неприятной и тошнотворной волной по всему телу. Слюна не могла протолкнуться в глотку. Мы долго не могли ничего сказать друг другу. Это жуткое ожидание начинало медленно убивать меня, словно я опять оказалась не там. Мне хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы никогда не слышать и не знать, что будет дальше. Я мяла свой свитер и покусывала губу, не находя сил даже посмотреть на хоть какую-то часть Чуи. Он безмолвно встал и направился на кухню. Только тогда я наконец-то подняла глаза и проводила его взглядом. Он застучал чем-то, а потом повернулся с бутылкой виски и двумя стаканами со льдом. Накахара поставил одну передо мной и немного налил. Себе он налил до краёв и залпом выпил, чокнувшись с моей ёмкостью. Я только потом опомнилась и выпила виски, сразу чувствуя, что то ударило мне по голове. Я ничего не ела со вчерашнего утра, поэтому эффект не заставил себя ждать. Чуя налил ещё по одной. – Я растерялся, – наконец-то сказал он. – Звучит глупо, но я очень сильно разозлился, когда в реанимации ты бросилась в объятия к этому подонку Осаму. А ведь я рядом стоял! Поплёлся за тобой в морг, потому что очень сильно беспокоился, а ты продолжала молчать, как партизан, – он выпил и налил только себе, потому что я даже не успела глотка сделать. – Ты пей, пей... На чём я...? Ах, да! Я думал, ты оценишь то, что я пошёл с тобой туда. Честно сказать, я думал, что ты оценишь ещё в тот момент, когда мы спасли вас из пещеры. Но что я получил? Одобрительную улыбку? Холодное молчание? Я подумал, что если ничего не получится опять, то брошу всё. И тут ты выставляешь меня каким-то идиотом, у которого ничего, кроме члена не работает! И перед кем? Перед Дазаем! – он снова выпил стакан виски, и я нервно допила свой. – Я подумал, может быть, я напрасно всё это делаю. Блин, я даже подумал, что ты влюблена в этого ублюдка, который палец о палец не ударит ради кого-то! Он выскочил из-за стола и подошёл к окнам, бессмысленно смотря куда-то вдаль. Я опустила локти на стол и закрыла рукой лицо, наконец-то полностью осознавая, что творилось у него на душе. Как я не могла такого замечать? Мне кажется, я даже не думала о том, что как-то могу задеть его. Привыкла за короткий период к тому, что он постоянно ошивается где-то рядом. Словно забыла о том, что он тоже человек. Стыд и ненависть к себе застилали мой мозг, опять блокируя хоть какие-то мыслительные процессы. – Я думала, что тебя... нас тянет только из-за способностей. Физика там... Мой голос прозвучал очень неуверенно, но Чую он привёл в бешенство. – Да какие, к чёрту, способности!? Ксюша, я слишком глуп, чтобы вестись на такие сложные вещи! Да, конечно, может быть, что-то сначала и было из разряда твоей "физики", но потом-то я понял, что ты мне была нужна. Твоя пугающая непосредственность, твоё нестандартное мышление, твои мысли. Твои глаза и твои руки. Я до сих пор помню, как впервые тебя поцеловал. Притянуло... – Это из-за физики... – Ой, да отстань ты со своей физикой. Надоела уже, заладила. Если бы это была "физика", то ни тебя, ни меня бы ничего не мучило. И мы бы сейчас не пытались разобраться в отношениях, – он немного смягчился и повернулся ко мне лицом. А ведь он прав. Только сейчас, смотря на него, я начала понимать, что пустота в сердце стала медленно затягиваться и пропадать. Конечно, я до сих пор чувствовала себя странно, потому что нет родителей, но с Чуей это чувство немного притупилось. Как будто стало легче переносить. – Ответь на один вопрос, – он подошёл ко мне и встал на колени, кладя руки мне на бёдра. Его глаза пронзали меня, испытующе вглядываясь. – Ты хочешь быть со мной? Почему-то у меня даже не нашлось слов для ответа. Я сразу разрыдалась, падая ему в объятия. Он крепко прижал меня к себе, скрепя руки в замок прямо за моей спиной. Я вся дрожала, чувствуя, как меня отпускает нервная дрожь и волнение. В его горячих и искренних объятиях становилось теплее и спокойнее. Какая же я дура! – Мне тебе столько нужно рассказать... – Потом. Скоро Новый Год, а ты плачешь, – он погладил меня по спине. Я немного отстранилась от него и впилась в губы, ощущая, что он был не готов к такому порыву. Чуя быстро сориентировался и поддался мне, забирая всю инициативу. В животе снова начали порхать бабочки, больно стягивая весь низ живота. Чуя прижал меня к полу, впиваясь и покусывая мои губы. Влажной дорожкой он прошёлся прямо от подбородка к моей шее. Он прижал губами небольшой участок кожи, соблазнительно проникая руками под мой свитер. Я сразу поняла, что он собирается сделать мне засос, но сопротивляться не стала. Пусть это будет его маленькая месть за мой давний поступок. Два стакана виски на голодный желудок очень сильно сказывались на поведении. Хоть я и сохранила за собой способность мыслить, но делать этого совершенно не хотелось. Хотелось забыться в объятиях этого рыжего кота, который просто создан для ласки и заботы. С моих губ сорвался протяжный стон, как только Чуя проник своей тёплой рукой мне под бюстгальтер. Он отстал от моей шеи и снова вернулся к губам, яростно пододвигая меня к себе. – Может, пойдём в другое место? – между делом спросил парень. Я немного привстала и словила его влажный поцелуй, подтолкнув куда-то в сторону спальни. В комнате было темно, только свет от луны интимно проникал внутрь. Не разрывая поцелуй, я повалила его, всем телом прижимая к постели. Накахара украдкой ухмыльнулся и стал стягивать с меня мой свитер, нежно лаская мою бледную кожу. Какой-то приторный и приятный холодок пробежался по спине, и я вся покрылась мурашками, предвкушая надвигающуюся волну наслаждения. Как Рай не может существовать без Ада, как зло не может быть без добра, так и человек не может существовать без своей противоположности. Ирония в том, что человек бесконечно влюбляется в своего антипода, находя в нём идеальными те черты, которыми сам похвастаться не может. Вся лёгкость и чувственность Чуи была совершенно противоположна моей сложности и излишней учёной холодности. Его странная расчётливость была несовместима с моей не менее дикой непосредственностью. Ноги сводило от удовольствия и ощущения горячих рук Чуи. Чувственные горячие поцелуи уничтожали всякие предрассудки. Только сейчас, сплетая свои пальцы с его, я понимала, что только с ним могу так расслабиться и не думать о том, что спалю всё к чертям. В порыве страсти я не могла совершенно контролировать себя, а Накахара спокойно все поглощал и даже не замечал эти вспышки напряжения, мелькающие на его теле. Они сверкали в такт его толчкам, распространяясь по Чуе в унисон с моими протяжными стонами. Комната преобразилась: некогда чистой, отдающей педантичностью и излишней опрятностью, в ней поселился демон, укрывавший своим сладострастным запахом разумы. Стены впитывали возгласы партнёров и отдавали эхом феромонов по всем обнажённым телам. Соприкосновение тел рождало какую-то новую мелодию, совершенно уникальную и которую они смогут вспомнить только в этот момент. В мягких лучах зимней луны лежали два тела, небрежно укутанных в белые простыни. Они смотрели друг на друга, наслаждаясь минутами спокойствия и идиллии. – Я не хочу, чтобы ты уходила, – Чуя нежно провёл мне по лицу. – А я и не думаю, что ты меня гонишь. Аллё, блин. – Нет... Я имею ввиду... совсем. – А. Я немного опустила взгляд, а потом снова затянула его во влажный поцелуй, не найдя в себе силы дать какой-то определённый ответ. Эта новогодняя ночь создана для того, чтобы отдаться ей в объятия страсти и вожделения. О будущем будем думать завтра.
Примечания:
Ребята, я немного решила зажечь, хыыыыы и добавить страстей
Спасибо, что продолжаете читать, я вас оч люблю
